Пророчества Годсрейна, часть первая. Смерть Фаразмы

Начну свой реферат, зажав в когтях саму смерть. Излишне поэтическое начало. Надо обязательно его поменять, прежде чем сдавать отчет Владычице. Возможно это последствие прочтения "Пророчеств Годсрейна", каждое из которых содержит ужасную историю о смерти божества и о том, что будет после. Напоминает тот год, когда я прочитала "То, что падает: Трактат о падениях смертных" и использовала в текстах слово "дефенестрация" так часто, что Лорминос попросил ограничиться максимум одним таким словом на страницу!

Как подробно описано в моих более ранних заметках по этой теме, я узнала о "Пророчествах Годсрейна" не так давно и поспешила найти как можно большее их количество, несмотря на многочисленные сомнения в точности предсказаний. Должна признаться, что, несмотря на весьма мрачное содержание означенных документов, я испытала неожиданное воодушевление, облекая слухи в строгую форму. Кажется, я даже начинаю немного понимать порывы искателей приключений (стремление смертных, что до сих пор остается малоизученной областью их поведения), однако от детализации своих методов я получаю столько же удовольствия, сколько и от их применения. Исследования редко продвигаются такими быстрыми темпами, но и редкий исследователь столь мотивирован!

Что делать с этими "пророчествами" — вопрос совершенно отдельный, и мне предстоит с ним разобраться, прежде чем подавать отчет Владычице. Иначе я лишь всех взбаламучу видениями рока без контекста или пояснения. Ничем не лучше уличных сумасшедших, кричащих о конце света. Даже мысли о том, что пророчества верны, на первый взгляд кажутся недопустимыми, учитывая нынешнюю несостоятельность пророчеств в целом и то, что автор этих предсказаний до сих пор не идентифицирован. Сразу вспоминается множество ложных предзнаменований в годы после смерти Ародена, во многих из которых Голарион погибал тысячи раз самыми жестокими способами. Уверена, однажды они станут основой для не одного увлекательного исследования.

И все же в этих страницах есть что-то такое, от чего мне становится не по себе. Возможно это детали или характер будущего, что они предвещают. Усугубляется все, конечно, темой первого из пророчеств, которое я надеялась никогда не обнаружить, но все еще обязана достоверно задокументировать, что и сделала ниже. Вероятно то, что меня беспокоит, кроется в простом вопросе: как сказать своей Владычице, что ей предсказана смерть?

— Йивали, младший исследователь Владычицы Могил

Смерть Фаразмы

Когда смерть придет к Фаразме, это будет происходить постепенно. Она будет цепляться за пророчество, до которого не сможет дотянуться, и кожа на кончиках пальцев покроется волдырями. Она будет видеть сны об утерянном ощущении предсказанного будущего и проснется с зубами, стертыми в порошок. В воздухе повиснет неопределенность, а кости станут холодными и хрупкими. Что изменила смерть Ародена? Почему пророчество не сбылось? Вопросы будут метаться, кружиться, сталкиваться друг с другом, острыми краями вонзаясь в ее разум, пока она будет продолжать судить души смертных, в чьем будущем уже нет уверенности.

Стоит ли удивляться, что однажды она сломается?

Богиня, которую называли Выжившей, умрет одна в своем дворце, холодная, измученная, сломленная. Ни один психопомп не проведет над ней суд, Атропос не возьмет бразды правления. Большинство ее слуг потеряют силу в момент смерти госпожи, и никто не явится, чтобы поместить ее на какой-нибудь план на веки вечные. Страх перед вердиктом, что вынесет суд над ней, не раз удерживал ее от того, чтобы пасть, но в концов все произойдет очень просто. Вот она есть, а вот ее больше нет. Фаразмы больше не существует.

Смерть не остановит свою работу ради Владычицы могил. Смерть продолжит выполнять свой долг. Смертные продолжат умирать как обычно: некоторые в объятьях любимых, некоторые от рук ненавистников. Кто-то умрет, демонстрируя храбрость, кто-то погибнет в тумане сожаления, кто-то — обливаясь горячим потом, кто-то — в страхе, кто-то — объятый любовью, горечью утраты или гневом. Все они будут плюхаться в Реку душ, словно брошенные обломки камней, оставляя за собой водовороты, изменяя и закручивая течение. Река будет бурлить энергией, образует пороги. Души будут вылетать из нее безо всякой системы и смысла. Стражи, наблюдающие за ее потоком, будут безучастно смотреть, как душу, направляющуюся на Небеса, затягивает в Абаддон, а душу, балансирующую на грани Преисподней зашвыривает в Нирвану. Поскольку никто больше не будет направлять души туда, где им самое место, внешние планы станут неспокойными, распадутся на части и обратятся в хаос там, где раньше царила гармония. Будут вспыхивать сражения, попытки спасительных вылазок. Сделки и обещания, едва заключенные, будут тут же нарушаться. Внешняя сфера превратится в грязное, кровавое месиво перекошенных душ, обреченных существовать так вечно.

Бывшие психопомпы Фаразмы, отвлеченные хаосом, бурными потоками и горечью утраты, будут упускать из виду хищников, что пируют у реки — даймонов или кого похуже. Те будут загребать души горстями и продавать их, отдавать в дар своим владыкам или же просто поглощать.

Воскрешение смертных все чаще будет проваливаться, поскольку души будут оказываться не там, где их пытаются искать. Даже тех, кого раньше дела Фаразмы нисколько не волновали, новая окончательность смерти заставит произносить молитвы, в отчаянной надежде, что Владычица могил все же сможет протянуть руку помощи.

Больше всего достанется ее последователям: жрецам и прорицателям, повитухам и гробовщикам. Божественные дары перестанут действовать, а заклинания утратят силу. Те, кто сражается против нежити, внезапно обнаружат, что их преимущество ускользает. Кто не сможет сражаться или бежать, падут под натиском мертвых врагов, а победы их превратятся в резню, в сотни ужасных мясорубок.

Ургатоа от души порадуется поражению своего врага и объявит 50 дней пиров, наливая кровавое вино в пустые кубки. Она будет призывать последователей использовать новообретенное преимущество, поскольку противники их окажутся лицом к лицу с расплатой. Кто-то обратится к другим богам, цель которых подойдет их призванию, кто-то будет искать пророчество, ритуал, жертвоприношение, чтобы вернуть Фаразму и уверенность, что она давала, кто-то пойдет иным путем.

И над всем этим хаосом над самым Шпилем будет нависать ухмыляющийся лик Гротуса, с нетерпением следящего за всем происходящим. Некоторые будут утверждать, что с каждым днем полумесяц фальшивой луны увеличивается, по мере того, как мы приближаемся к концу времен.

Мягко говоря, неприятное будущее. От одной мысли в дрожь бросает! К счастью, большая часть этого пророчества в лучшем случае сомнительна. Возникает множество вопросов, включая допущение того, что мои коллеги-психопомпы просто бросят работу и души на произвол судьбы, какой бы великой ни была их скорбь. Но прежде всего, причиной смерти Владычицы косвенно указывается конец пророчеств. А если пророчеств нет, то как же осуществилось это? Парадокс, который распутать мне пока не под силу. Возможно следующий мой реферат внесет большую ясность.

Erin Roberts
https://paizo.com/community/blog/v5748dyo6sii0