Междуцарствие и возвращение Индиры: The Emergency, часть четвёртая.

Вопрос о причинах внезапной отмены Индирой чрезвычайного положения наверное не менее сложен, чем вопрос о причинах его введения. Но, скорее всего, основная причина заключается в том, что истинные мысли Индиры и её сторонников не слишком сильно отличались от выдаваемой ими пропаганды. Они действительно считали, что в 1975 году страна стояла на пороге гражданской войны, а за время ЧП самые острые противоречия стихли, а экономика пошла в гору. Оппозиция организационно разгромлена, теперь, же если предоставить ей свободу действий, она окажется более слабой, чем в 1975 году. Конечно, определённые группы населения рассержены некоторыми «эксцессами» политики Санджая, но всё это не слишком значимо и существенного влияния на будущие выборы не окажет.

Индийские спецслужбы не фиксировали существенного роста недовольства, но дело было в том, что сами индийские спецслужбы до 1975 года практически не работали с «внутренними» проблемами и не имели опыта мониторинга реальных настроений граждан. Поэтому события, последовавшие за отменой ЧП 18 января 1977 года, стали для правительства полной неожиданностью.

Выпущенные из тюрем оппозиционеры немедленно объединились в «Народный фронт» (Джаната фронт) и начали активную избирательную кампанию. Лицом оппозиции опять стал Джайпракаш Нараян. Он был уже смертельно болен, но его хватило на последнюю поездку по стране. В своих выступлениях Нараян говорил о том, что мартовские выборы в парламент будут последними, после чего на страну «опустится вечный мрак диктатуры». К единому оппозиционному альянсу примкнули самые разные группы — коммунисты, регионалисты, сикхи и социалисты. В лагере Индиры появились перебежчики — к оппозиционерам переметнулся Джагдживан Рам, министр сельского хозяйства. В ИНК Джагдживан Рам был главным представителем низкокастовых и в основанную им партию «Конгресс за демократию» потянулись избиратели-далиты.

Индира ездила по стране так же много, как и оппозиционные лидеры. Она признавала, что за последние два года были допущены ошибки, но говорила, что не вводить чрезвычайное положение летом 1975 года было нельзя. Индира понимала серьёзность ситуации, но надеялась выиграть выборы. У Конгресса всё равно оставались некоторые союзники — тамильские националисты, просоветские коммунисты и кашмирцы в лице Шейха Абдуллы.

Выборы прошли 16-20 марта 1977 года. Подобного разгрома Конгресса наверное не ожидал вообще никто — партия получила 189 мест в парламенте (на прошлых выборах — 352), абсолютное большинство отошло к оппозиционному альянсу, который тут же преобразовался в единую партию Джаната (Народная). Конгресс смог сохранить влияние в южных штатах Карнатака и Андхра-Прадеш, но в ключевых северных регионах разгром был полный. В крупнейшем штате Уттар-Прадеш Конгрессу не удалось провести вообще ни одного депутата. Так же было и в Дели, где очень хорошо запомнили эксперименты Санджая. Сама Индира в своём округе проиграла всё тому же Раджу Нараяну, который за несколько лет до этого затеял столь достопамятный судебный процесс.

В оппозиционных (ну а теперь уже проправительственных) газетах писали, что Индира после оглашения результатов выборов полетела в Москву, но Брежнев отказался её принять. Конечно, это апокриф, иллюстрирующий то, что оппозиционеры несколько преувеличивали зависимость правительства от СССР. На самом Деле, после поражения на выборах Индира впала в глубочайшую депрессию, долгое время отказывалась вставать с постели, принимать пищу и планировала поселиться в уединении в Гималаях. Возможно, так бы оно и было, если бы на смену Индире пришло хоть сколько-нибудь адекватное правительство. Но дорвавшиеся до власти оппозиционеры как будто поставили себе целью соответствовать образам самих себя из пропагандистских фильмов, клепавшихся в Болливуде в период чрезвычайного положения.

Непосредственно после оглашения результатов выборов началась драка за пост премьер-министра, затянувшая формирование нового правительства на несколько дней. Наконец, Нараян и Крипалани, сами остававшиеся вне правительства, решили вопрос в пользу Морарджи Десаи. МВД возглавил Чаран Сингх, вовремя сменивший покровителей Джагдживан Рам стал министром обороны. Министерство сельского хозяйства отдали сикхам, его возглавил Пракаш Сингх Бадал. Ключевые посты в правительстве получили правые — Ваджпаи возглавил МИД, а Адвани — министерство информации. Формально оба политика были членами Джаната парти, но фактически они координировали свои действия с руководством индусского движения в Нагпуре и были готовы к любому повороту событий.

Морарджи Десаи ранее был министром финансов при Джавахарлале Неру и Индире Ганди, ему было уже больше восьмидесяти лет. Десаи был известен как горячий приверженец уринотерапии — индийским и иностранным корреспондентам он с удовольствием рассказывал, что ежедневно перед завтраком выпивает полный стакан мочи, которая необычайно благотворно влияет на здоровье. Впрочем, приверженность нетрадиционным методам лечения была далеко не главным злом. Проблема была в том, что Десаи, бывший несомненным мастером политической интриги, координировать действия правительства очевидно не мог.

В первые же месяцы деятельности нового правительства экономика начала стремительный полёт вниз — на фоне достойных показателей периода ЧП это смотрелось особенно интересно. Ну а уровень коррупции в правительстве Десаи был таким, что самых одиозных деятелей эпохи Индиры население начало вспоминать с ностальгией.

Само правительство с первых же дней пребывало в состоянии смертельной вражды с самим собой. Летом 1978 года Десаи решил отправить в отставку с поста министра внутренних дел Чаран Сингха, также претендовавшего на пост главы правительства. Чаран Сингх заявил, что распоряжения главы правительства он выполнять не собирается и МВД принадлежит ему. Для поддержки достойного министра в Дели явилась пара сотен тысяч крестьян из касты джатов, к которой принадлежал Чаран Сингх. Фермеры-джаты приехали в Дели на тракторах, разбили лагерь на центральных площадях и угрожали разнести столицу по кирпичику, если кто-нибудь посмеет обидеть их земляка. Десаи был вынужден признать, что ситуацию в стране он не контролирует и Чаран Сингх остался при всех титулах и должностях.

Джайпракаш Нараян сначала пытался как-то спасти ситуацию, встречался с членами правительства и пытался воззвать если не к совести, то хотя бы к здравому смыслу и чувству самосохранения. Вскоре он понял, что всё безнадёжно и уехал умирать в родной Бихар.

На уровне штатов обострились конфликты на кастовой и религиозной почве. Большая часть информации о столкновениях в сельской местности в центральную прессу не попадала, но события в бихарской деревне Белчи 27 мая 1977 года потрясли всю страну — межкастовый конфликт завершился тем, что 9 «неприкасаемых» были заживо сожжены односельчанами.

Правительство на события в Белчи отреагировало вяло — оно вообще не слишком отвлекалось на внешние раздражители. Зато в Белчи появилась Индира Ганди. С дорогами в бихарской глубинке было туго, поэтому экс-премьер преодолела последний десяток километров пути на слоне. Индира ездила по деревням, успокаивала крестьян и очевидным образом возвращалась в большую политику.

На это правительство уже попыталось отреагировать. С момента прихода к власти Джаната парти действовала парламентская комиссия по расследованию злоупотреблений в ходе чрезвычайного положения. Комиссия работу не завершила, но Чаран Сингх и Десаи решили, что тянуть нечего и Индиру надо срочно сажать.

3 октября 1977 года Индиру арестовали в Дели по обвинению в коррупции. Бывшего премьера решили вывезти из неспокойного Дели в Хариану, где в годы ЧП содержались в изоляции арестованные оппозиционеры. Но у нового правительства не ладилось даже с арестами — на железнодорожном переезде полицейские машины, перевозившие арестованную, попали в пробку. Находившиеся рядом люди увидели Индиру в машине, начала собираться толпа. За несколько месяцев отношение к Индире сильно поменялось — толпа была настроена к ней доброжелательно, полицию блокировала и вознамерилась Индиру отбить. Прибывшие на место адвокаты экс-премьера сумели убедить полицейских, что на территории штата Хариана ордер на арест не действует и вообще, арестованную следует доставить в суд. Судья решил, что оснований для заключения под стражу не имеется и Индира получила несколько месяцев передышки.

В это время прошли довыборы в парламент и Индира легко получила депутатский мандат и неприкосновенность. Летом 1978 года страну заливали невиданные муссоны, Ямуна вышла из берегов и затопила столицу — правительство на природные катастрофы внимания не обращало: Десаи пытался пропихнуть во власть собственного сына, а Чаран Сингх, только что сохранивший свой пост за счёт верных джатов, решил добить премьера и занять его место. Для этого он предложил союз своему заклятому врагу — Индире. Она согласилась поддержать новое правительство и Чаран Сингх наконец осуществил свою мечту и в июле 1979 года сменил Десаи на премьерском посту. Все понимали, что пришёл он ненадолго и вслед за ним во власть неизбежно вернётся Индира.

8 октября 1979 года в своём деревенском доме умер Джайпракаш Нараян — в последние месяцы он не давал интервью и не интересовался политическими делами. На его похороны пришли все — и Индира, и её непримиримые противники.

Осенью 1979 года Индира спровоцировала проведение досрочных выборов — в январе 1980 года Конгресс триумфально вернулся к власти, получив абсолютное большинство мест в парламенте. Бывшая Джаната парти раскололась на несколько фракций и проиграла всё, что только можно. Индира вновь сформировала правительство. Санджай Ганди, возглавивший партийную организацию Конгресса вновь был на первых ролях, но продолжалось это недолго — 23 июня он разбился в делийском аэропорту, пилотируя собственный самолёт.

Про правительство Десаи-Чаран Сингха трудно сказать что-то хорошее, но своё влияние на индийскую историю они оказали. Несмотря на победу на выборах 1980 года, Конгресс так и не смог вернуть те позиции, которыми он обладал в 1950-1960-ые гг. — в Индии окончательно сформировалась многопартийная политическая система. На роль «второй партии» стали претендовать правые националисты — главные выгодополучатели от событий конца 1970-ых гг. Индусские националисты смогли сохранить свою политическую организацию, подобрать большую часть осколков оппозиционных сил и сформировать партию Бхаратия джаната парти (БДП), которая впоследствии ещё раз оттеснит Конгресс от власти — уже всерьёз и надолго.