Русская красавица в Поднебесной
Дробный перестук каблучков, расшитый сарафан и летящая лента в косе – в этом вихре народного танца Настя Докина живёт уже двенадцать лет. В составе образцового хореографического ансамбля «Игрица» она привыкла рассказывать истории без слов – движением плеча или открытой улыбкой. Но стоит музыке затихнуть, как на смену народным напевам приходят загадочные тоны и строгие черты китайских иероглифов. Настя виртуозно соединяет в себе две вселенные: она не только хранит наследие родного края, но и строит мосты между великими странами.
В ритме двух культур
– Настя, сразу вопрос «в лоб». Что сложнее: идеально выполнить «дроби» в танце или выучить четыре тона в китайском произношении?
– Лично мне дроби даются проще. Тоны – это совсем другая история. Каждый тон в китайском сложен по-своему. Если ты ошибёшься, меняется весь смысл сказанного. Взять хотя бы классический пример с «ma»: ровный тон – «мама», восходящий – «лошадь». В танце, если ты чуть сбил дробь, зритель, скорее всего, не заметит. В языке же ошибка в тоне может разрушить коммуникацию мгновенно.
– А почему в мире, где молодежь всё больше выбирает контемпорари и хип-хоп, ты выбрала верность традициям русского танца?
– Всё началось с моей бабушки, Мурановой Светланы Идеевны. Она была руководителем ансамбля «Каблучок». Её дело продолжили мои родители, Оксана Александровна и Павел Михайлович Докины. А потом настал момент, когда захотелось создавать своё. Так родилась «Игрица» – уже детище моих родителей. Меня родители отправили в «Игрицу», когда мне было 8 лет. Честно говоря, выбора особо не было (смеётся), но я ни разу об этом не пожалела.
– Педагог китайского языка – необычный и смелый выбор профессии! Как в твоём сознании вместе с экспрессией русской плясовой «уживается» дисциплина китайского? Это конфликт двух миров или их идеальный резонанс?
– Изначально я планировала поступать на учителя английского языка. Но при этом меня всегда тянуло к восточной культуре. Я любила разбираться в моде, изучала субкультуры, интересовалась укладом жизни. Знакомая рассказала, что в её институте открывается китайское направление.
И я вдруг чётко поняла: английский я могу и дальше улучшать, но мне под силу и выучить новый язык! И теперь две мои такие разные страсти дополняют друг друга: танец воспитывает выносливость, китайский – дисциплину ума. Оба требуют терпения, внимания к деталям и искренней любви к культуре. И танец, и китайский – для меня не «надо», а «хочется».
Любовь побуждает вставать на репетицию, когда ноги гудят. Любовь заставляет снова и снова возвращаться к иероглифу, который никак не запоминается.
Мост через великие реки
– Ты побывала на международном форуме «Волга-Янцзы». Какие главные уроки дипломатии и коммуникации ты вынесла из этой поездки?
– До форума у меня уже был опыт поездки в Сианьский университет. И к форуму «Волга-Янцзы» я уже примерно знала, куда еду и как себя вести. Но и новые уроки тоже случились:
1) В Китае возраст и статус значат намного больше, чем в России. Никакой фамильярности. Сначала – приветствие старшему, выслушать, показать уважение действием.
2) Немного переплетается с первым правилом. Язык тела говорит громче слов. Лёгкий поклон вместо кивка, улыбка без напряжения – всё это почитается в Китае как знак уважения.
3) Никогда нельзя ставить собеседника в неловкое положение, даже если он неправ. Нельзя перебивать, нельзя публично исправлять, нельзя показывать превосходство. Уважение к чужому «лицу» – это основа, без которой диалог не сложится.
К солнцу – руками
– У тебя такая активная университетская жизнь! Вице-мисс факультета, «Студенческая весна», «Рождественские сказки»... Это ресурс?
– Ещё какой! Хотя самый первый толчок был довольно несерьёзным. На первое сентября я выступила во флешмобе, чтобы не ходить на отработку в институте. Смешно вспоминать. Следующим шагом стал конкурс «Алло, мы ищем таланты!». Я показала сольный номер – русский танец. А ещё поставила китайский номер с веерами. И после этого понеслось! Меня начали звать везде: «А ты можешь выступить там?», «А давай ты сделаешь номер сюда!», «А поможешь с постановкой?». И я уже не успевала отвечать. Так в моей жизни появились «Студенческая весна», «Рождественские сказки», подготовка к «Мисс факультета» и куча других мероприятий, которые я уже и не перечислю. И да, в актив втянулась я по-настоящему. Сейчас ради того самого чувства, когда зал хлопает и ты понимаешь: оно того стоило. Даже когда сообщения приходят в час ночи.
– Как думаешь, в педагогике тебе твои танцы пригодятся?
– Я вижу свою преподавательскую практику живой. На мой взгляд, главная задача педагога – не заучивать, а чувствовать язык. А знание народной культуры – фундамент для изучения языков. Я бы обязательно использовала на занятиях элементы танца, традиции, фольклор. Для иностранного студента это живое окно в Россию. А для русского, изучающего иностранные языки, – способ найти параллели между культурами.
– Часто люди выбирают что-то одно, но ты строишь двустороннее движение: хочешь везти нашу хореографию в Поднебесную и привозить их традиции к нам. Это и есть твой идеальный путь: быть проводником между культурами на языке жеста и слова?
– Планирую работать преподавателем английского и китайского. Но следующим шагом станет поступление на заочное отделение в Пензенский колледж искусств. Мне нужно профессиональное хореографическое образование, потому что хочу обучать детей и уже взрослых в Китае, если получится там тоже работать. Почему это так важно? Потому что во многих регионах Китая хореография, мягко говоря, страдает. А русская школа танца сильно отличается: другая техника, другая подача, другая работа корпуса и рук. Этому можно и нужно учить. Второй пункт моего плана – показывать китайскую культуру через танец уже у нас, в России.
– А давай прямо сейчас соединим язык и движения. Если объяснять китайцу душу русского танца без слов, какое одно движение ты покажешь?
– Самое простое и самое важное – народные позиции рук. Медленный, плавный переход из одной позиции в другую: руки раскрываются, поднимаются, округляются, опускаются. Я бы объясняла китайцам через близкую им метафору: потянитесь к солнцу руками. В китайской культуре любят такие образы: через природу, через энергию, через плавность.
Мария ШЕВНИНА, молодёжная газета «Деловой»
Фото из архива героини