Бильчир. Снова разведка.
По городам и сёлам закончилась зима, уйдя снегом в землю. Вынашиваемая в морозы мысль проверить, есть ли по пути на Бильчир зимовьё, начинала обретать реальные черты. Бегая по лесным дорогам, замечал, как тает снег. И вот когда и грязь уже начала подсыхать, мы отправились в Калёново – я и Ваня.
В самой дальней, лесной оконечности деревни, весна и тепло запаздывали недели на три. По разбитым уличным дорогам бежали мутные потоки воды, по пути в лес, словно КСП, путь защищала жирная, тяжёлая, вязкая грязь. На пригорках никак не мог растаять снег. Посуху миновать узкий промежуток, где заборы переходят в сосны, не представлялось возможным. Пришлось месить глину.
Цель стояла предельно простая. Если в прошлый раз мы с Таней разведали пути входа на лесную дорогу, отмеченную на карте, её направление и состояние, то теперь шли к прямоугольнику с обозначением «зим.» на карте, расположенной в 8-9 километрах от края деревни. Логика такова: на Бильчир идти далеко, за сутки, конечно, пройдём, но не хотелось бы так рвать. Посему делим путешествие на две части – в первый день идём до зимовья, ночуем, а во второй от зимовья до вершины. Сокращаем путь во второй день на 8 км. А когда длина маршрута составляет более 40 км в день, 8 – это очень много и значительно упрощает движение, где каждая сотня шагов под конец достаточно чувствительна.
А вот есть ли это самое зимовьё, не разрушилось ли, нам и предстояло разведать. Если есть, можно ли переночевать в условиях весенних минусов. Грязищи на дороге с самого начала оказалось по уши. Как не пытались идти, ничего не получалось. Полноприводной транспорт знатно размесил глину. Но теперь, наверное, уже и он не проехал бы. Наступила самая непролазная в лесу пора года.
Отказавшись от дороги, пошли вдоль неё по лесу. Не мы первые, очевидно, поскольку вглубь вела натоптанная тропинка. Да и без неё могли идти с хорошей скоростью, поскольку не встречали ни бурелома, ни кустов, ни прочих препятствий. Самая удобная лесная подстилка из всех возможных.
Снега в лесу ещё хватало. Но он не мешал. Пройдя несколько километров вглубь, обнаружили свежие пни. Осенью их ещё не было, кто-то недавно пилил, видимо. Несколько раз приходилось переходить с берега на берег – чем дальше, тем гуще растительность. Встречались и замёрзшие ручейки.
Ещё через пару километров дорога начала подниматься вверх и стала суше. Тут уже можно было идти прямо по ней. Не по колеям, но можно найти при желании фарватер.
Полгода назад мы дошли до зелёной беседки на перевале, после чего развернулись. Сейчас от неё открывались всё те же унылые виды на невысокие горы, за которыми прятался от взора Бильчир. Сегодня наш путь лежал дальше.
От перевала дорога пошла вниз. И чем ниже, тем больше появлялось грязи. Вскоре пришлось вновь идти по лесу параллельно дороге, которая, к слову, пока повторяла пунктир на карте.
Как-то незаметно изменилось наполнение леса: сосны уступили место берёзам. Что свидетельствовало о близости к ручьям, речкам. Которые вскоре встретились. Сначала на каменисто-глиняной почве повстречалась лужа по весь разлив.
Позже во всю ширь раскинулась ледяная поляна с грязной колеёй посредине. Справа под белую толщу затекала речушка. Утонуть нельзя в случае провала, но на всякий случай шли медленно и осторожно. Карта ясно говорила – мы переправляемся через реку Гильбери, истоки которой полтора года назад мы безуспешно пытались обойти.
Лес потемнел, дорога сузилась. И здесь недавно проезжал транспорт. Снег не хрустел под ногами, но мялся, промачивая обувь. Где-то тут уже должно быть зимовьё. Максимально увеличив карту, следили за движением, осматриваясь по сторонам. Однако зимовья нигде не было.
В какой-то момент прошли отметку «зим.», поэтому развернулись и уже шагали по азимуту к искомой точке. Посреди леса взору предстала ровная приподнятая полянка – идеальное место для избушки. Карта упрямо показывала, что мы у цели. Однако с краю поляны лежала лишь куча мусора на бугре. Это всё, что осталось от зимовья. Цели достигли – проверили наличие зимовья. Оно отсутствовало.
Теперь надлежало возвращаться. Результаты поиска означали, что во время восхождения на Бильчир можем рассчитывать только на себя и свою палатку, если с ночевой. Прошли ещё на десяток метров вглубь, где возле расстрелянного чайника расположились на приём пищи.
На обратном пути решили срезать клин из дорог через гору, поскольку я хотел показать обнаруженное в прошлой разведке. Склон был не очень крутым и почти чистым, идти ничего не мешало. Но после перевала он изменился – теперь всю лесную подстилку покрывал снег.
Наш спуск пересекала дорога по правому берегу реки Гильбери. Первоначально планировали возвращаться по ней на север до пересечения с прямой до Калёнова. Но лесные дороги с грязью уже ничем не привлекали. Стоя по голень в снегу, решили идти и дальше прямо через лес. Вдали высился лысый холм, за которым располагалось водохранилище.
После дороги спустились уже в долину реки. Меж берёз торчали кочки. Летом тут стояла вода, но сейчас пока лишь кое-где обходили редкие лужицы.
Русло реки шириной метров 5 покрыто не вызывающим доверия льдом. Местами он провалился, кое-где виднелась вода. Ваня первым наступил – под ногами захрустело. Осторожно, страхуясь, перебрались на противоположный берег.
Миновали несколько луж, чуть поднялись и оказались совершенно в другой природе. Буквально через несколько десятков метров под ногами лежала горная лесостепь. Степь с редкостоящими обгорелыми деревьями. Начался самый длительный подъём. Один из тех подъёмов, который мы так не любим – долгий, не очень крутой, нудный.
Чем выше поднимались, тем шире открывались виды. Особенно на горы, которые долину Гильбери теснили со всех сторон. Они то синели, то белели вдалеке. Над ними висели тонкие растянутые облака. Приходилось постоянно обходить рытвины и переходить канавы. Откуда они тут – наверное, от потоков воды.
Оглядываясь на уже пройденный подъём, я думал, что, по моему представлению, ландшафт похож на постледниковый. Наверное, так и выглядела тундростепь десятки тысяч лет назад, когда заканчивался ледниковый период – жёсткая жёлтая трава, камни, снег. Мамонтов только не хватает.
По верху – вполне ожидаемо – тянулась старая дорога в лес. Кстати, граница леса обозначалась резко. Теперь, когда до воды оставалось немного, можно было идти и по дороге. Спутниковая карта рисовала её прямиков к берегу.
Карта обманула. Повернув направо, она исчезла под снегом. А уж снега было в лесу достаточно. Ноги промокли ещё давно, но сейчас казалось, что бредём по воде. Любые дороги и просеки отсутствовали. Зато меж деревьев проглядывала ширь замёрзшего озера.
К водохранилищу мы вышли достаточно быстро. Вдоль берега, безусловно, топкого летом, росли поломанные берёзки. С гор то там, то тут, сбегали ручейки. Эти участки обходили.
- По льду пойдём?
- Давай!
Мы к сооружению контроля воды пошли прямо по льду, надеясь не провалиться и минуя тёмные пятна. По одному из таких пятен я ударил и сразу проломил тонкое матовое стекло. Возле берега торчали бурые образования – большие кочки. Ваня их решил исследовать, но никакой полезной информации они ему не сообщили.
Лёд нас держал, хотя и трещал местами.
Когда уже совсем стало опасно, перешли на берег. Выяснилось, что зимой по льду ездили на транспорте. Попробовали бы сейчас. Местами попадались клочки высохших кустов, кострища и немного мусора.
Со времён предыдущее разведки гидротехническое сооружение, представлявшее собой поднимавшуюся у самого берега из воды четырёхугольную частично белую колонну с каркасом мостика, не изменилось. Только уровень воды опустился да на досках обнаружилась полусъеденная заячья лапа.
Следующей нашей целью был островок. Какой-никакой, но стоял апрель. Лёд между островом и берегом уже подтаивал и угрожающе хрустел. Один из нас даже провалился на самом мелком участке (не будем на него показывать пальцем).
Остров впору называть мертвым. Во-первых, из шеверы торчала сухая жёсткая растительность и пара кустов; на этом всё. Во-вторых, на высшей точке пирамидкой лежали камни. А рядом старое кострище без золы и углей. Будто кто-то хотел развернуть свою мини-деятельность и не успел. А в-третьих, рядом с пирамидкой валялся хребёт животного. Наверное, тоже съели.
Лично я обошёл водохранилище за два раза почти по всему периметру. Лишь самый заросший и дальний участок берега остался не исследованным.
Теперь уже по дороге (вернее, по большей части вдоль неё) возвращались в цивилизацию. Казалось, грязь подсохла, но проще шагалось всё равно по лесу. А ещё встретили свежие следы 45 размера, вдоль которых тянулись отпечатки собачьих лап. Наверное, это кто-то шёл за нами ещё днём, да не нашёл. Всё-таки хорошо уметь быстро перемещаться по лесу и прочей грязи.
В Калёново вернулись уже под вечер, темнело уже поздно.
Какие выводы мы принесли из второй разведки:
- Зимовья нет. Хорошо, что выяснили это. Факты куда полезнее слепой веры в отметки на карте;
- Прошли всё хитросплетение дорог, выйдя на единственную в предгорьях гольцов;
- Река Гильбери не очень широкая. С переправой не возникнет проблем.
Теперь остаётся идти на сам Бильчир. Информации о маршруте мы собрали уже достаточно.
