Из горной тундры к Байкалу
Начался затяжной в несколько сот метров подъём. Небольшие камни с зарослями совсем маленького стланика были достаточно коварны. Стоит понадеяться на очередной валун, как он выскакивал из-под ботинка и весело уносился вниз, целясь в нижеидущего.
Подъём был проще, нежели фарватер вдоль снежника. Но полное отсутствие крупной и средней растительности заставляли пригибаться ниже – кое-где идти в том числе и опираясь на руки.
Когда-то тут был более крупный стланик, об этом свидетельствовали давно высохшие сучья. Что его извело, пожар или неблагоприятные погодные условия, неизвестно. Поднявшись выше, разглядели, что наша долина представляла собой плато, которое обрывалось в ещё более глубокую долину. Дальше (и ниже) находились ещё озёра, скорее всего, соединённые ручейками.
По другую сторону от нашего взгорка открывался вид на другую долину. В отличии от долины Квадратного, на этих склонах ближе к вершине растекались заросли стланика, а внизу – каменные россыпи. В самой нижней части к хребту жалось маленькое тёмное озеро. Насколько было видно, сверху кряж в основном покрыт зеленью с минимумом камней.
Ближе к вершине стланик начал увеличиваться в размерах и кое-где стал привычных размеров. Теперь меняем направление движения почти на 90 градусов и идём к седловине. Кажется, стланик тут рос несколько реже. По крайней мере, особо не препятствовал движению.
Гребень представлял собой периодические понижения и повышения. Чем ближе подходили к горе, тем гуще рос стланик. Мы поднимались по выступу к основному массиву гор. Несколько раз в понижениях обнаружили звериные тропы поперёк – из одной долины в другую. Слева обрыв был гораздо круче, чем спуск к нашему озеру.
Гребень закончился. Теперь шли по затяжному подъёму. Поднявшись почти на уровень седловины, пошли по косогору. Таня шла немного впереди и ниже, я и Андрей выше всех. Ваня с Юлей шагали далеко позади. Заросли стланика сменяли каменные проплешины. Мы старались находить путь по этим россыпям, минимально взаимодействуя с кустарником.
Сверху Квадратное казалось стальным, словно с нами ушла из долины вся радость.
Там, где мы вчера сбрасывали рюкзаки, решили подождать Ваню с Юлей – с их стороны мы просматривались отчётливо. На подходе к привалу увидели старое кострище и почти в труху ссохшиеся дрова. А вот и следы людей. Наверное, ловцы полёвок тут обогревались или кипятили воду. Как и вчера, стланик нас прикрывал от ветра.
Минут через 10 пришла отстающая часть группы и активно начала отдыхать.
- Мы поднялись в обход ещё быстрее, чем спустились по прямой.
- Ага. Подниматься иногда легче, чем спускаться.
Теперь поднимаемся к туру. Идти не тяжело, под ногами горная тундра, кусты не цепляют обувь, рюкзаки намного легче, чем в начале путешествия. Со всех сторон по очереди налетает ветер. Впрочем, он не такой холодный, как около озера.
На высшей точке этого гольца нашли валяющуюся металлическую конструкцию. Уже поржавевшую и чуть ли не врастающую в силикатную почву.
Тур виден издалека, являясь прекрасным ориентиром. Кажется, заблудиться на лысом плато сложно, иди по компасу, пока не найдёшь тропинку. В долинах, прорезанных в сторону Байкала, рваными клочьями летал туман. Впрочем, его было гораздо меньше, нежели вчера утром, поэтому можно было рассмотреть пейзажи.
Где-то за туром должна начинаться тропинка, нужная нам. Причём, достаточно заметная. А пока не нашли, идём по азимуту.
Первым шёл Иван.
- Тут гора закончилась! – заявил он, стоя на краю пропасти.
- Не может быть… – что-то мне это напоминало.
Периодически в походах горы у Вани заканчивались в самый неподходящий момент.
- Тут обрыв, туман. Наверное, найдём правее.
Ваня пошёл вдоль обрыва. Мы чуть выше, гадая, как могли просмотреть тропинку. Наконец нашли пологий спуск к гребню. Всё было как и ожидали – стланик с одной стороны и каменные россыпи с другой. Что ж, идем так.
- А мы правильно ли идём? – в один момент усомнился Андрей.
- Что не так?
- Тропинки нет. И озеро в долине. Я такого не помню.
- Когда сюда шли, в долине лежал туман, вообще ничего не было видно.
Я понимал, что что-то не так, пытался найти хоть какие-то аргументы, чтобы возразить тому обстоятельству, что идём не туда. Но мы шли явно не туда. Местность незнакома. Хоть и идти тут больше некуда.
Я проверил компас и навигатор – идти нам следовало намного левее. С гольца, на котором располагался тур, в сторону Байкала спускалось два гребня. Мы пошли по восточному, не по тому, который нужен, и рискнули выйти к долине безымянного озера; мы заходили справа в долину реки Ушаковки.
Предстояло корректировать маршрут. На разведку вызвался опять же Ваня и исчез в стланике. Нам предстояло спуститься и подняться на соседний гребень, однако, до поры, идём пока вдоль этого. Второй шла Таня, являясь связующим звеном между Ваней и остальной группой.
Этот гребень был опаснее. Иногда стланик настолько близко подходил к обрыву, словно сбрасывая нас вниз. Бывало, что под ногами отсутствовала твёрдая поверхность, поэтому держались лишь за крепкие смоляные ветки стланика, нависая над почвой.
- Пройдёте вперёд, там будет поворот, можно отойти от пропасти, – издалека невидимо кричала Таня.
Преодолев опасные участки, нашли прогал в стланике и свернули вглубь горы. Сорваться вниз нам больше не грозило.
Сейчас мы находились как бы в наклонённой на юг чаше. Сначала, всё-таки пробравшись через заросли, мы спустились на дно, потом поднялись наверх. На границе кустов нас ждала Таня.
- Ваня где?
- Он ищет тропу.
Мы пошли следом за Ваней. Я сверился с навигатором, сейчас двигаемся в подъём на нужный гребень. Тут ветер не дул. Почва под ногами, несмотря на густую подстилку, достаточно твёрдая.
Из-за линии горизонта появился Ваня без рюкзака.
- Нашёл тропу!
- Ура!
- Идите прямо, – сориентировал он меня и убежал вниз.
Опять опустился туман. Внизу маячком Андрей двигался в подъём.
Через несколько минут Ваня появился с юлиным рюкзаком за плечами, но без Юли.
Втроём – я, Ваня и Таня – мы двигались к тропе.
Мелкий кустарник путал ноги, периодически рос стланик. Природа вокруг разительно отличалась от высокогорной. И жизни побольше, и цвета поярче. Периодически останавливались, ждали поднимающихся Юлю и Андрея.
Наконец, добрались до тропы. И так приятно её увидеть, словно что-то родное нашли в этих горах. Оставалось, как нам тогда казалось, совсем немного – спуститься по ней до самого зимовья.
Справа от тропы виднелась долина Ушаковки. Из неё отчётливо доносилось журчание ручейка. Отражаясь от камней, звук эхом усиливался и разлетался вверх по хребтам.
Как и в долине квадратного, долину разрезала ниточка ручейка. Пока ещё не ставшего рекой, перешагнуть можно. Тропинка всё опускалась. Мы уже миновали снежники, прошли опасные обрывы; закружится голова – улетишь вниз.
Подошли к тому месту, где вчера выходили из стланика. Тропинка вела дальше.
А вскоре и стланик закончился. Теперь он сменился на хвойный кондовый лес. Ещё несколько десятков метров и тропинка свернула с гребня в лес. Так она где, совсем рядом была.
Склон сначала тянулся плавно, а потом загнулся намного круче. Тропинка, как таковая, исчезла, превратившись в чередующиеся натоптанные полянки. Относительно противолежащей горы можно было рассчитывать, сколько ещё спускаться.
Стланик больше не встречался. Спускаться приходилось всё круче и круче, местами шли по камням, кое-где из почвы просачивалась вода и неуверенно уходила под землю. Ещё ниже начали попадаться камни, покрытые мхом, где рискнули подвернуть ноги. Иногда лежали вывернутые с корнями деревья. Спуск был не из лёгких.
Мы спустились более чем наполовину, когда увидели чёрную крышу зимовья. Спускаться ещё прилично, но цель уже видна, это бодрило.
Чем ниже спускались, тем отчётливее доносился шум Осиновки по камням. Тут, наверху, он слышался лучше, чем около зимовья.
Вечный подъём наконец закончился и мы вышли к тропинке, ведущей к зимовью. Как оказалось, она располагалась как раз на границы зон ответственности вчерашних поисков Андрея и Вани, и была достаточно отчётливо протоптана.
- Если ещё раз соберёмся в эти края, теперь знаем, куда идти.
В зимовье надолго не задержались. Растопили печь, вскипятили чай, разогрели сухпайки.
День выдался тёплый, ясный, почти без облаков.
Пока обедали, наблюдали интересную битву трёх бурундуков. Двое одной расцветки ели припасы, которыми мы с ними поделились, но тут появился третий – темнее, – претендуя на еду. Так вот, двое светлых набросились на тёмного, и все втроём с писком укатились в траву.
Припасы на чердаке никто не тронул. Рассовав их по рюкзакам, массу последних увеличили сразу на несколько килограмм. Вчера, уходя, оставили два ведра воды, которые сейчас очень помогли – не пришлось спускаться вниз к реке за водой.
Теперь, наконец, необходимо спуститься к Байкалу. Впереди 9 километров и перепад высот почти 800 метров. Перед отправлением потушили печку, убрались в домике, расставили всю посуду и прочую утварь по местам. Лично мне хотелось бы сюда когда-нибудь вернуться, а пока прощаемся с зимовьём.
Тропинка теперь была достаточно знакома. Шли мимо пихтовых зарослей, больших камней. Местами стояли маленькие озёра (лужами не могу их назвать, вода в них чистейшая). Проходили по большим камням. Помниться, в прошлом году эта тропинка казалась достаточно опасной, скользкой. Сейчас же передвигались осторожнее, не спешили, сильно не растягивались. Пока шли, небо снова затянуло.
От зимовья до беседки шли 45 минут. По времени укладывались, к тому же, впереди самая лёгкая часть дистанции. Поэтому уже около беседки начали расслабляться. Сидели, отдыхали, разрезали фрукты, чтобы веселее шлось.
Путь от беседки до Байкала занял около двух часов. Ничего неожиданного не произошло. Тайга казалась родной. Когда мы сюда попали впервые, она казалась чужой, таинственной, пышущей опасностью, готовой проглотить вместе с рюкзаками. Сейчас ощущения – по крайней мере у меня – совершенно противоположные. В этой тайге спокойно, безопасно, даже медведи, прячущиеся за угром, все свои.
Двое суток без дождей и почва подсохла, воды стало гораздо меньше, можно было даже ни разу не намочить ноги. Ближе к концу тропы, проходя через берёзовую рощу, собирали с упавших деревьев бересту для растопки (которая в дальнейшем пригодилась).
Ближе к Байкалу нас встретили орды комаров, сопровождавшие до самого выхода из леса.
Придя на поляну на берегу Байкала, где ночевали в прошлом году, разбили лагерь. А умывшись в море, символически закончили наше дивное путешествие.
За один день, сменив несколько биомов, из горной тундры мы спустились к побережью Байкала.
Сегодня мы ночуем без мышей на руках, без ожидания нападения медведя. Простой отдых, простая ночёвка.
Наутро был дождь. Он начался ночью, в воде оказалось всё, даже палатки немного намокли. В какую погоду приехали, в такую и уезжаем, будто и не было этих трёх потрясающих дней.
три дня спустя
- …а ещё мы видели суслика! – глядя в зеркало заднего вида рассказывал Андрей.
Точно же, суслик. Что за суслик? Со всеми приездами и отъездами я совсем забыл об андрюхином «суслике».
Я открыл видео и пересмотрел его. Зверёк явно не был сусликом.
- Я таких никогда не видел. Но он больше похож на соболя.
- У соболя шарфик, а у этого белая грудка, – сказала мама, разглядывая стоп-кадр.
Я поискал в интернете описание зверька.
- Это горностай.
Пригляделись. Точно.
Возле озера Квадратного Таня и Андрей встретили горностая.
