В горах Верхней Берёзовки.
Сентябрь 2018 г.
Это первая моя нелинейная заметка.
Не описываю, что и как было, как обычно. Делюсь впечатлениями, наблюдениями, выводами от сентябрьских походов по горам и лесам Верхней Берёзовки.
Как приходит осень. Осень приходит не сразу. Начало сентября и не отличишь от лета, разве что становится не так жарко. Но уже ближе к середине месяца листья перекрашиваются в красные, жёлтые и бордовые цвета; становится ярче.
Двойная природа. Автодорога Улан-Удэ – Курумкан делит природные мини-зоны на две части. Причём, разительно отличающиеся. К востоку от дороги растительность определяет Большая и Малая речки (а так же многочисленные безымянные ручейки). Тут лесная подстилка – сплошь зелёный ковёр, не редки кочки, богатая фауна – чего только нет – и чёремуха, и смородина, и разные грибы (фауна ли?), и рябина. Хвойный лес соседствует с не менее многочисленным лиственным, а так же частым непролазным кустарником. Как уже писал выше, в краткосрочной перспективе светло-, средне- и тёмно-зелёные одеяния сменяются на более пёстрые. Почва влажная, иногда нога проваливается куда-то вниз. И постоянно слышны птичьи переговоры. Конечно же, речка: весело журча, где – по песку, где – по камням, она бежит в сторону Улан-Удэ. На запад от дороги уже совершенно другая картина – горы. Практически на всём протяжении дороги, после начала леса – подъём. Растительность намного скуднее. Тут уже встречаем маленькую жёсткую траву, кое-где – бруснику; или вообще ничего – голая бурая земля, покрытая слоем павшей хвои. Постоянно встречаются разновеликие разбросанные камни, местами сложенные в причудливые сооружения. С западной стороны господствуют вплоть до вершины тонкие прямые сосны. Берёзы и небольшие кусты – как исключение. Но чем ниже, тем их больше. В межгорьях кусты в человеческий рост. Как явное отличие от речной природы – пыль, её становится больше к вершине; поднимается и оседает на обуви.
Подъём в горы. В подъёмах (как процессе) есть особое удовольствие, надо лишь научиться его получать. Я умею. На мой взгляд, высота и крутизна подъёма тут идеальны для начинающих любителей гор – не низко, но и не высоко, не следует ждать лёгких подъёмов, но и пластом лежать от усталости не придётся. Приходится, конечно, постараться. На подъёмах – сосны, редкая трава, камни, местами массивными большим отложениями древних эпох. Подниматься можно четверть часа, а можно и час с небольшим. Встречаются поваленные деревья, вывороченные вместе с корнем. Кое-где бурелом мешает карабкаться. А кое-где подъём напоминает каменную пустыню. Иногда на подъёмах, где обычно не бывает человека, сотовой связи и прочих язв цивилизации, можно услышать удаляющийся топот копыт и увидеть следы этих самых копыт.
На вершинах гор. Вершина – цель любого подъёма. И любая высота радует. Вершины гор – сплошь, как одна. Чаще всего – это хребты с перепадами высот, около километра над уровнем мирового океана. Хребты увенчаны каменистыми гребнями и редкими соснами с кустами. Бурелома не намного меньше, чем на подъёме. Часто по вершинам вьётся едва заметная тропинка, видимо, следы былой антропоактивности.
Вид с высот. Красота, слабо передаваемая словами и фотографиями. Весь масштаб можно оценить только будучи на вершинах. Тут всё – далёкие городские и пригородные строения, бархатная жёлто-зелёная текстура дальних склонов, ровные проплешины, неровные очертания далёких хребтов, голубые горы, подпирающие горизонт. Хотя бы даже ради этой красоты и стоит тратить силы и время на восхождения. А внизу по склонам – частоколы прямых сосен и пятна каменных увалов. Тут и ветер свежее, и солнце ярче, и дышится легче, и думается яснее.
- О том, как идут мои попутчики. С непривычки идти нелегко, периодически вылетают реплики, что, мол, отдохнуть бы, попить бы, нога болит, хочу домой, зачем так высоко и чё там делать, кушать хочу, поздно уже, «а ты знаешь куда идти?», через сколько это всё закончится. Не все, конечно; от Жаргала, например, никогда не услышишь ни жалобы, ни стона. Но если мой попутчик идёт второй раз в горы, то уже умеет получать удовольствие от подъёма, количество жалоб резко снижается, хотя и начинает возрастать по мере подъёма всё выше и выше. Основной упрёк мне – «куда ты бежишь?» (это касается и гор, и лесов), хотя я иду медленно, как мне кажется. В лесу моих попутчиков возникают трудности с ориентированием, продиранием через заросли и переправой через реку. Не жалею я их.
Речка. Главная артерия Верхней Берёзовки – Большая речка. Она то разливается на несколько рукавов, пропитывая почву, то вновь собирается в одно русло. По пути вбирает в себя мелкие ручейки (от них порой остаётся только русло). По всей протяжённости с берега на берег ведут поваленные деревья, уже поросшие мхом. Во время сентябрьских путешествий обнаружил маленький, но живописный водопад.
Наверное, в сентябрьских горах Верхней Берёзовки можно приобрести для себя что-то такое, что позволяет размалевать яркими красками серую повседневность. Тихо, красиво, необычно. Мне там нравится.