Спасёт ли национальная идеология экономику?
В сентябре академик РАН и советник президента Сергей Глазьев назвал духовность экономической категорией и заявил, что без «консолидирующей российское общество современной идеологии … совершить рывок в технологическое будущее крайне проблематично». Если призывы о построении экономики с помощью национальной идеологии звучат от такого высокопоставленного лица (а Глазьев, на минуточку, занимает должность научного руководителя Центра исследований долгосрочных закономерностей развития экономики при Финансовом университете), возможно, культурологам действительно следует немедля приступить к созданию нового миропонимания и его внедрения в головы россиян?
Идентичность как чувство причастности к сообществу является важным аспектом культуры. В настоящее время идентичность человека множественна, поскольку каждый индивид образует связи с самыми разными социальными группами и в той или иной степени ощущает собственную принадлежность к ним. В результате возникает внутренний полилог, позволяющий человеку исполнять несколько социальных ролей.
В одном ряду с профессиональной, языковой, гендерной, конфессиональной и многими другими идентичностями стоит национальная идентичность, которая имеет особое значение для государства. Важную роль в её формировании играет историография. Однако в процессе создания идеологии происходит разрыв между научным отражением реально происходивших событий и образами этим событий в культурном поле. В связи с этим Глазьев предлагает положить в основу консолидирующей идентичности великого «Русского мира» новую хронологию Фоменко. Вся она пропитана духом противостояния официальной историографии: якобы вся историография до воцарения дома Романовых переписана и подделана, и немецкие историки во времена правления Екатерины Второй оскорбили российскую государственность выдуманным варяжским происхождением правителей. По представлениям Фоменко, реальная история России не обременена монгольским игом, а возвеличена могуществом Русско-Монгольской империи. Здесь появляется закономерный вопрос: видит ли академик Глазьев разницу между национальной идеологией и конспирологией?
Ответ на вопрос очевиден. Так давайте проясним по-настоящему научный механизм формирования национальной идентичности. Сама она неразрывно переплетена с проблематикой прошлого в настоящем и детерминирована историческими образами в культуре. На этом сложном поприще друг друга взаимодополняют два процесса: память об исторических событиях и забвение. Их функция не в переписывании истории, как это сделано в новой хронологии Фоменко, а в большем или меньшем освещении того или иного периода в истории в соответствии с актуальными задачами, поставленными перед обществом. Вспомним фильм «Александр Невский» (1938 г.) Эйзенштейна. Он появились в момент общесоциального кризиса идентичности, когда советское общество нуждалось в сплочении для противостояния военной угрозе. Режиссёр обратился к идее мужества и стойкости, показал победу над врагом. Художественные допущения в изображении сражения не противоречат историографии.
Коллективная память не имеет органической основы, т.е. не является напрямую отражением реальности. Она конструируется и постоянно видоизменяется в соответствии с актуальными политическими и экономическими запросами правящей элиты. Дабы последняя не обратила национальную идентичность против интересов самого народа, её создание должно находиться в руках учёных.
А теперь вообразим, что армия культурологов, этнологов, политологов, медийщиков и всех причастных уже разработала и вызвала к жизни сильную зрелую идеологию в умах граждан. Остаётся неясным, каким именно образом это просветлённое массовое сознание выведет производство на новый виток. Как общество из национальной идентичности вынет правильную экономику? Современные высокотехнологичные заводы, адекватные эффективные механизмы управления производством не материализуются сами по себе из «правильных» моральных установок и ценностей. Они вырабатываются практикой, методом проб и ошибок. Значит ли это, что национальная идентичность бесполезна экономике и не нуждается во вложениях? Отнюдь. Грамотно сформированная национальная идентичность станет поддержкой развивающихся экономических отношений и будет воодушевлять общество на новые достижения. Такая идеология должна базироваться на научной историографии, а не на спекулятивных теориях.
Однако идеология сама по себе не в силах вылечить экономику от коррупции и вознести уровень общественного благосостояния на небывалые высоты. Так пусть экономисты поищут пути разрешения экономических трудностей России там, где находятся реальные противоречия и производственные трудности, а построение национальной идентичности останется в ведении учреждений культуры.