Некролог: Харпал Брар, революционер, основатель Коммунистической партии Великобритании (марксистско-ленинской)

Перевод статьи Ранджита Брара члена Коммунистической партии Великобритании (марксистско-ленинской)

Харпал Сингх Брар умер в 10:10 утра по индийскому времени (4:40 утра по британскому времени) 25 января 2025 года в возрасте 85 лет. Он находился в доме своего племянника Манприта Сингха Бадала в Чандигархе, Индия. С ним были его близкий товарищ и лидер Коммунистической партии Великобритании — марксистско-ленинской Элла Рул, а также его дочь Джоти и сыновья Ранджит и Карлос. Он оставляет нас в глубоком трауре. Но мы благодарны за то, что были частью его глубоко значимой жизни и работы. Мы действительно можем сказать, что он пролил свет на наш путь. И что борьба, которой он посвятил свою жизнь, продолжится.

Харпала кремировали в тот же вечер в его родной деревне Фаттанвала, недалеко от города Муктсар в штате Пенджаб. На церемонии присутствовали все жители деревни и многие люди из окрестных деревень и городов, а также многие члены пенджабской семьи Харпала и его знакомые. Трудно представить его в роли фермера-пенджабца, который ездил верхом на лошади и выращивал урожай, но именно такими были его корни до того, как он отправился в столицу, чтобы получить степень магистра права в Университетском колледже Лондона, где он познакомился с будущей женой Мейсел Кэтлин Шарп, стал коммунистом, нашёл друзей и товарищей на всю жизнь и открыл для себя своё истинное призвание — работать ради освобождения человечества.

Харпал был прекрасным человеком, которого любили все, кто его знал, и особенно все, кто разделял его борьбу и его дело. Он был страстным, обаятельным и харизматичным человеком, полным щедрости, юмора и радости, преданным и любящим своих товарищей, друзей и семью, а также глубоко любящим трудящиеся массы. Харпал был пламенным и сильным оратором, который просвещал и воодушевлял свою аудиторию, и сотни рабочих и революционеров следовали за ним.

Его бескомпромиссная и принципиальная позиция, его преданность делу рабочих и угнетённых масс снискали ему верных друзей и товарищей. В то же время эти качества вызывали враждебность со стороны угнетающего класса и реакционных политических и академических сторонников колониализма и империализма, а также их политических представителей в рабочем движении. Харпал бесстрашно выступал против лейбористов, социал-демократов и реформистов, оппортунистов и троцкистов, пацифистов, анархистов, буржуазных националистов (в том числе сикхских пенджабских «националистов» из движения «Халистан») и чернокожих сепаратистов, чьи политические идеи он критиковал, а организации называл инструментами для введения рабочих в заблуждение.

Следуя за Лениным, Гарпал верил и учил нас, что революционер должен быть принципиальным, гибким в тактике и достаточно сильным, чтобы плыть против течения «принятых», «допустимых» и «модных» взглядов, установленных буржуазией и её представителями. Все, кто отстаивает интересы рабочего класса против могущественного аппарата империализма, должны уметь «слышать одобрительный гул не в сладких звуках похвалы, а в рёве раздражения!»

Харпал был невысокого мнения о своих интеллектуальных способностях и достижениях, объясняя свою обширную эрудицию упорным и постоянным «скучным, повседневным» обучением и работой, но он, несомненно, был исключительно одарённым и умным человеком, и его путь из сельской Пенджабской провинции в Лондон, город в центре Британской империи, где он примкнул к борьбе революционного пролетариата, примечателен.

Фаттанвала

Харпал родился и вырос в колониальной Индии в семье сикхов, родители которых были землевладельцами-крестьянами. Он действительно был прямым потомком Фаттана Сингха, основателя деревни, а его предки были торговцами лошадьми и фермерами. В Индии, где он родился, правила Британская империя, которая систематически «доила» (по словам лорда Солсбери) народы субконтинента, чтобы накопить огромные богатства в Англии. Британские колонисты жили в роскоши и паразитическом великолепии в последние дни империи, за «гражданскими линиями» и в своих расово исключительных клубах.

Британцы собрали миллионы фунтов стерлингов на финансирование Первой мировой войны, обложив налогами обедневшие индийские массы, и призвали около 1,3 миллиона солдат из Индии (более миллиона из Пенджаба) сражаться за «родину» в Первой мировой войне и 2,5 миллиона — во Второй мировой. Харпал никогда напрямую не контактировал с колониальными правителями, но их политика разрушила его мир. Деревня Фаттанвала находилась в центре Пенджаба до раздела, недалеко от Лахора, а сейчас — к югу от границы между Индией и Пакистаном.

На момент его рождения в Индии не было систематического школьного образования для широких масс. Британский колониальный режим упразднил существовавшую ранее систему школьного образования на пенджабском языке, которая была очень развита в независимом и религиозно плюралистичном Пенджабском королевстве Ранджита Сингха, и не заменил её ничем равноценным. Поскольку в деревне, где проживало большинство мусульман, начальное образование можно было получить в медресе, которым руководил деревенский мулла — местный мусульманский религиозный деятель и учитель. Именно там Харпал получил своё первое образование и научился писать своё имя на пенджабском языке арабской вязью.

В 1947 году юный Харпал стал свидетелем катастрофического раздела Индии, сопровождавшегося межобщинными беспорядками и погромами. В свои семь лет он ещё не знал и не понимал, что это был план имперского британского правящего класса, который на закате своего правления и после ухода из Индии хотел посеять вражду, ослабить и надолго разделить народы субконтинента. Он не знал о роли Шахида Бхагата Сингха в создании революционного движения за индуистско-мусульманское братство, независимость и социализм в Индии. Но, став взрослым, он заново открыл для себя эту историю и написал прекрасную работу «Инкилаб Зиндабад!», в которой задокументировал борьбу Индии за свободу.

И всё же та великая историческая трагедия, свидетелем которой он стал, оказала на него неизгладимое влияние. Возможно, и о Харпале мы можем сказать вслед за Марксом и Энгельсом, что буржуазия производит прежде всего своих собственных могильщиков. [1]

Отец Харпала, Харчанд Сингх Брар, вместе со своим дедом много ночей патрулировал верхом на лошади с оружием в руках, чтобы защитить своих друзей-мусульман и соседей от межобщинного насилия, сопровождавшего раздел страны. Они выполняли своё обещание находить и поддерживать связь со своими разделёнными друзьями и, по возможности, отправлять ресурсы через «линию Рэдклиффа» — новую границу, проведённую лордом Маунтбеттеном по приказу послевоенного лейбористского правительства Клемента Эттли.

До раздела страны его лучшим другом был мальчик-мусульманин, с которым он расстался, а характер его деревни и жизни навсегда изменился. Харпал всегда считал, что народы Индии и Пакистана — один народ, и им лучше быть вместе. Он действительно понял, что рабочие всех стран должны объединиться, если мы хотим избавить общество от многочисленных несправедливостей, национальных и религиозных предрассудков.

Чтобы вырастить ребёнка, нужна деревня. И пока Харпал был мальчиком, он играл с рассвета до заката на полях, улицах и в домах друзей и родственников, ел и спал в том доме, где оказывался. Будучи общительным и любознательным мальчиком с невероятной памятью на детали, Харпал мог рассказать множество историй из своей юности: о том, как он был свидетелем кровной вражды и земельных споров между пенджабскими крестьянами (даже в детстве он понимал их бесполезность и глупость), о том, как он ездил верхом в местные города со своим дедом, объезжал жеребцов или тратил деньги, приглашая друзей в дхабы (чайные) Муктсара, — к большому неудовольствию своего отца! Деревню трудно было превзойти в качестве школы для оратора, и он черпал силы в крестьянстве — в его фольклоре, поговорках, шутках и деревенском оптимизме.

Он одним из первых увидел трактор, привезённый в его деревню, и стал свидетелем того, как скептицизм крестьян сменился удивлением и радостью, когда трактор за день вспахал больше земли, чем раньше за неделю вспахивала пара волов. Он стал свидетелем появления и механизации трубчатых колодцев, а также озеленения и мелиорации полузасушливых земель. Механизация и применение технологий в сельском хозяйстве имели для него практическое и непреходящее значение — как и для всех нас.

Связь Харпала с крестьянством и его детский опыт остались с ним, когда он позже размышлял о сельскохозяйственной революции в СССР и узнал о коллективизации и социалистическом решении крестьянского вопроса, которое стало ключом не только к успешной революционной борьбе масс, но и к повышению производительности, обеспечению растущих городов продовольствием и избавлению человечества от нищеты и невежества.

Мукцар

Харпала отправили учиться в Хальсу (сикхскую религиозную) школу в местном городе Муктсар (основанном там, где десятый гуру сикхов, Гобинд Сингх, провёл свою последнюю великую битву), и там, несмотря ни на что — и однажды спалив общежитие во время игры в «пистолеты», в которой мальчики стреляли друг в друга спичками с фосфорным наконечником! — он выучил хинди и английский и полюбил гуманитарные науки и текущие события.

Среди его сверстников было принято не учиться, а спать допоздна, поздно вставать и делать минимум. Но Харпал, у которого появился неподдельный интерес и жажда знаний, которые сохранялись на протяжении всей его жизни, вставал рано, шёл в поле с книгами и газетами и занимался до того, как просыпались его друзья. Когда пришли результаты экзаменов, а он получил высшие баллы по всем предметам, он просто заявил, что, должно быть, с экзаменационными работами что-то напутали.

После выпускных экзаменов в средней школе он поступил в университет в Чандигархе, где изучал английский язык, пенджаби и историю. Получив степень бакалавра гуманитарных наук, он поступил в Делийский университет, чтобы получить степень бакалавра права.

Дели

Именно во время учёбы в Дели Харпал впервые принял участие в политических демонстрациях, которые проходили в знак протеста против убийства (колониальными державами — Бельгией, Францией и США) Патриса Лумумбы, героического антиимпериалистического лидера недавно обретшего независимость Конго, а также в поддержку великой антиимпериалистической борьбы вьетнамского народа и его лидера Хо Ши Мина, который, как известно, написал: «Нет ничего ценнее независимости и свободы!»

Это были первые из сотен демонстраций, собраний и акций, в которых Харпал участвовал, выступал и руководил.

Англия

Движимый своим пытливым умом и энергичным характером, Харпал решил, что поедет в Англию, чтобы получить степень магистра права. Он поступил в Лондонский университетский колледж и приехал туда летом 1962 года, как раз перед принятием в Великобритании первого закона против иммиграции, который затрагивал граждан Содружества. Харпал всегда помнил, что его первыми действиями по прибытии были покупка пальто — ему было невероятно холодно — и стрижка, символизировавшая переход от религиозного воспитания к материалистическому мировоззрению, сформировавшемуся в его сознании.

В более поздние годы Харпал никогда не уклонялся от обсуждения религии с теми, кто исповедовал веру, говоря, что он видел самые отвратительные деяния, совершённые во имя религии, — имея в виду коммунализм, с помощью которого британцы и постколониальные правящие классы субконтинента держали в подчинении массы населения Индии и Пакистана и против которого Харпал боролся всю свою жизнь. Он рекомендовал книгу Бхагата Сингха «Почему я атеист», а также диалектико-материалистическое учение Маркса и его последователей.

Лондон был сложным для адаптации городом как с точки зрения климата, так и с точки зрения культуры, и поначалу его удерживала там скорее гордость, чем любовь к странной и неприветливой обстановке. Однако постепенно он влился в его жизнь, и, несмотря на то, что (как он часто говорил в своих речах) «иммигранты приезжают сюда не ради тёплого приёма, тёплой погоды или вкусной еды!», он нашёл своих самых близких друзей и самых преданных товарищей среди британского рабочего класса.

Когда Харпал был студентом, с ним произошли две вещи, которые навсегда изменили его жизнь, к ужасу его отца (который хотел, чтобы он вернулся в Индию и женился на девушке из богатой пенджабской семьи), но к его и нашей большой выгоде.

Первое: он нашел Ленина в библиотеке Лутона.

Харпал часто рассказывал нам, что вскоре после приезда из Индии, перед началом своего курса и в поисках работы, он случайно взял книгу и прочитал слова Владимира Ильича Ульянова-Ленина. Выбранный им том содержал обращение Ленина к партийному трибуналу, перед которым меньшевики привлекли его к ответственности за выпуск брошюры против их фракционной деятельности и компромиссов с реакционерами накануне выборов во вторую Думу. [2]

Харпал был поражён силой и проницательной логикой аргументов Ленина. Слова и мысли Ленина были настолько захватывающими, настолько ярко они запечатлелись в нём вместе со справедливостью большевистского дела, что он был вынужден читать дальше.

Так начались отношения длиною в жизнь, которые привели Харпала к принятию революционного марксизма-ленинизма как решения проблем, с которыми столкнулось человечество. Он прочитал все труды Ленина и стал убеждённым ленинцем и марксистом. Не зря труды Ленина больше не выдаются в публичных библиотеках Великобритании!

Во-вторых, он влюбился и женился на своей сокурснице, Майсел Кэтлин Шарп, которая училась на бакалавра права.

Вместе они всё активнее участвовали в антиимпериалистическом, рабочем и коммунистическом движении. Они изучали и обсуждали революции в России и Китае, экономику капитализма и социализма, труды Маркса и Энгельса, Ленина и Сталина, Мао Цзэдуна и Хо Ши Мина.

После Кубинской революции и «Карибского кризиса», когда массы рабочих были потрясены возможностью ядерной войны, но триумфальное шествие человечества к социализму казалось не только неизбежным, но и неотвратимым, они погрузились в революционную и антикапиталистическую борьбу британских студентов и рабочих.

Великая Октябрьская Социалистическая революция

Харпал посетил СССР в 1963 году и был сильно впечатлён плодами советской демократии и социалистического общества. Он стал страстным защитником русской и китайской социалистических революций и народов, а также антиколониальной борьбы вьетнамского народа, народов Южной Африки и Зимбабве, корейского и палестинского народов и множества других освободительных и антиколониальных движений, боровшихся против британского, американского, французского, бельгийского и европейского империализма.

Борьба колоний и неоколоний за свою свободу была неразрывно связана с борьбой рабочего класса за социализм. «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» — этот лозунг он перенял из эпохального труда Маркса и Энгельса «Манифест Коммунистической партии» и руководствовался им в своей деятельности.

Харпал стал убеждённым интернационалистом, осознав, что точно так же, как накопленный капитал преодолел национальные границы и вышел за их пределы, ища по всему миру рабочих, ресурсы и рынки сбыта, точно так же, как народы во всех уголках мира были вынуждены покинуть свои родные земли из-за нищеты, потрясений и колониальных войн и искать пропитание в империалистических странах, так и рабочие должны научиться отбрасывать национальные различия и сотрудничать в общей борьбе против капитализма.

Харпал был вдохновлён словами Ленина на втором конгрессе Коммунистического интернационала: «На конгрессе также были представлены коммунистические партии и группы на Востоке, в колониальных и отсталых странах, которые так жестоко грабятся, угнетаются и порабощаются «цивилизованной» лигой хищнических наций. Революционное движение в развитых странах было бы на самом деле не чем иным, как чистым обманом, если бы в своей борьбе против капитала рабочие Европы и Америки не были тесно и полностью объединены с сотнями миллионов «колониальных» рабов, которых угнетает этот капитал». [3]

Он понял, что капитализм нельзя реформировать. Его нужно свергнуть. Общество может двигаться вперёд только на основе новой, более высокой демократии — советской демократии, которая поставит социально-управляемые производительные силы (в настоящее время находящиеся в индивидуальной собственности элиты миллиардеров) на прочную основу общественной собственности, устранив эксплуатацию и все сопутствующие ей беды. Харпал и Майзель решили посвятить свою жизнь делу коммунизма.

«Разделяющее» коммунистическое движение после Хрущёва и советско-китайского раскола

Столкнувшись с «оппозиционными» движениями в студенческих, женских и коммунистических кругах, а также с растущими обвинениями Сталина, в частности, со стороны троцкистов, Харпал и Майзель решили самостоятельно изучить эти вопросы, читая как Сталина, так и Троцкого, изучая спорные вопросы и решительно поддерживая революционную линию Коммунистической партии Советского Союза (большевиков) и Коминтерна под руководством Иосифа Виссарионовича Сталина.

Харпал и Мэйзел принимали активное участие в антиимпериалистическом движении «Британский фронт солидарности с Вьетнамом» и всё больше стремились создать организацию, которая освободила бы человечество от исторического бремени эксплуатации. Харпал всё больше времени посвящал изучению реальных социальных, экономических и политических условий в Великобритании и организации их изменения к лучшему. Они присоединились к Революционной марксистско-ленинской лиге (РМЛЛ) во главе с Абхиманью Манчандой, известным коммунистом-антиревизионистом, который был соратником легендарной западноиндийской, американской и британской коммунистки Клаудии Джонс —основательницы Ноттинг-Хиллского карнавала и West Indian Gazette, среди прочих достижений.

Харпал и его товарищи сыграли важную роль в британском движении против войны во Вьетнаме и возглавили демонстрации в 1968 году, приведя протестующих к посольству США на Гросвенор-сквер, в то время как троцкисты из Международной марксистской группы (во главе с Тариком Али) пытались разогнать протестующих в Гайд-парке. Харпал призвал демонстрантов выйти за рамки пацифистского лозунга «мир» и призвать к победе вьетнамского народа, которым на оккупированном США юге руководил Фронт национального освобождения, а на севере — такие легенды, как Во Нгуен Зиап и Хо Ши Мин.

С того дня полиция считала Харпала «харизматичным, убедительным и опасным оратором, способным вести за собой толпу», но это никогда не мешало ему организовывать свою жизнь и жить полной жизнью. Его никогда не впечатляли и не пугали мелкие полицейские шпионы, а также угрозы и запугивания со стороны его классовых врагов.

Вдохновлённые победоносной народной революцией в Китае под руководством Мао Цзэдуна и успехами, которых она добилась в построении социализма и борьбе с ревизионизмом (то есть экономическим возрождением капиталистической экономики в СССР, которое уже активно шло в начале 1960-х годов), Харпал и Майзел заняли «маоистскую» антиревизионистскую позицию и приняли многие ключевые положения, которые Харпал позже развил и защищал. Этот опыт также укрепил идею о том, что без революционной теории не может быть революционного движения; что изучение революционной теории необходимо для руководства движением и что без серьёзного идеологического руководства дело освобождения рабочего класса будет обречено на провал. [4]

Мы только недавно узнали, что Харпал и Манчанда ненадолго присоединились к Коммунистической партии Британии марксистско-ленинской (которая сегодня существует в гораздо более урезанном виде) и входили в её центральный комитет вместе с лидером Регом Бёрчем, прежде чем решили, что экономизм и узкий национализм ведут её к забвению.

Из-за печально известного сектантства Манчанды он и Майзел были исключены из РМЛЛ. Однако перед смертью Манчанды в 1985 году они с Харпалом помирились и стали хорошими друзьями.

Хотя Харпал и соглашался с критикой Коммунистической партией Китая хрущёвского ревизионизма, он пришёл к выводу, что позиция Китая, осуждавшая Советский Союз как «социалистического империалиста», была ошибочной и вредной, несмотря на неверную политику СССР в отношении капитализма.

Ассоциация рабочих - коммунистов

Харпал и Мэйзел познакомились со своими спутницами, подругами и товарищами Айрис Слоули и её партнёром, а впоследствии мужем Годфри Кремером на национальном собрании женского освободительного движения в 1970 году, а вскоре после этого они познакомились с Эллой Рул, ныне председателем КПВ-МЛ. Эти товарищи стали ядром антиревизионистской Ассоциации коммунистических рабочих (АКР).

Они активно участвовали в движении, выступая против буржуазного феминизма и за революционную программу равенства для женщин как часть движения рабочего класса за социализм. Они создали Союз женщин за освобождение, яростно боролись с пагубными идеями Жермен Грир, «Заработной платы за работу по дому» Сельмы Джеймс и им подобными, а также с идеями о том, что «поджог бюстгальтера» или «вышвыривание угнетателя (мужчины) из постели» каким-то образом приравниваются к равенству. Их совместная работа сблизила их, и они стали верными товарищами на всю жизнь. Это легло в основу работы «Марксизм и эмансипация женщин».

В начале своего обучения и деятельности они пришли к выводу, что Лейбористская партия была империалистической партией. Социал-демократическая партия: социалистическая на словах (тогда в большей степени, чем сейчас), но шовинистическая, империалистическая, капиталистическая в своей программе и действиях, будь то у власти или в качестве лояльной парламентской оппозиции.

Из-за того, что распадающаяся Коммунистическая партия Великобритании (КПВ), первая коммунистическая партия Великобритании, основанная в 1920 году, под влиянием хрущёвизма стала твёрдо «ревизионистской», отвергнув необходимость свержения государственной машины капиталистического правящего класса (как учил Маркс) в пользу «парламентского пути к социализму», поддерживая политику империалистической Лейбористской партии, эти товарищи не могли присоединиться к ней. По словам самого Харпала: «Какой смысл вступать в такую партию, чтобы потом из неё исключили?» КПВ скатилась на самое дно этого ревизионистского склона, и в 1991 году, когда распался СССР, её еврокоммунистическое руководство просто заявило, что «Октябрьская революция была ошибкой исторического масштаба», и, к возмущению оставшихся в ней пролетариев, самораспустилось.

Бывшие члены Коммунистической партии Великобритании сформировали Коммунистическую партию Великобритании (КПВ) в 1988 году, поскольку руководство КПВ слишком сильно сдвинулось вправо. Новая коммунистическая партия (НКП) ранее отделилась от КПВ, когда последняя приняла еврокоммунизм — критиковала Советский Союз с правых позиций, осуждала его вмешательство в Венгерскую контрреволюцию 1956 года и Пражскую весну 1968 года. Тем не менее, и КПБ, и НКП по сути приняли — и придерживаются по сей день — ревизионистскую программу КПВ, которая привела к тому, что они отстали от лейбористов и стали неактуальными.

АКР проводила кампанию, чтобы убедить руководство этих партий отказаться от поддержки империалистической Лейбористской партии, но обе партии оказались неспособны на это и поэтому не могли продвигать коммунистическое движение вперёд.

Хемел Хемпстед, Харроу и Саутхолл

Сдав экзамен на адвоката, Харпал не стал заниматься юридической практикой, а вместо этого преподавал право: сначала в колледже Дакорум в Хемел-Хемпстеде, где он поселился вместе с Мэйсел, а затем в колледже Хэрроу для получения среднего и высшего образования, который позже стал частью Вестминстерского университета. Однако преподавание было лишь средством для достижения цели, а настоящей страстью и неиссякаемой энергией Харпала была его политическая деятельность.

Харпал демонстрировал ясность мысли и аналитические способности, которые помогали ему направлять своих товарищей, и постепенно он стал учителем социализма и коммунизма, писателем, политическим теоретиком и практическим политическим лидером и организатором рабочего класса.

Малоизвестным фактом из истории Хемел-Хемпстеда является то, что Харпала и Майсел посещали многие революционеры и коммунисты, в том числе Роберт и Салли Мугабе летом 1974 года, когда они были лидерами национально-освободительной борьбы Зимбабве против британских колонизаторов и режима апартеида Яна Смита (Родезии). Африканский национальный союз Зимбабве — Патриотический фронт (АНСЗ-ПФ) был политическим руководством вооружённой борьбы чернокожих масс за свою свободу, а Харпал редактировал журнал солидарности «Революционное Зимбабве» для британского движения против апартеида (Фронт солидарности Зимбабве), который распространялся и читался активистами и солдатами АНСЗ и АНОАЗ (Африканской национально-освободительной армии Зимбабве).

Позже Харпал брал интервью у Роберта Мугабе в несколько решающих моментов его переговоров с британцами о независимости, а когда апартеид был свергнут и после соглашения в Ланкастер-Хаусе были проведены выборы, президент Мугабе пригласил Харпала на празднование независимости в Хараре. У Харпала не было денег на билет на самолёт, но его товарищи настояли на том, чтобы он приехал, и собрали деньги, чтобы отправить его.

Добравшись до аэропорта с приглашением и не зная, куда идти, он поймал попутку до президентского дворца и подошёл к вооружённым охранникам у ворот, не зная, пропустят ли его. Дипломатические машины и важные персоны проходили через кордон безопасности. Когда Харпала остановили, он предъявил приглашение, после чего вооружённый солдат АНОАЗ из президентской охраны снял свой автомат, положил его на землю и обнял его как брата, сказав: «Товарищ Брар! Добро пожаловать!»

Стоя в очереди, чтобы поздороваться с президентом, он был встречен с тёплым дружеским энтузиазмом. Салли повернулась к Роберту и сказала: «Роберт, ты бы слышал, как он говорит! Он просто огонь!» На что Мугабе ответил: «Я знаю, я его слышал!» В тот вечер состоялся большой музыкальный концерт, на котором Боб Марли спел свой гимн, посвящённый освободительной борьбе, под названием «Зимбабве».

Их массовая работа среди британских и индийских рабочих основывалась на глубоком изучении и написании статей. Харпал нашёл в лице Эллы, Айрис, Годфри и Мэйсел замечательных товарищей и соратников, а товарищ Элла стала его ближайшим интеллектуальным соратником. Во многих отношениях работа Харпала была также работой Эллы, и наоборот. Именно Элла, Годфри и Айрис давали ему обратную связь и печатали статьи, которые Харпал всегда писал от руки, на бумаге и пером. Харпал, в свою очередь, был для них постоянным источником поддержки, советов и знаний.

Индийская ассоциация трудящихся и Лалкар

Харпал и его товарищи по АКР стали активно сотрудничать с Индийской ассоциацией рабочих (ИАР), которая боролась за гражданские права индийцев и всех рабочих-иммигрантов в Великобритании. Эта организация была лидером в борьбе с расизмом, который Харпал справедливо считал ахиллесовой пятой британского рабочего движения — механизмом разделения, ослабления и, следовательно, контроля как над белыми, так и над чёрными рабочими.

Став одним из ведущих организаторов ИАР в Саутхолле, где проживает пенджабская община в Великобритании, он также был редактором газеты ИАР «Лалкар», которую он основал и редактировал с момента выхода первого номера в 1979 году до своей смерти.

«Лалкар» — это слово на панджаби, урду и хинди, означающее «боевой вызов». Оно также содержит корни слов «лал», означающего «красный», и «кар», означающего «работа». Хотя газета была отделена от ИАР, когда та прекратила свою деятельность, она остаётся важным источником революционного анализа и марксистского учения и продолжала выходить как независимый антиимпериалистический теоретический журнал на протяжении всей жизни Харпала. Под его руководством «Лалкар» стал маяком ясности не только для индийских рабочих в Великобритании, но и для всего прогрессивного британского и международного рабочего класса. Действительно, для выпуска за январь 2025 года Харпал написал четыре статьи и отправил газету в типографию, прежде чем скончался от своей последней болезни.

В работе над созданием, производством и распространением «Лалкара» его товарищи из АКР были его ближайшими соратниками. В самом прямом смысле они были политическим ядром Ассоциации индийских рабочих и жили и боролись бок о бок с индийскими рабочими Великобритании. Его товарищи стремятся сохранить и приумножить это великое наследие.

Индийская ассоциация рабочих под руководством Харпала, Джагмохана Джоши, Теджи Сахоты, Хардева Диллона и Автара Джула в 1970-х, 1980-х и 1990-х годах неустанно и решительно отстаивала права рабочих всех национальностей, рас и религий.

ИАР выступала как против расистских законов, так и против социально изнурительного расизма, с которым чернокожее население Великобритании ежедневно сталкивается на улицах, — предпринимая прямые действия для борьбы с расистским насилием, с которым они сталкивались, когда это было необходимо.

Борясь с капиталистическим империализмом, расизмом, колониализмом и апартеидом, а также за гражданские и трудовые права индийского и британского рабочего класса, Харпал и его товарищи, а также растущая группа коммунистов и рабочих, которых привлекало его руководство, проверяли свои идеи на практике и набирались сил и опыта.

Антиколониальная деятельность Харпала и борьба с апартеидом привели его к сотрудничеству с борцами за освобождение Южной Африки и Зимбабве (Родезии) из Африканского национального конгресса (АНК), Панафриканского конгресса (ПАК), Умконто Везизве (Копье нации), Зану и Занла, и он встречался и разговаривал с великими лидерами, включая Криса Хани и Роберта Мугабе, а позже с нашим южноафриканским товарищем-коммунистом Хвези Кадали, чей дед основал первый "туземный" африканский союз, а мать была коммунисткой из ГДР (социалистическая Восточная Германия).

Великая забастовка шахтеров 1984-1985 годов

В 1984–1985 годах Харпал возглавил ИАР в рамках национальной программы массовой солидарности с героическими шахтёрами, участвовавшими в забастовке. Индийские общины по всей стране приносили еду на пикеты и в залы шахтёров, собирали деньги для бастующих шахтёров и их семей, а также игрушки для их детей на Рождество.

Харпал выступал на массовых собраниях в знак политической солидарности с лидерами шахтёров, в том числе с Артуром Скаргиллом и Малкольмом Питтом, и задокументировал ход этой борьбы в Лалкаре. Эта конкретная солидарность во многом помогла преодолеть преобладавший в британском обществе того времени расизм, который использовался тогда, как и сейчас, для социального контроля над британским рабочим классом.

Шахтёры долгое время считались боевым костяком британского рабочего класса, жившим в изолированных, но жизненно важных и сплочённых рабочих посёлках по всей стране, особенно в Южном Уэльсе, Йоркшире, Кенте, Дареме и на северо-востоке, а также в Шотландии. Тогдашний премьер-министр от консерваторов Маргарет Тэтчер была полна решимости сломить шахтёров, чтобы распустить профсоюзы, перевести рабочих на сдельную оплату, закрыть «устаревшие» фабрики и предприятия тяжёлой промышленности, судостроительные и автомобильные заводы, чтобы облегчить экспорт капитала и эксплуатацию более дешёвой рабочей силы за рубежом. Её идеи совпадали с идеями рейганизма и фундаментализма свободного рынка Милтона Фридмана, которые недавно применялись в Чили.

Шахтёры столкнулись с хорошо вооружённой и подготовленной государственной машиной, которая безжалостно подавляла их сопротивление. Под руководством Артура Скаргилла они были так близки к победе, но забастовка в конечном счёте была сведена на нет «объединённым империалистическим фронтом», в который входили лейбористы, Конгресс профсоюзов (КФ), консервативное правительство и вся британская государственная машина, а также капиталистическая пресса и финансисты лондонского Сити.

Несмотря на их окончательное поражение, искренняя, сердечная и спонтанная солидарность индийского рабочего класса, а также ведущая роль Харпала в её продвижении оказали глубокое и продолжительное влияние на весь британский рабочий класс.

Харпал, ИАР и наши товарищи вместе поддержали множество знаковых забастовок организованных рабочих, от Флит-стрит (Уоппинг) до Грэнвика и работников больницы Хиллингдон.

Антирасистская борьба

Послевоенная Британия с 1950-х по 2000-е годы была глубоко расистским обществом, основанным на колониальной идеологии, на которой была построена Британская империя. ИАР боролась за равенство рабочих, за гражданские права иммигрантов и чернокожих рабочих, а также против расизма во всех его формах.

Таким образом, Харпал, Годфри, Элла и Айрис также были лидерами кампании против расистских законов (КПРЗ) и активными участниками массового антирасистского движения, проводя кампании и организуя собрания и демонстрации по всей стране.

Сотрудничество Национального фронта, Лейбористской партии и СПГ в убийстве Блэр Пич

В 1979 году премьер-министр от Лейбористской партии Джеймс Каллаган направил полицию для защиты фашистского и расистского Национального фронта (НФ), который провокационно использовал всеобщие выборы (приведшие к власти Тэтчер) в качестве предлога для проведения расистского митинга среди индийских рабочих в Саутхолле. Харпал и ИАР организовали массовый антирасистский марш протеста и выгнали фашистов.

Тысячи полицейских, в том числе члены печально известной Специальной патрульной группы (СПГ), были направлены лейбористским правительством, чтобы вытеснить с улиц антирасистов и протестующих индийцев. В тот день были арестованы десятки человек, в том числе Харпал.

Молодой учитель из Новой Зеландии, Блэр Пич, был избит до смерти членами СПГ. Позже выяснилось, что головорезы из СПГ незаконно модифицировали свои дубинки, просверлив в них отверстия и наполнив свинцом, чтобы сделать их смертоносными. Таким образом, проломленный череп Блэр Пича был преднамеренным убийством. СПГ была распущена, но её место заняла такая же жестокая и бесчеловечная Территориальная группа поддержки (TГП). И, как и следовало ожидать, ни один полицейский-убийца не был привлечен к ответственности за свои преступления.

Стивен Лоуренс

Почти 15 лет спустя, в 1993 году, ИАР совместно организовала огромный антинацистский марш против Британской национальной партии в Веллинге после серии убийств на почве расизма, произошедших в этом районе. Среди них было убийство Стивена Лоуренса, чернокожего мальчика-подростка, совершённое группой из четырёх молодых людей фашистских взглядов, связанных с фашистским Национальным фронтом и Британской национальной партией. На улицы снова вышла огромная армия полицейских, чтобы защитить «книжный магазин» фашистов, из которого местные расисты координировали свою деятельность.

Как и следовало ожидать, столичная полиция жестоко расправилась с протестующими, в то время как пресса развернула национальную пропаганду, перевернувшую правду с ног на голову и изобразившую полицию невинными жертвами агрессии антирасистских демонстрантов. В тот день Харпал обратился к толпе от имени ИАР и дал демонстрантам их лозунг: «Мы чёрные, мы белые; вместе мы — динамит!»

В 1962 году председатель ИАР Автар Джохал, литейщик и профсоюзный лидер, который впоследствии стал близким товарищем Харпала, пригласил Малкольма Икса в Бирмингем, где происходили акты расового насилия. После Второй мировой войны в Сметвике селились как выходцы из Восточной Индии, так и выходцы из Западной Индии. Как и в случае с другими иммигрантскими сообществами, включая Саутхолл, миграцию поощряла и инициировала местная промышленность, которая нуждалась в рабочей силе и привлекала рабочих, а вслед за ними и их семьи из бывших британских колоний.

Рабочие Сметвика, как и везде в Британии, долгое время подвергались расистской имперской пропаганде, которую продвигала Британская империя. Местного члена парламента от Лейбористской партии, а затем лидера Британского союза фашистов и члена парламента Освальда Мосли сменил столь же расистский и отвратительный член парламента от Консервативной партии Питер Гриффитс, чей предвыборный лозунг печально известен: «Если вы хотите, чтобы вашим соседом был ниггер, голосуйте за лейбористов». Гриффитс поддерживал программу социальной сегрегации в Великобритании, в рамках которой консервативный совет Сметвика скупал дома и сдавал их в аренду «только белым».

«Расовые предрассудки были постоянным злом», — сказал товарищ Автар, и ИАР «посвятила свои силы демонстрации того, что расизм — это продукт капитализма и что рабочие, откуда бы они ни были родом, имеют общие интересы». [5]

ИАР выступала против кастовости, коммунализма и сепаратизма, за равноправие женщин, против приданого и браков по договорённости, а также поддерживала антиколониальную и антирасистскую борьбу южноафриканских масс против колониального режима апартеида, а также не менее важную освободительную борьбу палестинского народа, стремящегося избавиться от колониального режима апартеида сионизма. Оба режима, разумеется, были до мозга костей пропитаны духом своей «родины» — британского империализма.

Борьба с коррупцией в местной Лейбористской партии в Саутхолле привела к тому, что Харпал решил участвовать в местных выборах, на которых потерпел поражение из-за объединённых усилий Лейбористской партии и её приспешников.

В 1980-х и 1990-х годах Харпал и его товарищи организовывали и выступали на огромных митингах против апартеида и в поддержку Палестины. Именно в связи с этим Харпал ездил с лекциями по стране вместе с Горой Ибрагимом из Южноафриканского Панафриканского конгресса (ЮАПАК) и встречался с Крисом Хани, южноафриканским коммунистом и лидером молодёжи, незадолго до его убийства. В 1986 году он также отправился на встречу с лидером Организации освобождения Палестины (ООП) Ясиром Арафатом в Тунис.

Среди многочисленных работ Харпала были «Сионизм — расистский, реакционный и антисемитский инструмент империализма» и «Империализм на Ближнем Востоке» (в соавторстве с Эллой Рул), в которых кратко изложены исторические корни сионизма как британского колониального проекта по управлению ближневосточными колониями, приобретёнными Великобританией в результате Первой мировой войны и соглашения Сайкса-Пико (секретных договоров, опубликованных Лениным и большевиками после Октябрьской революции 1917 года в России). Первая книга с тех пор обрела собственную политическую жизнь. Обе книги заслуживают того, чтобы их читали и изучали сегодня, после израильского геноцида 2023–2025 годов, который представляет собой как вторую Накбу, так и героическое продолжение освободительной борьбы народов Ближнего Востока.

Освобождение Ирландии

На протяжении всего периода вооружённой борьбы в шести оккупированных графствах Северной Ирландии Харпал и ИАР регулярно организовывали акции солидарности с национально-освободительной борьбой ирландского народа и проводили встречи с Джерри Адамсом и другими лидерами республиканцев в то время, когда им было запрещено выступать или транслировать свои голоса по наземному телевидению по всей Великобритании.

Маркс, как известно, писал, что «ни один народ, порабощающий другой народ, не может быть свободен». Это особенно верно в отношении отношений между британскими и ирландскими рабочими, и Харпал с товарищами были убеждёнными сторонниками единой Ирландии, состоящей из всех 32 графств.

В 1870 году Маркс заметил, что: «В каждом промышленном и торговом центре Англии рабочий класс разделён на два враждебных лагеря: английских пролетариев и ирландских пролетариев. Обычный английский рабочий ненавидит ирландского рабочего как конкурента, который снижает его уровень жизни. По отношению к ирландскому рабочему он считает себя представителем правящей нации и, следовательно, становится орудием английских аристократов и капиталистов против Ирландии, тем самым укрепляя их господство над собой.

«Он лелеет религиозные, социальные и национальные предрассудки по отношению к ирландскому рабочему. Его отношение к нему во многом такое же, как у «белых бедняков» к неграм в бывших рабовладельческих штатах США. Ирландец платит ему с процентами его же деньгами. Он видит в английском рабочем и сообщника, и тупого орудие английских правителей в Ирландии.

«Этот антагонизм искусственно поддерживается и усиливается прессой, проповедями, юмористическими журналами, короче говоря, всеми средствами, имеющимися в распоряжении правящих классов. Этот антагонизм является причиной бессилия английского рабочего класса, несмотря на его организованность. Это секрет, с помощью которого капиталистический класс сохраняет свою власть. И последний прекрасно это осознаёт». [6]

Учитывая гротескные твиты Илона Маска об иммиграции, «Пакистанских бандах педофилов», «геноциде белых» и т. д., а также то, что всё правительство и парламентская оппозиция (лейбористы, консерваторы, либералы и реформисты) и вся капиталистическая пресса следуют его примеру, мы видим, что с этими проблемами ещё далеко не покончено. По мере усугубления капиталистического кризиса расизм и религиозные предрассудки остаются главными уродливыми инструментами, которые британский правящий класс использует для разжигания розни и увековечивания своего старческого правления.

Угнетение Ирландии британцами предшествовало жестокому и расистскому режиму Британской империи в Индии, но отражало его, и их освободительные движения долгое время поддерживали друг друга. На самом деле, ИАР считала Шахида Удхама Сингха одним из первых своих членов, и он стал убеждённым революционером, связанным с Коминтерном, республиканским движением и ИРА (Ирландской республиканской армией).

Ирландский лидер Джерри Адамс выступал на собраниях индийских рабочих в Саутхолле во время Смуты. Под руководством Харпала индийские и британские рабочие отказались от шовинистической пропаганды, которая тогда была повсеместной в британской прессе и обществе, и объединились со своими ирландскими братьями и сёстрами. Эта солидарность стала долгожданным глотком свежего воздуха для наших ирландских товарищей в то время, когда слова Адамса регулярно подавлялись, а его голос подвергался цензуре в выпусках новостей на британском радио и телевидении.

До появления кабельного телевидения и более распространённых впоследствии Zee TV и Sunrise Radio, когда в Великобритании не было лёгкого доступа к индийскому языку, новостям и культуре, и когда первые поколения с трудом строили свою жизнь здесь, ИАР была настоящей массовой общественной и культурной организацией, которая также политизировала поколение индийских рабочих, чтобы они могли играть позитивную и прогрессивную роль в жизни британского рабочего класса.

Зал Саклатвала

Будучи национальным лидером Индийской ассоциации рабочих (В) и одним из ведущих представителей рабочего класса и индийской общины, Харпал был широко известным лидером и личностью в Саутхолле. Именно по этой причине он и его товарищи из ИАР построили общественный центр (ныне штаб-квартиру КПВ-МЛ) «Зал Саклатвала» в Саутхолле.

Зал, названный в честь великого коммуниста и члена парламента от Баттерси Шапурджи Саклатвалы, был открыт в декабре 1999 года встречей, на которой присутствовала дочь Саклатвалы Сехри, а председательствовал Харпал. Другим основным приглашённым оратором был Артур Скаргилл. [7]

Великое испытание. 1990-1991: распад СССР, «эпоха самой мрачной реакции»

Октябрьская революция 1917 года в России стала маяком надежды для рабочих всех стран. Ленин писал: «Рабочие всего мира, независимо от того, в какой стране они живут, приветствуют нас, сочувствуют нам, аплодируют нам за то, что мы разорвали железное кольцо империалистических связей, отвратительных империалистических договоров, империалистических цепей, за то, что мы прорвались к свободе и принесли при этом самые тяжёлые жертвы, за то, что мы, как социалистическая республика, хотя и разорённая и ограбленная империалистами, не участвуем в империалистической войне и поднимаем знамя мира, знамя социализма на всеобщее обозрение». [8]

СССР и товарищ Сталин, победив нацистских немецких империалистов и выведя коммунизм из области теории в мир практических реалий, сделали рабочих всего мира мощной силой. Харпал много писал о значении побед СССР и о том, какой импульс они придали борьбе за свободу и антиколониальной борьбе народов мира.

Харпал отметил, что Сталин разделял взгляды Ленина и, в отличие от Троцкого, который постоянно выступал против построения социализма в СССР, защищал идею о том, что СССР находится в центре мировой революции:

«Что произойдёт, если капиталу удастся сокрушить Советскую Республику? Во всех капиталистических и колониальных странах наступит эпоха самой мрачной реакции, рабочий класс и угнетённые народы будут схвачены за горло, позиции международного коммунизма будут утрачены». [9]

После распада Советского Союза, когда отступничество стало модным, слова Сталина трагически подтвердились. Руководствуясь своим глубоким изучением и пониманием марксизма-ленинизма, Харпал оставался верен своим принципам: убеждению, что рабочий класс является правящим классом в ожидании своего часа и что социалистическое и коммунистическое общество может быть построено в Великобритании и во всём мире на благо и во спасение человечества.

«Люди творят свою собственную историю, но они творят её не так, как им вздумается; они творят её не в условиях, которые сами выбирают, а в условиях, которые уже существуют, даны и переданы им из прошлого. Традиции всех мёртвых поколений давят, как кошмар, на умы живых». [10]

К великому несчастью Харпала, он жил в то время, когда коммунистическое движение терпело большие неудачи. Но нам было очень полезно, что Харпал взялся за трудное дело защиты освободительной идеологии рабочих масс в такое мрачное время.

Чтобы преодолеть бурные потоки революции и контрреволюции, чтобы увидеть путь освобождения рабочего класса «несмотря на зигзаги истории», когда многие другие были потрясены этими зигзагами, Гарпал снова обратился к глубокому политическому и теоретическому исследованию и анализу.

«Быть революционером нетрудно, когда революция уже разразилась и набирает силу, когда все люди присоединяются к революции просто потому, что увлечены ею, потому что это модно, а иногда даже из карьерных соображений. После своей победы пролетариату приходится прилагать самые напряжённые, даже самые болезненные усилия, чтобы „освободиться“ от таких псевдореволюционеров.

«Гораздо труднее — и гораздо ценнее — быть революционером, когда ещё не сложились условия для прямой, открытой, по-настоящему массовой и по-настоящему революционной борьбы, когда можно отстаивать интересы революции (путём пропаганды, агитации и организации) в нереволюционных, а зачастую и в откровенно реакционных организациях, в нереволюционной ситуации, среди масс, которые неспособны сразу осознать необходимость революционных методов действия.

«Найти и правильно определить конкретный путь или поворот событий, которые приведут массы к настоящей, решающей и окончательной революционной борьбе, — такова главная цель коммунизма в Западной Европе и Америке сегодня». [11]

Перестройка

Именно в этих обстоятельствах Харпал опубликовал свою первую книгу «Перестройка, полный крах ревизионизма». Этот глубокий анализ эпохального события, которое, по мнению Харпала, «все понимали», как и он сам, был написан по настоянию его товарищей в 1990 году в виде серии статей в Lalkar.

Изучив эволюционирующую реставрацию капитализма в Советском Союзе, расколы, возникшие в результате этого ревизионизма, секретную речь, с которой Хрущев выступил на 20-м съезде ВКП (Б) в 1956 году, экономические дебаты внутри СССР и, конечно, последнюю великую работу Сталина "Экономические проблемы социализма в СССР", Харпал понял реставрацию капитализма в том виде, в каком она происходила. Многие другие этого не сделали и были ошеломлены очевидным «поражением» коммунизма, которое торжествующая империалистическая буржуазия и её идеологи — в частности, Фрэнсис Фукуяма — громко провозгласили «концом истории».

В этой короткой, но блестящей работе Харпал объяснил ИАР и более широкому социалистическому движению экономические и идеологические причины распада советского социализма — и, следовательно, уроки, которые можно извлечь из этого исторического бедствия. Многие другие движения и партии до сих пор не усвоили этот исторический урок. Поэтому многие из них не могут продолжать работу по созданию революционного движения.

Харпал до последнего оставался верным последователем Маркса и Энгельса, Ленина и Сталина.

Сталинское общество

Именно в таких условиях Харпал объединил ведущих британских коммунистов-антиревизионистов, таких как Билл Блэнд, Кемаль Маджид, Айвор Кенна и Уилф Диксон, которые хотели сохранить коммунистическое движение и работать над созданием по-настоящему революционной коммунистической партии в Великобритании под знаменем Сталинского общества. Это не ускользнуло от внимания и насмешек буржуазной прессы, но Харпал, тем не менее, продолжал выполнять эту жизненно важную миссию.

Общество было создано в 1991 году для защиты Сталина и его трудов на основе фактов и опровержения капиталистической, ревизионистской, оппортунистической и троцкистской пропаганды, направленной против него.

Имя Сталина ассоциируется с коммунизмом, Октябрьской революцией и свержением капиталистической эксплуатации и империалистической тирании. По этой причине международная буржуазия возглавила нападки на трудящиеся и угнетённые народы, клевеща на Сталина и Советский Союз.

В течение последнего столетия они использовали для этого различные тактики, но в значительной степени руководствовались советами диссидентов, предавших советский народ, в первую очередь Льва Троцкого. Мощная американская пресса Херста, симпатизировавшая гитлеровской Германии, была первопроходцем в использовании этих методов, но и остальные СМИ и политические элиты капиталистического мира не отставали.

Деятельность Сталинского общества включала в себя: изучение и исследование трудов и деяний Сталина; перевод материалов на другие языки и с других языков; публикацию материалов, связанных с такими изучением и исследованием; празднование и увековечивание важных событий в жизни Сталина; установление контактов с другими группами и отдельными лицами с целью выработки общей позиции по вопросам и совместной организации будущей деятельности; а также установление контактов с аналогичными обществами и группами за рубежом с целью обмена опытом и сотрудничества.

Блестящая работа Общества Сталина за 30-летний период во многом способствовала укреплению и сохранению революционных учений марксизма-ленинизма и дала прочную теоретическую основу основным работникам Социалистической рабочей партии после её образования в 1996 году и КПВ-МЛ с 2004 года.

В это время Харпал опубликовал свои основополагающие работы о троцкизме или ленинизме, об империализме и о социал-демократии Лейбористской партии, а также объединил работы о женском движении, антиимпериалистической борьбе индийского, палестинского и зимбабвийского народов и критике многочисленных постколониальных и постсоветских войн империализма.

Социалистическая рабочая партия, 1997-2004

Когда Тони Блэр пришёл к власти, он возглавил Лейбористскую партию и отменил четвёртый пункт устава партии, который (ложно) обещал «национализацию средств производства, распределения и обмена» в Великобритании. Когда лидер шахтёров Артур Скаргилл в 1996 году сформировал Социалистическую рабочую партию (СРП) в ответ на это «предательство», Харпал приветствовал её создание как разрыв между рабочим классом Великобритании и социал-демократией — Лейбористской партией, которую он считал главной социальной опорой британских капиталистов среди рабочего класса. Он понимал, что пункт IV никогда не планировалось реализовывать и что Лейбористская партия всегда и везде была ненадёжным другом британских рабочих — «внутренним врагом». Он был твёрдо убеждён, что британские рабочие не смогут добиться прогресса, не борясь и не разрушая влияние Лейбористской партии на социалистическое и профсоюзное движение и рабочий класс в целом.

В 1997 году Скарджилл пригласил Харпала и его товарищей присоединиться к его недавно созданной партии и попросил Харпала выставить свою кандидатуру на всеобщих выборах. Ассоциация рабочих коммунистов (которая недавно объединилась с Ассоциацией индийских коммунистов, превратившись в недолговечную Ассоциацию коммунистов Великобритании (AКВ), решила связать свою судьбу с Социалистической рабочей партией (СРП) и самораспустилась, а Харпал стал одним из ключевых лидеров партии, выставив свою кандидатуру на выборах в Саутхолле в 1997 и снова в 2003 годах.

Харпал посвятил себя борьбе за превращение Социалистической рабочей партии в воинствующую партию рабочего класса с марксистским пониманием и политическим видением. Он использовал своё положение секретаря по вопросам образования, чтобы создавать партийные школы и пытаться привлечь как можно больше членов партии к своим идеям. В частности, он убедил съезд в декабре 1997 года отказаться от «Чёрного сектора» партии, за который выступала троцкистская фракция Социалистической рабочей партии, как от вызывающего разногласия и оскорбляющего чернокожих рабочих.

Харпал одним из первых распознал яд чёрного национализма и сепаратизма в рабочем движении, и, как лидер ИАР, последовательно писал и выступал против них. Его многочисленные статьи на эту тему были собраны в книгу «Буржуазный национализм или пролетарский интернационализм?», которая стала одним из первых вкладов в борьбу против зарождающейся антимарксистской «политики идентичности». Харпал всегда считал, что борьба с расизмом - не единственная забота чернокожих рабочих, поскольку расизм был ахиллесовой пятой, влияющей на все рабочее движение, – секретом, с помощью которого капиталистический правящий класс удерживает власть над значительной частью белого рабочего класса. Таким образом, борьба с этим была работой всех рабочих. “Я не чернокожий коммунист”, - сказал он. “Я коммунист, но так уж получилось, что я еще и чернокожий.”

Когда стало ясно, что, несмотря на все усилия Харпала и его сторонников, Социалистическая рабочая партия не может выйти за рамки представлений Артура о «старых лейбористах» и «реформированном» капитализме, Харпал и его товарищи были вынуждены отказаться от этого проекта, о чём свидетельствует массовое исключение йоркширской секции партии и половины руководства NEC по ложным причинам. Ситуация достигла апогея, когда в 2003 году на съезде Социалистической рабочей партии была принята резолюция, против которой выступил Артур Скаргилл. В ней отстаивалось право социалистической Северной Кореи на ядерное сдерживание. Аргументы в пользу этого предложения были представлены Харпалом и его товарищами, которые много лет работали в поддержку КНДР. Вскоре после этого Артур организовал их высылку.

Но время, проведённое с товарищами из Социалистической рабочей партии, не было потрачено впустую. Это был организационный импульс, необходимый для создания первой по-настоящему революционной партии в Великобритании с 1951 года — Коммунистической партии Великобритании (марксистско-ленинской).

Антивоенные и антиимпериалистические кампании: «Остановите войну»

Находясь в составе СРП, Харпал и его товарищи сыграли ведущую роль в противодействии новой волне постсоветских колониальных войн, начавшейся с жестоких бомбардировок и расчленения Югославии в 1999 году силами НАТО, а также с незаконным заключением под стражу, судебным разбирательством, пытками и внесудебным убийством её лидера Слободана Милошевича. Товарищи приняли участие в грандиозном марше двух миллионов человек против второй войны в Ираке в феврале 2003 года и были неотъемлемой частью Коалиции «Остановим войну» (StW).

После образования КПВ-МЛ новая партия объединилась, чтобы остановить войну. Конечно, его никогда не приглашали присоединиться к руководящему органу StW или направить оратора на какую-либо из его платформ, таков был враждебный сектантский подход ревизионистов и троцкистов, которые "привели’ антивоенное движение в объятия Лейбористской партии – той самой партии, которая, находясь у власти или вне ее, никогда не отставала от консерваторов в продвижении, поддержке и финансировании войн.

Несмотря на это, партия убедила делегатов национальной конференции StW в 2009 году принять резолюцию о не соучастии с империалистическими военными преступлениями, но не смогла заставить StW действовать в соответствии с этой резолюцией, которая тихо пылилась на полке. Коалиция, введённая в заблуждение такими левыми лидерами лейбористов, как Тони Бенн, Джереми Корбин и др., терпела присутствие Коммунистической партии Великобритании — марксистско-ленинской в своих рядах до тех пор, пока в 2011 году не нашла повод для её исключения из-за вопроса о Ливии.

Пока шла подготовка к этой войне, а буржуазные СМИ усиливали истеричную пропаганду против ливийского революционного лидера полковника Муаммара Каддафи, руководство StW в лице Джона Риса, Линдсея Германа, Криса Нинема, Эндрю Мюррея и других дошло до того, что организовало демонстрацию у посольства Ливии в Лондоне, обвинив полковника Каддафи в диктаторстве. К ним присоединились ваххабитские пехотинцы империализма, продемонстрировав отвратительное пронатовское, проимпериалистическое раболепие перед правящим классом. Коммунистическая партия Великобритании — марксистско-ленинская осудила эту провоенную деятельность и позицию троцкистов и ревизионистов из «Остановить войну» — и была незамедлительно и противозаконно исключена за «критику руководства».

Когда партия попыталась выступить на следующей ежегодной конференции против этого отвратительного поступка, её товарищам было отказано в праве выступить, их освистали и выгнали не кто иной, как «великая белая надежда» фальшивых левых, Джереми Корбин. Партия, разумеется, продолжила свою антивоенную деятельность за пределами этой обанкротившейся организации.

Это является непреходящей заслугой Харпала как в плане его пролетарского интернационализма, антиимпериализма, так и в плане его личной смелости, с которой он отправился в Ирак перед наступлением лейбористов в 2003 году и в Ливию в 2011 году. Вместе с Эллой Рул и своим сомалийским и бельгийским товарищем Мохамедом Хасаном, входившим тогда в ПТБ (Рабочую партию Бельгии), он отправился в Триполи, чтобы выразить солидарность ливийскому народу, в то время как эта гордая независимая и развитая североафриканская страна подвергалась уничтожению под трусливыми бомбардировками неонацистских натовских ВВС.

Эти действия вызвали насмешки левых империалистов из нашего движения «Остановить войну» и троцкистского движения, которые, как и всегда, стремились доказать свою полезность Лейбористской партии и британскому правящему классу. Но его гордая и смелая солидарность выдержала испытание временем, и мы благодарны ему за лидерство и преданность делу угнетённых.

Без принятия этого подхода британские рабочие никогда не увидят социализма.

Китай

Харпал и его товарищи ответили на многочисленные нападки на коммунистический Китай солидарностью и поддержкой. В частности, они основали кампанию «Руки прочь от Китая», когда нападки достигли апогея в преддверии Олимпийских игр в Пекине в 2008 году.

Когда седьмой съезд партии КПВ-МЛ поручил Харпалу написать книгу о Китае, объясняющую социализм с китайскими особенностями, Харпал снова занялся серьезным изучением экономических и политических условий Китая и написал окончательный анализ, который остается обязательным чтением для коммунистов.

Революционный захват земли в Зимбабве, 2000 год

В 2000 году лейборист стал ‘министром государственного развития’ (фактически министром по делам колоний британского империализма). Клэр Шорт окончательно и официально отказалась от обязательств Великобритании финансировать выкуп колониальных земель Зимбабве, захваченных их колонистами у коренного чернокожего населения. Вторая волна борьбы поднялась в Зимбабве, когда ветераны вооруженной борьбы двинулись захватывать земли без компенсации, и после некоторых колебаний это было официально легализовано правительством Зану-ПФ Роберта Мугабе.

Вопли американского и британского империализма были громкими, а санкционное давление со стороны мирового капитала и пропагандистская война со стороны мировых СМИ (в первую очередь Би-би-си) были интенсивными. Угроза их правам собственности и продолжающейся эксплуатации африканских масс и природных ресурсов была очевидной.

В 2004 году, будучи лидером СРП, Харпал объединил свои работы о Зимбабве в книгу «Зимбабве Чимуренга!» — от лозунга на языке шона «Памбери на чимуренга!», что означает «Победа в освободительной борьбе!» Это была дань уважения героической и победоносной борьбе зимбабвийских масс под руководством ЗАНУ-ПФ, а также мощная полемическая работа в защиту конфискации земель без компенсации и их распределения между крестьянами.

В 2005 году Харпала пригласили выступить на съезде Zanu-PF, посвящённом 25-летию освобождения Зимбабве, и он с радостью вернулся в тёплые объятия зимбабвийских товарищей, которые в 1970-х годах, когда они вместе боролись за свободу, вплетали имена Харпала и его товарищей в свои песни об освобождении шона.

Харпал выступил на пленарном заседании вскоре после того, как встретился и поприветствовал Роберта Мугабе после 25-летнего перерыва, в течение которого они шли по таким разным путям: один — как национальный лидер, другой — как продолжающий революционную борьбу рядовой солдат в чреве империалистического зверя.

Выступление Харпала произвело впечатление на аудиторию. В речи, которая транслировалась по национальному телевидению, Харпал напомнил, что народ Зимбабве завоевал свою независимость с оружием в руках после ожесточённой и продолжительной борьбы, в которой они пошли на большие жертвы, и что они сделали это не для того, чтобы оставаться слугами на своей земле!

Они сделали это, чтобы получить контроль над природными ресурсами и землёй своей страны. Британия не выполнила свою часть сделки, и единственным способом исправить историческую несправедливость колониального грабежа и кровопролития, а также расизма апартеида, в отсутствие обещанных Британией репараций в размере 1 млрд фунтов стерлингов, был революционный захват земли. Следует отметить, что типично то, что «лейбористское» правительство будет проводить политику, более бесчестную и реакционную, чем консервативное правительство Маргарет Тэтчер.

Захват земель Зимбабве у белых фермеров без компенсации и их распределение между крестьянами были, кроме того, величайшим революционным демократическим актом со времён захвата феодальных поместий во Франции Великой французской революцией 1789 года.

Британия и США беспокоились не только о Зимбабве — тогда, как и сейчас, они стремились сохранить несправедливую монополию на землю по всей Африке и в своих бывших колониальных, а теперь неоколониальных владениях. В частности, их беспокоил пример, который подавали зимбабвийские массы и Африканский национальный союз Зимбабве — Патриотический фронт АНСЗ-ПФ южноафриканским массам и Африканскому национальному конгрессу. Они также были возмущены арестом Марка Тэтчера за его колониальные авантюры в Экваториальной Гвинее и за нарушение законов Зимбабве. Их ещё больше разозлила революционная помощь, оказанная независимому правительству Демократической Республики Конго во главе с Лораном Кабилой. Благодаря этим шагам Африка отошла от эпохи колониального господства и унижения и сделала гигантский шаг в направлении истинного и прочного экономического и политического освобождения и достоинства. Pamberi Na chimurenga! A luta continua! «Победа в освободительной борьбе! Борьба продолжается!»

Как только он начал говорить, Харпал обратился к собравшимся делегатам с просьбой не прерывать его громкими и бурными аплодисментами, которые он получал, поскольку у него было всего 15 минут на выступление. Тогда товарищ Мугабе встал и заявил: «Для товарища Брара нет ограничений по времени!» Когда Харпал закончил говорить под громовые аплодисменты, Мугабе поднял вверх экземпляр книги «Зимбабве Чимуренга!» Харпал подарил ему книгу, которую он листал, и сказал: «Я знаю товарища Брара. Мы работали вместе во время освободительной борьбы, но потеряли связь; как хорошо, что мы снова вместе! Мы не писали историю нашей освободительной борьбы, но эта книга содержит её. Вы все должны получить по экземпляру и прочитать её!»

Коммунистическая партия Великобритании (марксистско-ленинская)

Харпал и его товарищи всегда стремились воссоздать коммунистическое движение в Великобритании на прочной марксистско-ленинской основе, поскольку без организации и революционного руководства, как показала вся их жизнь, борьба и работа, у рабочего класса ничего нет.

«В борьбе за власть у пролетариата нет другого оружия, кроме организации. Разрозненный из-за анархической конкуренции в буржуазном мире, измученный принудительным трудом на капитал, постоянно оттесняемый в «низы» крайней нищеты, дикости и вырождения, пролетариат может и неизбежно станет непобедимой силой только благодаря своему идеологическому объединению на принципах марксизма, подкреплённому материальным единством организации, которая сплачивает миллионы трудящихся в армию рабочего класса». (В. И. Ленин, «Шаг вперёд, два шага назад», 1904)

Подробности и причины создания были хорошо задокументированы во время первого съезда партии, состоявшегося в субботу 3 июля 2004 года в зале Саклатвала, Саутхолл. [12]

Программа и устав партии были написаны Харпалом и единогласно приняты, закрепив ключевые уроки как борьбы за создание Социал-демократической рабочей партии, так и великого учения ленинизма, адаптированного к условиям Великобритании.

На протяжении 20 лет своей истории Харпал был руководящей силой КПВ-МЛ, направляя и обучая членов партии, сначала в качестве председателя-основателя (до восьмого съезда, когда он ушёл в отставку по причине преклонного возраста). Однако он оставался активным членом центрального комитета до конца своей жизни и умер гордым членом Коммунистической партии.

Харпал, несомненно, был великим последователем Маркса и Ленина, признавая, что Великая Октябрьская социалистическая революция в России стала поворотным моментом в культурном просвещении и свободе человечества. Критика Харпалом троцкизма, его защита революционного учения и руководства Иосифа Сталина, а также критика хрущёвизма и ревизионизма, которые привели к краху советского социализма, являются одними из важнейших теоретических вкладов, которые он оставил коммунистическому движению.

Долгая, бурная и порой тяжёлая борьба Коммунистической партии Великобритании — марксистско-ленинской стремится занять место в политической жизни Великобритании, возродить революционную традицию и траекторию развития британского рабочего класса, вернуть пролетариату его неотъемлемое право быть правящим классом в ожидании своего часа и положить конец позорному периоду его унизительного рабства и принудительного наёмного труда на капитал.

При полной поддержке Лалкара и товарища Харпала партия должна была решать все проблемы, с которыми сталкивается британский и мировой пролетариат, все тонкие и грубые способы, с помощью которых пролетариат как класс удерживается в подчинении. Резолюции съезда и публикации в газете «Пролетарий», на сайте, в видеообращениях и издательстве, в листовках, брошюрах и книгах отражают этот путь — и бессмертный вклад Харпала отражён во всех этих великих и непреходящих дарах пролетариату и человечеству.

Лалкар и КПВ-МЛ имели дело с правильными подходами к иммиграции и расизму; шотландскому национализму и независимости; политике идентичности и черному сепаратизму против пролетарского интернационализма и солидарности рабочего класса. Они рассматривали вопросы буржуазного феминизма и освобождения женщин как часть борьбы за социализм. Они рассмотрели влияние последней трансгендерной тенденции и разделяющее влияние политики идентичности.

Они неустанно вели кампанию по разоблачению Лейбористской партии и ослаблению её влияния на британский рабочий класс. Они анализировали и разоблачали британский империализм и его влияние на британское рабочее движение. Они неустанно вели кампанию за поддержку и победу палестинского освободительного движения и за изгнание англо-американского империализма и империализма ЕС со всего Ближнего Востока.

Они выступали за поражение британских империалистических правительств и партий тори и лейбористов и разоблачали их грязные колониальные войны в Ираке, Югославии, Сьерра-Леоне, Афганистане, Ливии, Сирии, Ливане и т. д. Они выражали солидарность с народами социалистического мира, налаживая тесные связи с кубинским народом и Коммунистической партией Кубы, а также с Корейской Народно-Демократической Республикой и её руководством в лице Трудовой партии Кореи.

Интернационализм

Хотя Харпал родился в Индии, он был настоящим британцем и великим лидером британского рабочего класса. На протяжении всей своей работы и борьбы среди британских рабочих он никогда не забывал, что пролетарский интернационализм — единственное оружие, способное обеспечить окончательную победу над капиталом, и он проявлял большой интерес к налаживанию связей с коммунистическим движением во всех странах.

В течение многих лет Бельгийская рабочая партия (БРП) под руководством Людо Мартенса была тесной братской организацией. Именно Харпал убедил Людо отказаться от самопровозглашённого ярлыка «маоист» и считать себя марксистом-ленинцем.

Читая книги Людо о «Другом взгляде на Сталина» и «Бархатной контрреволюции», Харпал ценил интеллект и вклад своего товарища, но при этом мог мягко критиковать Людо за то, что тот делал неоправданные уступки в пользу империалистов, особенно в том, что касалось тезиса о «ошибках» Сталина — ошибках, которые никогда не уточнялись, из-за чего невозможно было понять, кто ошибался — Сталин или его «критики». Людо принял критику.

Людо очень уважал Харпала, и они были близкими друзьями до самой его смерти. Людо остро чувствовал свою ответственность за освободительную борьбу в Конго, и БРП сильно пострадала, когда он переехал в Киншасу. Когда он вернулся, у него случился инсульт, и Харпал, Элла и Ранджит навестили его в Бельгии незадолго до его смерти. Несмотря на слабое здоровье, он смог выразить сожаление по поводу того, что его партия свернула в сторону социал-демократии, отказавшись от марксизма-ленинизма.

Какое-то время ежегодное мероприятие БРП, проводимое 1 мая, и международный семинар, который БРП организовывал в Брюсселе в то же время, были центром внимания революционного коммунистического движения, которое пыталось смириться с распадом СССР и крахом народных демократий в Восточной Европе. На этом форуме Харпал установил контакты с революционными коммунистическими группами и партиями со всей Европы, Северной и Южной Америки и из других стран, в том числе с реформированными коммунистическими партиями в СССР.

Он часто выступал с докладами о СССР, империализме и многих аспектах текущей революционной работы и борьбы. Многие работы, речи, статьи, книги и брошюры Харпала были переведены этими товарищами и партиями на разные языки, включая французский, фламандский, немецкий, итальянский, испанский и португальский, а также корейский, хинди, пенджаби, урду, арабский, русский, венгерский, чешский и другие. Действительно, пока мы писали этот некролог, мы узнали, что наши товарищи из «Союза пролетариев» (Испания) заканчивают перевод и издание ставшей знаменитой брошюры Харпала о сионизме, расистском, реакционном и антисемитском инструменте империализма.

Недавно основанная Всемирная антиимпериалистическая платформа заявляет о своём идеологическом долге перед работой и учением Харпала. Его дочь Джоти принимала активное участие в работе платформы вместе со многими международными товарищами.

7 ноября 1997 года Харпал возложил цветы к могиле Сталина в годовщину Великой Октябрьской революции и выступил на Красной площади у Кремлёвской стены перед многотысячной демонстрацией. Он отметил, что многие красноармейцы внимательно слушали перевод его речи, которая завершилась словами о том, что в великой стране Ленина: «Социализм наступит, если не при моей жизни, то при вашей». СССР, несомненно, возродится, и, по словам великого русского драматурга Чернявского, «на наших улицах будет радость и смех».

Харпал сохранил и применил великие учения и освободительную идеологию марксизма в коммунистическом движении и в современных условиях Великобритании. Он прожил замечательную и плодотворную жизнь. Его наследие продолжает жить в его работах, книгах и статьях, в его обширном собрании записанных выступлений и презентаций, а также в новых поколениях британских рабочих-коммунистов, которые пополняют ряды Коммунистической партии Великобритании — марксистско-ленинской и прогрессивного движения.

Если бы Харпал мог сказать нам что-то одно, это было бы: «Берегите партию, как зеницу ока». Он изо всех сил старался основать и построить её в самых сложных условиях, после распада некогда могущественного СССР. Это дело всей его жизни, и он отдал ему всего себя. Он оставляет нам великий дар: лучшее, что есть в Британии. Его работа актуальна для коммунистов во всём мире, поскольку проливает свет на ситуацию в Индии, Советском Союзе и Китае, а также на революционную культуру рабочего класса во всех странах. Харпал был настоящим пролетарским интернационалистом.

Харпал творчески размышлял о том, как решить проблему объединения революционной политики с массами британских рабочих. С этой целью он работал, встречался, обсуждал и сотрудничал с величайшими революционерами и лидерами британского рабочего класса своего времени, среди которых были Манчанда, Лудо Мартинс, Роберт Мугабе, наши кубинские, корейские и китайские товарищи, Автар Джоал, Джагмохан Джоши, Артур Скаргилл, Фрэнк Кейв и Боб Кроу.

Но самыми великими и самоотверженными товарищами, его настоящими друзьями и соратниками всегда были те невоспетые герои: Мэйзел (известная в политических кругах как Кэти Шарп), Годфри Кремер, Айрис Слоули, Элла Рул, Дебора Лавин, Изабель Крук, Джек Шапиро и многие другие.

Вместе с Лениным Харпал понял, что «без революционной теории не может быть революционного движения». Этот лозунг он написал на знамени Лалкара. И это был проницательный способ, которым Ленин перефразировал Маркса: «К науке нет царской дороги, и только те, кто не боится утомительного подъёма по крутым тропам, имеют шанс достичь её сияющих вершин».

Для Харпала учёба была практической частью политики. Без неё ни одна партия не сможет эффективно вести за собой рабочий класс, чтобы положить конец его нынешнему состоянию рабства — подневольному труду. Это было одним из первых осознаний Харпала, и его работа — вместе с работой Коммунистической партии Великобритании — марксистско-ленинской, одним из основателей которой он был, — является непреходящим наследием, которое он нам оставил.

A luta continua! Борьба продолжается!

Ранджит Брар

Примечания

[1] К. Маркс и Ф. Энгельс, «Манифест Коммунистической партии», 1848.

[2] Доклад В. И. Ленина пятому съезду РСДРП о петербургском расколе и учреждении партийного трибунала, 1907.

[3] Второй конгресс Коммунистического Интернационала, доклады и речи В. И. Ленина, 1920.

[4] В. И. Ленин, «Что делать?», 1901.

[5] Когда Малкольм Икс посетил Сметвика после расистских выборов Айна Хан, «Аль-Джазира», 21 февраля 2018 года.

[6] Письмо К. Маркса Зигфриду Мейеру и Августу Фогту в Нью-Йорк, 9 апреля 1870 года.

[7] Зал Саклатвала открылся, Лалкар, январь 2000 года.

[8] Письмо американским рабочим В. И. Ленина, август 1918 года.

[9] Доклад И. В. Сталина седьмому расширенному пленуму ИККИ, декабрь 1926 года.

[10] К. Маркс, Восемнадцатый Брюмер Луи Бонапарта, 1852.

[11] В. И. Ленин, ‘Левый’ коммунизм, инфантильное расстройство, 1920.

[12] Создание КПГБ-МП, «Пролетарий», август 2004.