Павлов Игорь Сергеевич.
- Какие дисциплины Вы ведёте?
Я веду дискретную математику и еще 3 родственные ей дисциплины: теорию графов, математическую логику и теорию алгоритмов, теорию автоматов и формальных языков.
- Что Вас побудило стать преподавателем? Почему Вы решили обучать студентов? Сколько лет являетесь преподавателем в университете?
Преподавателем Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского я мечтал стать, ещё будучи студентом механико-математического факультета ННГУ. Профессия учителя – особая. Если человеку она не нравится, то аудитория его не примет. Тут нужно призвание. К счастью, у меня были родственники-учителя (старшая двоюродная сестра всю жизнь проработала учителем начальных классов, а мама 19 лет работала директором школы), это мне придавало дополнительной уверенности, что должно получиться. По окончании ННГУ я поступил в аспирантуру Нижегородского филиала Института машиноведения Российской академии наук (сейчас это Институт проблем машиностроения РАН – филиал Федерального исследовательского центра Института прикладной физики Российской академии наук) и продолжал мечтать, что меня позовут преподавать в родной вуз. Мечта сбылась совершенно неожиданно: в конце октября 1997 г. меня пригласил вести дискретную математику на радиофизическом факультете ННГУ заведующий кафедрой математики Геннадий Александрович Уткин. К слову, сейчас эта кафедра называется “Математические методы в радиофизике”. Он дал мне 1 неделю на подготовку к 1-й лекции по курсу, который я изучал более 6 лет назад, и … - вперед, к доске! Своей самой первой лекцией я был очень недоволен и сразу после нее подал в отставку. Геннадий Александрович вместе еще с 2 профессорами минут 30 уговаривали меня не принимать скоропалительных решений. К счастью, я внял их аргументам, до сих пор благодарен им за тот разговор. Так, в 24 года я стал лектором на радиофаке. Но свой творческий потенциал мне удалось раскрыть в этой профессии гораздо позже. В 2006 году возникла необходимость кардинально изменить программу дискретной математики на радиофаке – она увеличилась в 4 раза, ее различные разделы стали читать не 1, а 4 семестра. В течение 2 лет мне пришлось поднимать почти с нуля все 4 курса. Но жизнь не стоит на месте, поэтому и сейчас я вношу в эти курсы какие-то небольшие правки.
- Чем Вы занимались вне учебного времени, когда сами были студентом? Про какие увлечения можете рассказать?
Мои увлечения – это математика, шахматы и футбол. Их я полюбил еще со школы. Учился я в физико-математической школе № 36 Автозаводского района г. Н.Новгорода. В старших классах мне преподавал математику замечательный Учитель – Лев Федорович Колесников. На мехмате ННГУ занятия по математическому анализу вел также отличный педагог, выпускник мехмата МГУ Вячеслав Васильевич Чистяков. То, что судьба свела меня с такими выдающимися учителями, безусловно, сыграло важную роль в выборе моей профессии. Математику я полюбил за то, что в ней всё строго определено. Можно, например, спорить, площадь какой из двух фигур больше. Одному спорщику кажется одно, другому – другое. Но подойдет к ним математик, измерит обе площади, озвучит цифры и предмет спора будет исчерпан – неважно, что кому казалось. Кроме того, обычно в математике одну и ту же формулу можно получить из других. А вот в химии, если не помнишь, как, например, взаимодействует азотная кислота с металлами, уравнение реакции написать не сможешь.
Шахматы, как и математика, имеют свою логику. Но в них добавляется еще и спортивная психология – и самому приходится бороться со своими слабостями, и напротив тебя сидит человек со своими достоинствами и недостатками. Однажды, будучи студентом, мне довелось играть в первенстве ННГУ за сборную мехмата. Играем с радиофаком. Соперник, вижу, мне по зубам. Эта мысль меня подвела. Начало партии я провел слишком вальяжно и никакого перевеса не добился. И тут незаметно партия подошла к кульминации. У меня появился выбор: либо разменами фигур перевести партию в спокойное русло, и тогда на 99% будет ничья, либо пойти на острый вариант, который мне сначала показался выигрышным. Однако при повторном рассмотрении этой комбинации я нашел выигрывающий ход за своего соперника. Я прекрасно понимал, что моей команде очень нужна моя победа, но меня терзали сомнения, имеет ли смысл рисковать. Ведь если рискнуть, то я либо проигрываю, либо выигрываю – исход целиком зависит от соперника. Я долго думал, но всё же решил, что мой соперник может и не заметить выигрывающий ход. В итоге я рискнул и выиграл!
В футбол я играл довольно плохо, скорее всего, хуже всех в классе, но очень любил играть со своими одноклассниками. Наша страсть к футболу сохранилась и по окончании школы. И на протяжении всех студенческих лет мы почти каждое воскресенье с перерывом на лето играли на школьной площадке. А сейчас я с удовольствием смотрю футбол по телевизору, мы с сыном посетили 2 матча чемпионата мира в нашем городе. Сын, кстати, занимается футболом в СДЮСШОР.
Продолжение следует…