Интервью Ричи журналу Guitar Club, 31 августа 2015 года
- Судя по названию альбома «All Our Yesterdays», вы с гордостью относитесь к прошлому. Вы считаете, что настоящее и будущее музыки просто не способны дать нам что-то новое?
Ричи: На этот вопрос трудно ответить объективно и точно. Признаюсь, что мне очень сложно слушать то, что предлагают радио и телевидение, так же, как и новые релизы. Когда я слушаю эту музыку, то у меня никогда не возникает желания ее покупать или вообще иметь к ней какое-то отношение. У меня есть коллекция дисков и кассет, которые я переслушиваю, или я захожу на YouTube и ищу европейские группы, которые играют музыку Ренессанса. Все остальное меня больше не интересует.
- Какое место «All Our Yesterdays» занимает в вашей дискографии? Можете сравнить его с каким-то другим альбомом? Легко ли давались вам песни?
Ричи: На создание альбома ушло почти два года. Когда мы пришли в студию, у нас были готовы только три-четыре песни, и сначала мы потратили месяц только на то, чтобы их записать. Потом мы взяли перерыв на несколько месяцев, а затем вернулись в студию, снова послушали эти песни. Так песни получаются более зрелыми, у нас есть время между записью и прослушиванием, что позволяет нам рационально рассудить, нужно ли что-то поменять или нет. В таком ключе мы работали над каждой песней, что и объясняет, почему мы так долго не могли завершить этот альбом. В любом случае, каждый альбом и каждая песня имеют свою индивидуальность, и что хорошо для одного не обязательно хорошо для другого. Невозможно сравнивать наши работы, каждая из них отражает кто мы, и что мы чувствуем в определенный момент.
- На альбоме три кавера. Трудно ли вам было выбрать эти песни? Связывают ли вас с этими песнями какие-то особые воспоминания?
Ричи: То, что мы играем дома или в студии, сильно отличается от того, что мы потом играем на сцене. Мы берем десятки песен из вечеринок с друзьями, которые устраиваем как минимум раз в неделю, где мы все играем на акустических инструментах и заново открываем песни из прошлого, которые сейчас забыты. Таким образом, мы находим песни, которые позднее записываем на наши альбомы.
- Считаете ли вы, что вы внесли огромный вклад в создание нео-фолк музыки и ренессанса?
Ричи: Может быть, но меня это никогда особо не интересовало. Нам не важно, являемся ли мы частью какого-то движения или музыкальной традиции. Мы страстно играем эту музыку, потому что она приносит нам радость, никаких иных причин нет, а награды нас интересуют в гораздо меньшей степени.
- Какие старинные ренессансные инструменты вы использовали при записи альбома?
Ричи: По большей части те же, что и на предыдущих альбомах, мандолу, мандолину, колесную лиру и никельхарпу. К тому же, конечно, я много играл на акустических и даже немного на электрогитарах.
- Вы используете точные копии этих старинных инструментов? Попадали ли вам в руки настоящие инструменты того времени?
Ричи: Нет, к сожалению, не попадали. Мне кажется, они есть только у некоторых богатых коллекционеров. Или их можно найти в музеях, но для игры они, конечно, не подходят... Все ренессансные инструменты, которые сегодня можно найти, это репродукции, сделанные на основе отдельных текстов, например «Syntagma Musicium» Михаэля Преториуса, композитора и теоретика XVII века. Мне посчастливилось познакомиться с мастерами, которые изучали этот манускрипт, они умеют в точности воссоздавать эти инструменты по инструкциям с его страниц.
- Когда вы только создали Blackmore's Night, было ли вам трудно играть, сочинять и придумывать аранжировки для этих инструментов?
Ричи: Первое время было очень сложно, но и очень-очень интересно. Не из-за сложностей в игре - технику рано или поздно выучиваешь - а из-за написания песен для этих инструментов. Я этого не умел, особенно поначалу. Поэтому в итоге я стал писать песни на гитаре, а потом переносил их на эти инструменты. Потом я понял, что только сочиняя музыку на этих инструментах я смогу добиться тех результатов, к которым стремился, и по-настоящему оживить ренессансную музыку. Более того, композиторы того времени точно не использовали электрогитары! Тогда я вспомнил времена Rainbow, когда придумал рифф «Gates of Babylon» на виолончели. Я бы никогда к нему не пришел, если бы играл на электрогитаре. Кроме того, для игры на этих инструментах пришлось заново выстраивать технику, чтобы играть в пальцевом стиле, хотя у меня для этого не самые лучшие физические данные. На самом деле, для пальцевого стиля в идеале нужно иметь длинные ногти... Что для рока, напротив, не очень подходит... Это проблема. Не говоря уж о том, что по меньшей мере 30 лет я играл только медиатором!
- Когда вы смотрите видеозаписи своих выступлений 70-х и 80-х, что вы думаете о своей игре? Хотелось бы вам вернуться в то время и что-нибудь изменить?
Ричи: Я никогда не смотрю свои старые видео, так как нахожу их пугающими и подчас ужасными. В музыкальном плане я бы не стал менять ничего из того, что я сделал, но я бы точно поменял места, где я выступал, и отказался бы от постоянных переездов, которыми я занимался во время туров, уничтожая свое здоровье. Более того, если бы у меня был шанс, я бы поменял всех моих бывших менеджеров!
- Вы когда-нибудь находили «идеальную гитару»?
Ричи: Не могу сказать... Может быть. Если и находил, то я этого не заметил! Я никогда не достигал совершенства в игре на гитаре, в чем всегда винил инструмент, а не себя. Дома у меня полно гитар, но, как вы знаете, каждый настоящий гитарист всегда ищет идеальный инструмент, которого на самом деле не существует. Это гитарист делает свою гитару совершенной, а не наоборот...
- В апреле вы отпраздновали свое семидесятилетие. Многие из ваших бывших коллег продолжают играть рок, тогда как вы предпочитаете открывать новые направления; в музыкальном и духовном плане. Как думаете, есть ли возрастной предел для музыки в целом и для рока в частности?
Ричи: Нет, откровенно говоря, не думаю. Я считаю, что определяющим фактором является не возраст, а артрит. Чем дольше удается с ним справляться, тем дольше можно продолжать играть. Я знаю девяностолетних музыкантов - счастливчики - которых артрит пощадил, и они продолжают прекрасно играть. Мне приходится бороться с этим заболеванием на большом и на остальных пальцах, и я знаю, что такая же проблема есть у многих других гитаристов. В основном это связано с тем, что я слишком сильно нагружаю некоторые части тела.
- В недавнем интервью вы заявили, что собираетесь вернуться к песням Deep Purple и Rainbow в июне 2016 года. Вы уже решили с кем будете играть?
Ричи: Я запланировал только четыре или пять концертов в Европе, вероятно, в Хельсинки, потом в Швеции, Германии и Англии. Пока что контракты еще не подписаны, поэтому я не могу сказать, кто будет играть в группе. Однако эти концерты планируются только по ностальгическим причинам и для поклонников, которые так упорно просили меня об этом все эти годы. Я не перестану играть Ренессансную музыку с Кэндис, и я не собираюсь замораживать Blackmore's Night. Это мой мир, и так будет всегда…