Сибирь – страшный сон поляка?
Если мы поверим картине Александра Сохачевского «Прощание с Европой» (см. иллюстрацию), то да – так оно и есть. Но на самом деле картина была куда более неоднозначна…
Но начнём по порядку. В XVII столетии поляки открыли для себя удивительную страну - невероятно протяженную, дивно красивую, холодную и опасную Сибирь!
Дорогой читатель, ты, конечно, догадываешься, что открытие это было для многих из них не вполне добровольное. Для многих, но не для всех. Первые «польские сибиряки» появились уже в 1610 г.г., и это были вполне по своей воле перешедшие на русскую службу шляхтичи. Дальше число поляков в сибирских городах росло, а происхождение уже было разным. До разделов оставалось ещё целое столетие, но будущая Империя уже возвращала старые русские земли. В ходе войны 1654 - 1667 г.г. в Сибири оказались первые польские военнопленные, а затем и ссыльные – совершившие какие-то проступки в европейской части России.
То, что шляхтич угодил в Сибирь, будучи пленным, совершенно не значит, что он там лес валил, или занимался другой неквалифицированной работой. Вовсе нет. Он, в сущности, оставался тем, кем и был – только на русской службе. Верстался в «литовский список» служилых людей, получал государево жалование и выполнял всё то же, что и русские казаки. Платили при этом даже чуть больше, чем русским.
Больше всего польских служилых оказалось в западно- и среднесибирских уездах, но обитали они вплоть до Якутска. Число служилых людей «литовского списка» нигде не было большим. Паны иногда вытворяли странное, за что попадали в судные дела: например, в архиве Якутской приказной избы есть дело об изнасиловании польским служилым человеком дворового парня, принадлежавшего русского служилому человеку. Но в целом служба и карьера у них вполне складывалась. Правда, надо было перейти в православие, но на это охотно шли. Встраивались в меховую торговлю, выполняли служебные миссии, а некоторые доходили даже до воеводства.
В общем, традиция сибирской службы поляков на благо Империи – давняя, но в следующие два столетия туда всё же действительно попадали чаще не доброй волей. Тут и Барская конфедерация, и восстания XIX века, но и в то время многие ехали просто заработать денег, так что в конце концов именно в Сибири сложилась крупнейшая польская национальная община за пределами собственно Польши.
Сибирь помнит много ярких польских историй, но я расскажу вам ту, которая больше всего поражает конкретно меня – как польский мятежник стал образцовым русским колонизатором!
Михаил Янковский, наследник старого шляхетского рода, был обычный польский студент из Горы-Горецкого земледельческого института, получал нормальное имперское образование, которое (вопреки расхожему мнению) в Империи никто полякам не ограничивал. Учился уже на последнем курсе. Сделал бы, вероятно, карьеру, с которой в Империи у образованных поляков, опять же, бывало все хорошо, но…
... Но черт его дёрнул поучаствовать в восстании 1863 года.
И всё пошло под откос. Граф Муравьев-Виленский. Суд. Приговор – восемь лет нерчинских рудников. Пути назад нет.
Освободившись с каторги по амнистии в 1868 году без права возвращения, Янковский работал на золотых приисках, а затем осел во Владивостоке. Получил по заявке участок необитаемой, совершенно дикой прибрежной земли – ныне полуостров Янковского – и принялся хозяйствовать. Поставил целью вывести породу лошадей, адаптированную к местным условиям.
Это был самый-самый край русских владений около границы с Кореей. Гарнизон Владивостока далеко, а маньчжурская граница, из-за которой набегают разбойники-хунхузы – близко. С ними пришлось сражаться, а ещё – с тиграми, которые таскали жеребят. Вот в таких условиях Янковский развивал своё коневодческое предприятие. К лошадям добавил пантовое оленеводство. Организовал патрулирование берега во время русско-японской войны. Вёл систематические наблюдения за природой и открыл новый вид птиц – овсянку Янковского.
После смерти Михаила Ивановича дело продолжил его сын Юрий. Но тут грянула революция. В начале двадцатых Янковские, бросив всё, перебрались в Корею. Основали новое предприятие – гостевую горную базу с трудотерапией и организацией охот. Популярность – огромная, всё отлично, но дальше настал сорок пятый год. Юрий Михайлович и его сын Валерий пошли на сотрудничество с советскими войсками в качестве переводчиков. Результат – арест и лагеря.
Юрий умер в лагере, Валерий бежал, получил дополнительный срок, освободился в пятидесятых. Остался в СССР и стал писателем. Писал охотничьи рассказы (все Янковские были прекрасными охотниками), истории про эмигрантскую жизнь в Корее и Шанхае, описал приключения своих предков. Умер Валерий Юрьевич в 2010 году, дожив почти до ста лет (1911 - 2010 г.г.). Железный человек!
Чему учит эта история? Интеграция лучше бунта, а возможности для славы в Империи – велики и необычны. А что у людей на картине Сохачевского кислые лица – так нечего было бунтовать!