К 205-летию Я.П. Полонского
Яков Петрович Полонский. Кто он? На этот вопрос можно найти много ответов. Писатель? – Да. Патриот? – Да. Личность, повлиявшая на многих современников? – Да. Предлагаем взглянуть на этого человека под другим углом: Яков Петрович был хорошим другом.
Дружба во многом – дело непростое, порой даже очень трудное. Чтобы стать другому человеку другом, мало разделять его интересы, проводить с ним вместе время и общаться на равных. Это означает, быть готовым к испытаниям самому; а для этого необходимо иметь внутренний ресурс, достаточную силу духа, чтобы выдержать их. Это значит – порой идти на серьезные жертвы.
Для дружбы нужна мудрость. Ты не сможешь быть хорошим другом, если не способен дать совет, утешить, приободрить. Полонский точно ей обладал. Об этом свидетельствуют его отношения с поэтом Николаем Щербиной, с которым Яков Петрович познакомился во время своего пребывания в Одессе. Помимо писательского ремесла, творцов объединяло и схожее происхождение – оба были выходцами их бедных дворянских семей. Как мы знаем, многое из того, что составляет костяк личности человека, происходит из детства, а люди со схожими душевными переживаниями притягиваются друг к другу. Уже позднее, Щербина влюбился в Надежду Хвощинскую, и так уж вышло, что Полонский был ее земляком (оба происходили из Рязанской губернии). Николай даже сделал ей предложение руки и сердца, но получил отказ. Сердце поэта более ранимо, и, конечно, мы можем предположить, что Полонский мог быть одним из тех людей, которые даровали ему утешение.
О качествах человека можно судить по людям, находящимся рядом с ним. Еще в студенческие годы Яков Полонский окружал себя такими людьми как Аполлон Александрович Григорьев, Афанасий Афанасиевич Фет, Пётр Яковлевич Чаадаев, Алексей Степанович Хомяков, Тимофей Николаевич Грановский.
Но не всегда дружбу получается сохранить на протяжении всей жизни. Хорошим примером здесь являются отношения Полонского с Львом Николаевичем Толстым. Так как Полонский был уже заметный поэт, состоял в том же кругу писателей и был дружен с Тургеневым, то его знакомство с Толстым состоялось само собой. Изначально доброе отношение Якова Петровича к Толстому с течением лет сменяется разочарованием и даже обидой. Виной тому служат огромные различия во взглядах: принять спокойно религиозно-философские и общественно-политические идеи Толстого Полонский, патриот и государственник, не мог. В качестве цензора иностранных книг он даже запрещал к обращению в России статьи Толстого в английских переводах!
Апогея эта история достигла в 1895 году, когда Полонский открыто выступил против идей Льва Николаевича, напечатав в журнале «Русское Обозрение» (№№ 5–6) статью о его книге, изданной за границей, «Царство божие внутри вас», а в следующем году ту же статью издал в виде отдельной брошюры под названием «Заметки по поводу одного заграничного издания и новых идей гр. Л.Н. Толстого». Здесь он говорит: «Я возражаю графу... и не ради того, чтобы как-нибудь повредить ему. Мы никогда не были врагами, и я до сих пор люблю его, как доброго старого знакомца, и поклоняюсь ему, как гениальному художнику. Но виноват ли я, если мое разумение жизни иное, что я иначе понимаю, как идти к нравственному совершенству, и так же, как граф, не могу безмолвствовать. Конечно, я бы молчал, если бы был ко всему равнодушен, если бы, как крайний космополит, не имел отечества и если бы это отечество не давало нам всего, что нужно для нашего развития и жизни».
Но, пожалуй, самым лучшим примером дружбы, могут служить отношения Полонского с Иваном Сергеевичем Тургеневым. Познакомились творцы во времена своей юности: оба писателя в разное время были студентами Московского Императорского университета, оба начали свою творческую работу с поэзии и примерно в одно время. У обоих писателей были непростые периоды в жизни, и именно их дружеская связь зачастую помогала двигаться дальше, жить и творить. И порой кажется, что расстояние только укрепляло их отношения.
Тургенев делился с Полонским своими сокровенными переживаниями: «Чтобы писать – особенно теперь – надо жить в России, жить я там постоянно не могу». Оно и не удивительно: к кому еще мог обраться Иван Сергеевич с такой проблемой, как не к одному из самых патриотично настроенных писателей того времени! Несомненно, нужные слова утешения для товарища у Якова Петровича нашлись.
Тургенев искал встречи со своим другом в каждый свой приезд на родину (не значит ли это, что Полонский был для Ивана Сергеевича ее неотъемлемой частью?), постоянно звал его с супругой к себе в гости, где бы ни находился.
В коллекции РИАМЗ сохранились предметы, которые являются свидетельствами высоких отношений поэтов. Например, деревянные костыли, подаренные Полонскому Тургеневым. А ведь это самый прямой символ поддержки, буквально подставленное плечо.
Завершим рассказ цитатой самого Полонского о дружбе из письма товарищу Николаю Орлову: «Тебе всегда было досадно, зачем не разделяют с тобой твоих верований, твоих убеждений, – не правда ли? Например, Тургенев Иван и ты. Вот столкнулись и отскочили друг от друга – отчего? Оттого, что ты думаешь так, а не иначе. Ты дружбу понимаешь так легко, что протянул руку да сказал: будем друзьями – вот и друзья, а он дружбу понимает иначе. Вот почему вы не сошлись, как бы должно ожидать по началу вашего знакомства». Ты дружбу понимаешь ТАК ЛЕГКО… Не это ли говорит о понимании Полонским всей полноты смысла и глубины этого понятия? Возможно, и нам следовало бы более глубоко проникнуть в его суть.
Материал подготовил научный сотрудник РИАМЗ А.Н. Дуняк.