«Стон морей» – южный стоунер из вечной мерзлоты.

Салют со всех стволов, меломаны! В поисках неогранённых алмазов редакция САЖИ засунула спецагента Андриано Дрочилентано в очередную жопу отчизны — душить тюленей и глушить глухарей. «Стон морей» из далёкого Магадана. Знаете эту банду? Нихуя вы не знаете! У ребятишек в этом году вышел дебютный миник «Рифы Охотского моря». Пришлось разузнать у гитариста‑основателя Виктора Сатановского, почём стоунер для народа на севере.

— Привет. Расскажи для разгона историю возникновения группы. Я пошарил по сусекам и узнал, что раньше вывеска была другая. Сперва группа называлась «Яви стон», а уже потом переименовалась в «Стон морей». Поведай, этот стон от боли или от оргазма?

— Всем приветы! История, конечно, банальная… Имея один проект, захотелось отдушины и чего‑то более серьёзного, тем более на тот момент активно слушал стоунер и прям кайфовал, понимая, что вот этот стилёк точно по мне. Проект несколько раз успел изменить свои составы; надеюсь, с настоящим попрёт и дальше. До «Яви стон» было ещё другое рабочее название. Но, созрев к концерту в честь открытия мотосезона, решил нормальное название прикрутить. Особенно захотелось, чтобы название было созвучно с названием стиля. Тем более в проект тогда влилась Катя Жовниренко, написав текст на «Мерзлоту». Но после концерта Катя сказала, что не сможет совмещать проект с работой и своей основной командой. А раз подобных интересных текстов больше брать было неоткуда, решил сменить вывеску и не тянуть формат славянщины, который я бы без неё не вывез. Ну и теперь название проекта «Стон морей», как по мне, ещё больше смахивает на название стиля стоунер. Но всё же «Стон» тут ближе к боли, чем к представлению о Море сквирта.

— В паблике группы написано, цитирую: «Проект музыканта, заглянувшего в дверь мира стоунер в поиске себя». Заглянуть — не значит войти. Обещать — не значит жениться. Ну и как оно, ты себя уже нашёл?

— По правде, да, вуайеризм отчасти продолжается… Но я хотя бы в ту дверь зашёл, в отличие от некоторых. Зашёл и рад. Вот только всё ещё в поиске. стоунер — он же как бабушкин погреб. Ты в него спустился — и глаза разбегаются: тут тебе и грибочки (маринованные, конечно, хотя-я-я…), тут тебе и помидорчики, тут тебе и огурчики, и патиссоны. (Целая овощебаза! — прим.) Всё вкусное. Поэтому, стартовав с первым мини‑альбомом, я думаю, во втором уже будет немного другой материал. Вообще, по правде, хотелось бы больше в попсовый весёлый стоунер уйти. Но ещё есть материал в околодумовом характере. Тем более жду определённый инструмент, чтобы быстро научиться на нём лабать и использовать его в записи, чтобы прям ещё больше тяжести накинуть на вентилятор.

— Как пришло в голову совместить этнику и стоунер? Я про варган в первом треке и вокал в последнем. Звучит и чувствуется ебейше. Такой аутентичности вам бы побольше и почаще. стоунер — жанр, не сказать чтобы сильно вариативный, поэтому тут надо конкретно упороться, чтобы привнести что‑то новое. У вас вполне получилось. Будете пытаться сохранить и приумножить эти фишки в будущем?

— Пасиба, конечно, приятное, но на самом деле ничего нового мы не сделали. Оказалось, есть и столичный коллектив, который так же отлично это совмещает. А варган — это же наша культура Дальнего Востока. Очень хотелось немного дотронуться до корней моей земли. Поэтому искал кого‑то из коренных народов, кто владеет. И да, конечно, ещё буду взаимодействовать с этим инструментом. Тем более я спутался с крутым музыкантом Николаем Савиным — попробую с ним посотрудничать для записи. В идеале бы и бубен втянуть, но пока не уверен в этом… А так да, этника сейчас хорошо заходит. Это очень правильно. Мы все должны стараться сохранить все свои культуры нашей необъятной страны. Все культуры разных стран очень крутые и интересные.

— Вы гоняли в Москву — расстояние от Магадана неблизкое. Поведай об этом трипе. Как вас приняла зажратая публика столицы?

— Расстояние неблизкое, конечно, почти семь с половиной часов лететь, но по ценнику получается дешевле, если полететь в соседние города по Дальнему Востоку или в соседнюю Сибирь. Насчёт зажратости публики тут не уверен, что она такая, потому что Москва приняла очень тепло. Во второй раз — ещё теплее. Вся стоунер‑движуха очень дружелюбная, я такое не встречал в других сообществах. Это ещё один жирный плюс — работать в этом стиле.

— Как тебе жизнь в Магадане в целом? Недавно беседовал с чуваком из Воркуты — тот был весьма недоволен своим местоположением на карте страны. А что скажешь ты? Если в плане музыки я ещё могу догадаться, понять и посочувствовать, то как насчёт бытовухи? Закусываешь водку нерпой? Срал с утёса в Охотское море?

— Какать я люблю дома, в комфорте. Водку я не очень люблю, но сало морского зверя, конечно же, жевал. Вкус своеобразный — как будто губка для мытья посуды пропитана рыбьим жиром. Но это очень полезно! А жить в Магадане для меня круто, на самом деле! С возрастом приходит осознание, что нигде никому ты нахрен не нужен, да и менять кардинально уже что‑то лень. А Магадан — он родной, и тут есть всё, что необходимо. Проехав по городам России своим ходом, увидел, что в каждом регионе проблемы свои и зачастую их плюсы не перекрывают минусы Магадана. Бытовуха — как везде, а человек — такая сволочь, что подстроится под всё, поэтому ничего не критичного. Единственное, погода у нас не радует: лето холодное и дождливое, но, может, зима обрадует. В плане музыки тоже всё не очень радужно, но это вообще всеобщая тенденция по стране. За исключением Саха (Якутия). У них с музыкой всё хорошо: там ребята все красавцы и молодцы — музыканты с высоким уровнем, и все общаются хорошо. Фест местный просто охренеть какой крутой, и ходит на него куча молодёжи, и песни подпевают.

— Видел, как тюлени ебутся?

— Я в этом году хочу мухомор отведать. Может, увижу... (Отчаянный! – прим.)

— Магадан построен зэками. Ощущаешь ли ты груз тяжёлого прошлого, гуляя по родному городу?

— Так у нас большинство населённых пунктов в стране не всегда по своему желанию строилось. Это всё старая история, тяжёлая, конечно, особенно когда в музей заходишь и видишь фрагменты их быта. Реально страшновато представить… Но город уже совсем не такой — развивается потихоньку.

— Много ли метал-групп на данный момент в Магадане? Что посоветуешь заценить?

— В городе групп вообще немного, каждая в своём жанре, уровень хороший, но, блин, реально болото… Команды мало заморачиваются, почти не играют, но всё равно все репетируют. Прям из метала, конечно, у нас крутые — это «Серафим Проджект» и «Эмбер». С творчеством у них всё хорошо.

— В начале двухтысячных магаданская сцена иногда давала знать о себе. Помню, была такая группа у вас — Incest, а также выходил печатный журнал «Жестокое существование», преимущественно посвящённый дет-металу. Знаешь что‑нибудь об этих славных временах? Входишь в местную олдовую тусовку?

— Я в музыке где-то с 98-го. В ЖС даже выходила статейка с командой, в которой я, тогда совсем молодой, играл brutal death. А Incest жил благодаря Эду Гроберу — он до сих пор в теме, хоть и переехал под Красноярск, но периодически прилетает, помогает магаданцам по части музыки. Вот так раньше вся музыкальная тусовка и держалась на таких славных парнях — многое решалось на простом энтузиазме. Хорошее время было. Жаль, всё просрано…

— У вас басист на третьем треке эротическим голосом вещает, что нужно брать любовь и дарить любовь. Вы что, хиппи?

— Хоть как называйте. Любовь порождает гармонию, гармония порождает любовь. Если не это — возможно, самое главное, — то тогда зачем всё это?!

— Крепись, мы почти на финише. Извиняй заранее, но лови фекала в окоп, бро. Арт на миньоне такой, будто это не «Стон морей», а «Пук на мелководье». Иначе как объяснить, что якорь не тонет? Или он надувной? А у русалки видно соски! Где плашка 18+? Она совершеннолетняя? И что с её хвостом? Сдаётся мне, что кто‑то содомировал нейросеть, возбуждённо хуяря липкими пальцами по клаве похабные промпты. Вы заморочились на запись в студии, но почему‑то совсем не заморочились над обложкой. Так входить в хату нежелательно. Считаешь, что визуал не роляет? «По хрустальному тоненькому ты ледочку ходишь». Что скажешь в оправдание, колымчанин?

— Тут соглашусь — картинка по‑быстрому была нарулена в ИИ. С сосками не соглашусь: они милые. Я бы и рад посотрудничать с крутыми ребятами, кто пилит кайфовые облоги, но пока контактами не оброс. Как‑то заручился поддержкой местного художника, в итоге он перестал отвечать… В дальнейшем, конечно, постараюсь, чтобы было красивее. Но без сосков не обойдётся. 51 %, что не обойдётся.

— Ладно, не парься. Ебись оно конём. Всем похуй. Лучше поведай напоследок, какие планы у группы на ближайшее будущее?

— Самые ближайшие — вернуться к репетициям. В мае помещение, где мы репали, ушло на капремонт до конца года. С этим вроде разрулили как раз сегодня: на время заедем в подвал. Надеюсь, звёзды сложатся, наша заявка на ДВ‑фест в Хабаровске будет принята — и мы полетим на «МаксиРок». Если космос снизойдёт, то, может, получится до феста заехать на Камчатку и Сахалин. А по возвращении — отыграть дома. Ну‑у‑у, и, конечно, надеюсь взять себя в руки, допилить материал, чтобы к концу года или началу следующего разродиться новым альбомом. А так главное — кони бы не двинуть, мало ли… Всякое оно бывает…

P. S. от редакции: спустя полчаса после окончания интервью Виктору был преподнесён урок от высших космических сил за последнюю строчку: коней сохранить удалось, но вот гитары пострадали от пожара.

Не шутите с этим, ребята, храните дома огнетушитель.

Общался: Саша
Фото: Арсений Виноградов