Социально-экономическая история современной Франции
Подступал август 1944 года — блистательного и горделиво победоносного, ключевого для Франции временного промежутка Второй Мировой Войны — и подошло время для претворения в жизнь решительной операции «Драгун» , поставившей точку в существовании уязвленного режима Виши. Символизм в названии этой операции оказался примечательно метким: отступление немецких войск уже к середине операции стало вопросом времени, предрешенным резвой остервенелой стремительностью, присущей рьяным атакам драгунских эскадронов при сравнительно небольших потерях.
Непрочный режим Виши рухнул на глазах, надломившись пополам, и, подобно падающему зданию, оставил на ближайшие несколько месяцев затхлую пыльную завесу. Однако принесенный сравнительно недолгим периодом правления Виши эффект к тому времени успел найти свое место: в 1940 году был принят закон о пересмотре получения гражданства, цель которого был «пересмотр» гражданства опционально выбираемых (и чаще всего неугодных режиму) людей. Правящая партия получала возможность переводить любого гражданина в группу отреченных парий, называемых «метэками» (Métèque). Гражданства были лишены в общей сложности 15 154 человек.
Немного после в эту систему был внедрён и ядовитый антисемитизм — продукт немецкого влияния, которое, бесспорно, и направляло внутреннюю и внешнюю миграционную политику марионеточной Виши. Евреев постепенно и с завидной педантичностью лишали всяческих возможностей и прав, реже — гражданства. Планомерно вводимые с 1940 года статуты предупреждали занятие евреями государственных должностей и де-факто переводили их в статус «низшего класса» — неприкасаемого и отчужденного.
Такое направление мысли Вишистского законотворчества отозвалось эхом и во внешней миграционной политике: всяческая миграция внутрь страны была серьезно ограничена практически сразу после установления новоиспеченного режима, и начали появляться прецеденты лишения гражданства видных лиц, покинувших Францию без приказа о командировке (такое, например, случилось с Шарлем де Голлем).
Иностранцы не имели возможности перемещаться по территории Франции без сопровождения и не защищались трудовым законодательством.
Режим Виши отличился беспощадностью и уязвленной антигуманностью: кроме гонений в отношении определенных социальных групп администрация не отказывалась от притягательной возможности слепо воспользоваться принудительным трудом. Трудовое законодательство работало избирательно. Риторика Виши красноречиво возвеличивала квалифицированный труд и ведение малого бизнеса, но на деле имела над последним полный контроль.
Экономика была крайне неэффективной даже в отношении удовлетворения базовых потребностей жителей: была введена система нормированной выдачи продовольствия, которая, будучи классическим частным случаем краха централизованной системы дистрибуции и планирования, с треском провалилась, что вызвало голод.
Свободно формируемые добровольные проф. союзы были насильственно заменены на обязательные государственные, которые на деле представляли из себя органы, управляющими условиями труда рабочих. Иными словами, роль проф.союзов была извращена и вывернута наизнанку.
Централизованная и трещащая по бюрократическим швам система централизованного планирования показала себя до неприличия неэффективной и не выполняла поставляемых Германией задач.
Сам факт того, что администрация Виши направляла экономику на удовлетворение запросов и приказов со стороны Третьего Рейха, удивительной находкой не является. Вместе с этим оккупированная Франция стала очень важным источником финансирования немецкой военной машины, поставляя как минимум 20% от своего ВВП в пользу Германии.
Сразу после завоевания Франция была отрезана от международных товарных отношений и вверила контроль своих импорта и экспорта всецело в руки Рейха. Любые сделки вне Виши, проводимые без разрешения оккупанта, строго пресекались.
Очень скоро экономические власти оккупационной Франции столкнулись с огромным количеством проблем после внедрения столь уничтожительно опрометчивых решений. Одной из самых беспокойных из них стала инфляция, растущая в алгебраической прогрессии. Оставшиеся, в 1942г; и 1943г. финансовые кризисы были во многом связаны с банковской системой.
(p.18)
Именно в этот момент выяснилось, что перевод Франции на систему распределения пищевых ресурсов и неспособность экономики Виши удовлетворять базовые потребности своих агентов явилось лишь следствием. Причиной был излишний государственный интервенционизм, доходивший даже до спёртых попыток наощупь «контролировать» цены.
(p.15)
Государство вытесняло предпринимателей из всех сфер с той же педантичностью, с которой когда-то вытесняло евреев с главенствующих мест. Реваншизм сродни Наполеоновскому наполнил глаза людей и зажег их ярко-желтым огнем, а потому наряду с финансово-экономическими кризисами оккупационной администрации необходимо было бороться и с ожесточенным сопротивлением со стороны отчаявшихся людей.
Экономическая история послевоенной Франции.
Однако, экономике Франции еще не было суждено либерализоваться. Вместе с завершением Второй Мировой Войны ныне свободной Франции предстоял тяжелый путь реформ и восстановления покалеченной и иссушенной экономики.
Начиная с 1945 года миграционная политика устремляется в прочную и непреклонную «устойчивость», контрастируя с тем что пытались установить в Виши. Иностранцев начинают впускать в страну на ограниченные сроки, которые могли варьироваться в зависимости от цели визита. Наряду с этим Франция открывает программу по репатриации с явным желанием «воссоединять семьи» французских граждан. Идея «приоткрыть» границы немного пуще нещадно критикуется. Взгляды на иммиграцию по своей природе остаются крайне неоднозначными.
К этому моменту во Франции огромную популярность обретают социалистические идеи. Немного после конца войны в 1945 основные секторы Французской экономики были национализированы временным правительством под покровительством Шарля Де Голля, которое во многом состояло из коммунистов и социалистов. Под программу национализации попали энергетика, газовая промышленность. Не оставили в стороне даже финансовый сектор: некоторые банки и страховые компании так же были национализированы вместе с отраслями по добыче железа и стали.
Французский экономический интервенционизм(который к 80-ым годам назовут с присущей экономистам меткой строгостью — французский дирижизм), однако, не завершился на национализации. В промежутке между 1946 и 1952* годами Франция прибегала к исполнению плана Монне (le plan Monnet), который предусматривал активное индикативное планирование в экономике. Жан Монне очертил несколько крайне амбициозных целей, которые согласно его плану должна была достигнуть Франция. Планировщики хотели вернуть экономику страны из руин Второй Мировой войны.
“Модернизация или упадок!” — такой слоган зазвучал в обращении к французским политикам в 1946г. Это был отрезвляющий суровый выбор, который определял судьбу страны на десятилетия вперёд. После экономического застоя в 1930-х годах и безжалостной эксплуатации в условиях немецкой оккупации Франции пришлось выбирать между реконструкцией для восстановления прежних моделей организации и инвестиций или новыми инициативами по инвестированию в технологии, торговлю и массовое потребление. И хоть исчерпывающие влияние со стороны дирижизма на экономику Франции остается предметом жарких споров и дискуссий, неуклонная смерть этой экономической политики и её замена либерализацией и последовавшие за оной положительные изменения не подвергаются сомнению.
(les grandes écoles) (Shonfield, 1967).
Очень примечательное экономическое решение, которое вторило самым популярным во Франции политическим позициям. Значительное повышение налогов, национализация вышеописанных экономических отраслей и индикативное планирование — всё указывало на стремление Франции перейти к концепту государства всеобщего благосостояния.
План Монне(в частности, для Франции) представлял из себя «пятилетку» (причем в буквальном смысле , ибо так и назывался — de plan quinquennaux). Он состоял из набора подробных программ по инвестированию и модернизации, подготовленных отдельно для каждой выбранной группы отраслей и объединенных в элементарный анализ национальной экономики в долгосрочной перспективе. В краткосрочной и среднесрочной перспективах основной целью было достижение полной информированности рынка, и насыщение последнего всей необходимой для принятия решений информацией. Последняя должна была собираться, систематизироваться и доводится до сведения всех. Важно понимать, что это отнюдь не означало переход Франции на систему централизованного планирования.
Программы Монне были направлены на хозяйственное возрождение Европы сообразно рыночным системам. А потому внутри Франции все еще работали рыночные механизмы, были победители и проигравшие.
(Примечательно, что многие так же стремились приписать «экономическое чудо» послевоенной Франции непосредственно системе «централизованного планирования», которого никогда не было, совершенно игнорируя истинные детали плана Монне)
Государство медленно оправлялось от рваных ран, оставленных одним из самых иссушающих конфликтов человечества и потому к 1950 и 1960 годам непомерный рост экономики спровоцировал огромную нужду в дополнительной рабочей силе, которую было столь интуитивно решено заполнить мигрантами.
Дефицит в рабочей силе стал острой социально-экономической проблемой, которая чуть ли не кричала о необходимости немедленного решения. Рабочие должности, на которые граждане Четвертой Республики смотрели сверху вниз и принимались за оные очень неохотно были заполнены мигрантами, готовыми работать за относительно низкие заработные платы.
Франция активно черпала рабочую силу из своих колоний — бывших и нынешних, в Северной Африке и Юго-Восточной Азии, образовав через них крайне эффективный канал для трудовой миграции, повторяя опыт Великобритании. Примечательно, что в Альбионе в этот момент миграционный сценарий имел почти такую же форму, как и во Франции. Исторически иммиграция в Великобританию и Францию приняла одинаковый облик в необходимости черпать рабочую силу, способную подкидывать дрова в бурно растущий огонь отдающей паром и дымом экономической машины.
Этот момент можно считать определяющим в направлении миграционной политики Франции. Так как именно он предрешил повестку благоприятствующую миграции, и взгляд вглубь экономической истории Франции позволяет во многом понять предтечи её к ней отношения*.
Ближе к 1970-ым годам экономика Франции вошла в отягощенный кризис. Хлесткий поток бурного роста сменился недвижимой толщей застоявшейся водяной массы, почти лишенной всяческой кинетической энергии. Сама энергия, кстати, стала головной болью для жителей Франции после нефтяного кризиса 1973 г.
(Reflation and adjustment, 1974-80)
Рецессия 1980-ых годов ознаменовала окончательное поражение французского дирижизма (The death of dirigisme) и отказ от социалистической направленности Франции, возглавляемой лидером социалистической партии Франсуа Миттеран'ом (François Mitterrand). Вместе с этим экономически левая повестка терпит полное поражение, уступая место рьяным переменам в будущем.
Покончить с всепоглощающим и опустошающим в своей незавидной сущности экономическом кризисом помогла либерализация экономики Франции в 1990-ых годах. Банковская система обретала независимость, а экономика активно дерегулировалась. Начавшаяся реструктуризация производства усилила экономику, и потому последняя оставалась крепкой и жизнеспособной в отношении Франции вплоть до мирового кризиса 2008 года.
Таким образом экономика Франции наглядно продемонстрировала крах индикативного планирования и вновь повторила любой опционально взятый предыдущий опыт построения социализма.
Система по восстановлению из пепла Второй Мировой войны опиралась на рыночные механизмы, системы централизованного планирования во Франции никогда не было, а дирижизм был обречен на неумолимый провал под аккомпанемент грациозного генерал-марша. Государство всеобщего благосостояния стало лишь недосягаемым путеводным маяком для плывущей вперёд по неизвестным волнам Франции — маятником ненадежным и выключающимся каждые два десятка лет. В конце концов, когда выбор стал между сменой курса или бесперспективному слому об острые рифы, Франция избрала либерализацию. В тёплом, осветленном будущем её ожидает тяжелый кризис 2008 года, красноречиво отображенный на одном из графиков, но уже после него экономика Франции никогда не увидит столь тяжелых проблем, которые возникли в промежуток между 1930 и 1970 годами вплоть до сегодня.
Миграция во Францию с двухтысячного года.
Исторически, как уже было обозначено выше, миграция во Францию являла собой исключительно экономический инструмент, использовавший мигрантов в качестве рабочей силы для насыщения трудоёмких проектов, которыми полнилась взлетающая до небес в момент восстановления после войны экономика.
Ближе к нашему времени фокус сместился в сторону политически обусловленной миграции, согласующийся с доминирующими идеями о поддержке беженцев. И, как стало известно из статистики, такая политика благоволит росту числа последних.
Число людей, обратившихся за защитой во Францию, в последние годы резко возросло с приблизительно 52.000 обращавшихся в 2011 году до более чем 138.000 в 2019 году.
Как видно из графиков(4), на момент 2013г. большинство(61%) мигрантов, находящихся во Франции, не имеют гражданства. Если ранее, в 1950-1960г. к миграции относились с опаской и явным желанием её как следует отрегулировать — то ближе к 2000 году все начало драматично меняться.
с 2000 до 2013 и с 2013 до 2021 количество мигрантов только росло, и на данный момент среди французского сообщества нет единообразия во мнениях касательно феномена миграции. Бо́льшая (в основном прогрессивная) часть населения не видит в миграции проблему, и фундаментально рассматривает проблемы с мигрантами не как проблему их наличия, а как неполадку в их интеграции(в той мере, в которой обеспечивать эту интеграцию должны сами французы). К такому выводу можно прийти изучив некоторые интервью и статьи лидеров подобных мнений.
Дополнительно для ценителей.
«План Монне» — план по реализации специализированной серии действий со стороны французского правительства для скорейшего восстановления французской экономики. Назван в честь Жана Монне — главы Комиссии по общему планированию (Le Commissariat général du Plan).
Основные пункты плана Монне:
1) Развитие конкурентоспособности национальной продукции и выход на мировые рынки.
2) Установление полной занятости населения
3) Увеличение производительности
4) Увеличение уровня жизни населения
Миттеран являлся лидером социалистической правящей партии Франции. Его экономическая политика — «110 предложений для Франции» — включала в себя целый ряд предложений, а иногда и разительных изменений внутренней и внешней политик государства.
Его экономическая повестка была всецело левой: повышение МРОТ (+10%), повышение налогов, установление фиксированного рабочего времени, увеличение пенсий. Увеличились затраты на бюджетные ассигнования.
Это позже приведет к истощению государственного бюджета и значительному оттоку капитала из Франции.
(p. «La Politique de Relance)
Начавшиеся проблемы побудили Франсуа (как он сам потом высказывал на пресс-конференциях) «остановить» реформирование и дать Франции оправиться от последних. Это и ознаменовало провал «политики стимулирования» — экспансионистской политики Франсуа, состоящей в основном из Кейнсианских постулатов.
Перед лицом начинающегося кризиса Пьер Береговой, министр финансов при правительстве премьера-министра Лорана Фабью, открывает путь для приватизации.
Таким образом, большинство предприятий, национализированных в 1981-1984 годах, окажутся приватизированы ближе к 90-ым ровно в момент начала либерализации экономики, что и сложит пазл.
Электорат левых сил крайне озадачивается провалом их экономической политики. Позднее происходит «U-разворот» фискальной политики и её ужесточение.
СМИ позже окрестят ситуацию во Франции, стоящей на заре 1990 года, как «разочарование в социализме» (déçus du socialisme)
Автор статьи: Sefus The-Freeman
Merci beaucoup!