Как средневековые художники изображали слонов
ЖИВОТНЫЕ НА ИЗОБРАЖЕНИИ выше — слоны. Они были нарисованы в XIII-XIV веках в средневековом бестиарии — книге, в которой описывались животные большие и маленькие, настоящие и фантастические. Грань между реальным и воображаемым часто размывалась. Единороги и двуногие кентавры были перечислены вместе с ящерицами, ласками, пеликанами и пантерами.
В рассказах бестиария грифоны уносили волов и выкапывали золото в шахтах, в то время как драконы сражались со слонами, которые выглядели такими же нереальными, как и любой мифический зверь.
В Англии и Франции бестиарии были популярны в средние века, но возникли они в древнем Средиземноморье, тогдашние учёные Египта черпали информацию из произведений Аристотеля и Плиния. Предполагалось, что бестиарии описывают разнообразие мира, но то, что в них изображалось, зачастую трудно распознать. Даже реальные животные превращались в неузнаваемых зверей.
Слоны в средневековых бестиариях были всех форм и размеров, лишь немногие из них напоминали настоящих слонов. Они могли иметь похожие на лошадиные ноги и хвосты, деформированные ступни, походить на свиней. Иногда отсутствовали уши.
Их хоботы могли тянулся по земле. Вообще хоботы и бивни на картинках часто причудливо изгибались под странными углами, а на одном изображении слон походил на собаку с бивнями кабана и странным длинным носом.
Рассматривая изображения, можно заметить сходные черты. Например, в то время как хоботы вообще редко изображались так, как в реальной жизни, они часто выглядели как трубы. Может ли эта черта быть ключом к странностям изображений? Почему так много художников копируют именно эту деталь?
Может, всё дело в том, как выглядел слон на самом первом рисунке? Считается, что традиция его изображения имеет истоки в утерянной «Physiologus». Этот трактат был написан примерно во втором века нашей эры в Александрии учёным, работающим на греческом языке, но большая часть того, что известно об этой не сохранившейся книге, получена из более поздних переводов её на латынь. «Physiologus» содержал описания некоторых животных и опирался на стандартные тексты по естествознанию того времени, в том числе «Историю животных» Аристотеля и «Естественную историю» Плиния.
«Physiologus» не следовал правилам научного наблюдения, как мы их понимаем сегодня. Его автор описал мир, созданный христианским Богом, где научные и религиозные наблюдения чётко не разделялись. Это был «сборник псевдонауки, в котором фантастические описания реальных и воображаемых животных, птиц и даже камней использовались для иллюстрации точек христианской догмы и нравственности», — пишет Флоренс МакКаллох в «Средневековом латинском и французском бестиариях», основном тексте для изучения средневекового естествознания. Как выразилась куратор Британской библиотеки Энн Пэйн, «целью автора было проанализировать привычки зверя и извлечь из них то, что они должны были рассказать ему о путях Бога, Человека и Дьявола».
Слоны, например, часто упоминались в историях о сексе. Увлечение сексуальной жизнью слонов имело как естественный, так и религиозный характер. Писатели бестиариев, похоже, искренне пытались выдвинуть теорию о том, как слоны рождались, ведь они такие большие и массивные! И как самцу удаётся не раздавить самку?
Рассказы о любовной жизни слонов во многом фокусировались на мифе об их относительном целомудрии. Говорилось, что слоны не получают удовольствия от секса и медленно возбуждаются. В историях из бестиариев слон имел одного партнёра и хранил ему верность. Чтобы размножаться, пара слонов должна была пойти на восток в райский сад, где самка находила плод мифической мандрагоры, своего рода гибрида человека и растения, и предлагала его слону-самцу.
Неужели средневековые люди действительно верили, что слоны спариваются именно так? По мнению учёных, они не были такими легковерными, как нам, современным пост-ренессансным людям, кажется. Как объяснил Маккаллох, еще в 1962 году аудитория бестиариев выяснила, что эти истории были дидактическими. На самом деле люди не верили, что слоны должны были есть гибриды человека и растений, чтобы заняться сексом.
В XXI веке люди охотно верят, что средневековые художники и писатели делали всё возможное, чтобы документировать естественную историю, просто использовали ограниченную информацию. Изображения из бестиариев часто подаются, как «основанные на слухах » или «описания путешественников». Однако, король Франции Людовик IX подарил королю Англии Генриху III слона ещё в 1255 году, и слон стал жить в Лондонском Тауэре, который в то время использовался как замок и место жительства, а не мрачная тюрьма.
В древней литературе существует множество описаний хобота слона, и ни одно не описывает его «в форме трубы». Аристотель, например, пояснял, что хобот слона «способен изгибаться или сворачиваться на кончике, но не сгибаться как сустав, потому что состоит из хряща». Гексамерон из Амброуза, живший в четвёртом веке нашей эры, отмечал, что у слона есть полый, «выступающий хобот», который он использует, чтобы всосать огромное количество воды и затем вылить её в глотку. Один средневековый писатель назвал хобот «змеёй, защищённой стенами слоновой кости».
Единственным упоминанием, касающееся хобота и трубы, было замечание Аристотеля о том, что слон издаёт звук, похожий на вздох, и «если он при этом использует хобот, звук становится похож на звук хриплой трубы.»
Есть доказательства того, что художники бестиариев делали сознательный выбор, когда рисовали слонов не натуралистическими способами. В своей книге «Средневековые бестиарии: тексты, изображения, идеология» Дебра Хассиг (ныне Дебра Стрикленд, старший преподаватель Университета Глазго) рассказывает о том, как натурализм образов слонов в бестиариях оказался мало связан с появлением реального слона в Лондонском Тауэре.
«В некоторых из самых ранних английских рукописей есть очень натуралистичные изображения слонов, а в некоторых более поздних — очень не натуралистичные, — написала она. — Степень натурализма — это результат решения художника, даже после непосредственного наблюдения живого образца... В бестиариях соответствие реальности не обязательно было целью художника». Другими словами, художники бестиариев сознательно предпочитали не изображать слона натуралистическим способом. Вместо этого они следовали другому набору правил, сосредоточив внимание на истории, которую может рассказать изображение, а не на его соответствии тому, что может видеть глаз.
Возможно ли, что художники рисовали хоботы слонов в виде труб, чтобы символизировать звук, который издает хобот — чтобы передать звук как часть изображения? Если бестиарные истории аллегоричны, если изображения нужны чтобы рассказывать историю, возможно, эта деталь является лишь частью системы. Средневековые художники, конечно, не имели доступ к информации, который мы имеем сейчас, но их рисунки выглядят странно для нас не потому. Художники передавали факты и идеи, используя язык, который мы больше не понимаем.
