Философия русской идеи
Последние годы всё чаще можно услышать о необходимости создания определенной идеологической конструкции, которая бы характеризовала своеобразие России, её национального характера. Однако, собственно, в философском пространстве понятие «русская идея» не ново. Можно вспомнить работы русского философа П.Я. Чаадаева, а именно: «Философические письма» (1829 - 1831), «Апология сумасшедшего» (1837), где он обозначает свои мысли о России, характеризует ее настоящее, прошлое и дает свое видение ее будущего. Его концепция предполагала отличительное развитие.
В своем письме Николаю I он писал: «Россия развивалась во всех отношениях иначе, и ей выпало на долю особое предназначение в этом мире» [4, с. 83]. Или же можно вспомнить его письмо А.И. Тургеневу (1835), где он отмечал особое значение России: «Россия призвана к необъятному умственному делу: ее задача дать в свое время разрешение всем вопросам, возбуждающим споры в Европе» [4, с. 92]. Здесь мы отметим, мысль еще одного русского мыслителя, писателя В.Ф. Одоевского, который в своем утопическом романе «4338-й год: Петербургские письма» (1835) возложил на Китай и Россию роль центров мировой силы. В романе они объединяют свои усилия, чтобы избежать столкновения Земли с кометой Биэлы. При чтении этого произведения мы видим, что В.Ф. Одоевский предсказывал небывалый технологический, культурный и образовательный скачок России и упадок западных цивилизаций.
Конечно, многие исследователи считают, что философская концепция П.Я. Чаадаева, в отличие от утопических идей В.Ф. Одоевского, является пессимистичной (А.И. Герцен, Г.В. Плеханов), однако мы считаем его взгляды оптимистичными. Он полагал, что Россия преподаст великий урок миру. Философ писал: «Про нас можно сказать, что мы составляем как бы исключение среди народов. Мы принадлежим к тем из них, которые как бы не входят составной частью в род человеческий» [4, с. 653].
Конечно, не со всем, что писал П.Я. Чаадаев можно и нужно соглашаться, у него достаточно много просчетов в оценке прошлого России. Как пример, можно вспомнить его полемику с А.С. Пушкиным (Письмо от 19 октября 1836 г.), который указывал на эти просчёты, или же указать на его неоднозначные представления о традициях и религии. Он полагал, что Россия может объединить христианские религии и стать новым духовным центром. Он очень ценил католицизм, пологая что ему присущ импульс для единства, а сам западный мир обладал универсальным политическим укладом, философией, наукой и литературой. Думается, что каждый может найти то, с чем согласиться или сможет оспорить. Однако П.Я. Чаадаев был первым кто настолько обширно и глубоко представил непосредственно философскую концепцию «русской идеи».
О национальной идеи писал Ф.М. Достоевский «Следовательно, если национальная идея русская есть, в конце концов, лишь всемирное общечеловеческое единение, то, значит, вся наша выгода в том, чтобы всем, прекратив все раздоры до времени, стать поскорее русскими и национальными. Все спасение наше лишь в том, чтоб не спорить заранее о том, как осуществится эта идея и в какой форме, в вашей или в нашей, а в том, чтоб из кабинета всем вместе перейти прямо к делу» [2, с. 500]. Эти слова имеют особый, наставнический смысл и в наши дни. Однако возникает вопрос, что значит стать русским? Ф.М. Достоевский писал: «Стать русским — значит перестать презирать народ свой. И как только европеец увидит, что мы начали уважать народ наш и национальность нашу, так тотчас же начнет и он нас самих уважать» [2 с. 503]. Интересным является, что писатель направлял свой взгляд не только на Европу, но и на Азию, он писал: «необходимость, что Россия не в одной только Европе, но и в Азии; потому что русский не только европеец, но и азиат. Мало того: в Азии, может быть, еще больше наших надежд, чем в Европе. Мало того: в грядущих судьбах наших, может быть, Азия-то и есть наш главный исход!» [2, с. 798]. Думаю, что данная идея Ф.М. Достоевского прошла сквозь века и находит свою актуальность и в нашем столетии.
Для лучшего понимания сущности русской идеи нужно проанализировать влияние на нее религиозного фактора. В этом ключе нужно выделить славянофилов как апологетов русского православного мессианства. С их точки зрения основания нашей культуры - это православная духовность, которая сформировала в народе такие качества как стремление к единству и соборности, приоритет духовного над телесным, а также внутренняя духовная свобода. Эти качества призваны обеспечить исполнение мессианское призвание русского народа, что в своей сущности выражается во вселенском воплощении русской идеи. Стоит также отметить, что в значительной мере на славянофильскую трактовку русской идеи оказали влияние философские учения Шеллинга. Однако если немецкий философ считал, что проявление народного духа должно выразиться в правовом государстве, то славянофилы видели его проявление в органической религии. При этом стоит отметить, что реализация Царства Божия, о котором писали славянофилы, в значительной степени отличаются от канонического православия. В какой-то мере - это некий социальный идеал, возможно даже «социальная утопия». Отметим, что западники (либералы) во многом хотели, чтобы Россия развивалась по лекалам Западной Европы.
Интересной является концепция русской идеи у В.С. Соловьева, который выступил с критикой славянофильства. Отметим, что он не воспевал памфлетов западной культуре, но при этом мог четко разграничить христианский и секулярный период развития Европы. Философ создает модель вселенского христианского государства, что в свою очередь противопоставляется идеи славянофилов об национальной исключительности.
Одной из вершин классических представлений о русской идеи стала книга Н.А. Бердяева «Русская идея. Основные проблемы русской мысли 19 века и начала 20 века». В ней мы можем найти несогласие философа с идеями В.С. Соловьева. Н.А. Бердяев возвращает отечественную мысль к идеям собственных национальных и духовных интересов России. В значительной степени у философов расходиться мнение и о западной культуре. Н.А. Бердяев писал: «Россия — христианский Восток, который в течение двух столетий подвергался сильному влиянию Запада и в своем верхнем культурном слое ассимилировал все западные идеи [1, с. 7]. Следовательно, он определял колоссальное значение русскому православию. Однако непосредственное идейное различие с В.С. Соловьевым мы обнаруживаем в следующем фрагменте: «В киевской России зарождалась культура 'более высокая, чем в то время на Западе: уже в XIV веке в России была классически-совершенная иконопись и замечательное зодчество. Московская Россия имела очень высокую пластическую культуру с органически целостным стилем, очень выработанные формы быта [1, с. 7].
Следует отметить, у Н.А. Бердяева работу «Истоки и смысл русского коммунизма». Он усматривает в русском коммунизме национальные корни, а также детерминированность русской историей. Анализируя становления России в советское государство, он писал: «Россия перешла от старого средневековья, минуя пути новой истории, с их секуляризацией, дифференциацией разных областей культуры, с их либерализмом и индивидуализмом, с торжеством буржуазии и капиталистического хозяйства. Пало старое священное русское царство и образовалось новое, тоже священное царство, обратная теократия. Произошло удивительное превращение [1, с. 115-116].
Мы приходим к выводу, что православная идея смогла интегрировать государственность на идеологическом уровне. Именно православие послужило базисом культуры. В какой-то мере у нас наблюдается христианская симфония, которую символизирует двуглавый орел. Во времена постмодерна, когда ужасное замещает прекрасное, безобразное становится нормой прекрасного русская идея оживает и выступает антитезой данным явлениям. «Русский Крым», «Русский Донбасс» — это живое проявление духовной силы Русской идеи. Благодаря ней человечество может уйти от порочных идей (конец идеологий, смерть автора, смерть человека и текста). Когда мы говорим: «Русская идея», мы формируем и определяем некие идеологические позиции, которые выстраивают экономику, политику, культуру, социальную сферу, искусство.
Манасеев Дмитрий Дмитриевич, Луганск, ЛГУ им.В.Даля, аспирантура, кафедра философии
Список литературы
- Бердяев Н.А. Истоки и смысл русского коммунизма / Н.А. Бердяев — Париж: Ymca Press,1955. — 160 с.
- Достоевский Ф.М. Дневник писателя. / Сост., комментарии А.В. Белов / Отв. ред. О.А. Платонов. — М.: Институт русской цивилизации, 2010. — 880 с.
- Чаадаев П.Я. Полное собрание сочинений и избранные письма. В двух томах. Том I / П.Я. Чаадаев — М.: Наука, 1991. — 768 с.
- Чаадаев П.Я. Полное собрание сочинений и избранные письма. В двух томах. Том II / П.Я. Чаадаев — М: Наука, 1991.— 672 с.