Общественно-религиозные истоки индустриализации Европы

Под словом промышленность обычно понимается явление, означающее масштабное производство компаниями различной продукции товарного назначения. И хотя товарное производство имело место во всех цивилизациях после возникновения земледелия и отделения от него ремесла, основным локомотивом экономического развития общества промышленность впервые стала в Западной Европе, в процессе индустриализации заменив собой ремесло и отодвинув на второй план ранее полностью определявшее хозяйственную жизнь аграрное производство. Одновременно с этим, принципиально изменилась вся система общественного воспроизводства – на смену феодализму пришёл капитализм, в дальнейшем вышедший из локальных рамок Европы и распространившийся практически на всю планету. Важным является тот факт, что выход на первый план промышленности и переход к капитализму произошли как-минимум параллельно, а, возможно, оказались прямо обусловлены кардинальными переменами в ранее крайне консервативном Европейском обществе, причём данные общественные перемены более нигде, ни в одной локальной цивилизации «изнутри» не возникали. Остальные страны, прошедшие через модернизацию, были либо колониями Запада, либо были принудительно вестернизированы правительствами перед угрозой возможной колонизации. Соответственно, для рассмотрения истоков индустриализации Европы необходимо рассмотреть те её принципиальные особенности религиозного и общественного характера, которые, возможно, стали причиной этой ранее невиданной хозяйственной метаморфозы.

Является общепризнанным тот факт, что на протяжении периода, который принято называть Средними Веками, основным фундаментом мировоззрения у большинства людей, независимо от степени образованности, являлась религия в различных формах. Особенностью авраамических религий является нормативное регулирование сферы хозяйственной жизни в различных формах, которое вело к формированию определённых ограничений или мотиваций у хозяйствующих субъектов и рядовых работников, к формированию определённой трудовой этики у своих последователей. Наибольший интерес в контексте рассмотрения влияния религиозных норм на трудовую этику представляет анализ влияния различных ветвей некогда единой христианской веры, так как именно на территории христианской Европы промышленность впервые в истории стала определяющим фактором хозяйственной жизни, что стало одной из причин дальнейшего экономического и политического доминирования данного региона на всей планете. Примечательным также является тот факт, что долгое время на протяжении Средних Веков Европа отставала от Китая и Индии по количеству населения, уровню его жизни и активности прикладных научных изысканий. А также то, что перемены в экономическом развитии региона совпали с кардинальными переменами в богословии, с институциональными преобразованиями общества, начало которым принесла Реформация. Для детального анализа влияния религии на экономические процессы в обществе последовательно рассмотрим позиции ключевых представителей православия, католицизма и протестантизма о сфере хозяйственной деятельности, после чего обратимся к переменам в трудовой этике, возникшим в период после Реформации.

До организации посольства представителей Католической Церкви в Константинополь в 1054 году [1] иерархи христианской церкви, ставшей доминирующей конфессией на территории бывшей Римской империи, сохраняли догматическое единство, хотя их взгляды постепенно расходились по принципиальным вопросам многие годы до официального отделения католицизма от православной церкви. Поэтому для анализа влияния на исследуемый регион в период до 1054 года рациональным будет обратиться к рассмотрению позиций относительно норм в хозяйственной жизни представителей православного Востока – к концепциям Климента Александрийского и Иоанна Златоуста. Они являются представителями двух основных позиций православной церкви по отношению к исследуемому вопросу, в первую очередь, по отношению к частной собственности и стремлению к личному обогащению. Одновременно с этим нужно отметить, что по отношению к ростовщичеству и ссудному проценту позиция православной Церкви была едина и ясна, основывалась на Ветхом Завете – «не отдавай в рост брату твоему ни серебра, ни хлеба, ни чего-либо другого, что можно отдавать в рост». (Втор. 23:19) Взимание ссудного процента хоть и практиковалась отдельными предпринимателями, а также монастырями и епископами, но всячески порицалось и наказывалось.

Первая концепция по имени своего основателя иногда называется «климентизм». Она возникла в период II-III веков, описана в книге Климента Александрийского «Кто из богатых спасется?» [2]. В современных брошюрах для рядовых верующих она часто преподносится как нормативная [3] [4] [5] [6]. Эта концепция определяет нормальным владение частной собственностью и ведение активной хозяйственной деятельности с целью извлечения прибыли. Предосудительным объявляется превращение стремления к обретению богатства в главную мотивацию хозяйственной деятельности. Если же богатство используется как материальное основание для удовлетворения материальных потребностей, без стремления к роскоши, а необходимость подачи милостыни и пожертвований на Церковь воспринимается богатым человеком положительно, то ситуация считается соответствующей религиозным нормам.

Данная концепция основана на специфическом методе толкования Евангелия Александрийской школой богословия. Слова Христа из истории о встрече с богатым юношей «все, что имеешь, продай и раздай нищим» (Лк. 18:22) трактуется Климентом как требование не продать его в виде конкретной хозяйственной операции, а как указание на необходимость внутренне, духовно освободиться от него, уравнявшись с нищими. В то время как юноша, не поняв истинный смысл слов, был расстроен ситуацией, решив, что от него требуется физически расстаться с имуществом. Данная трактовка Евангельского сюжета не может считаться нормативной в силу того, что такая трактовка более не встречается в ранней патристической литературе [7]. Но в силу своей определённой степени непротиворечивости сегодняшнему доминированию капитализма, становится понятным, почему она находит свой отклик в сердцах верующих и духовенства.

К V-му века данная концепция была опровергнута св. Григорием Богословом, св. Василием Великим, св. Иоанном Златоустом – названными Вселенскими учителями Православной Церкви [8], что обуславливает высокую значимость позиции данных богословов с точки зрения определения нормативности тех или иных поступков для верующих. Объединив их позиции в одну, резюмирую – помимо полного запрещения ссудного процента, идеальным для ортодоксального христианина является отвержение от себя частной собственности, а на уровне общины – обобществление имущества [9]. Это было основано, в том числе, на описанной в Новом Завете практике ранней Иерусалимской Церкви, возглавляемой Апостолами, продажи частного имущества и обращения полученных средств на нужды всей общины. «Все же верующие были вместе и имели всё общее. И продавали имения и всякую собственность, и разделяли всем, смотря по нужде каждого» (Деян.2:44-45). Далее: «У множества же уверовавших было одно сердце и одна душа; и никто ничего из имения своего не называл своим, но всё у них было общее. Апостолы же с великою силою свидетельствовали о воскресении Господа Иисуса Христа; и великая благодать была на всех их. Не было между ними никого нуждающегося; ибо все, которые владели землями или домами, продавая их, приносили цену проданного и полагали к ногам Апостолов; и каждому давалось, в чем кто имел нужду. Так Иосия, прозванный от Апостолов Варнавою, что значит – сын утешения, левит, родом Кипрянин, у которого была своя земля, продав ее, принес деньги и положил к ногам Апостолов» (Деян.4:32-37).

Таким образом, можно утверждать, что в период до разделения православия и католицизма ведение активной предпринимательской деятельности, ссудные операции, а также активное вмешательство государства в процессы создания общественного богатства не были нормативными и общепринятыми. Конечно, всё это имело место, но не имело массового характера в силу предосудительности, а институциональные структуры гибнущего рабовладельческого и зарождающегося феодального общества не способствовали развитию предпринимательства и товарно-денежных отношений. Но некогда единая Церковь раскололась в 1054 году, накопив противоречия богословского и политического характера. Потому необходимо обратиться к анализу позиции католической Церкви по вопросам, связанным с хозяйственной деятельностью, тем более, что они отличаются от православной. Для этого обратимся к трудам св. Фомы Аквинского, так как учение неотомизм, основанное на его трудах, фактически является официальным учением католической Церкви [10].

Примечательным является обоснование св. Фомой концепции «справедливой войны» - «Ведущие войны ради справедливого мира не противостоят миру, разве что – злому миру, который Господь не «пришел принести на землю» (Мф. 10, 34). Поэтому Августин говорит: «Мы не ищем мира ради войны, но идем на войну ради мира. Поэтому и в состоянии войны будь миротворцем, побеждая противников и приводя их к процветанию мира» [11]. И ещё: «Поэтому обязанностью духовных лиц является располагать и побуждать участвовать в справедливых войнах других людей – ведь самим им запрещено браться за оружие не потому, что это греховно, а потому, что это не подобает их сану» [12]. Апология справедливой войны свидетельствует о коренных переменах в мироощущении Европы, об отличии отношения католицизма к общественному устройству по сравнению с православным.

В соответствии с картиной мира средневекового католицизма желание выйти за пределы своего сословия является грехом. Одновременно с этим, учитывая религиозно обусловленную необходимость сохранения своего статуса в рамках определённого сословия, что подразумевало в Средние Века обязательность поддержания иерархически обусловленного уровня потребления, в том числе демонстративного, св. Фома не порицал стремление к наживе и накопление частной собственности, конечно, если это не ведёт к непропорциональному росту богатства и подъёму по социальной лестнице [13]. Всё это давало моральное и юридическое право крупному купечеству и верхам ремесленных цехов постепенно накапливать материальные богатства, хотя и в определённых пределах. Рост материального могущества городских жителей вёл к постепенному освобождению городов от зависимости по отношению к феодалам. С другой стороны, нижние и средние слои городских жителей выражали недовольство сохранением в самих городах феодальных ограничений – системой ремесленных и торговых гильдий с их жёстким регулированием хозяйственной деятельности своих членов. Данное противоречие разрешится уже в эпоху Реформации, что будет рассмотрено в дальнейшем.

Также важным изменением в данный период, приблизившим наступление капитализма и начало активного вмешательства государства в процессы накопления богатств обществом, стало начало легитимации св. Фомой ссудного процента и ростовщичества. Богослов провёл различие между ростовщическими операциями, когда прибыль кредитора обеспечена и не зависит от результатов деятельности кредитуемого и вложениями в торговые операции, когда кредитор также несёт риски в виде шанса невозврата вложенных средств вместе с кредитуемым. Также святой одобрил существование операций по приёму залогов и депозитов [14]. Таким образом, при сохранении общего неприятия Церковью ссудных операций, финансовая сфера стала частично декриминализована, что также было одним из необходимых промежуточных этапов перед снятием ограничений на взимание ссудного процента в Реформацию.

Общепризнанно, что начало перехода Европы от феодальных отношений к капиталистическому хозяйству произошло параллельно разворачиванию Реформации – появлению оппозиционных Католической Церкви религиозных течений, иначе трактующих ряд принципиальных вопросов, в том числе имеющих иное отношение к хозяйственной деятельности. Важно заострить внимание, что именно в рамках католического Запада, а не православного Востока, произошли подобные перемены. При этом крайне важным является вопрос - насколько взаимосвязаны феномены возникновения протестантизма и начало формирования капитализма? Связаны ли они напрямую, а, возможно, на самом деле являются параллельно происходившими процессами?

В рамках известной концепции М. Вебера, раскрытой в работе «Протестантская этика и дух капитализма» утверждается, что современная рыночная экономика сформировалась под влиянием специфического «капиталистического духа». Он основан на идее «предопределения», которая была сформулирована одним из лидеров Реформации Жаном Кальвином. Эта идея предполагает, что каждый человек до своего рождения уготован либо ко спасению души, либо к вечным мукам. А единственный способ заранее узнать о своей участи – это добиться материального благополучия, т.к. оно ниспосылается Богом в качестве свидетельства об избранности данного человека. Соответственно, из этого вытекает высокая трудовая активность приверженцев протестантизма, для которых религиозные ограничения по накоплению богатства снимаются, более того, активное наращивание богатства даже приветствуется. Одновременно с этим ограничения на предоставление ссудного процента также снимаются. Исходя из этой концепции учёный и объясняет формирование в Европе особой системы – капитализма, которая в дальнейшем, по мере секуляризации общественной жизни, отошла от своих религиозных оснований, оставив сущностное ядро – максимальное наращивание капитала и совокупного богатства, а также снятие разного рода институциональных ограничений для этого роста. Одновременно с этим родилась и экономическая политика, первоначально в виде меркантилизма, а также промышленная политика – как меры государства по содействию достижению максимального совокупного национального благосостояния.

И хотя основной посыл данной концепции М. Вебера верен, нельзя полностью согласиться с ней, так как ситуация несколько шире предлагаемой трактовки. Действительно, как будет показано далее, первый опыт активной промышленной политики, а также начало индустриального переворота действительно произошли именно в протестантской Англии. Но, во-первых, особенностью протестантизма является его неоднородность с точки зрения, как большого количества независимых религиозных организаций, так и с точки зрения принятия отдельных догматов. Идея предопределения не была свойственна большей части протестантов, а только кальвинистам, пуританам и связанным с ними течениям. Эти религиозные группы составляли большинство населения только в относительно мало населённых Шотландии, Голландии и Швейцарии. При этом отнюдь не Швейцария или Голландия стали пионерами полной отмены ограничений на ссудный процент и родиной промышленного переворота. Первой страной, где был легализован ссудный процент, стала Англия в 1545 году [15]. Нужно отметить, что англиканство является протестантской деноминацией, наименее всего отличной от католицизма [16]. А Мартин Лютер, признанный родоначальник Реформации, относился к ссудному проценту и неограниченному накопительству также неприязненно, как и богословы в рамках предшествующей религиозной традиции [17].

С этим связан второй аспект. Те явления, которые считаются основой капитализма – урбанизация, развитие городской промышленности, крупный предпринимательский класс, денежный капитал, ссудный процент, частная собственность на средства производства, рынок свободного труда – возникли в предшествующий Реформации период в ещё католической Европе. При этом аграризация хозяйственной жизни и упадок городов после развала Римской Империи намного сильнее ударили именно по Западной Европе, чем по Византии и Ближнему Востоку. Соответственно, феноменальный рост значимости городов и промышленности в изначально менее развитом в этом отношении регионе свидетельствует о характерно большем положительном влиянии западной ветви Христианства на хозяйственную жизнь, чем влияние его восточной версии или Ислама. Развитые товарно-денежные отношения, мануфактурное производство, международная торговля, свободный рынок труда, банковская система - возникли за века до Реформации в городах-государствах католической Италии. Религиозные ограничения на активное наращивание богатства и ссудные операции начала смягчать ещё католическая Церковь в лице своих богословов, особенно в лице упоминавшегося ранее св. Фомы Аквинского. Догматика Католической Церкви отличается от Православия или Ислама, а тем более, Индуизма или Буддизма большим одобрением реализации себя в мирской трудовой деятельности для своей паствы. Представители третьего сословия – крестьяне, купцы, ремесленники, ещё до Реформации стимулировались со стороны религиозных деятелей проявлять трудовое рвение, с целью сохранения своего материального положения, а также обеспечения материальными благами остальных сословий. Конечно, Реформация повлияла на рост трудовой активности отдельных христиан-протестантов, но это влияние было в русле общего позитивного отношения западных ветвей Христианства к предпринимательству и накоплению материального богатства.

Третий аспект связан с тем, что католические страны также встали на путь активного экономического развития, хотя и несколько позже, и данный шаг не потребовал от них отказа от католицизма. Более медленное экономическое развитие этих стран связано со сравнительно более медленным отходом от институциональной структуры феодального общества. Конечно, ряд элементов протестантизма – демократичность церковного руководства, позитивное отношение к экономической деятельности, самоорганизация верующих в борьбе с притеснениями со стороны светских и духовных властей – приводили к более быстрому снятию феодальных барьеров в виде цехового регулирования, таможенных границ между отдельными феодальными владениями и т.п. Но это также связано с историческими особенностями развития отдельных стран Европы и с условиями ведения экономической деятельности в них. Католические страны – Испания, Италия, Франция, юг Германии и Австрия - это по большей части центр бывшей Римской Империи, страны с более мягким климатом, с раньше сформировавшимися и укоренившимися феодальными отношениями, географически, культурно и языково более близкие Святому Престолу, чем протестантский север Европы. К примеру, феодализм в средневековую Англию был привнесён нормандской аристократией во главе с Вильгельмом Завоевателем только в 1066 году. Также примечательна разница в климатическом положении протестантского севера Европы и католического юга. Климат юга Европы теплее и предсказуемее, ассортимент растущих с/х культур больше, что приводит к большей предпочтительности ведения сельского хозяйства, в том числе натурального, чем на севере, меньше стимулирует население заниматься ремеслом и торговлей. Соответственно, это вело к более медленным переменам в общественной жизни, к меньшим темпам развития промышленности и экономики в целом.

Можно утверждать, что перемены в религиозной жизни Европы подстегнули перемены в обществе и экономике, но они стали следствием особых католических мироощущения и догматики, связи религиозных норм с общественной структурой и трудовой этикой своих приверженцев. Протестантизм в большей степени заострил внимание своих последователей на труде, но сделал это на уже подготовленной предшествующим общественным и религиозным развитием почве. Изначально менее развитый по сравнению с Восточной Европой, Ближним Востоком и Азией регион сначала приступил к достижению экономических высот, а потом к завоеванию планетарного политического и идеологического господства. Данный исторический пример крайне примечателен, т.к. свидетельствует о высокой значимости нематериальных факторов для жизни любого члена общества, а также о необходимости учёта особенностей влияния религиозного фактора на хозяйственные вопросы.

1. Кардинал Гумберт – Православная энциклопедия. URL: http://www.pravenc.ru/text/168294.html (Дата обращения: 17.03.2020).

2. Свт. Климент Александрийский. Кто из богатых спасется? Православный приход Храма иконы Казанской Божией Матери в Ясенево при участии ООО «Синтагма». М., 2000. – С.64.

3. Свящ. Александр Захаров. О богатстве и бедности. М.: ИЦ «Глагол», 2000. – 15 с.

4. Прот. Вячеслав Тулупов. Игольные уши или о том, как стать нестяжательным. М.: ПСТБИ, 2001. – 78 с.

5. Свящ. Геннадий Емельянов. О труде и страсти стяжания. СПб.: «Благовещение», 2001. – 31 с.

6. Богатство земное и небесное. М., КАЗАК, 1996. — 64 с.

7. Экземплярский В.И. Учение древней Церкви о собственности и милостыне. Киев, 1910. – С.78.

8. К истории почитания трёх святителей и происхождении их праздника, pravoslavie.ru - https://pravoslavie.ru/40001.html (Дата обращения: 17.03.2020).

9. Сомин Н.В. Святые отцы — о праве собственности. Ч.I. «Любовь не ищет своего«; Ч.II. «И имели все общее» // Православная беседа, № 2-3, 1999.

10. Неотомизм – Большая российская энциклопедия. URL: https://bigenc.ru/philosophy/text/2260795 (Дата обращения: 17.03.2020).

11. «Сумма Теологии» Фома Аквинский. URL: https://azbyka.ru/otechnik/konfessii/summa-teologii-tom-7/40_1 (Дата обращения: 18.03.2020).

12. Там же.

13. Стецюра Т. Д. Учение Фомы Аквинского об имущественных и хозяйственных отношениях: Автореферат диссертации на соискание учёной степени кандидата исторических наук – Москва.: 2006. - С. 18

14. Там же.

15. Лиетар Б. Будущее денег. М.: Астрель, 2007. С. 103-104

16. Орлянский Е. А. Протестантская хозяйственная этика: мифы и реальность / Е. А. Орлянский // Журнал экономической теории, номер 1, 2009 г. – C. 142.

17. Там же.

Марк Валентинович Дементьев, экономист.