Последний мешок ваты

Разбор замечаний Ватоадмина к дискуссии Рудого с Просвирниным.

Тот, кто не знает истины, только глуп. Но кто её знает и называет ложью, тот преступник.
Бертольт Брехт, «Жизнь Галилея».

Предисловие

Последняя статья про дебаты «Вестник Бури» vs. «Спутник и Погром». По заявкам трудящихся, разбираем выступление Андрея Рудого, взяв за каркас повествования разбор наиболее популярного отзыва о произошедшем — тексты Ватоадмина. Вынуждены предупредить, что речь пойдёт не об администраторе «Деградат нация» (которого в народе прозвали Ватоадмином), а о блогере «V for Vato».

Не будем касаться его грубостей в адрес Рудого, что, дескать, тот хладнокровный и жестокий. На самом деле, мы пишем не для дискуссии с правыми. Нам с ними особенно не о чем говорить. У нас по-сути лишь один вопрос к ним — о собственности на средства производства. Больше их спрашивать не о чем. Следующая за этим ответом позиция по ключевым политическим и экономическим вопросам давно известна, а их примерные ответы на вытекающие вопросы, призванные лишь фиговым листочком прикрывать их предательство интересов рабочего класса — очевидны.

Особенно если речь идёт не столько о дебатах, сколько о шоу на YouTube-канале консерватора, вместе с последующей волной взаимных обвинений на стримах, в комментариях под постами, комментариях комментариев и так далее…

Чтобы всерьёз разговаривать на тему «Был ли геноцид русского народа в СССР?» (очевидно, нет), необходимо обладать стойкостью и спокойствием, сравнимым с тем самым «атеистом на телеканале служителей культа». Из этого следуют многие закономерные претензии по чрезмерному легализму, ограничению временными рамками (сверхэксплуатация помещиками крестьян, равно как и пауперизация рабочих при царизме, полностью игнорируются). Итак, мы пишем для левых.

Начнём с того, что в самой дискуссии Просвирнин, очевидно, не выиграл. Если понимать геноцид, как массовые убийства в СССР русских по этническому признаку (т.е. по причине принадлежности к этническим русским), то этого доказать нельзя. Точка. Ни один документ советской эпохи не выражает намерение уничтожать русских по этническому принципу. И Просвирнин, вопреки своим стараниям, фактически сделал всё, чтобы ещё больше маргинализовать общество свидетелей геноцида русского народа коммунистами. За это он не может получить иной оценки, кроме «двойки». Создаётся впечатление, что Ватоадмин это понимает, но делает вид, что не понимает. Ещё важно постоянное забвение обвинителями второй половины периода существования СССР. Речь всё время сводилась к гражданской войне, первым годам после неё и Сталинской эпохе. Но СССР существовал гораздо дольше. Говорить же о геноциде русских в 60-е или 80-е даже самым махровым антисоветчикам не комильфо.

Другое дело, геноцид можно толковать очень расширенно, уже не имея в виду принцип этнической принадлежности. Это крайне скользкий термин. Применяют его, как показывает практика, весьма по-разному — из соображений большой политики, по праву сильного (скажем, в отношении сербов, но не албанцев). Применение атомного оружия — это не геноцид? А убийство более полумиллиона индейцев при колонизации одной лишь Калифорнии? А убийство более 10 миллионов конголезцев на потогонках короля Леопольда? Сколько конкретно нужно жертв, чтобы убийство считалось геноцидом? Есть точное количество? Если нет, то какая уж тут юриспруденция? Но дискуссия к этому не имеет ни малейшего отношения. Не её участники устанавливают правила, по которым международные трибуналы (а не частный суд Советова) судят за геноцид. Настойчиво рекомендуем к прочтению статью про историю геноцида.

Теперь, наконец, к Ватоадмину. Сперва разберём отзыв на аргументы Рудого, затем отзыв на аргументы Просвирнина, потом сделаем важное замечание по приведённым цитатам Ленина и сделаем выводы. Мы начинаем:

Разбор аргументов Рудого

Рекомендуем ознакомиться с заметкой V for Vato, чтобы не было подозрений, что мы якобы вырвали что то из контекста или намеренно извратили первоначальный посыл. Если есть подозрения, что в нашем разборе есть неточности — милости просим в комментарии.

По п. 1 Ватоадмин прав. Рудой заявил, что юридическое понятие геноцида появилось в 1948 г. и тогда «как бы» вообще говорить о геноциде до Второй мировой нельзя. В принципе, Рудой такого вывода, конечно, не делает. Но даёт такую возможность правым. Слабый аргумент. Ватоадмина можно лишь упрекнуть, что он тут бьёт по эмоциям — «самый худший аргумент за ВСЕ дебаты». Но мы вправе возразить: когда Просвирнин откровенно врёт, это разве не хуже? В оправдание Рудого ещё раз повторим вслед за Егором, что термин геноцид используется т.н. «мировым сообществом» в политических целях. Кроме того, Рудой здесь напомнил одну правовую истину: закон обратной силы не имеет. Не самый сильный аргумент, но Ватоадмин у нас большой законник, очень любит поговорить о законности, но в этот раз пресловутая законность международного права ему оказалась не указ. Не иначе, оттого, что её писал «русофоб Джугашвили».

Кстати, между делом, было как-то неловко наблюдать за тем, как Егор пытается упрекнуть Андрея в отрицании холокоста, почти сразу же после того, как Андрей сделал замечание, что Холокост был юридическим прецедентом. Позже Андрей на своём стриме добавит, что армянский геноцид признаётся международным консенсусом, а «геноцид» русского (да и любого другого) народа Советами не рассматривается всерьёз даже Иегудой Бауэр, вокруг цитаты которого Егор пытался выстроить свою шаткую аргументацию (см. Yehuda Bauer, «On Comparisons between Nazi Germany and the Soviet regime»). Повторим его же слова: «Надеюсь, со специалистом по истории Холокоста нет желающих спорить?».

По п. 2 формируется интересная ситуация. Рудой привёл в пример биографии двух крупных буржуев-меценатов, которые пережили национализацию их частной собственности на средства производства. Однако, обратите внимание на две цитаты:

Что значат две биографии в стране с населением в полторы сотни миллионов человек?

Я бы хотел увидеть намного больше иллюстраций в виде индивидуальных биографий.

Угадайте, к кому из оппонентов обращена каждая.

Конечно, двумя меценатами дело не ограничивается — были ещё случаи буржуев, дворян, кулаков, которые переходили на сторону революции и отказывались от своих привилегий без контр-революционного боя с новой властью. И поэтому их пример не идёт ни в какое сравнение с предложенным Вато упоминанием Эдуарда Блох, еврейского врача, который лечил мать Гитлера, когда тот был ребёнком и поэтому Гитлер после аншлюса помог тому уехать из страны. Евреи при ультра-правом режиме фашистской Германии не могли перестать быть евреями (разве что некоторым удавалось это скрывать), но многие представители правящих классов могли отказаться от своих привилегий после революции, могли не начинать кровопролитие белого террора. И многие таким образом и поступили. Так что да, замечание Андрея, что многие красноармейцы, трудящиеся или представители новой власти не скрывали своего вероисповедания и национальной принадлежности, говорит о том, что о намеренном и целенаправленном уничтожении определённой этнической группы не может быть и речи.

По п. 3 («Смертность в 1930-е гг. снизилась в три раза») казалось бы, опять у Рудого «прокол». Но тут не всё так просто. Смертность-то в СССР действительно снизилась. По крайней мере — среди населения всей страны во 2-й половине 30-х годов. Даже если проигнорируем все упрёки в адрес демоскопа как гипотезы, предположения и просто фантазии трёх персонажей из ВШЭ, как это сделал Ватоадмин, то уже не удастся проигнорировать, что на деле в 30-е годы резко увеличились охват населения медицинской помощью, обеспеченность лекарствами, своевременная диагностика, развитие сети санаториев, женских консультаций, пунктов выдачи детского питания, предоставление обязательных отпусков для рожениц, было введено бесплатное здравоохранение, значительно улучшилась противоэпидемическая защита и мн. др. Кроме того, к чему зацикливаться на 30-х годах? Ведь население СССР росло и дальше. Большевики-то были, надо полагать, из ада, а это всё хорошее делали, вероятно, не они? Вопреки?

Здесь нельзя не указать его цитату по этому поводу:

Это очевидная ложь - единственный, кажется, случай за все дебаты, когда один из участников в открытую лгал.

Просто держите это у себя в уме по ходу прочтения текста. Так будет интереснее, гарантируем.

Много своего времени Ватоадмин потратил на обсуждение косвенных данных переписей. Ведь прямо геноцид доказать не получается. Надо как-то косвенно выводить. Да при этом ещё и русское население страны росло. Не так росло!

Процитируем:

«Логичнее сравнивать период 1923-1939, между двумя переписями число русских выросло с 73 до 99,5 млн — на 36 %. Мы будем искренне считать перепись 1939 года достоверной — правда, людей, проводивших предыдущую перепись 1937 года, расстреляли за то, что они насчитали слишком мало людей, ну да не суть».

Здесь у нас г-н Ватоадмин находится в плену перестроечных «страшилок». Прямо так и расстреляли за то, что мало насчитали... Статья такая в УК была? Мы, например, доверяем советской переписи. А царской нет. Кто ж там кочевников считал? О переписи 1937 г. есть и иные исследования: о переписи 1937 г. или здесь, о переписи 1939 г., ещё и ещё.

Есть еще такой «пустячок»: урбанизация. Прирост городского населения меньше, чем сельского. Численность городского населения в СССР резко росла в связи с индустриализацией. Валидный это аргумент или «инвалидный» — не суть. Аргумент этот вполне себе беспартийный. Ватоадмин это знает (см. фрагмент о «фертильности» в разборе Просвирнина, п. 4), но расчёты его чисто пропагандистские. Скажем, он сравнивает «фертильность» в СССР, Англии и Японии, но не сопоставляет темпы роста городского населения. Логично предположить, что в СССР в период индустриализации он был выше.

Данные о потерях в гражданской войне можно посмотреть хотя бы у Кривошеева («Россия и СССР в войнах ХХ века»). Безусловно, большинство жертв гражданской войны — жертвы не прямых расстрелов, а жертвы голода и болезней. Кто в этом виноват? Можно не придерживаться классового подхода и формационной концепции. Можно сказать, что всё начали большевики (хотя, кто ж царя-то сверг?). Но после прихода к власти разве Советам было выгодно продолжение гражданской войны внутри России? Абсолютно нет. Воюют с властью те, кто не у власти. Поэтому гражданскую вели белые при поддержке интервентов. Заметим — это не Ватоадмину и Просвирнину, а правым в целом — они всегда забывают про интервенцию. Полагаю, высокоморальные европейцы, азиаты и американцы пришли помогать белым спасать русских от геноцида. Позвольте! Ведь белые могли подчиниться. Да, признать Советскую власть, её декреты, политическую систему, экономические реформы. И быстрее снизилась бы высокая смертность. У них был выбор. Не захотели. Требовали «залить кровью три четверти России». Их позиция нас не удивляет, иначе быть не могло.

Русские украинцы (п. 6).

Если посмотреть данные переписей, статистика подтверждается. Можно ставить плюс? Проблема в том, что доля украинцев упала с 21 % до 18 % (благодаря войне и голоду), и если смотреть на долю русских в широком смысле, как их понимает Просвирнин (собственно русские в переписях, украинцы и белоруссы), их доля упала с 77 % до 75 %

Это… очень странный пример натягивания совы на глобус, где если надо, то рост доли русских игнорируется из-за переживаний об украинцах, а если надо, то игнорируется и просто влияние русской культуры и политики в советских республиках (т.е. украинцы и белорусы — русские, но одновременно с этим все советские, по мнению СиП'лых — нерусские). Про отношение Егора к украинскому народу дадим слово самому Егору сегодня вечером (приведём цитаты), а пока этот пункт оставляем здесь как вполне типичный пример «подвода под ответ».

Ватоадмин ругает Рудого за аргумент, что в партии большевиков было 75 % русских и они не могли организовать геноцид русских (п. 7). Мол, камбоджийцы тоже убивали камбоджийцев (возражение Просвирнина). Очередное передергивание. Камбоджийцы убивали камбоджийцев не по этническому признаку. О том же по смыслу и сказал Рудой. Более того, в случае с красными кхмерами признан геноцид ими нацменьшинств Кампучии, но никак не самих кхмеров.

Далее Ватоадмин пишет:

«Красные брали заложников на Тамбовщине летом 21-го года, когда Гражданская война уже закончилась победой красных».

А это неплохой аргумент. Неплохой аргумент, но, как часто у Ватоадмина, чистоплюйский. Какая уж там гражданская закончилась? Угроза интервенции сохранялись. Банды по стране гуляли из конца в конец. Террористы да бандиты всякие. Посмотрите биографии П.М. Токмакова и А.С. Антонова.

При этом большинство авторов, пишущих о «травле крестьян газами», делают очевидную подмену понятий, представляя дело так, будто бы БОВ использовались против мирного населения, а не против вооружённых бандитов. Также надо добавить, что направленные в распоряжении Тамбовского командования 2.000 3-х дюймовых химических снарядов были марки АЖО, то есть снаряжены смесью на основе хлорпикрина («слезогонки», в настоящее время использующейся в армии РФ для имитации газовых атак).

Таким образом, использование газовых снарядов против повстанцев имело скорее моральный эффект, чем приносило им какой-либо материальный урон. И, разумеется, никаких «тысяч погибших от газа», в том числе женщин и детей, в реальности не существовало. Интересный разбор на тему применения химоружия против антоновских бандитов см. здесь и здесь.

Важный аспект обвинений в адрес Рудого связан с темой законности власти (п. 9-10). Ватоадмин заявляет, что в определённых случаях Рудой на стороне законной власти (когда она своя) и одобряет репрессии для противников этой власти, а в других случаях говорит диаметрально противоположное. Однако сам Ватоадмин грешит тем же. Правда, он достаточно осторожен, но своё отношение выразил. Разгон Совета в Новочеркасске (законной власти в данном городе) — это хорошо, а расстрел красногвардейцев в Москве тоже, т.к. они хотели свергнуть законную власть. Ватоадмину — раз он надел маску законника — следовало бы прямо осудить разгон Совета в Новочеркасске.

(Не совсем понятно, о каком расстреле красногвардейцев в Москве идёт речь. У Ватоадмина названо 21 октября. Предположим, что имеется в виду расстрел красногвардейцев из гарнизона Кремля, сдавшихся юнкерам Рябцева 28 октября 1917 г. Да и 27 октября на Красной площади юнкера обстреляли революционных солдат.)

Красногвардейцы названы преступной группой для свержения власти (какой?). Власть-то эта появилась в результате революции. Ладно, не суть. Мы не думаем, что в период революций следует апеллировать к законности. Ватоадмину хочется — пусть апеллирует. Он пишет: «Мы делаем — молодцы, вы — террорюги проклятые». Вообще-то, во время войны и революции так и делается. Именно так. А он как хотел? Думаю, нечего нам тут разводить чистоплюйство. Хотите поиграть в мораль? Извольте: в Новочеркасске белые разогнали избранный орган власти, а в Кремле расстреляли сдавшихся красногвардейцев. Красногвардейцы действовали на стороне Моссовета — выборного органа власти.

Вообще, споры о законности в период революции смешны. И не только в период революции. И князь Олег Киев захватил, и Екатерина II законного монарха свергла. И референдума о продолжении Первой мировой войны в России не проводилось. Революции вообще все «незаконны». Но абстрактного права не существует. Право создает правящий класс, чтобы охранять свое господство. Да, иногда происходят революции.

Ватоадмин защищает дореволюционную продразверстку (п. 12 критики Рудого):

«Никто не предлагал собирать хлеб за бесплатно, а за реальные деньги, не за ничего не значащие совзнаки или, как правило, вообще бесплатно. Никому в голову не приходило вводить продотряды, продармии, расстрелы, вычищать хлеб под чистую, спокойно взирать на голодающих крестьян, у которых отобрали всё до последнего мешка и так дальше».

Слабенько. Во-первых, одна риторика. Ох уж этот последний мешок! Во-вторых, замалчивание фактов, граничащее с откровенным враньём. Куда пошёл этот хлеб — игнорируется. Можно подумать, что продотрядовцы его сами съели или заграницу продали. Нет, хлеб пошёл голодающим. А наживаться на голоде в ожидании большей прибыли — это разве не преступление? Нас не удивляет то, что Егор, надменно писавший про т.н. «сельскую шелупонь», говоривший о трудящихся с пренебрежением, в публичном поле пытается казаться другом всех крестьян. Но называть спекулянтов-мироедов цветом русского народа — это русофобия как есть.

Спору нет, ситуация с голодом усугублялась. В 1919 г. было хуже, чем в 1916 г. Из-за белых. Они вели войну вместо того, чтобы сдаться. Поэтому степень государственного принуждения возрастала. То, что в 1916 г. казалось чрезмерно жёстким, в 1919 г. было спасением голодных. Насчёт «реальности денег» в 1916 г. лучше поосторожнее. Широко известно, какой бардак творился с финансами. По поводу продразверстки заметим, что в 1919 г. это был абсолютно верный выход, способствовавший укреплению союза с крестьянами. Продразвёрстка в то время сменила продовольственную диктатуру (когда и учредили Продармию и продотряды), введя процесс получения хлеба в более разумные рамки. А вот Рудому следовало продразвёрстку защищать и хвалить. Это временная мера в 1919 г. своё дело сделала.

Ватоадмин негодует (п. 12):

«...царское правительство НЕ ОРГАНИЗОВЫВАЛО голод, создавая колхозы и заставляя их отдавать столько хлеба, сколько спустила Москва; никакой царский чиновник не указывал, сколько хлеба нужно отобрать у крестьянина».

Советское правительство тоже НЕ ОРГАНИЗОВЫВАЛО. Есть такой документ? Где-то большевики прямо хотели организовать голод? Зачем тогда предпринимали активнейшие меры по противодействию последствий голода? А что царский чиновник «не указывал» хозяйчикам, так дурак был. Экономики плановой не было. По поводу голода на Украине в начале 30-х напомню, что товарищи, возглавлявшие республику и отдельные районы, стали «жертвами репрессий». «Отгеноцидили» и наркома земледелия СССР Яковлева (Эпштейна). За то самое. И совсем не по национальному признаку.

О голоде можно посмотреть Д. Верхотурова «Виктор Суворов врет» и «Созидатели будущего». Или здесь. По голоду 1932-1933 гг. — здесь.

Ватоадмин ёрничает (п. 13):

«Особенно радует, что сам коммунист приравнивает сверхсмертность в 400 тысяч и сверхсмертность во много миллионов... ведь коммунисты обожают рассуждать о том, что на самом деле убили ни десять, а четыре миллиона, это же всё меняет».

Надо сказать, довольно неубедительная попытка скрыть то, что поймали на откровенной лжи — преувеличении числа более, чем в два раза. Дальше на шоу уже начался откровенный фарс, когда мы должны были поверить, что по мнению Егора никого нельзя убивать за взгляды. Можно припоминать его статью «22 июня — день отмщения», какие-нибудь другие его публичные статьи, но тяжело не заметить слона: только вдумайтесь, про абстрактный гуманизм и «слезинку ребёнка» нам втирает «Егор Погром». Человеку не хватило того, что раньше сидел на форумах с никнеймом Dirlewanger и поэтому взял себе кличку «Погром». Дальше что? Про права человека нам будет рассказывать Сашка Холокост и Серёга Геноцид? Самим-то не смешно?

Более того, тезис про миллионы расстрелянных при Сталине, прежде чем стать шуткой, в разгар борьбы с наследием Сталина был почти что официальной позицией. С её помощью легитимировали разрушение СССР и привели — хоть и косвенно, постфактум — его народы к снижению численности. Трудами историков и публицистов — в основном даже не коммунистов, а просто добросовестных людей — истина была установлена. Но многие антисоветчики продолжают об этом кричать. Тот же Ватоадмин сам говорит про 4 миллиона убитых и про «много миллионов». Он не знает сколько, но уверен, что много. Рудой говорит, что, мол, меньше, так Рудой, видите ли, жестокий.

Скажем спасибо Арсению Рогинскому, ныне покойному председателю общества «Мемориал», за смелость сказать следующие слова:

И вот цифра итоговая – 7 миллионов (арестованных). Это за всю историю советской власти. Что с этим делать? А общественное мнение говорит, что у нас чуть ли не 12 миллионов арестованных только за 1937-1939-й. И я принадлежу этому обществу, живу среди этих людей, я их часть. Не советской власти часть, не российской демократии, а этих людей. Просто точно знал, что, во-первых, не поверят. А, во-вторых, для круга, к которому я считаю себя принадлежащим, это значило бы, что все, что нам говорили о цифрах до этих пор вполне уважаемые нами люди, неправда

Ватоадмин верно критикует Рудого (п. 14) за аргумент, что, мол, через два года после переселения рождаемость среди кулаков превысила смертность.
Рудой в ловушке абстрактного гуманизма. Другое дело, что он доказывал отсутствие геноцида. И, в общем, доказал. Уж не говорим, что кулаков ссылали не как русских за их этническую принадлежность.

Завершая разбор отзыва на аргументы Андрея хочется остановиться на следующей фразе:

Вообще, Рудой, кажется, действительно не понимает, в чём проблема с такими аргументами — как и с "крестьян можно убивать по-разному".

Там дальше идёт что-то про отсутствие эмпатии. Что-то про то, как его нельзя подкупить. С ним не договориться. Ему не ведомы жалость, раскаяние или страх… И всё это из фейковой цитаты. Не в первый раз и не в последний (см., как Егор пытался цитировать Ленина раньше здесь). Андрей сказал, что «уничтожить кулачество как класс» в первую очередь означает ликвидацию класса кулаков, но не людей, что были кулаками. Те, кто не желал прощаться со своими привилегиями и правом эксплуатировать других крестьян, кто принимал активное участие в вооружённом противостоянии революции — испытали на себе кару пролетарского правосудия. Почему Ватоадмин как человек, которого мы сами видели своими глазами на месте зрителя прошедших дебатов, делает вид, будто бы Андрей говорил о необходимости физической ликвидации абстрактных «крестьян», а не упорствующих в своей антисоветской деятельности конкретных кулаков-мироедов? К чему коверкать эту цитату? Зачем упоминание расстрела прадеда Рудого пытаться выдавать за якобы расстрел по причине того, что тот был служителем культа? Конечно, Андрей выпалил несколько фраз, которые реакционерам легко вырвать из контекста. Но если правые, в том числе и сам Ватоадмин, так охотно занимаются распространением фейковых цитат, то им ли судить?

Надеюсь, г-да монархисты с членом монаршей фамилии не будут спорить?

Разбор аргументов Просвирнина

Начнём со «зловещих» цитат Ленина, которые были зачитаны Просвирниным и которые так по сердцу Ватоадмину.

Заметим: цитаты Ленина, в которых он предлагает устроить расстрелы или навести террор («беспощадный»), не являются доказательством геноцида. Да. Нередко высказывания кого-либо могут оказаться преступными, право это допускает. Но призыв к убийству не есть убийство. Даже если бы был призыв к геноциду, которого у Ленина, конечно же, нет, то и тогда это не было бы геноцидом. Тут у правых с доказательствами плохо. Поэтому за все эти «доказательства» непредвзятый человек поставит Просвирнину минус. «Большой и жирный», как говорят наши оппоненты.

Недобросовестность оппонентов состоит в предвзятом выдергивании цитат из речей Ленина и произвольном их толковании. Если взять эти речи Ленина целиком, то смысл в них совсем другой. В итоге получилось откровенное враньё. Понятно, что Рудой всех цитат Ленина (55 томов!) наизусть помнить не может.

Разберем два фрагмента (п. 1 и 3). Ярый любитель гонимых кулаков Ватоадмин возмущается, что Ленин, мол, назвал свободную торговлю хлебом государственным преступлением.

Приведём длинную цитату Ленина:

«Но крестьянин, который эксплуатирует благодаря тому, что имеет излишки хлеба, — наш противник. Обязанность удовлетворить основные нужды голодной страны есть государственная обязанность. Но крестьяне далеко не все понимают, что свободная торговля хлебом есть государственное преступление. "Я хлеб произвел, это мой продукт, и я имею право им торговать", — так рассуждает крестьянин, по привычке, по старине. А мы говорим, что это государственное преступление. Свободная торговля хлебом означает обогащение благодаря этому хлебу, — это и есть возврат к старому капитализму, этого мы не допустим, тут мы будем вести борьбу во что бы то ни стало...» (сноску см. далее).

Может быть Ленин предложил всех этих крестьян расстрелять? Нет. Он продолжает:

«Длительная и упорная борьба с этими привычками, агитация и пропаганда, разъяснения, проверка того, что сделано, — вот в чем состоит наша политика по отношению к крестьянству». Разъяснение!

Приведём еще одну большую цитату Ленина:

«...это якобы гражданское равенство означает эксплуатацию сытым голодного, ибо крестьяне, имеющие излишки хлеба и не желающие давать их голодным, осуществляют основы капиталистических отношений. Они представляют собой людей, которые, после сотен лет их эксплуатации, в первый раз хозяйничают на себя и своими излишками хлеба могут обратить в рабство рабочих, в силу разрухи промышленности не имеющих возможности дать эквивалент за хлеб...»

Как видим, речь идет о крестьянах, имеющих излишки. Речь идет о голоде в России. Ну не хочет гуманный русофил Ватоадмин кормить голодных. Пусть сдохнут. А Ленин хочет:

«Но мы будем бороться на фронте бескровном, чтобы голодный получил от сытого те излишки, которые последний имеет, несмотря ни на что, несмотря на желание эсеров и меньшевиков провести свободную торговлю и оставить у сытого эти излишки. Мы в течение этих двух лет провели громадную работу. Мы привлекли к этой работе массу крестьян и рабочих, мы сумели отовсюду взять то, что нам надо...»

Что же имеет в виду Ленин, говоря о работе в течение двух лет? Массовые казни? Нет. Привлекли к работе крестьян, т.е. убедили их. Бескровный фронт — заметили?

Другой цитатой, приведенной правыми, была фраза Ленина о ведении «войны» против сибирских крестьян. Ватоадмин, который, как мы помним, больше всего на свете уважает ремесло земледельца, возмущается и называет Ленина маньяком:

«Глубоко наплевать, что там имел в виду маньяк Ленин, совершенно неважно: лидер государства заявляет, что группа людей из нескольких миллионов человек должна быть уничтожена в результате войны».

Мало ли кем мы можем в ответ назвать Ватоадмина…

Но что же на самом деле сказал Ленин? А вот что:

«...нашей задачей в отношении к этим мелкобуржуазным собственникам, к мелким спекулянтам, число которых миллион и которые, владея излишками хлеба, думают, что чем дальше мы пойдем, тем больше они наживутся, и чем сильнее голод, тем выгоднее это держателям хлеба, – наше отношение к ним есть отношение войны. Это мы заявляем прямо, и это лежит в основе диктатуры пролетариата, который открыто говорит всем рабочим и крестьянским массам: «Крестьянин-труженик – наш союзник, наш друг и брат, но когда крестьянин выступает собственником, имеющим излишки хлеба, не необходимые ему для хозяйства, и поступает с нами, как собственник, как сытый против голодного, такой крестьянин – наш враг, и мы с ним будем бороться со всей решимостью, со всей беспощадностью». Победа над мелким собственником, над мелким спекулянтом – трудна. Они не могут быть уничтожены в один год, для их уничтожения нужен длительный ряд лет, нужно организованное упорство, применение в течение долгого времени упорной, неуклонной шаг за шагом работы, непрестанной повседневной борьбы, которая особенно тяжела и сплошь и рядом дает победу спекулянту-крестьянину над рабочим».

Все эти цитаты взяты из одной речи Ленина: Речь на заседании Московского совета рабочих и красноармейских депутатов (6 марта 1920 г).

Мы специально привели такую длинную цитату, дабы читатель видел, что мы не вырывали фразу из контекста. Отметим два момента:

1) Речь идет о крестьянах, имеющих излишки, «не необходимые для хозяйства». 2) Очевидно, что слово «война» здесь употребляется в значении «борьба», а «уничтожение» не означает истребление.

Неужели можно предположить, что длительный ряд лет и повседневная борьба означает уничтожение? Не смешите. Ленин пишет о возможной победе спекулянта. Экономической победе! «Война» в данном случае — это организация производства и торговли, развитие социалистического сектора хозяйства для экономической победы над частником. А «уничтожение» — это переход крестьян в этот сектор. И пусть себе Ватоадмин плюется. Подует революционная буря и получится плевок против ветра.

Важным минусом в рассуждениях Ватоадмина является его чистоплюйство. Ленину предъявляются претензии, что у крестьян насильственно изымался весь хлеб. Начнем с того, что директивы центральных органов никогда не требовали изымать весь хлеб, а лишь его излишки. Нигде не говорилось, что крестьян следует оставить голодными. Власть не раз признавала нарушения конкретных исполнителей и наказывала их. Не столь это важно. Дело в другом.

Вот у нас есть ситуация: города умирают с голода, промышленность не работает, крестьяне вздувают цены. Что делать? Не важно, кто довел до такой ситуации. Допустим, белые с интервентами довели. Диванный аналитик Ватоадмин возмущён, что власти взяли силой излишки хлеба у сытых и накормили голодных. Ах, ужас какой!

Присутствует здесь и прямая ложь: антисоветчики всех мастей, которым, кстати, совершенно наплевать на крестьян, твердят нам о том, что хлеб у крестьян забирали, воровали и т.д., но они никогда не признают того, зачем этот хлеб забирали. Его забирали для того, чтобы накормить голодных. Только и всего. Когда богатые крестьяне придерживают хлеб во время голода и вздувают цены, это не акт геноцида? Еще один аспект: голод мог быть использован для свержения Советской власти. Ленин совершенно правильно рассматривал это как продолжение войны. Надо помнить еще и классовую составляющую политики Советской власти. Нет, не правым следует это помнить.

Иногда Ленин прямо пишет о терроре (по п. 10):

«Получил Вашу телеграмму. Необходимо организовать усиленную охрану из отборно надежных людей, провести беспощадный массовый террор против кулаков, попов и белогвардейцев; сомнительных запереть в концентрационный лагерь вне города. Экспедицию пустите в ход. Телеграфируйте об исполнении».

Примечание из ПСС:

«5 августа 1918 года в Кучкинской волости Пензенского уезда вспыхнул кулацкий мятеж, который вскоре перебросился и в соседние волости. Обманом и насилием кулакам удалось привлечь к участию в мятеже многих середняков и даже бедняков. 8 августа мятеж в Пензенском уезде был ликвидирован, однако положение в губернии продолжало оставаться напряженным. В ночь с 18 на 19 августа вспыхнул левоэсеровский мятеж в уездном городе Чембаре. Руководящие пензенские работники не были достаточно энергичны в подавлении контрреволюционных мятежей. В.И. Ленин направил несколько телеграмм в Пензу, требуя применения решительных мер в борьбе с кулачеством».

Что же касается «Экспедиции», то читаем дальше:

«Речь идет об Экспедиции заготовления государственных бумаг, занимавшейся печатанием денежных знаков и почтовых марок, которая была эвакуирована из Петрограда в Пензу».

Заметьте: были восстания против действующей власти в период войны. И тут как раз глаголет Ватоадмин:

«То есть вы устраиваете ПЕРЕВОРОТ, захватываете власть вопреки всем действующим законам — и этим гордитесь, а потом тех, кто вас разгоняет, называете ТЕРРОРИСТАМИ? Это какой-то апофигей готтенготтской логики и оруэловщины, пришедший из каких-то совсем дремучих совковых учебников».

Ватоадмин прощает Ленину жесткие решения в прифронтовой зоне гражданской войны. Но во время восстаний в тылу в ходе той же самой войны считает, что действовать надо иначе.

Примечание. Слово «апофигей» взято из произведения писателя Ю. Полякова, только там оно употреблялось с буквой «е» («апофегей», т. е. смесь апофеоза и апогея). А у готтентотов по природе логика такая же, как у немцев. Кстати, о готтентотах очень хороший был пример. Можно было бы надеть маску фарисея, которая так срослась с лицом Ватоадмина, и сказать о нем же: «Смотрите, смотрите, он не считает готтентотов людьми! Он расист! Он издевается над народом, который подвергся геноциду». И продолжить словами самого Ватоадмина, сказанными про Рудого: «Юношеский цинизм, отсутствие чувства эмпатии и желание отрывать бабочкам крылья, перевалившие за 14 лет и сохранившиеся у взрослого человека — довольно жутковатое зрелище». Но мы так говорить не будем.

Еще цитата (п. 12) про «кровожадного» Ленина. Приводится телеграмма Ленина Троцкому:

«По-моему, нельзя жалеть города и откладывать дольше, ибо необходимо беспощадное истребление».

Речь идет о том, что надо применять артиллерию при штурме Казани. Ватоадмин милостиво отпустил Ленину этот грех под предлогом боевых действий. Если Просвирнин широк телом, то Ватоадмин — душой. «Хочу миловать — значит милую»! Но не будем придираться. Важно другое. Был ли кровопролитный штурм Казани? Нет, белые сдали город. Тему дискуссии не напомните?

Есть еще пара просвирнинских цитат Ленина (п. 9-10). Просто смотрите здесь. Да. Не так уж гуманно. Но надо видеть всю полноту картины.

Ватоадмин возмущается, что террор предусматривается

«...не против "врагов советской власти", не против "бандитов", а против социальных классов».

В цитате названы «кулаки, попы и белогвардейцы». Это классы? Надо точнее с терминологией. Социальные группы — это да. Но не классы. Минус Ватоадмину за невнимательность.

Вот здесь приводится разбор некоторых антисоветских цитат. Как видим, они были подобраны давно и широко используются антисоветчиками. И находятся же «патриоты», которые попадаются на такие «крючки».

И наконец, по вопросу смертности в ГУЛаг'е смотрите здесь, здесь, здесь и здесь ((смертность в Таблице 3). Отметим, что автор отрицательно относится к репрессиям). А смертность в обычном лагере и в лагере смерти вещи несопоставимые. Если уж считать, то считайте смертность в лагере смерти с учётом казненных.

Итог: Ватоадмину за лицемерие, попустительство и избирательное чистоплюйство «единица».

Выводы

Итак, нам, коммунистам, разумеется, более внимательно и вдумчиво стоит слушать реплики слева и, соответственно, жало критики направлять в их адрес. Вне зависимости от поднимаемых, на тех или иных дебатах, вопросов, становится очевидным, что без победы над примиренчеством, достаточно глубоко проникшим в левое движение, широкого охвата масс социалистам не добиться. Примиренчества вполне достаточно для занятия средней позиции. Середина, которой не может быть на деле, но которая вполне возможна на словах, является главной проблемой только начавшей оформляться левой идеологии.

Позиция товарища Рудого на третьеапрельских дебатах была верной, но только лишь наполовину. Верным в ней был тезис, разрушающий миф о «геноциде русского народа советской властью». Но и только. Ему необходимо было действовать смелее. Из всего остального можно сделать вывод: товарищ Рудой оправдывался там, где необходимо было нападать и искал примирения с историей в тех местах, где жизненно важно для коммуниста было сделать выводы по-большевистски. Опровергать оппонента механически, доказывая, что чёрное является чёрным, а не белым важно. И у Рудого это получилось в целом хорошо. Очень правильно делал, что указывал на необходимость придерживаться принципа историзма, не игнорировать контекст. Однако, этого ещё недостаточно. Необходимо изгнать из публичного словаря марксиста-ленинца всякую половинчатость, всякие уступки и виляния, и открыто заявить следующее:

1) Сущность классового гуманизма такова: либо вы – организаторы истинного террора против трудящихся всех национальностей – нас, либо мы — вас. Здесь не может быть места для примирения и политической фразы о дискуссиях. Или вы, эксплуататоры и прихлебатели, грабители и паразиты, принимаете наши условия, или мы выскажемся на понятном вам (что не раз уже показывала история) языке народных масс.

2) Классовая мораль – не предмет обсуждений. Это та реальность, с которой господам всех мастей приходится считаться. Не хотите – заставим. И не вам, черносотенцам и либералам, рассуждать о жизни и смерти бедняков, безграмотных, голодных, униженных и в конечном счёте уничтоженных вашим же лицемерным наставничеством всякого розлива: от поповских проповедей до издевательских благотворительных фондов. Мораль эксплуататора относительна, ибо это мораль садиста, вора и тунеядца. Мораль эксплуатируемого – абсолютна, ибо это мораль того, кому нечего больше терять.

3) В сущности антирусская и антинародная позиция – это позиция всяческих Просвирниных и Световых, которые оказывают медвежью услугу русским же рабочим (равно как и националисты других национальностей – своим собственным), защищая источник национализма – национальный капитал. Нет, и не может быть борьбы за национальное освобождение вне борьбы за диктатуру пролетариата. Диктатура пролетариата есть прямая противоположность буржуазной диктатуре, если оценивать её не по видимости, а по содержанию.

Вот чего по нашему мнению не достало позиции товарища Рудого для партийной ясности и отсутствия кривотолков как со стороны левых, так и правых, которые ноют, что им не нужны «бесплатные некачественные русские». Однако, половинчатость социалистической теории «Вестника бури» проявилась не только в этом. Не была также прояснена фетишистская природа просвирнинского геноцида и путаница с террором. Насилие, проводимое советской властью – есть следствие её классовой природы, и не может быть оценено вообще, с гуманистических позиций. «Насилие вообще», расстрелы вообще, имеют место и в военное время, и в гражданское. На войне расстреливают дезертиров, провокаторов, паникеров, в мирной жизни – бандитов, террористов и насильников. Все эти категории врагов народа вполне социально стратифицируемы. «Насилие вообще» превращается в словесный оборот, в знаки препинания. Их можно вставить в любой текст, и тот получится пугающе-выразительным, правда напугать он может разве что обывателя, мещанина, но не марксиста-ленинца.

Чтобы не превращаться из левых в правых, и наоборот, в зависимости от аудитории слушателей, которая всегда, пока существуют классы, будет неоднородной, пора с покончить с мелкобуржуазным левачеством. Пора перейти от колебаний и путаницы – к твердой позиции защиты исторических завоеваний диктатуры пролетариата.

Да, мы последовательные марксисты-ленинцы, не скрываем: мы вас, капиталистов, спекулянтов, ростовщиков, тунеядцев-раньте, всех и всяческих господ и всех ваших охранителей действительно классово уничтожали и хорошо помним славный опыт своих предшественников. Тем более, что история показывает, что лагерь диктатуры буржуазии отлично понимает, что к чему, и сам готов устроить (и оправдать) какой угодно геноцид (реальный, а не вымышленный), когда ему это выгодно и служит в борьбе с организованным пролетариатом.

Отсюда вытекают следующие положения:

1) Решительно размежеваться со всякими несознательными левацкими элементами, признающими навязанные им «ошибки» советской власти в деле становления диктатуры пролетариата.

2) Озвучить свою программу по-ленински: как борьбу двух классов, борьбу на окончательное уничтожение классов через уничтожение класса эксплуататоров.

3) Разработать систему оценки исторических фактов, но вовсе не для оправдания, а для поднятия боевого социалистического духа.

Признание ошибок ни в коей мере не защищает от их повторения, признание несуществующих ошибок гарантирует его. Без борьбы с уступчивостью, колебаниями, шатанием, пусть и в исторической оценке, нам диктатуры пролетариата не завоевать и массы на нашу сторону не склонить. Это вдвойне глупо, учитывая, что в современной России 9/10 населения попало в ярмо беспощадной капиталистической эксплуатации, и смутно, но осознает, что только решительной борьбой трудовых масс за свои интересы против собственников-эксплуататоров можно его сбросить.