Чудо в Красном Лимане
Когда случилась катастрофа в Харьковской области, события развивались буквально стремительно и, казалось, что остановить тотальное обрушение фронта невозможно. 6 сентября удар обрушился на Балаклею, которую смогли удержать разрозненные части ВС РФ и Самарский СОБР в качестве организующего костяка. Но затем последовал удар севернее на Волохов Яр, он не был сильным, скорее пробным – но его оказалось достаточно. Уже на следующий день мобильные группы ВСУ и подходящий второй эшелон пробили жидкую и отвратительно подготовленную оборону русских и мобиков ЛДНР и вырвались на оперативный простор. Пал пгт Шевченково, шли городские бои на западе и юге Балаклеи. На третий день ВСУ стремительно и встречая хаотичное и неорганизованное сопротивление рванули к Купянску и вышли на его подступы. Началось продвижение к Изюму с северо-запада. Резервов не было, а те что имелись, спешно и абы как перебрасывались/ 144-я стрелковая дивизия потеряла единое управление после удара HIMARS по своему штабу, и в отчаянии старалась задержать врага на ротно-тактическом управлении. Но в этот момент фронт начал рушиться. Кое-как удалось пробить коридор к героически сражающемуся гарнизону Балаклеи и вывести его в Изюм. Кровью и упорными боями добытые подступы к Славянску и “Шервудский лес” покидались практически без боя. Враг начал выходить к Изюму с севера. Встречные бои за Купянск смогли на время задержать укров, но когда те вынесли мосты через Оскол и рассекли оборонявшихся в городе русских на две части, наши стали отступать из Купянска. И затем последовал приказ о полном выводе всех наших войск за Оскол. Даже из Казачьей Лопани, которая вплотную примыкала к госгранице и которая нами уверенно контролировалась. Даже из Волчанска и Великого Бурлука, находившихся у нас в тылу и которые можно было защищать.
Началось бегство. Всё, что не получалось с собой увезти сразу же, бросалось на месте. Повреждённые танки, БТРы, БМП, наборы БПЛА “Орлан”, ценная радиолокационная станция “Зоопарк”. ВСУ победно шли следом, “журналисты” и военные блоггеры укров со смаком и торжеством запечатлевали успехи контрнаступа. Медийный разгром. Наше общество в шоке и потрясении. И на этом катастрофа не думала останавливаться. ВСУ сходу стали форсировать Оскол, ворвались в восточную часть и полностью взяли её 16 сентября. Трофейная брошенная русская техника, пленные, первые расстрелы гражданских и пленных. Практически не встречая сопротивления укры продвигаются по остаткам Харьковской области в сторону ЛНР. Оборона ВС РФ здесь отсутствовала как вид, дезорганизованные войска то отступают с боями, то бегут. Начинается хаотичная эвакуация гражданских из Сватово, Кременной и Рубежного. Форсируют Северский Донец освободившиеся части Славянско-Краматорского гарнизона ВСУ. Подпереть осыпающийся стремительно фронт нечем. И тут неожиданно во всех новостях появляется город, который стал настоящим чудом, где звёзды так удачно сошлись на небе и где сама судьба уготовила счастливый последний шанс исправить положение.
Красный Лиман
Красный Лиман, который при “незалежной” с 2016-го года лишился “коммунистической” приставки “Красный”, это, в целом, небольшой город на самом севере ДНР, который с 95% подчиняющегося ему района находится за рекой Северский Донец. Но этот город - очень важный дорожный узел: через него проходит проложенная ещё в царские времена (в 1911 году) железная дорога, позже развитая в советский период, и автомобильные дороги. От Красного Лимана дороги расходятся, идя как на Славянск и Северск (по мостам через Северский Донец), на запад к Изюму и на север в сторону Лозовой, Боровой и Купянска, и на восток в сторону Кременной, Рубежного и Северодонецка. В городе помимо важного электрифицированного ж/д узла располагается множество предприятий и одно из крупнейших на Украине зверохозяйств. Сам город окружён высотами и вокруг него обильно раскиданы лесные массивы – не мудрено, ведь эти лесные массивы за речкой Жеребец переходят в огромные и ныне (печально) известные Кременские Леса.
Такой небольшой город с население чуть меньше тридцати тысяч человек оказывается важным логистическим узлом, и он прикрывает как Славянск с севера, так и Северодонецк с Лисичанском с северо-запада. Потому когда началась гражданская война на Украине и вспыхнула Русская Весна, этот город также оказался захвачен бурей событий.
Как и во множестве городов Донбасса, протесты и митинги проходили и в Красном Лимане и там уже существовали местные инициативные группы, но пока не выступавшие радикально против украинской власти. Однако по мере нарастания давления со стороны киевских узурпаторов и принятия указа о начале т.н. “антитерористичноi операцii” 7 апреля, обстановка в городе понемногу накалялась. Переломный момент случился 12 апреля.
В Славянске и прилегающих к нему населённых пунктах уже существовали отряды местной самообороны из числа наиболее активных жителей, общей численностью 1200 человек. Руководил ими предприниматель с активной политической позицией Вячеслав Пономарёв. Самые активные и собранные в “мобильные группы” ополченцы вместе с Пономарёвым уже даже приняли участие в некоторых силовых акциях, навроде визита в Донецк 6 апреля и захвата здания местного управления СБУ - без боя разоружили охранявших его милиционеров, захватили оружейную комнату и множество единиц огнестрельного оружия (включая несколько гранатомётов) и успели покинуть его за несколько минут до прибытия групп захвата спецназа СБУ. В Донецке “мобильным группам” надолго засидеться не удалось - местная городская администрация оставалась лояльной Киеву, среди местных дружин Народного Ополчения Донбасса творился разброд и шатание, некоторых подозревали в работе на киевского ставленника олигарха Сергея Таруту, а Пономарёва и его ребят ДонОГА хотела даже сдать властям. Потому они вернулись обратно в Славянск.
Пономарёв также возглавлял координационный совет, в который входили активисты из Краматорска, Дружковки, Константиновки и Красного Лимана – эдакая цепь городов, прикрывавших вход в Донбасс со стороны Изюма. И когда местная дружина всё же решила действовать и под угрозой неминуемого противостояния с киевскими узурпаторами (напомню, что подразделения ВСУ и МВД вместе с “добробатами” первыми уже подтягивались на Донбасс с середины марта, и “АТО” на деле было начато ещё 7 апреля), им сообщили, что с Крыма к ним едет подмога. И в ночь с 11 на 12 апреля в Славянск заехал отряд из 52 человек во главе с прославившимся в те месяцы человеком – Игорем Стрелковым. В первой половине дня 12 апреля бойцы его отряда “Крым” и местные ополченцы заняли штурмом горотдел милиции, городское управление СБУ и без боя заняли горсовет.
И в течении всего оставшегося дня Славянск был взят под контроль повстанцев. Весть об активной фазе разошлась по всей “цепочке” городов и к вечеру 12 апреля местные дружинники взяли штурмом горотдел милиции в Красном Лимане.
Однако взять Красный Лиман под контроль целиком в первой половине апреля не вышло – городская администрация пыталась усидеть на двух стульях, активно задабривала повстанцев словесными обещаниями верности и невмешательства. И когда вокруг Славянска, Краматорска и Дружковки уже шли первые столкновения с подразделениями спецназа МВД, СБУ, частями свежесформированной НГУ и “добробатами” нацистов, Красный Лиман оставался относительно спокойным местом. Но непоследовательность городских властей и очевидная работа на Киев привели к тому, что 30 апреля вооружённые повстанцы ворвались в горсовет на его заседание и заставили депутатов проголосовать за признание Донецкой Народной Республики. И в тот же день, с некоторыми прибывшими в помощь отрядами из Славянска, Красный Лиман был взят под полный контроль повстанцев и на въездах сооружены блокпосты. Руководил повстанцами в городе Вячеслав Пинижанин в координации со Стрелковым.
Уже в мае ситуация для повстанцев стала осложняться: 2 мая каратели пошли на третий штурм Славянска, который оказался наиболее продолжительным, а с 11 мая, после референдума о провозглашении ДНР и ЛНР, активные бои развернулись в окрестностях Красного Лимана. В течении мая город уверенно контролировался повстанцами, но вот окрестности представляли собой сплошную “серую зону”, где контроль как повстанцев, так и правительственных сил был относительный или непостоянный. Сказалась и одна серьёзная проблема гарнизона Красного Лимана: он был отделён от Славянска рекой Северский Донец и мостами, потеря контроля над которыми фактически приводила к окружению гарнизона. Кроме того из Красного Лимана постоянно “дёргали” местных повстанцев на помощь гарнизонам Славянска и Краматорска - что было вызвано острой необходимостью и нехваткой сил группировки Стрелкова. А летом уже началась череда поражений.
Киев теперь вводил в бои уже регулярные армейские части. Пусть это были и сводные подразделения собранные из всего, что было мотивировано, и всего, что было исправно и могло ездить без особых поломок, но это были регулярные армейские части. С танками, артиллерией, авиацией и резервами для восполнения боевых и санитарных потерь. У повстанцев такой возможности не имелось и даже активный приток добровольцев из местных жителей и России никак не мог парировать техническое превосходство. 1 июня началась новая фаза боёв и уже регулярные части ВСУ приступили к штурму. Славянск решили окружать и для этого было принято решение убрать такой неудобный для ВСУ выступ в виде Красного Лимана. На его ликвидацию была брошена целая сборная солянка: части 24-й ОМБр (львовская мехбригада), 25-й ОВДБр (днепропетровская десантура), 79-й ОАЭМБр (николаевская) и 95-й ОАЭМБр (житомирская), подразделения МВД в виде бригады спецназа “Барс” и нацбата “Артёмовск”, а также спецназ СБУ. Противостояли им сводные отряды ополчения и донских казаков. Как понимаете, против такой своры с танками, ББМ и артиллерией шансов устоять у повстанцев практически не было. 3 июня начался штурм города, в течении двух дней хохлы смогли вернуть под контроль горотдел милиции и здание СБУ, а 5 июня подняли сине-жёлтую тряпку над горсоветом, ознаменовав переход города под контроль Киева. В плен попали как невезучие повстанцы, так и множество нелояльных гражданских. Остатки гарнизона повстанцев были выдавлены в сторону Северского Донца, но они ещё сохранили под контролем над Ямполем и мостом на дороге в Северск.
До 19 июня здесь шли вялотекущие перестрелки, а 19 числа укры постарались окончательно зачистить перекрёсток дорог и выкинуть повстанцев за Северский Донец. Донские казаки здесь себя показали уже не с лучшей стороны - отошли после первых боестолкновений. А вот дальше укры натолкнулись на сводный отряд ополчения под командование “Прапора” (Евгений Скрипник). Из тяжёлого вооружения они обладали только парой миномётов, парой “сапогов” (СПГ-9), парой АГС-17 и парой крупнокалиберных “Утёсов”, и ОДНОЙ единтсвенной БРМД-2. Накат ВСУ был сильным, они поразили один СПГ-9 в самом начале боя, смогли повредить и захватить БРДМ, но повстанцы оказали грамотное сопротивление и отбросили противника. Даже захватили одну БМД, переданную затем гарнизону Мозгового в Лисичанске и Северодонецке. Понимая важность автодороги и моста, Стрелков отправил на помощь “Прапору” взводу под командованием тогда ещё не такого легендарного, но уже известного Арсена “Моторола” Павлова. Но не смотря на его талант и опыт его бойцов, ВСУ повторили атаку и смогли отбросить повстанцев - Ямполь оказался потерян и ополченцев вытеснили за реку. Развивая успех, укры по одному из захваченных мостов отправили разведгруппу десантников, которая попала в засаду и приняла тяжёлый бой. Увы, полностью разгромить их не удалось, только задержать. Наступление ВСУ 19 июня здесь остановилось и фронт стал по реке Северский Донец, а взвод “Моторолы” снова вызвали в Славянск.
Что было дальше вы прекрасно знаете в истории обороны Славянска: ВСУ и НГУ во всём превосходили силы повстанцев, ожесточённо обстреливая город каждый день и занимая всё новые и новые рубежи. Практически полностью оказались изолированы Краматорск с Дружковкой от Славянска, начались боестолкновения уже в “тыловом” Артёмовске (где в блокаде сидела лояльная Киеву танковая часть и к которой укры шли на деблокирование), у повстанцев наблюдалась острая нехватка всего. Есть версии, что Стрелкову приказывали любой ценой держать Славянск, что “северный ветер” вот-вот подует. Но время шло, Славянск оказывался на грани полной изоляции, а в тылу даже не наблюдалось достаточного количества слаженных подразделений Новороссии. И ВСУ уже начали наступать на Донецк, на Авдеевку, на Карловку и готовились к штурму Мариуполя. А “северный ветер” всё ещё не дул.
1 июля стал переломным моментом, когда в результате боёв произошло самовольное бегство гарнизона Николаевки (деревня восточнее Славянска как раз рядом с Северским Донцом и прудами). По словам самого Стрелкова, дезертировало 124 человека с вооружением, а через Николаевку шёл оставшийся путь снабжения славянского гарнизона. Это могло привести к полному окружению города и расширению плацдарма ВСУ за Северским Донцом с возможность продолжать движение на Северск и к Артёмовску (что позже и случится). При отходе “Минёр” приказал снять ещё минные поля, благодаря чему ошалевшие от такого приятного сюрприза укры 4 июля захватили село и блокировали Славянск окончательно.
В тот же день в своей новостной группе в ВК Стрелков отметил, что падение Славянска, а вслед за этим и ДНР и ЛНР в целом произойдёт «в самом скором времени»: «Николаевка окружена. Связи с гарнизоном нет. Продолжаются непрерывные обстрелы Семёновки, Николаевки, ТЭЦ. Количество расходуемых снарядов такое, что в Чечне такого не видал. Ночью Славянск был неоднократно обстрелян… Население охватила паника. Все проклинают Киев, Порошенко и… Россию. Которая дала надежду и бросила на произвол карателей… ». По словам Стрелкова, украинская армия «давит сплошным потоком брони и снарядов. Пехота практически не используется — только зачищает практически сравненные с землёй населённые пункты. Геноцид в чистом виде. Если Россия не вступит в дело в самое ближайшее время, Новороссия погибнет в самом скором времени. Славянск погибнет намного раньше, чем все остальные. Наше снабжение полностью прервано. Так что разгрузки, ботинки, приборы ночного видения и всё прочее можно смело отправлять куда угодно — к нам они уже не дойдут»
В ночь с 4 на на 5 июля было решено прорываться из окружённого города. Уходили двумя группами: группой прорыва с двумя танками и несколькими ББМ, которые должны были отвлечь на себя внимание ВСУ, и основной группой повстанцев с артиллерией, гусеничной и колёсной техникой и множеством гражданских - родных ополченцев и жителей, которые резонно опасались расправы со стороны киевских властей. Ударная отвлекающая группа смогла пробиться, но ошибочно поехала не туда и заехала на украинские блокпосты с поднятыми по тревоге солдатами, где практически вся была уничтожена. Основная группа вместе с мирными жителями смогла прорваться в Краматорск, объединилась с местным гарнизоном повстанцев и совместно с ними стала уходить из агломерации в сторону Артёмовска и Донецка.
Так закончилась история борьбы Красного Лимана вместе со знаменитыми 85-ю днями обороны Славянска. Как видите, контроль города был важен для стойкой обороны Славянско-Краматорской агломерации, и потеря Красного Лимана в дальнейшем сказалась на сдаче Николаевки и полного окружения Славянска. В дальнейшем именно со стороны Красного Лимана ВСУ смогли захватить Северск, и идя параллельно Кременским лесам (и наступающей по ним группировки) смогли выйти к Лисичанску и Северодонецку. Здесь уже Мозговому и Дрёмову пришлось отступать под угрозой окружения и выстраивать оборону по Стаханово-Алчевской агломерации.
В городе прошли чистки и аресты неугодных, был посажен лояльный Киеву чиновник на пост мэра, в сам город регулярно приезжали для поддержания порядка части милиции из других регионов. В 2016-м году в рамках “декоммунизации” (первый этап дерусификации борьбы со всем русским и советским) город стал именоваться просто Лиманом. Кое-как жил, но промышленность в нём продолжала постепенно загибаться – доход городу продолжали приносить узловая ж/д станция и зверохозяйство.
Всё поменялось с началом войны 24 февраля 2022-го.
Красный Лиман определённое время оставался тыловым городом и максимум что он мог наблюдать, это дымы от пожаров в Славянске, Краматорске, Северодонецке и Лисичанске, куда то и дело прилетали ракеты. Более сильные изменения и регулярные “прилёты” по окрестностям местные жители стали ощущать уже в марте. ВС РФ успешно развивали наступление на севере ЛНР и восточной части Харьковской области на левом берегу Оскола. За март русские заняли обширные территории, но вскоре продвижение ощутимо начало тормозить: силы Народной Милиции ЛНР и ВС РФ сошлись во встречных боях с ВСУ в районе Краснореченское-Голиково-Новокраснянка севернее Рубежного, также наблюдалась остановка продвижения у Лозового в возле Оскола. Шли ожесточённые штурмы и городские бои за Изюм. Первые сводки где стал чаще мелькать Красный Лиман появились уже в 10-х числах марта 2022-го. Подразделениям ВС РФ удалось освободить село Невское и начать продвижение по обеим берегам реки Жеребец. Также на мосту ведущим из Славянска в Лиман (в районе Райгородка) была накрыта колонна техники ВСУ.
В апреле сводки по активным боевым действиям в этих местах стали идти настоящим потоком: накрывали позиции всушников, полевые склады и расположения в самом Лимане, а также в деревнях, названия которых со временем станут у всех на слуху - Колодези, Торское, Ямполовка. Паралелльно с этим шли ожесточённые бои за Рубежное – часть города бойцам НМ ЛНР и ВС РФ удалось взять ещё в конце марта, но вот за остальную часть пришлось вести крайне тяжёлые бои. Но прогрызть и проломать оборону протиника удалось – со взятием Рубежного открывалась дорога на Северодонецк.
Западнее Рубежного силы русской армии вели штурм не менее важного населённого пункта Кременная и 18 апреля Кременная была освобождена – меньше суток ушло на взятие и зачистку. Со взятием города русские установили контроль над участком дороги идущим до н.п. Торское 19 апреля и начали наступление на Лиман с востока и северо-востока, спускаясь с высот на находившихся в низине укров. В тот же день – как раз по результатам отвода войск из Киевской, Черниговской и Сумской областей удалось насытить откровенно “худой” фронт в Харьковской области опытными и боеспособными подразделениями – продолжилось наступление на Лозовую и Рубцы, которые к вечеру были взяты и русские вышли к дамбе Оскольского водохранилища. Увы, дамбу подорвали хохлы при бегстве, отчего водохранилище с того момента начало понемногу мелеть.
Сложилась ситуация, что русские уже форсировали Северский Донец по знаменитой переправе, полностью взяли Изюм и на противоположном берегу под их контролем находились Сухая Каменка, Андреевка и Бражковка, и уже шли бои в предместьях Северодонецка, а у ВСУ сохранялся солидный балкон в виде Краснолиманского района. Снабжение шло через мосты у Ямполя, Райгородка и Святогорска, и благодаря этому хохол вбивал клин между двумя нашими группировками. Но при этом ситуация для ВСУ на этом участке начала стремительно деградировать: лесочки и посадки терялись каждый день, русские понемногу продвигались на Лиман с высот. Предвидя неизбежное ухудшение обстановки, 27 апреля хохол подрывает возле Ямполя (дорога на Северск).
Спустя некоторое время начинаются бои за Святогорск и село Богородичное (бои за это село, которое находится на правом берегу Северского Донца и позволяет подойти к Славянску ещё ближе чем у “Шервудского леса”, шли особо жестокие и село переходило из рук в руки 14 раз). Последней дорогой снабжения для лиманской группировки ВСУ остаётся мост у Райгородка. В течении первой половины мая русские зачищают все северные участки Краснолиманского района. Идут активные бои за Северодонецк и на северо-западных подступах к Славянску. Ради защиты Славянско-Краматорской агломерации укры иногда выдёргивали живую силу из Лимана. Потому вопрос города был, в целом предрешён. В середине мая идут артиллерийские дуэли и уже 23 числа начался штурм. В этот же день от местных жителей уже приходили радостные известия о русских разведгруппах, уже просочившихся в город и занимавших в нём позиции.
Сидящие в низине укры имея лишь одну дорогу снабжения и атакуемые с трёх сторон, не имели шансов устоять. Помимо этого у гарнизона наблюдалась нехватка тяжёлой техники и вооружения, а по ним весьма точно работала как артиллерия с РСЗО, так и ТОС “Солнцепёк”. Бойцы группировки “О” за сутки проломили оборону противника и вошли в город. Сначала хохол откатился за железную дорогу и вокзал, осев в западном и юго-западном районе города. Много снаряжения и вооружения бросалось и становилось заслуженными трофеями “Отважных”, в том числе и первые группы пленных.
25 мая укров выбивают из западных районов города, освобождают ж/д вокзал и над зданием горсовета поднимают флаги России и Донецкой Народной Республики. Они вернулись в город спустя 8 лет.
У хохла отступление превратилось в паническое бегство: бежали на всём, что может ехать, или бежали на своих двоих бросая амуницию и снаряжение. В хаосе панического бегства, ВСУ даже не стали дожидаться пока подтянутся “отстающие” и подорвали последний мост через Северский Донец, отчего некоторые из хлопчиков навернулись с моста в реку на полном ходу при отходе. Полная зачистка окрестностей заняла ещё несколько дней и среди трофеев оказался тогда один из первых целых комплексов спутникового интернета “Starlink”.
Однако, такими экстренными мерами хохлу удалось установить стабильную линию фронта по Северскому Донцу. Река эта “гадкая” ещё более высоким правым берегом на котором теперь засели ВСУ, а остатки разгромленного “лиманского гарнизона” были включены в состав славянско-краматорской группировки, державшей пассивную, но довольно плотную оборону по реке. Силами группы “О” под командованием генералов Лапина и Теплинского, тем не менее, был занят весь левый берег Донца, срезан полностью выступ и освободившиеся силы могли теперь как поддержать Изюмскую группировку (в районе Святогорска и Богородичного), так и группировку штурмующую Северодонецк (как раз к десятым числам июня полностью освободили жилые кварталы города, но ещё не контролировали промзоны), и Лисичанск (бойцы “Отважных” брали Волчеяровку юго-западнее Лисичанска).
В самом Лимане, ставшим снова Красным (ещё не сменившим стеллу, но обновившим дорожные указатели) начали налаживать мирную жизнь, подвели со временем электричество, начали готовить гражданских специалистов к новым условиям жизни, милиция начала работать. Город был взят с очень небольшими разрушениями и его скорое полное возвращение к мирной жизни виделось вопросом временем. Правда, по городу то и дело прилетало из Славянска, по которому, в свою очередь, лупила русская артиллерия из раскинувшихся к югу от города густых лесных массивов. Лето прошло весьма спокойно...
И осенью случилась та самая харьковская катастрофа, которая за пол-недели привела к обрушению целого направления, а затем в течении недели наши войска начали беспорядочное отступление войск ГВ «Запад». Вину за эту катастрофу и потерю управления многие (особенно военнослужащие ВС РФ) возлагают на генерала Андрея Сычевого, командовавшего с лета ГВ «Запад» и направлениями на Харьков и Изюм. Сычевой не организовал толковую оборону, игнорировал проблему острой нехватки личного состава, слал наверх ложные доклады и толком не наладил порядок и взаимодействие в вверенной ему группировке. А когда стали очевидны масштабы возникшей жопы, то отступление превратилось в натуральное бегство: бросались важные позиции, бросали дефицитную и редкую технику, и даже исправные и готовые к применению БПЛА типа “Форпост”, полевые склады боеприпасов. По крайней мере удавалось вести арьергардные бои и основные колонны уходили под объективом дронов хохла, которые могли только смотреть на них, и не очень результативно воздействовать артиллерией.
Первые попытки наступать хохол предпринял и на Красный Лиман, 3-5 сентября начав заброску групп на лодках через реку. Несмотря на потужные реляции которые до сих пор висят в википедии и как “ВСУ заняли сёла Озёрное и Старый Караван, ослабив контроль ВС РФ над левым берегом реки” и “продолжая активно развивать свой успех, продолжили наступление в сторону города, заняв 5 сентября Старый Караван, создав угрозу для дислоцированных вблизи оккупационных сил и взяв штурмом Савинцы, позволив отрезать Балаклею от тыловых подразделений, а также начав контрнаступление в Харьковской области, что позволило быстро дойти до окраин Лимана. 9 сентября в рамках контрнаступления ВСУ смогли прижать российские БТГ к окраинам Лимана, а также нарушить снабжение российских войск в регионе”, информация эта до сих пор действительности не соответствует. Вплоть до 10 сентября попыток как-то серьёзно наступать через Северский Донец не было – на наш берег ходили дрг ВСУ. Да и оба села – Старый Караван и Озёрное – находятся практически на берегу реки и непосредственно возле подорванных мостов. Они и так простреливались насквозь и из них какой-то “сильный контроль” не вёлся.
Вот уже 11 сентября начались действительно первые серьёзные действия по форсированию реки и попыток наведения переправ. Удалось забросить больше групп хохла на левый берег и утвердить контроль над вышеназванными сёлами, а передовым группами удалось даже подойти к окраинам Красного Лимана. Однако, их отбросили и дальше продвинуться ВСУ уже не смогли. Основные позиции русских располагались в лесных массивах, а по переправе и скопившимся войскам довольно оперативно наносились удары артиллерией. Остановить ВСУ получилось. А вот выбить обратно за реку – нет.
Изюмский плацдарм и город к этому моменту уже были брошены и командование ВС РФ теперь судорожно пыталось выстроить оборону опираясь на Оскол (западный рубеж) и на Северский Донец. Но у ВСУ теперь полностью освободилась весьма многочисленная и очень даже боеспособная Славянско-Краматорская группировка, которую теперь можно было пустить в дело. Пока дрг ВСУ спокойно плавали через Оскол и прощупывали противоположный берег, по Северскому Донцу уже готовилось форсирование.
Ещё и 13 сентября передовые и ослабленные части ВС РФ и НМ ЛНР были выбиты с передовых позиций у Григоровки (Северское направление). У русских начинается осыпаться выступ в районе Святогорска и Студёнка – это природный участок у места впадения Оскола в Северский Донец, а сразу за Святогорском река делает изгиб к северу. 12 сентября освободившиеся части Славянско-Краматорского гарнизона переходят Северский Донец и занимают левобережную часть Святогорска, практически не встречая сопротивления. Вместе с ними хохол форсирует Оскол у одноимённого посёлка, и 13 сентября русские оставляют Студёнок под угрозой окружения.
Для русских ситуация сложилась самая наихудшая: сплошной обороны не было, была очаговая или цепь укреплений (которая как раз и была создана у Ямполя и вокруг Красного Лимана, а вот за Святогорском - в удобных лесных массивах - у нас обороны толком не было и не было войск чтобы защищать). Бежавшая изюмская группировка не остановилась а “рассосалась” на весьма широком пространстве, 1-я танковая армия морально и организационно не была готова воевать после бегства из Изюма. Оборону по Осколу не выстроили и очень скоро она зашаталась от рейдов вражеских дрг, а хохол уже начал первые штурмовые действия против восточной части Купянска.
Войска русских представляли собой сборную солянку: в самом Красном Лимане вообще случайно оказались БАРС-16 “Кубань” и БАРС-13 “Русский легион”, которым изначально должен был прийти приказ на отход после предыдущего оставления многострадального Богородичного. И вот по таким случайностям БАРСы оказались в городе, решив его оборонять. БАРС стал “стрежнем” обороны этого участка, основной же силой стали различные подразделения ЛНР - от опытных ветеранов вроде Казачьей бригады имени М.И.Платова, до мобилизованных 208-го стрелкового полка, пусть и не имевших богатого боевого опыта, но настроенных биться отчаянно.
Силы противника прям точно установить не получается, но в основном противостояли “луганчанам” и “барсам” военнослужащие 58-й мотопехотной бригады имени Выговского, 79-й десантно-штурмовой бригады, 81-й аэромобильной бригады, 95-й отдельной десантно-штурмовой бригад ВСУ, а также различные части теробороны (104-я, 111-я и 112-я бригады) и вспомогательных подразделений (503-й “возрождённый из Мариуполя” батальон морской пехоты, батальон “Донбас” и прочая-прочая).
И так уж вышло, что при расшатанном и нестабильном фронте, руководство обороной Красного Лимана легло на плечи генерала Лапина, командующего группировкой “О” и получившему в своё распоряжение разрозненные части Западного Военного Округа (ЗВО). У него имелись в распоряжении резервы, в том числе бежавшие из Изюма, потому первые резервы оперативно подошли на помощь гарнизону. Пока 13-го сентября были потеряны Святогорск и Студёнок, удалось выбить хохла из окраин Дибровы и выбросить их к реке. Скинуть врага в реку не позволял плотный артиллерийский огонь, и ВСУ смогли зацепиться за полоску у берега по сёлам Старый Караван, Брусовка и Озёрное.
15-го сентября всё начало ухудшаться на западе: потерянный Студёнок и никакущая оборона привели к потере крупных лесных массивов и нескольких населённых пунктов (такие как Яцьковка, Крымки, а через несколько дней была потеряна и Александровка).
А затем произошла печально известная потеря проклятой Белогоровки 18-19 сентября, в результате чего ВСУ создали угрозу прорыва в направлении Лисичанска. Но делать они этого не стали, несмотря на достаточные резервы Славянско-Краматорского гарнизона. Вместо этого они продолжили перебрасывать войска через Северский Донец и им удалось также навести переправы для отправки не только пехоты, но и тяжёлой техники “за речку”. И снова пошли ожесточённые встречные бои за леса и деревни южнее Красного Лимана. Под ударом оказался и город Ямполь, буквально вытянутый вдоль Северского Донца и который со стороны Белогоровки спокойно простреливался. Но бойцы ЛНР и БАРСы вцепились мёртвой хваткой за рубеж. И численно и технически превосходящие силы хохла не смогла организовать прорыв – они наступали, но крайне медленно, буквально “откусывая” территорию по кусочкам.
Ситуация для ВС РФ оставалась очень тяжёлой, но ещё не безнадёжной. Даже с серьёзными ограничениями в резервах и катастрофической нехватки пехоты, Лапин делал всё от себя возможное и подбрасывал на оборону Красного Лимана имевшиеся у него войска. В тылу он уже заранее начал выстраивать линию обороны с опорой на подступы к стратегически важной автодороге Сватово-Кременная и вокруг этих городов.
Долго биться лбом об оборону хохол тоже не желал и решил попробовать продавить позиции русских и ЛНР с запада, форсировав Северский Донец возле села Пришиб. Пользуясь уже налаженной логистикой и подвозом войск, ВСУ сходу форсировали реку, передовые отряды завязали бой за село Яровая, а подошедшие вскоре подкрепления вынудили русских оставить село. Наступление здесь вела 81-я ОАМБр ВСУ, и после взятия Яровой она устремилась на штурм Дробышево. Это довольно крупное село на речке Нетриус и в случае его потери гарантирован выход на северо-запад Красного Лимана. Здесь закипели ожесточённые бои. И ВСУ удалось остановить, несмотря на продолжающиеся попытки любой ценой взять Дробышево, и продавить свой плацдарм за Северским Донцом дальше Старого Каравана и Дибровы.
Отчаянная оборона города проходила на фоне официального объявления о начале частичной мобилизации в России: решение, которое созрело ещё в конце весны, но которое по политическим мотивам откладывалось до последнего, и лишь под угрозой дальнейшего неконтролируемого обрушения фронта к нему пришлось обратиться. Ещё и в ускоренном порядке. На фоне этого происходили события, где Красный Лиман действительно и без шуток стал чудом – он подарил русской армии драгоценное время. Пока прибудут резервисты и первые мобилизованные, пока хотя бы резервы появятся, пока выстроят хоть какую-то оборону от Сватово до Кременной буквально на пустом месте – на всё это нужно было время. И стоическая оборона Красного Лимана сковала крупные силы ВСУ – освободившийся Славянско-Краматорский гарнизон оказался скован Краснолиманским районом, хотя рассчитывали взять его в течении нескольких дней. И командование ВСУ проявило неожиданную дурость, решив во чтобы то ни стало взять Красный Лиман. Почему дурость?
После потери восточной части Купянска, силы хохла начали выходить на простор и к 22 сентября уже сформировали устойчивый и надёжный плацдарм за Осколом, заняв в дальнейшем уже левобережные сёла Двуречное, Гряниковка, Масютовку и Горобьёвку. В дальнейшем плацдарм стал расширяться на восток и юго-запад. Очень напрашивался удар с юга, в обход Красного Лимана, где на широких просторах ВСУ просто некому и нечем было толком останавливать.
Но вместо этого ВСУ в течении недели уже долбились в лобовых штурмах подступов к Красному Лиману. Но резервы у них ещё были, и 22 сентября командование противника решило действовать уже по уму: одновременным ударом из лесных массивов вокруг сёл Яцьковка и Александровка и форсировав Оскол со стороны правобережной Комаровки, ВСУ прорвали жидкую оборону ВС РФ в этом районе. Стояла здесь снова 1-я танковая армия, и она снова «не подвела» (в самом плохом смысле). Мы очень быстро потеряли важный н.п. Лозовое, бои начались на село Пески-Радьковские, а затем 24 сентября у нас начал рушиться фланг: отвалились Рубцы, Коровий Яр, Волчий Яр, половина Карповки (она разделена небольшим водохранилищем на реке Нетриус), а затем хохол смог ворваться в стратегически важное село Редкодуб.
Редкодуб и несколько прилегающих к нему сёл - Новое, Липовое, Катериновка и Новомихайловка - находятся на очень важных высотах, которые прикрывают с севера лежащий в низине Красный Лиман. Именно отсюда началось наше успешное и быстрое наступление на город в конце мая 2022-го, и запустить сюда хохла было категорически нельзя. Лапин это понимал, и старался “играть” от Нетриуса и активно отправлял резервы в контратаки, но хохол свою возможность не упустил и продолжил штурмовые действия. Командование ВСУ срочно стало перебрасывать на участок прорыва дополнительные силы, в том числе из-за Оскола. При этом никто не прекращал нажим с запада и юга: хохол каждый день пытался заводить штурмовые группы в Дробышево, умудрялся несколько раз форсировать Нетриус и зацепиться за окраинные дома, но его выбивали. С плацдарма за Северским Донцом хохол также атаковал каждый день, чаще проявляя активность по ночам – стрелковые бои с вражескими ДРГ шли каждую ночь практически на южных окраинах города.
25 сентября хохол подвёл дополнительные силы и в ожесточённых боях продавил нашу оборону в Редкодубе, сходу ворвавшись в село Новое. У Лапина уже критически не хватало резервов на и без того зашатавшийся фронт сильно избитой ГВ “Запад”, но удаётся силами мотострелков 20-й армии отбить Новое хотя бы на время. Хохол смог зацепиться за высоты за Красным Лиманом.
При одновременно ударе со стороны уже образовавшегося Купянского плацдарма на юго-восток (или на восток) и со стороны Лозового на северо-восток, ВСУ имели замечательную возможность уничтожить всю нашу хилую оборону по границе ЛНР. Я напомню, что рубежи вдоль трассы Купянск-Сватово-Кременная только возводились и не были готовы и насыщены. Такой мощный удар двух группировок ещё сохранявших “инерцию” после харьковской катастрофы начала сентября смёл бы нам весь северный фронт. Последствия этого удара были бы для нас катастрофическими...
Но идея-фикс взять Красный Лиман любой ценой ради медийных целей, продолжая парад вывешивания жовто-блакытных прапорив у вызволэнных населённых пунктах в командовании ВСУ возобладала. Возможно, хотели таки помочь безнадёжно забуксовавшим силам Славянско-Краматорского гарнизона выйти из позиционного тупика и открыть дорогу ещё на Кременную и Северодонецк с Лисичанском. Ударные группы ВСУ в направлении Боровой и Сватово стали весь арьергардные сковывающие бои, а основной удар перенаправили на юг. К ночи следующего дня (26 сентября) Новое было потеряно и хохол начал уверенное продвижение по высотам. Последовала попытка занять крупное село Шандриголово: первая атака ВСУ была отражена с большими потерями, но вторая атака оказалась куда успешнее и бойцам БАРСа пришлось оставить село. Закипели бои за село Дерилово (сразу севернее Дробышево).
27 сентября хохол занял практически все высоты севернее Красного Лимана и Ставков, его передовые группы уже дошли до речки Жеребец. Здесь оборону кроме разрозненных мотострелков 20-й армии держали ещё и луганские пехотинцы – бились они отчаянно, но они уже были сильно истощены и отвагой и героизмом никак не могли сдержать опытного и технически превосходящего их врага. С потерями отходили, постепенно оставляя позиции. 28 сентября потеряны оказались Зелёная Долина, Новолюбовка с Ивановкой и Колодези. А затем беда пришла откуда её менее всего ждали – из вновь оккупированной Белогоровки и укреплённого села Серебрянка ВСУ на лодках форсировали Северский Донец и просочились в Кременские Леса. За передовыми группами последовали группы закрепления и даже техники. Этот плацдарм в густых лесах оказался у нас во фланге и в тылу Краснолиманской группировки, нацеленный на Торское и на Червоную Диброву (деревня посреди густых лесов). Мобильные разведгруппы врага теперь выходили к автодороге Кременная – Красный Лиман и регулярно её обстреливали как из ПТУРов, так и из стрелкового оружия. А благодаря наводчикам дорогу куда плотнее стала крыть артиллерия хохла. Дорога идущая через село Терны простреливалась уже из стрелкового оружия и вскоре была уже физически перерезана (когда ВСУ закрепились в сёлах Новолюбовка и Ивановка, спустившись с высот). Положение героического гарнизона Красного Лимана стало критическим. Давили буквально со всех сторон, артиллерия ВСУ вела постоянный обстрел по всей длине этого локального фронта маскируя направления атак. Участь города, к сожалению, уже была предрешена. Но наиболее страшный удар на Сватово не состоялся – Лапин начал готовить эвакуацию гарнизона к Кременной.
Уже бесповоротно было потеряно Шандриголово, бои шли за село Ставки, мобильные группы хохла уже внаглую начали атаковать Торское и, форсировав как Северский Донец, так и место впадения в него реки Жеребец, атаковали Ямполь с двух сторон. Гарнизон города держался на передовой долго и отчаянно отбивал атаки, но теперь он оказался сам под угрозой окружения. Гарнизон Дробышево в виде БАРСов и ЛНРовцев бился с беспримерным героизмом и удерживал пгт до сих пор, не позволяя врагу даже заскочить в населённый пункт. Но теперь мы оказались на месте хохла – в мае он потерял Красный Лиман полностью утратив контроль над высотами севернее и лишившись дорог. Теперь мы потеряли почти все дороги (последняя трасса была под постоянным обстрелом и подвергалась налётам мобильных групп хохла на западе Кременских лесов) и полностью потеряли высоты севернее. Вся ударная группировка сжимала Красный Лиман в кольцо – хохол очень захотел отыграться за все котлы 2014-го и 2022-го, и стремился “закотлить” уже наши силы.
Когда в ночь с 29 на 30 сентября передовые группы ВСУ стали атаковать Заречное (оно же Кировское, правый берег реки Жеребец напротив Торского), ситуация стала за гранью критической. Мотострелков и “луганчан” нужно было спасать. 30 сентября гарнизон Ямполя по лесным дорогам покинул городок, были оставлены Дерилово и героически оборонявшееся Дробышево. Мотострелки 20-й армии и ЛНРовцы 208-го полка вместе с БАРСами собирались в Ставках и Красном Лимане, откуда начали отход через Заречное и Торское на Кременную. Отход постарались сделать организованным насколько это вообще было возможно: артиллерия работала по наступавшему противнику и его резервам, БАРС-13 и БАРС-16 выступили в качестве заслона прикрывая основной отход мотострелков и ЛНРовцев. Из города бежали многие местные жители опасавшиеся расправы со стороны ВСУ и СБУ, покинули город милиционеры, учителя, мэр Александр Петрикин (всё это время находившийся в городе вместе с горожанами). Помощь в деблокировании оказывали наконец-то добравшиеся с Запорожского направления части 58-й армии.
Отход был тяжёлый. Русские отступали по единственному и очевидному пути, потому по наводке корректировщиков и дронов по нам летело всё что можно: от миномётов до гаубиц, от “Градов” до “HIMARS”, были ощутимые потери – особенно по раненым – среди военных и мирных жителей. Но Лапин смог сделать самое главное – спасти пусть и потрёпанный, но сохранивший боеспособность гарнизон и сберечь драгоценный оборонительный потенциал ВС РФ и НМ ЛНР на этом участке фронта. Хохлу “в одни ворота” игра не шла – артиллерия и авиация русских очень плотно работала по наступавшим частям, ближнему тылу и позициям артиллерии чубов. В итоге полноценный плотный котёл по всем правилам военного искусства оформить ВСУ так и не смогли.
1 октября эпопея с Красным Лиманом была окончена. Арьергарды ВС РФ, до последнего прикрывавшие отход, покинули пределы города утром и в первой половине дня наши стали постепенно оставлять Заречное. Приходят видеоподтверждения подрыва моста через Жеребец соединяющего Заречное и Торское – увы, под огонь и в зоне подрыва оказывается несколько машин с убегавшими гражданскими и прикрывавшими их русскими солдатами, около десятка погибших. Хохлы, по своей традиции, вывешивают флаги на западном въезде в город, а позже позируют с флагами как в центре Красного Лимана, так и в Ямполе.
Потеря Красного Лимана и этого района имела серьёзный репутационный ущерб: хохлы с уже давно отлаженной медийкой раздули из этого сражения перемогу космических масштабов, ходили рассказы про “котёл, где сварились большие силы русских”, как они пойдут дальше и будет перемога ещё круче; для русских было особенно болезненно то, что днём ранее ДНР, ЛНР, Запорожская и Херсонская области вошли в состав России (пусть договор ещё не был ратифицирован) и это был, получается, первый крупный уже российский город потерянный в боях. Затем абсолютно незаслуженная волна гнева и полива говном обрушилась на генерала Лапина, которому чуть ли не рассыпавшийся уже фронт ЗВО дали в самый тяжёлый период (и крутись как хочешь), он действительно выжал из ситуации всё что мог и дал нам спасительное время на подготовку рубежей обороны в ЛНР. Волну хейта поднял Рамзан Кадыров, абсолютно голословно обвинив в поражении и во всех провалах Лапина, потом к хейту с одобрением подключился и Евгений Пригожин. Лапин тогда не выдержал этого потока помоев в свой адрес и вскоре попросился со своего поста и был снят (на время).
Хотя что бы вы делали в ситуации, когда из всего “парадно-демонстрационного” довоенного ЗВО по итогам боёв за Харьков (дважды просранный штурм, причём абсолютно дебильно) и Харьковской области, где большая часть соединений ЗВО оказались не готовы к боевым действиям. А те что были готовы или уже истощились в тяжёлых боях в окрестностях Долгенького и на подступах к Славянску, или ранее были уже раздёрганы по другим направлениям (особенно в Херсонскую область, где с начала лета шёл практически безостановочный контрнахрюк хохла). 1-я гвардейская танковая армия в 2022-м году себя показала особенно постыдно и позорно, убежав из Изюма побросав все свои рембазы с весьма исправной техникой, склады боеприпасов и ценное оборудование, и даже не попыталась их уничтожить или привести в негодность. Так и свой драп она продолжила после первого же нажима со стороны Яцковки (когда отвалились Лозовая и Рубцы, и 81-я ОАМБр сразу же прорвалась к Карловке и Редкодубу) и обрушила фронт северо-западнее Красного Лимана.
Если бы командование хохла тщательно подумало и посмотрело бы дальше нужды поддерживать перемоги и “парад вывешиваний флагов” в срочном порядке, и не повернуло ударные силы на Красный Лиман – они бы доломали весь фронт наступая на пятки бегущей 1-й танковой армии. Потеря Сватово тогда была бы действительно вопросом времени, и дальнейшие последствия стали бы настоящей страшной катастрофой. Тогда бы все наши достижения в виде почти бескровного захвата почти всего севера ЛНР обнулились бы, хохол бы снова выходил на подступы к Счастью и Луганску (поверьте, у Старобельска его вообще бы нечем и некем останавливать было), Луганск снова бы разделял участь Донецка с постоянными обстрелами, а мы теряли бы всё короткое плечо логистики (все три автодороги с севера на юг: через Сватово и Кременную, через Старобельск и Новоайдар, через Беловодск), хохол получал бы в зону огневого воздействия важную трассу М2, и (особенно оглядывая на нынешнее развитие дронов) М4. А М2 оставалась бы тогда единственной трассой для снабжения Луганска – это здоровенный крюк, да ещё под огневым воздействием. При таком исходе это было бы безусловное стратегическое поражение России с непредсказуемыми последствиями.
Поэтому то, что хохол оказался заложников своих же успехов и медийного сопровождения, которые продиктовали ему примерно такой ход действий, настоящее чудо. Стойкость защитников Красного Лимана привлекла к себе должное внимание и спасла наш фронт на севере от полного обрушения. Более того, удалось, до последнего отбиваясь и не сдавая позиции (даже обстреливаемое и атакуемое с трёх сторон Дробышево на речке Нетриус) без боя, выскочить из наметившегося окружения и испортить хохлу ещё фактическую серьёзную военную победу. Гарнизон Красного Лимана влился в ряды защитников подступов Кременной: бои теперь шли в Серебрянском лесничестве и на спешно возведённой обороне по речке Жеребец. Оперативно переброшенные силы смогли удержать даже деревеньку Червона Диброва посреди Кременских лесов, не позволив ВСУ его занять.
Но обстановка оставалась тяжёлой и критической. Подразделения откровенно потерявшей управление 1-й танковой армии не стали особо сопротивляться и начали отход из Харьковской области, благодаря чему практически без боя ВСУ смогли занять и Боровую, Шейковку, Подлиман, Богуславку и практически все населённые пункты Харьковской области. Под нашим контролем остался натуральный огрызок территории за Осколом северо-восточнее Купянска и Двуречной. Хохол продолжил наступать и смог вклиниться вплоть до Кисловки. Соединённые силы бывшего Славянско-Краматорского гарнизона и войск из “междуречья” продолжили наступление на Кременную. Цель была очевидной – Кременная, затем Рубежное и выход на Северодонецк. Бои шли особо жестокие. На пути хохла кроме частей уже бывшей Народной Милиции ЛНР, БАРСов (13-й и 16-й) встали бойцы 144-й и 3-й мотострелковых дивизий 20-й армии. Хохол смог форсировать мелкий Жеребец и завязал жестокие бои за сёла на его левом берегу – примерно в это же время произошёл расстрел русских сдававшихся в плен солдат в селе Макеевка на речке Жеребец. Село ещё очень долго оспаривалось обеими сторонами, но ВСУ удалось выдавить оттуда русских и начать продвижение на восток.
Но свой шанс хохол уже упустил. По инерции, пользуясь численным и техническим преимуществом на земле и используя опытные подразделения, ВСУ прогрызали себе путь, но их уже встретила яростная оборона. Даже оттолкнув ВС РФ от Жеребца, хохол уткнулся в спешно подготовленные позиции в лесополосах и высотах восточнее. И забуксовал. Не менее тяжёлая обстановка сложилась на остальном фронте севернее – удалось усадить 1-ю танковую армию в спешно подготовленные позиции вдоль трассы Сватово-Кременная, и успели подготовить позиции на высотах западнее Сватово. Если бы хохол прорвался на эти высоты, Сватово - лежащее в низине вместе с ближайшими сёлами - оказалось бы полностью под огнём и удержать его было бы практически невозможно. Но мы удержали высоты. Ситуация была настолько тяжёлой, что в окопы отражать накаты украинских штурмовиков шли повара с водителями, военные полицейские и все, кто был сколько-нибудь боеспособен. Даже из участия в Артёмовской мясорубке пришлось выдернуть отряды ЧВК “Вагнер” (чуть больше тысячи человек) чтобы подкрепить истекающих кровью мотострелков и бойцов ЛНР. Потери были тяжёлые как ранеными, так и убитыми. На всякий случай в тылу оперативно возвозидили резервные рубежи обороны вплоть до реки Айдар - настолько были мрачные опасения, что нас продавят и прорвут здесь. Но мы выстояли. Вплоть до начала нового и пока предвещавшего мрачные перспективы 2023-го года, такие сводные силы удержали фронт и спасли его от обрушения. Более того, то и дело ходили в контратаки и отбивали ранее потерянные важные опорники.
Например, ВСУ яростно, не считаясь с потерями, рвались к шоссе в районе сёл Червонопоповка и Житловое. От села Невское почти до трассы рядом с Червонопоповкой тянется большая балка Журавка. За высоты вокруг самой балки бои шли по-настоящему кровавые. Хохол забирал наши позиции в тяжёлых штурмах, мы контратаковали и забирали снова. Хохол даже шёл по дну самой балки невзирая на огонь с высот – бои за эту балку продлятся полтора года (даже больше). Но даже мобильные группы хохла на багги и квадроциклах так и не смогли прорваться на трассу даже чтобы своё присутствие обозначить. Удалось стабилизировать фронт северо-восточнее Кисловки и не отдать “огрызок” Харьковской области врагу.
И в самом начале 2023-го на фронт начали прибывать первые собранные и наиболее готовые к бою отряды мобилизованных. Благодаря им удалось насытить фронт и снизить общее напряжение. “Тыловиков”, которые наравне с “фронтовиками” два месяца отражали постоянные тяжёлые накаты хохла, наконец-то смогли отправить в ближний тыл свои обязанности выполнять, а истёкшие кровью побитые дивизии и полки смогли отвести на пополнение. Вплоть до середины января каких-то активных наступательных действий ВС РФ не вели, и только в конце января начались первые робкие попытки возвращать утраченное. К примеру, в феврале удалось выкинуть врага из Гряниковки и вскоре вернуть посёлок и ж/д станцию Двуречное (находятся на левом берегу Оскола напротив пгт Двуречная, который оставался за хохлом на правом берегу до конца января 2025-го). С момента отступления русских войск с севера ДНР осенью 2022 года бои вдоль левого берега реки Жеребец не стихали. Неоднократно за два с лишним года ВСУ предпринимали попытки срезать так называемый Торский выступ — участок вдоль левого берега реки неподалёку от населённого пункта Торское, в то время как подразделения группировки войск «Запад» контратаковали. С конца 2024 года ВС РФ возобновили наступление на этом участке.
Участок этот почти два года был второстепенным направлением, где русские вынуждены были вести активную оборону. ВСУ ещё по инерции пытались что-то изобразить в течении всего 2023-го безостановочно атакуя север ЛНР и позволяя сохранять контроль благодаря огромному насыщению пехоты – “бусификация” и постоянное пополнение “мясом” давали свои плоды в виде возможности ротировать побитые штурмовые группы и обороняющих опорники с сёлами. Но со временем это направление для ВСУ также стало второстепенным и они отсюда с каждым разом выдёргивали те или иные бригады, постепенно делая свой фронт более хилым. Это привело уже к тому, что в 2024-м фронт здесь стал куда более ненадёжным и хрупким, и мы начали наступать. Постепенно, проводя локальные атаки, шаг за шагом, делая большие паузы, но наступали...
Говорят, что чудес не бывает. Так вот это неправда, они бывают. Удачное стечение обстоятельств, отчаянная оборона, причём которая изначально не планировалась и когда хаос отступления всё ещё был силён, алчный до медийности и с помрачённым от побед умом противник. Все эти обстоятельства совпали так удачно, словно сам Господь-Бог и Леди Фортуна решили дать спасительный шанс для русской армии и она умудрилась им воспользоваться. Основные ударные группировки хохла почти месяц бились за Красный Лиман с окрестностями неся серьёзные потери, но самое драгоценное что упустил противник – это время.
В английском языке есть такой термин “momentum” – сочетает в себе понимание слов “импульс” и “темп”, в военном деле это локальная инициатива которая позволяет навязать противнику свои правила игры и даёт “окно возможностей” на любые действия, пока противник не оклемался и не подогнал свои силы для купирования вашей атаки. Если вы развиваете атаку в прорыв, “моментум” длится дольше, и вы его можете масштабировать - развить до развала фронта и каскадного обрушения рубежей противника. Хохол реализовал этот прорыв в Харьковской области и обрушил нам фронт вплоть до Оскола. Практически не сбавляя темпа – всё таки нужно было время для занятия территории и подтягивания логистики на отбитое междуречье - он постарался реализовать этот “моментум” уже за Осколом и у него были все возможности. Старт был действительно мощный. Но всего один просчёт – и “моментум” был безнадёжно упущен. Время ускользнуло, русские смогли создать хоть какую-то линию фронта с более стабильной обороной и остановили хохла. Ради этого без боя бросили обширный кусок территории от Боровой до Кузёмовки на северо-востоке, и до Райгородки на юго-востоке. Но оно того потребовало. Сейчас мы возвращаемся. Да, тяжело, медленно, истекая кровь и с потерями. Но идём. И уже в 2025-м даже на этом довольно второстепенном участке фронта хохол нас остановить не может. В этой борьбе на истощение мы взяли вверх.
Повторюсь, если бы не Красный Лиман и его героическая оборона – последствия могли бы быть фатальными для огромного участка фронта и для “старой границы”. Но выигранное время дало возможность хоть как-то подготовить фронт и удержать его, не допустив прорыва хохла вглубь ЛНР. А набиравшая обороты Артёмовская мясорубка вскоре переключила на себя почти всё внимание ВСУ, где хохла снова подвела любовь к медийности, символизму и победной пропаганде. Если решение брать Красный Лиман в окружение и “сворачивание” вектора удара привели к потере возможности сломать оставшийся северный фронт ВС РФ и реально поставить русских в критическое положение, то “фортэця Бахмут” и сокрушительное поражение в боях за город стали предвестником конца. Точку же в попытках НАТО с Украиной победить нас на поле боя поставил пресловутый контрнахрюк в Запорожской области и юго-западе ДНР летом 2023-го. Контрнахрюк стал началом конца и передал инициативу русским.
Вечная Слава героям Русской Армии – будь они из БАРСов, из Народной Милиции ЛНР, из 20-й армии – спасшим весь фронт на севере. Вечная Память героям павшим в обороне против матёрого, опытного, мотивированного и превосходящего противника, и тем, кто пал в бою освобождая потерянные земли.