Холодный март на Правобережье. by Tinniel & vladimir
Изначально статья задумывалась как история локального сражения развернувшегося в начале марта за три важных предместья Киева - города Буча, Ирпень и Гостомель. Однако по итогу исследования и сбора материалов, общения с некоторыми очевидцами и участниками, а также наблюдателей и архивных записей ТГ-каналов, мне стало ясно насколько велика эта тема. Потому как было в статье про бои в Николаевской области и на Правобережье в низине Днепра, охватившей очень большой и протяжённый участок фронта февраля-марта 2022-го года, так и здесь я, на основе всей известной и доступной на данный момент информации, поведаю о боевых действия развернувшихся на правом берегу Киевской области. Разберём как громкие успехи Русской Армии, так и итоговую причину неудачи на Киевском направлении, приведшей к отводу войск в самом конце марта.
Успешное взятие под контроль аэродрома “Антонов” и прилегающих окрестностей – сёла Блиставица, Озёра, Синяк, Раковка и Гавриловка – обеспечили более-менее надёжное снабжение десантников 31-й бригады ВДВ и 45-й бригады СпН ВДВ, а также подошедших к ним товарищей из 76-й гвардейской ДШД и 155-й бригады морской пехоты ВМФ РФ. Вообще сам путь был не самый лёгкий, и пробивавшимся на помощь к окружённому десанту предстояло с боями пройти большой отрезок пути: постоянно встречая засады и рассеянные, но оказывающие сопротивление, группы ВСУ и ТрО. На всём пути этих локальных боестолкновений осталась подбитая и сгоревшая техника обеих сторон – автору (”Тинниэль”) довелось воочию лично видеть эту технику во время бегства в Белоруссию.
У крупного села Катюжанка колонны разделились: одна часть пошла в сторону Дымера, другая часть в строну Здвижевки. В районе Дымера ВСУ организовали временную оборону, но были сбиты с позиций наступающими силами нескольких БТГр и отошли к Демидову, после чего перешли на западный берег реки Ирпень подорвали дамбу у Козаровичей. Хлынувшая вода Киевского водохранилища затопила прилегающие районы, создав огромное препятствие в переходе через реку Ирпень в данном районе. Дальше продвигаться в направлении Вышгорода стало невозможно и колонна “растеклась” по цепи сёл на левом берегу Ирпеня – от Демидова до Гостомеля.
Вторая часть после Катюжанки повернула на юг и по лесному шоссе вышла к крупному селу Здвижевка, откуда по “Старой Варшавке” (Бородянское шоссе) двинулась к аэродрому “Антонов” с запада. Автор-любитель под ником “Vladimir” на отечественном ресурсе LostArmour провёл несколько хороших исследований раньше меня и составил очень хороший разбор некоторых событий в Киевской области, но некоторые ошибки он допустил. К примеру, он указывает что именно части БТГров шедших со стороны Здвижевки были первыми, кто деблокировал окружённый сводными частями ВСУ и НГУ десант на аэродроме. Это не совсем так – первыми как раз были подразделения ВС РФ выдвинувшиеся на Дымер, но после его успешного взятия ранним утром 25 февраля повернувшие сразу же на юг (по улице Гоголя и по автодороге на Литвиновку), где достигли Гавриловки, Синяка и Вороньковки, прошли через Озёра достигнув аэродрома с севера. А вот группы русских со стороны Здвижевки – куда большей численностью – прибыли к аэродрому утром вторыми.
Близлежащие окрестности аэродрома оказались быстро очищены. Проблемы доставляли разве что разбежавшие укровояки, мимикрировавшие под местных жителей и укрываемые последними – одна такая заблудившаяся группа НГУшников “местной” 4-й бригады НГУ была разбита русскими на “Старой Варшавке” возле ВПП аэродрома “Антонов”, потеряла, как минимум, один БТР-3Е в селе Озёра и разбежалась по полям, посадкам и по хатам. Многих НГУшников укрывали местные жители – кого в последовавшей 26-го февраля зачистке не поймали, тех местные жители укрывали и позже помогали окольными тропами выбираться к условной линии фронта (в сторону пгт Гостомель, Ворзеля и Бучи). Об этом даже репортаж “Радио Сволота” сделала, аж на полтора, мать его, часа...
Войска постепенно подтягивались со стороны ЧЗО и Иванкова... и тут вылезла первая проблема русских со связью. В сводных колоннах БТГров двигались как армейские части, так и подразделения внутренних войск (Росгвардия, куда входили как ОМОН, так и более обученный и боеготовый СОБР). И несмотря на совместное взаимодействие в условиях реальных боевых действий, два ведомства толком не смогли наладить взаимодействие друг с другом(!). В результате чего одна колонна Росгвардии умудрилась проехать мимо аэродрома “Антонов” через весь Гостомель и выехала на дорожную развилку Буча-Ирпень-Гостомель. Часть бойцов и бронетехники заняли позиции у перекрёстка и на территории комплекса таунхаусов “Чешский дворик” и магазина “Фора”. При всём этом на улицах даже гуляли отдельные местные жители и сохранялся траффик автомашин – одни люди пытались с области заехать в Киев, а другие наоборот.
Затем, явно не подозревая подвоха, часть техники Росгвардии выехала на мост через реку Ирпень (район села Мостище). И там “вованы” попали под огонь сначала укровских гранатомётчиков, а потом под плотный огонь артиллерии и танков с правого берега. В колонне из бронетехники было лишь два БТР-80, остальные машины это небронированные КамАЗы с КУНГами да один легкобронированный “Патриот”. Оказавшиеся на мосту оказались разбиты в хлам и понесли тяжелейшие потери – отступить назад к “Чешскому дворику” удалось немногим. В это же время пехота ВСУ попыталась атаковать закрепившихся “вованов” с юга (со стороны северных окраин Ирпеня), завязался стрелковый бой. И там под раздачу попали “летавшие” туда сюда гражданские машины. Кто-то “умный” решил не останавливаться и проскочить опасный участок не реагируя на сигналы росгвардейцев об остановке. В результате чего с десяток машин были расстреляны. Кое-как отбив накат хохла и подобрав раненых, “вованы” откатились обратно к аэродрому “Антонов”.
В той разбитой колонне укры нашли пресловутые тогда противоударные щиты, дубинки и экипировку для разгона митингов. Что вызвало у чубатой стороны поводы поржать, а с нашей – сокрушаться.
Что, увы, добавляет “запись” в пользу того, что российское руководство ошибочно рассматривало СВО как “кратковременную полицейскую операцию”, где после разгрома отдельных фанатичных подразделений ВСУ останется лишь митинги и протесты недовольных цивилов разгонять.
Из воспоминаний служащего товарища:
“... В итоге ещё через неделю торчания там сказали, что будем заходить [на Украину]. Офицеры склеивали карты. Я тогда спросил одного, что вообще планируется и как...
Рассказывает “Дивизия должна пройти около 300 км. Вроде, зайти по дорогам до западных окраин Киева, развернуться и не пускать к столице украинские войска, если таковые будут. Под Киевом должны приземлиться войска, в том числе наш самоходный дивизион [который уже почти неделю жил на аэродроме в ППД (98-й гвардейской ВДД)]. В городе Росгвардия и ОМОН будут разгонять возможные протесты.”
Я глянул на карту и спросил: “Тут же минимум мостов 5. А если взорвут?”
“Значит вся дивизия развернётся и поедет по другому пути”
Я конечно удивился, но да ладно...”
В это время в Киевской области ВСУ начали массово подрывать мосты. Одним из первых, как было сказано, был взорван мост у Демидова и дамба у Козаровичей. Затем был взорван мост на Житомирской трассе у села Романовка, который позже станет очень известен на весь мир. И спустя какое-то время (днём, примерно) был частично взорван мост у Мостища с оставшимися на нём остовами расстрелянной колонны Росгвардии.
У русских же сил ещё не хватало для полноценных действий по контролю территорий. В течении всего оставшегося дня 25-го и в течении 26-го февраля на аэродром “Антонов” стекались силы ВС РФ и Росгвардии. По окрестностям “работали” разведчики и силы спецназа – противодействовали укровским “коллегам по делу”. В тылу проходила пусть и беспорядочная, но зачистка “потеряшек” и пытавшихся “мимикрировать” под местных. К 27 февраля была сформирована ударная группировка из подразделений разных БТГр ВДВ – по сведениям vladimir’а эта сводная группа имела костяк в виде 104-го гвардейского десантно-штурмового полка (Гв ДШП) – у села Здвижевка, и утром она выдвинулась через Блиставицу в Бучу. С задачей пройти город и зайти в соседний Ирпень.
ПЕРВЫЙ ШТУРМ БУЧИ И ИРПЕНЯ
27-го февраля российские БТГры активно начали продвигаться на юг через основные населённые пункты с целью отрезать Киев от прямой связи с западной частью Украины. Буча и Бородянка были весьма ценны своим расположением на двух автодорогах - “Старой Варшавке” (известная ныне как Бородянское шоссе) и “Новая Варшавка” (трасса М-07, она же “Киев-Ягодин”). Бородянка и Буча как раз стояли на трассе и были важны для контроля и удержания автодороги. Только атаки проходили... скажем так, разочарующе.
В Бучу колонна 104-го Гв ДПШ вошла с севера по улице Вокзальной, прошла мимо церкви Иконы Божьей Матери.
Проезжая мимо ТЦ “NOVUS” на пересечении с Новым шоссе колонна попала на кадры местных жителей снимавших продвижение колонны со своих балконов и окон. После продолжила движение до вокзала, пересекла ж/д переезд и двинулась по Вокзальной и параллельным улицам на Ирпень, где по пути тоже попала в объектив местных жителей.
Колонна вытянулась на улице, пехота спешилась и продвигалась рядом с “бронёй”, постоянно попадая в засады местной теробороны и всушников, но отбиваясь и продолжая движение. И далее начинается череда трагических событий. “Голова” колонны пересекла мост через речку Буча и подошла уже к ирпенскому ТЦ “Жираф”, где вступила в бой с засевшими украми. По нашим бойцам из ближайших жилых домов и панелек (вдоль улицы Соборная и улицы Мирная) открыли огонь из РПГ и ПТУРов. Позже на подмогу украм подошёл танк который начал работать по зданию ТЦ и вскоре там начался пожар. Основная же колонна попала под фланговую атаку и артиллерийский обстрел - потери были очень серьёзные. Кадры сгоревшей, разорванной детонацией боекомплекта или брошенной бронетехники скопившейся на улице Вокзальной вскоре стали печально известны в интернете.
Уцелевшие десантники 104-го ГвДШП по мосту спешно отступили из простреливаемой развилки у ТЦ “Жираф” и ТЦ “NOVUS” (на бучанской стороне реки) и сначала собирались группами во дворах вдоль улицы Вокзальной, затем соединились с “хвостом” колонны, которая не пострадала, и отошли ближе к центру города. Сил 104-го ГвДШП не хватало на установление контроля хотя бы над Бучей - за ними ещё оказывался пгт Гостомель (очень вытянутый городок), они держали силы напротив Ворзеля, плюсом “тыловики” располагались на аэродроме “Антонов”. В южную и юго-западную часть всушники и “фольксштурм” захаживали как к себе домой, но как-то иначе оспорить контроль города не могли.
Оставшийся день 27-го февраля и 28-го февраля стороны обменивались ударами артиллерии и ПТУРов из города в город, укры подорвали (частично) мост у уже сгоревшего ТЦ “Жираф”. Русские, по-возможности, накапливали силы, но численно они уступали противнику. На момент 28-го февраля в Ирпене напротив неполных подразделений 104-го ГвДШП стояли хохлы численностью более батальона в виде “сборной-солянки”: боевики 241-й, 114-й бригад ТрО, ТрО “Азов*” (киевский), всяческие добровольческие отряды (заявлено участие натовских наёмников, “белорусских” змагаров и грузин из “Грузинского Легиона*”). Педивикия отрицает у них наличие тяжёлого вооружения – что не помешало украм в бою 27 февраля потерять у ТЦ “Жираф” сначала РХМ-4, а вскоре и танк на улице Соборной – но признаёт наличие у них артиллерийской поддержки (артиллерия 72-й ОМБр из района Горенка–Пуща-Водица). Помимо этого укры могли быстро перебросить к бригадам ТрО в Ирпень подкрепления из района Романовки, Пуща-Водицы и Коцюбинского.
Для русских сложилась не самая удобная ситуация – наступать дальше никак не получалось, людей и ресурсов с трудом хватало на контроль хотя бы двух городов. Ещё и “сквозящая” ЛБС с шастающими отрядами ТрО и наводчиками-“стукачами” из числа местного населения.
ЗА ПРЕДЕЛАМИ БУЧИ
Отойдём сначала недалеко на северо-восток. Поскольку крупный автомобильный мост на Житомирской трассе у села Романовка уже был подорван (целиком и полностью) ещё ранним утром 25-го февраля, а чуть позже подорвали и мост у Мостища в Гостомеле (после разгрома части колонны Росгвардии на нём), русские искали ещё какую-то возможность перейти реку Ирпень и продвинуться на правый берег. Им удалось найти небольшой мост рядом с селением Мощун. Командование решает попытаться продвинуться на этом направлении и в пгт Гостомель выдвигается часть сил БТГр 234-го ГвДШП. Десантники остановились недалеко от моста в северной части Гостомеля и благоразумно выделили небольшой разведывательный отряд. Отряд пересёк мост и разделился на две группы – одна пошла непосредственно в сам Мощун, а вторая двинулась на север к дачному кооперативу. В Мощуне на тот момент расположилась 5-я рота 72-й ОМБр и несколько десятков бойцов разномастного “фольксштурма” и несколько бойцов ГУР*, из бронетехники у них было 4 БМП. Первой в огневой контакт вступила группа десантников вышедшая к дачному кооперативу, а позже в бой вступила и первая группа. На помощь украм срочно стягивались близлежащие подразделения, и десантники, не имея численного преимущества, отошли обратно в Гостомель. По выявленным разведкой боем позициям и расположениям укров нанесли удары КА-52 с аэродрома “Антонов”.
На самом аэродроме вертолёты пробыли недолго: 27-го февраля по “Антонову” был нанесён хаотичный артиллерийский удар по скопившимся там силам и технике десантников, морпехов и Росгвардии, сгорел АН-225 “Мрия” в своём ангаре-навесе. Вертолёты с того момента взлетали с полевых площадок чуть дальше от ЛБС.
Западнее Бучи, уже в непосредственной близости от важной Житомирской трассы, крупная БТГр ВС РФ прошла через Бородянку на юг и вышла к городку Макаров, пройдя и его насквозь, и у сёл Фасовочка и Калиновка вышла на Житомирскую трассу.
По сливам местных стукачей, русские смогли маршем провести к Житомирской трассе 15 танков, больше 25 БТРов и более десятка грузовиков с пехотой. По сведениям наших западных оппонентов — здесь начала вести боевые действия 37-я отдельная гвардейская мотострелковая бригада. Хохлы быстро осознали риск положения и необходимость купировать “дырявый” фронт и на следующий день начали активно контратаковать Макаров. За город развернулись бои, затем заполыхали бои за Житомирскую трассу: ВС РФ у Калиновки потеряли один танк Т-72Б уничтоженным, но смогли спалить украм БМП-2, “Хамви”, а прорвавшиеся на запад по шоссе заслонные группы в боях за села Заваловка и Ситняки уничтожили отряд “фольксштурма” и пару поддерживавших их 9П148 (БРДМ-птуровозка).
Хохлы активно контратаковали Макаров и в течении всего марта здесь будут идти ожесточённые бои, а центральная часть города будет по нескольку раз переходить из рук в руки.
Пока ВС РФ смогли застолбить контроль над участком Житомирской трассы, и в течении 28-го февраля занять крупные сёла Копылев и Мотыжин, в Бородянке мы наблюдали “прелести серой зоны”. Русские Бородянку под контроль... не стали брать, а лишь проходили транзитом. Колонны двигались как на юг — в направлении Макарова, так и на восток — в направлении Ворзеля и Бучи. 27-го числа уже ездили “тыловики” – артиллеристы самоходной, реактивной и буксируемой артиллерии, колонны снабженцев.
28-го февраля в Бородянку смогли просочиться отряды ТрО, коих организовал местный мэр и полицаи, и им пришла в голову “отличная” идея напасть на какую-то колонну русских. Их жертвами стали снабженцы: сначала под удар попала колонна грузовиков (обычных, не бронированных и без тяжёлого вооружения) которая оказалась разгромлена. “Фольксштурм” в качестве опорных пунктов использовал девятиэтажки вдоль улицы Центральная и горотдел полиции. И когда вскоре в Бородянку стали подтягиваться русские мотострелки и танки (естественно, начавшие работать по зданиям), хохлы вызвали артиллерийский удар по городу. Артудар наносился примерно со стороны Коцюбинского и оказался таким же косым как укровские наводчики – под удар попали как сами панельки, так и прилегающие к ним частные дома. От возникших в панельках пожаров начал детонировать ранее припрятанный “фольксштурмом” боезапас и от последовавших вторичных детонацией две панельки сложились. Похоронив в подвалах под завалами своих обитателей, которых трошники ранее убедили спуститься “ради их же безопасности”.
На сутки русские оставили Бородянку, и там начался сущий хаос: теробороновцы бегали и промышляли грабежом, им конкуренцию составили мародёры из местных жителей, по мародёрам стреляли трошники. И на спасение заживо погребённых местных жителей забили не просто хер, а здоровенный такой херище. Раскапывать обрушившиеся панельки без спецтехники было тупо невозможно. К тому же 1 марта у нас по Киевской области выпал снег и температура ощутимо упала. К моменту когда русские восстановили контроль над городом, шансов у заживо похороненных уже не осталось.
Буквально тогда же 28-го февраля теробороновцы нашли брошенный русский БМ-21 “Град”, и не придумали ничего лучше чем сжечь его бутылками с бензином. От пожара сдетонировал полный “пакет” ракет и вместе с детонацией, раздолбавшей всё что можно и нельзя, ракеты полетели куда попало. Потом это хохлы и википидоры выдали за “умышленный артиллерийский удар русских оккупантов” и “авиаудары” по “жилым многоэтажным домам и в районе “Круга”” (те самые, которые похоронили под собой мирняк, и по которым прилетели ракеты взорвавшегося “Града”) ни сколько не смущаясь строке ранее “когда Бородянка фактически находилась под российским контролем”. Ну вы знаете, тупые злые русские просто так авиацией бомбят уже почти тыловой город, по которому активно ездят свои же колонны, потому что надо позлодействовать. Даже не пытайтесь искать тут логику.
МАНЁВРЫ В СНЕГУ
Российское командование поняло неудачу с попыткой занятия большого числа населённых пунктов и попыткой прорваться к окраинам Киева малыми силами. Попытки прорывов оказались купированы, а все оставшиеся в зоне досягаемости автомобильные мосты были подорваны в течении 25-28 февраля. Однако даже таких “заскоков” хватило чтобы посеять у укров истерику и шпиономанию. Началось всё со вброшенного Игорем “Берегом” Мангушевым “псиопа” со светящимися метками для якобы сброса русских десантников с парашютами над Киевом. А когда пошли колонны и кадры с ними, то уже укровская медийка “накрутила” сама себя же на “русских диверсантов, переодевшихся в украинскую униформу и передвигающихся на украинской технике”.
В Киеве и области началась “охота на диверсантов” которая привела к нескольким расстрелянным колоннам всушников же, расстрелу гантрака со своими же (добивали “диверсантов” в упор невзирая на мольбы о пощаде на мове).
А уж под сотню пристреленных или раненых мирных жителей и говорить не приходится.
Поскольку на укровскую разведку активно работали все западные спецслужбы и вся натовская спутниковая группировка, то 28 февраля для себя они сделали неожиданное открытие – очень протяжённая колонна техники русских, которая формироваться начала ещё 25-го числа. Первоначальная протяженность колонны составила 15,5 км, она шла через село Белая Сорока, ее путь пролегал по маршруту Чернобыль - Дитятки – Иванков - Феневичи - Новое Залесье.
Здесь колонна разделилась: одна часть пошла в район село Здвижевка – аэродром Гостомель, другая – по маршруту Бородянка – Макаров. К вечеру 28 февраля колонна увеличилась за счет прибытия новых частей: это были 4 БТГр (40 танков, 160 БМП/БМД). Протяженность колонны составляла к этому времени около 24 км. 1 марта к колонне примкнули еще 6 БТГр (60 танков, 240 БМП/БМД), растянувшиеся на 64 км, это и была знаменитая многокилометровая колонна, которая попала на спутниковые снимки SENTINEL. С прибытием новых частей из 35 и 36 Общевойсковых Армий на Киевском направлении действовало в сумме 19 БТГр насчитывающих около 20 тысяч бойцов.
Командование группировки войск “V” к 3 марта решает провести масштабное наступление силами 35-й и 36-й Армий в районах Бородянка-Макаров, вдоль трассы Житомир — Киев и вдоль течения реки Ирпень. Для проведения операции были привлечены мотострелковые, танковые и десантные БТГр, которые должны быть поддержаны авиацией и вертолетами с территории Белоруссии. В районе трассы Житомир – Киев действовали мотострелковые БТГр, а вдоль реки Ирпень – десантные БТГр. Наступательные действия российской группировки “V” были объединены единой целью – выйти к западным и северо-западным окраинам Киева.
Российской группировке под Киевом противостояли сводные силы, состоящие из разнообразных частей и соединений ВСУ. Вдоль реки Ирпень занимала оборону группировка войск ВСУ в составе: 72 ОМБр, 241, 112 и 114 бригады ТрО, ТрО “Азов*”, части 1, 4, 27, 25 бригад НГУ, ряд стрелковых батальонов из военных институтов ЖВИ, ВИТИ, ВИКНУ, 184 УЦ. К этим подразделениям для их усиления придавались разнообразные спецподразделения такие как: 3 ОПсН, ооСпН “Омега” и другие части ССО, также действовали отдельные подразделения из 80, 79, 95 ОДШБр и батальон “OPFOR”.
Кроме частей ВСУ и НГУ, на этом направлении действовали многочисленные добровольческие соединения, состоящие из бывших военнослужащих ВСУ, граждан СНГ и Европы. Также усиление войск ВСУ осуществлялось за счет добровольцев из местных жителей. Проведенная мобилизация в пригородах Киева и в других областях Украины смогла значительно усилить местные отряды самообороны и действующие части ВСУ. По словам одного из офицеров ВСУ “весь проспект был заполнен добровольцами, там было около 30 тысяч человек". Параллельно в других местах Киева также проходил набор добровольцев, которые пополняли бригады ТрО, и это было до раздачи оружия людям на улицах Киева. Помимо бригад ТрО пополнялись и другие подразделения ВСУ, которые по мере комплектования перебрасывались в Киевскую область с запада и центра страны.
Местные жители были намеренно оставлены. В случае больших прорывов фронта людей использовали как живой щит и как средство наблюдения за российскими войсками, а также как сеть заблаговременно завербованных информаторов. Информаторы и просто “ждуны” вели сбор информации о размещении российских войск в населенных пунктах, а их дома и квартиры использовались как места хранения оружия и личного состава как диверсионных отрядов ВСУ, так и в качестве прибежища для окруженцев.
Как ранее мы рассмотрели, в Ирпене оборона строилась на подвижных отрядах ТрО, не имевших проблем с личным составом и его пополнением, и координировалась с регулярными частями ВСУ. “По классике жанра” огневые точки, позиции снайперов, ПТУРщиков и наводчиков размещались на крышах и верхних этажах жилых многоэтажных домов, а во дворах многоэтажных ЖК и просто среди густой частной застройки укрывалась бронетехника – в случае чего она должна была помочь “фольксштурму” купировать возможный прорыв русских и латать бреши в обороне. В случае же более глубокого прорыва русских были подготовлены мобильные группы с РПГ, которые должны были постоянно передвигаться в жилой застройке и устраивать засады русским (как было в Буче утром 27 февраля и на развилке у Гостомеля утром 25 февраля). В случае чего, на помощь хохлам готова была прийти авиация, хоть из-за насыщенности ВС РФ серьёзными средствами ПВО “Повiтрянi Сили” боялись подлетать слишком близко к фронту, “лупить с кабрирования” на малых высотах им никто не мешал.
К 1-2 марта, когда выпал снег и накал боевых действий много где подзатих, в поддержку 104-му и 234-му ГвДШП прибыли БТГр свежих и готовых к бою основных сил 76-й ДШД, воссединившейся с десантом 24-го февраля 31-й ОГДШБр, 173-й ОРБ (разведбат) и 137-й ГвПДП из 106-й ГвВДД. Российское командование решило пойти на необычный шаг: оставить Бучу и Гостомель, откатившись ближе к аэродрому “Антонов”, и таким образом выманить основные силы украинцев из насиженных позиций в Ирпене, а затем фланговыми ударами двух БТГр отрезать “головняк” врага, разбить его и следом зайти в Ирпень с севера и с запада.
ВТОРОЙ ШТУРМ БУЧИ И ИРПЕНЯ. ЗАХОД.
Началось всё в холодные дни 1-2 марта. К этому моменту внезапно начал падать снег и погода ухудшилась, однако днём небо позволяло активно работать авиацией. Группировка ВКС РФ работала с территории Белоруссии, в основном с аэродромов Барановичей, Лиды и Лунинеца. Вылетали 5 штурмовиков СУ-25 “Грач” и 4 истребителя-бомбардировщика СУ-34. Последние направились в сторону Черниговской области, а цели “Грачей” находились в Киевской области. С Барановичей штурмовики прикрывали пять СУ-35 при координации самолётов А-50 и ИЛ-22. Войдя в воздушное пространство Киевской области, самолеты СУ-25 ночью 2 марта нанесли бомбовый удар по опорному пункту ВСУ на северной окраине Ирпеня. При отходе по самолетам был произведен пуск из ПЗРК, который повредил один из СУ-25. После Ирпеня, СУ-25 должны были нанести удар по опорному пункту ВСУ в районе Мотыжина. На перехват вылетели два МиГ-29 из 40 БрТА ВВСУ, которые попали под ракеты группы прикрытия. Один МиГ-29 был сбит, пилот Александр Бринжала погиб, другому пилоту МиГа удалось скрыться. Во время отхода от Ирпеня подбитый СУ-25 ВКС РФ разбился, а пилот Иван Редкокашин катапультировался, спускаясь на парашюте, он попал под огонь стрелкового оружия, после чего в ближайшей лесополосе Иван смог обработать раны и пешком пробраться на территорию, подконтрольную своим войскам.
Примечательно, что “Грач” разбился недалеко от Бородянки – как мы помним, стараниями местной теробороны и косой стрельбы укровских артиллеристов, там уже было разрушено несколько панелек на главной улице Центральной, похоронившей заживо в подвалах местных жителей – и позже сторона оппонентов и педивикия привязали упавший “Грач” как “СУ-34 бомбивший мирные дома в Бородянке”. Думаю, комментарии тут излишни.
После событий в воздухе начали разворачиваться события на земле. Потрёпанные подразделения 104-го ГвДШП начали организованно отступать из Бучи и Гостомеля к аэродрому “Антонов”. Утром 2-го марта наблюдатели ВСУ и из числа местных “ждунов” обнаружили отход русских войск из двух городов и решили взять их под свой контроль. Для этого сформировали несколько штурмовых рот которые неспешно зашли в Бучу и Ирпень. Вслед за всушниками зашли и “журналисты”, как раз начавшие снимать последствия боёв 27-го февраля, разбитую и брошенную русскую бронетехнику на улице Вокзальной и “некрофотосессиями”. В медиа хохла это всё подавалось как успешное контрнаступление и перехват инициативы. Однако, пока всушники втягивались в Бучу и Гостомель и старались дойти побыстрее до северных окраин населённых пунктов, в дело вступила БТГр 234-го ГвДШП выдвинувшегося через село Блиставица в направлении села Немишаево. Одновременно следом начали выдвигаться БТГр 137-го ГвПДП совместно с 173-м отдельным разведбатом, тоже в направлении Немишаево.
Чуть ранее, поздним вечером 1-го марта, десантники разведали и проложили безопасный маршрут от аэродрома “Антонов” вглубь населённого пункта Гостомель, и утром 2-го марта БТГр 2-го батальона 31-й ОГДШБр ВДВ вышла с аэродрома на пгт. Им сопутствовала предрассветная дымка (эта БТГр вышла раньше чем “коллеги” из 234-го и 137-го ПДП) и шедший снег, из-за чего укры с помощью БПЛА хоть и смогли заметить выдвижение, но не определили направление и конечный маршрут колонны, на время “упустив её”. Техника и пехота соединилась с разведчиками на северо-западной окраине Гостомеля и заняли предварительный рубеж в густом лесном массиве.
В полдень 2-го марта, пока по Буче гуляли отдельные “журналисты” а всушники углублялись дальше в оставленные улицы города, передовые отряды 234-го ГвДШП прошли Блиставицу, свернули в поля и вышли к мосту через речку Рокач на окраине села Мироцкое где наткнулись на блокпост ВСУ. Завязался бой. Хоть блокпост удалось разбить, командование полка решило не ввязываться в возможный затяжной бой а пойти вправо в поисках обходного пути. Пройдя вдоль речки Рокач и лесного массива колонна вышла к дамбе где даже вражеских дозоров не было. Дамбу прошли, бронетехника с десантниками начала втягиваться в довольно крупное село Микуличи и к 15:00 вышла на улицы Немишаево и Бучанское шоссе. Продвижение нашей колонны к ж/д путям и за них фиксировалось местными жителями и разведкой хохла.
Укры занимали Бучу двигаясь по улице Вокзальной в составе нескольких сводных рот при поддержке танка и различной бронированной и автомобильной технике. У злополучного моста возле сгоревшего ТЦ “Жираф” на въезде в Ирпень осталась дежурить одна рота “На всякий случай”. Получив данные разведки о продвижении русских в Немишаево, укры отправили в сторону Ворзеля роту при поддержке танка и нескольких единиц другой бронетехники. Она должна была занять важный перекрёсток Немишаево-Буча-Ирпень и не допустить прорыва русских. С фланга их поддерживала ещё одна сводная рота ВСУ ставшая на западном въезде в Ирпень.
Обнаружив и оставленный полностью (как казалось украм) Гостомель, прибывшие силы из Горенки в виде двух сводных рот при поддержке танка начали углубляться в пгт двигаясь по улице Свято-Покровской. Они достигли перекрёстка и сквера возле стеклозавода “Ветропак” и там стали закрепляться. Здесь силы хохла оказались представлены одним танком Т-64Б-1 и сводными силами местной и ирпенской теробороны и солдат ГУР* – возводить укрепления и баррикады им помогали очень патриотичные работники стеклозавода, пустившие в ход большие запасы паллет. На окраине Ворзеля у того самого важного перекрёстка начали закрепляться сводные силы теробороны “Азова*”, солдат 80-й ОДШБр и ГУР* при поддержке ещё одного танка и какой-то иной техникой.
После трёх часов дня подразделения 234-го ГвДШП закрепились в Немишаево, обустроив там временный рубеж обороны и ПВД, а после четырёх часов разведывательный отряд десантников прошёл станции Кичеево и Рубежовка, углубился в Ворзель обнаружив как отсутствие противника на северной, западной и южной окраинах, так и наличие опорного пункта на перекрёстке ближе к Буче. С наступлением темноты стороны остановились и работали разведчики. В ближнем же тылу русских продолжалось накапливание и перемещение подходящих подкреплений – автор лично слышал с наступлением темноты активное передвижение колонн по улицам села Озёра и даже видел силуэты танков, САУ и БМД у себя за окном. Тяжёлую бронетехнику русские старались перемещать под покровом ночи.
Утро третьего марта началось с переможных реляций и рассказов о стабилизации обстановки на фронте. Буча была почти вся взята под контроль ВСУ, проходила зачистка, и под радостные посты мэра Анатолия Федорука над городской администрацией даже подняли державний прапор. Устами “журналистов” Федорук заявил о полном освобождении Бучи, продолжающемся наступлении и скорой полной зачистке окрестностей с возвращением мирной жизни.
Конечно, жителям Бучи и Ирпеня была предложена эвакуация, но она не была обязательной и носила рекомендательный характер. Местных убеждали, что всё в порядке, в Буче под камеры “журналистов” начали даже подавать свет в ранее обесточенные районы и даже запустили “социальные пекарни”. Возжелавший уехать подальше в тыл мирняк начал выдвигаться в Ирпень по единственному ещё целому мосту через реку Буча и ехать на юг: ближайшие мосты были подорваны, через мост у Романовки (с прославившимся опрокинутым на крышу фургоном) имелись переправы по воде и обломкам моста но пропускная способность там была минимальная. Относительно целым оставался мост дальше на юг у Стоянки – оттуда мирные жители ехали либо в сторону Белой Церкви, либо в сторону Житомира по Житомирской трассе... но там их ожидал сюрприз в виде оседлавших трассе подле Макарова русских войск и линии фронта. И русские там тоже готовились наступать.
Одновременно с этим хохлы продолжали гадать о дальнейших действиях русских и мимо их “глаз” прошли три БТГр 331-го ПДП, прошедшие через село Озёра и обустроивших ПВД в глиняном карьере завода “СБК” и посадках севернее у фермы Ивановка, и артиллерия 98-й Гв ВДД (где до сих пор служит мой товарищ – 3-го марта он с артиллерией прибыл в моё село) расположившееся в Озёрах.
А затем хохлы неожиданно для себя обнаруживают наступление русских на их фланги. Практически одновременно выдвигаются десантники в Ворзеле – БТГр 234-го ГвДШП соединяется с разведчиками в центре н.п. и за ними начинают “втягиваться” остальные силы идущие на восток по шоссе – и десантники в Гостомеле – БТГр выдвигается с ПВД в лесу и устремляется по улице Свято-Покровской на юг.
На восточной окраине Ворзеля укры с помощью БПЛА обнаруживают выдвижение колонны русских в 800 метрах от себя, но пока они наводили на неё артиилерию, неожиданно они обнаружили ещё две колонны по флангам – это была основная часть сил БТГр 234-го ГвДШП. Русские разведчики заранее выявили систему обороны укров и верно определили их намерения – хохол рассчитывал встречать нас “в лоб” по Варшавской трассе – в итоге основные силы десантников прошли по окраинным улицам вдоль домов, обошли оборонительный рубеж и взяли ВСУ в кольцо отрезая их от Бучи.
В Гостомеле ситуация развивалась сложнее. Ранним утром, по сведениям неожиданно лояльного местного жителя, удалось вскрыть расположение артиллерийской батареи ВСУ, по которой артиллерия 31-й ОГДШБр нанесла удар. Но вот расположение опорного пункта у стеклозавода вместе с танком вскрыть не получилось. Пока работала артиллерия, передовые отряды БТГр промчались по улице Свято-Покровской и заняли ЖК “Покровский”. Эти многоэтажные новостройки были самыми высокими зданиями в Гостомеле и всей округе, давали отличный обзор и выступали своеобразными “стенами” для внутренних дворов. Русские очень быстро заняли под контроль все панельки.
Известные кадры с солдатами и БМД во дворах, и десантников поднимающихся в лифте наверх были сделаны камерами видеонаблюдения именно в ЖК “Покровский”.
Когда к жилкомплексу подтянулись основные силы БТГр бригады, укры обнаружили их открыли хаотичный огонь из артиллерии. Снаряды попадали в жилые дома где вместе с десантниками находились десятки мирных жителей. Из гуманитарных и просто логичных соображений, десантники стали спускать остававшихся в своих квартирах мирных жителей в подвалы, а на крышах оборудовать наблюдательные посты и позиции для снайперов и расчётов ПТУР.
Полностью заняв весь ЖК, комбат дал задачу выдвинуться ближе к центру Гостомеля в район стеклозавода.
Выполнять задачу выдвинулась 5-я рота совместно с БМД-4, БМД-2 и БТР “Ракушка”. Десантники прошли всю улицу Рекунова и вышли на улицу Бучанское шоссе, где и попали в невыявленную засаду фольксштурма и ГУР. Огонь вёлся почти со всех стороны, сразу пошли потери – некоторые десантники даже не успели покинуть бронемашины и были убиты прямо в них. Бойцы постарались рассредоточиться среди дворов и зданий, но продолжали нести потери.
Лишь группе бойцов оставашихся в “хвосте” колонны удалось отойти и побежать к ЖК за подмогой – остальная рота осталась истекать кровью на перекрёстке двух улиц. Чтобы спасти погибающих товарищей комбат сформировал сводную группу из добровольцев, куда входило много опытных бойцов ещё бравших аэродром “Антонов” 24-го февраля. На 11 БМД группа должна была выдвинуться и помочь товарищам, но в суматохе они ошиблись улицей и поехали прямо по главной Свято-Покровской улице, параллельно улицу Рекунова. И эта группа выехала на заставленный паллетами перекрёсток во вторую засаду основных сил ВСУ вместе с танком. Первые три БМД были поражены огнём танка и РПГ: экипажи и десантники в них погибли почти мгновенно. Четвёртая БМД открыла огонь на ходу и развернулась поперёк улицу принимая весь огонь на себя. Она тоже была вскоре поражена и десантники погибли, но экипаж бронемашины смог дать время остальным БМД для отступления забрав раненых. Кроме того, группа смогла отвлечь на себя внимание гуровцев и огневое воздействие на 5-ю роту ослабло – уцелевшим её бойцам с боем наконец-то удалось убраться с проклятого перекрёстка улиц Рекунова и Бучанского Шоссе.
Хоть и по окончанию боя по выявленному опорнику в центре Гостомеля начала работать артиллерия бригады, укры выиграли этот бой и удержали центр пгт. Получив “отличный” повод сделать видеосъёмку и дальнейшую фотосессию с подбитой и сгоревшей техникой разведгруппы и телами погибших десантников (фото последствий этих засад до сих пор в высоком разрешении висят в Педивикиях и “никто не видит в этом ничего плохого”). Гостомель оказался поделён надвое: ЖК “Покровский” и все улицы севернее и западнее него – под контролем русских; район Стеклозавода, улица Бучанское Шоссе и всё южнее (вплоть до известной нам развилки Буча-Ирпень-Гостомель) – под контролем хохла.
Если попытка занять пгт Гостомель целиком десантникам не удалась и продвижение дальше ЖК “Покровский” на время остановилось, то на западном фланге русские развивали успех. Обманным манёвром под огнём артиллерии противника десантники буквально снесли опорный пункт ВСУ на развилке и загнали уцелевших в гостиничный комплекс “Villa San Marino”. Взять гостиничный комплекс с ходу не удалось – хохол оказал отчаянное сопротивление – но уже помешать нашему продвижению он не мог. По заблокированным украм начали плотно работать самоходные миномёты 2С9 “Нона-С” загнавшая врага в подвалы зданий. Десантники оставили небольшие силы для блокирования окруженцев и основными силами продолжили продвижение уже в лежавшую впереди Бучу. Отдельные отряды хохла пытались прорваться к окруженцам но плотный огонь артиллерии и десантников в заслоне сорвал все их попытки.
Спустя время “осады” разбитая рота укров потеряла боеспособность и начала разбегаться “на своих двоих” в сторону Бучи, при этом некоторые тероборонцы и всушники бросали форму и оружие и переодевались в гражданскую одежду. По пятам отступавших хохлов десантники 234-го ГвДШП, которые манёвром вдоль железной дороги стали отсекать основные силы укров в Буче и вышли на улицу Яблонская.
Здесь продвижение штурмовых групп и множества БМД попало на кадры наружного видеонаблюдения, что подарило множество разных кадров до того, как десантники стали разбивать эти самые камеры. Эти кадры хохлы пытались выдавать за “злодеяния русских оккупантов против мирного населения”, да вот только в Буче находилось много бойцов ВСУ и ТрО, которые пытались атаковать продвигающиеся колонны по Яблонской и паралелльным улицам. И десантники с ними вступали в бои – это видно на тех кадрах с камер видеонаблюдения, которые хохлы решились опубликовать (пальба из пушек и пулемётов БМД по украм, бои за дворы, зачистка и осмотр всех домовладений в поисках укрывающихся укров). По продвигающимся русским со стороны Ирпеня начали бить миномёты и артиллерия, но огонь не был точным.
Итого после полудня русские успешно разгромили опорный пункт на перекрёстке между Ворзелем и Бучей, окружили и разбили большую часть его гарнизона, вошли в Бучу по улице Яблонской с запада и медленно но уверенно продвигались по ней вступая в бои с укровояками. При этом, напоминаю, вчерашним днём и утром официальные медиа Украины, мэр Федорук и прочие “лидеры мнений” увещевали местных жителей о перемоге и нормализации обстановки. И расслабившихся местных жителей ходивших по городу по своим делам или шедшим на эвакуацию застали боевые действия на одной из ключевых улиц. Из-за перекрёстного огня между русскими и украинцами ошалевший мирняк понёс потери убитыми и ранеными. Те самые “мартовские” трупы которыми наши оппоненты пытались оперировать как “доказательствами геноцида русских” – случайные жертвы перекрёстного огня и уличного боя, а не жертвы изначального злого умысла. Кроме этого не забываем про разбегавшихся вояк ВСУ и фольксштурма переодевавшихся в гражданское и пытавшиеся скрыться среди местного населения – таких вылавливали и под дулами автоматов выпроваживали в тыл группами. Это тоже есть на кадрах которые опубликовали наши оппоненты, но их... очень мало. И львиной доли боёв в Буче 3-го марта наш противник за три года до сих пор не опубликовал.
Когда большая часть улице Яблонской была занята десантниками 234-го ГвДШП, передовая группа десантников на нескольких БМД устремилась вперёд выйдя на улицу Вокзальная... и ошибочно повернула вправо, в Ирпень. Они вышли к злополучному сгоревшему ТЦ “Жираф” где натолкнулись на заслон прикрытия укров. У тех имелся танк Т-64БВ который поразил одну из БМД. Экипаж бронемашины мгновенно погиб, сидевший на броне боец потерял ориентацию и убежал в сгоревший ТЦ (где позже был взят в плен). Остальная группа дала бой сводным силам хохла, нанесла им потери и отступила обратно на улицу Яблонскую. Танк ВСУ был найден позже подбитым и брошенным. Здесь до сих пор неизвестно, был ли этот танк тот же что и в бою 27-го февраля, и был ли он выведен из строя тогда же, или он был поражён в бою 3-го марта.
С наступлением темноты интенсивность боевых действий немного снизилась: десантники 234-го ГвДШП немного отступили назад и оборудовали ПВД на западных окраинах города (элитный ЖК “Квартал Буча” и район пятиэтажек на улице Яблонской подле ж/д платформы “Стеклозаводская”). Отошли из-за невозможности в первый же день сомкнуть клещи над Бучей – БТГр 31-й ОДШБр в Гостомеле понесла серьёзные потери после двойной засады у стеклозавода(около 10 единиц бронетехники подбитой или сожжённой, и около двадцати бойцов погибшими - это ощутимые потери). По Буче ночью пошли “гулять” разведчики русских, а в Ворзель через Немишаево втягивались БТГр 137-го ГвДШП и 173-й разведбат. По колоннам десантников била украинская артиллерия, но била косо и в попадала по домам с мирными жителями внутри.
4 марта бои продолжились с новой силой и снова с давлением на фланги группировки ВСУ. Местные жители Ирпеня и Бучи уже поняли что происходит и что все росказни официальных лиц — не имеющие ничего общего с реальностью сказки. Но если в Буче жители предпочли прятаться по домам и подвалам, дабы не стать жертвами перекрёстного огня уличных боёв, то в Ирпене и некоторых прилегающих н.п. народ начал активно эвакуироваться. Эвакуация эта была организована местными властями и Киевской администрацией, и снова носила рекомендательный характер – скорее даже символический. На местных жителей украинским военным оказалось глубоко наплевать и тратить лишние силы на их спасение не собирались, но “сохранить лицо” и показать подобие заботы о цивилах надо было. К моменту утра 4 марта из Ирпеня удалось эвакуировать около двух тысяч человек – при этом эвакуация лиц мужского пола не предусматривалась.
В помощь БТГр 31-й ОДШБр прибыли штурмовики СУ-25 и бомбардировщики СУ-34, которые в районе девяти утра (пролёт одной из двоек “Грачей” автору довелось наблюдать почти у себя над головой) нанесли удары по позициям ВСУ в районе и на территории самого стеклозавода вызвав масштабные разрушения.
Следом под авиаудары попало село Горенка на правому берегу реки Ирпень. В Горенке располагались позиции артиллерии и миномётов укров и авиаудар по ним оказался очень серьёзным – со стороны почти полдня был виден огромный столп дыма поднявшийся от уничтоженного склада боеприпасов. Благодаря этому огневое воздействие на прилегающие к Буче и аэродрому “Антонов” упало почти до нуля.
Под прикрытием своей артиллерии десантники 31-й ОДШБр пошли на решительный штурм вражеских позиций в центре Гостомеля. Несмотря на огонь оставшихся “стволов” укровской артиллерии, десантники проломили оборону противника и разгромили его позиции. Понеся первые потери спецназ ГУР поспешил ретироваться первым и основной удар получили местные боевики ТрО. Они разбежались – кто-то побросал оружие и постарался смешаться с местным население, остальные через подорванный мост поспешили ретироваться в Горенку.
Почти весь Гостомель перешёл под контроль ВС РФ, однако к ЖК “Чешский дворик” и развилке десантники пока не пошли. Закреплялись на занятной территории и подтягивали резервы. Оставшийся вечер огонь артилерии хохла сосредоточился на стеклозаводе, ЖК “Покровский” и местам предполагаемых ПВД десантников. В ближайшие сутки кроме резервных групп 31-й ОДШБр им в помощь вводится 217-й ПДП 98-й дивизии ВДВ.
В Буче возобновились бои и 234-й ГвДШП вернулся в городские районы которые он оставил поздним вечером минувшего дня. Рассыпавшись на мобильные группы при поддержке БМД, они сбивали заслоны ВСУ и ТрО и активно продвигались по городским улицам. Их поддерживали огнём САУ “Нона-С” приданные десантникам. Организованные очаги сопротивления изолировались и подавлялись. Однако оставлять город хохол не собирался и подкидывал из Ирпеня подкрепления. Западную часть города русские смогли занять и весь оставшийся день зачищали районы от “потеряшек” и отражали регулярные налёты подвижных пехотных групп хохла.
Но в то время пока БТГр 234-го полка расширял зону контроля в Буче и оттягивал на себя внимание, собравшиеся в Ворзеле БТГр 137-го ГвПДП и 137-й разведбат выдвинулись вдоль железной дороги и садов Учхоза в направлении крупного развитого села Михайловка-Рубежовка для последующего наступления на Ирпень, на сей раз планируя заход в западную часть города. Хохлы заметили выдвижение колонн с помощью дронов и хаотично работали по Ворзелю как с артиллерии, так и с бомбардировщиков СУ-24. Возможно хохол верно смог предположить планы ВС РФ, но от его взора ускользнуло множество “но”. Одним из таких “но” стал дополнительный БТГр 137-го ГвПДП и частей 137-го разведбата. Ночью, пользуясь приборами ночного видения для ориентирования, БТГр стремительным броском с двух направлений смог прорваться на западную окраину Ирпеня через единственный уцелевший на речке Буча мост, и закрепиться в многоэтажной застройке элитного ЖК “Грин-Ярд” разместив там около 60 БМД. Этот плацдарм оказался крайне важен для дальнейшего продвижения в Ирпень и враг его не сразу “срисовал”.
ВТОРОЙ ШТУРМ БУЧИ И ИРПЕНЯ. ПРОРЫВ
Ранним утром 5 марта события начали развиваться стремительно и ошеломительно для украинцев. Около 5 утра передовой отряд из БТГр 137-го Гв.ПДП и частей 173-го разведбата, которые находились в ЖК “Грин-Ярд” в Ирпене, перешли в наступление и начали продвигаться к центру города. Продвижение оказалось столь стремительным, что создалась угроза окружения отрезания всей группировки группировки ВСУ, которая была скована в центре Бучи и на северо-западных окраинах Ирпеня.
Едва в Ирпене началось наступление и оборона хохла просела, следом в наступление перешли десантники из БТГр 234-го Гв.ДШП, которые сковали ВСУ в Буче, не давая перебрасывать подкрепления на запад Ирпеня. Наступали по уже знакомым улицам - “новой Варшавке” и по улице Яблунской, снеся “похудевшие” заслоны ВСУ. И не давая врагу времени прийти в себя, оставшуюся часть Гостомеля штурмуют бойцы 31-й Гв ОДШБр заняв ЖК “Чешский Дворик” и выйдя к развилке Буча-Ирпень-Гостомель. Именно у этой развилки 5-го марта десантники этой десантно-штурмовой бригады и сделали известное фото:
С успешным продвижением к центру Ирпеня для усиления действующих десантных сил перебрасываются оставшиеся части БТГр 137-го Гв.ПДП и 173-го разведбата, которые проходя через реку Буча попадают под танковый и минометный обстрел. В Ирпене начинаются ожесточённые городские бои. С крыш домов по русским десантникам вели огонь гранатометные и снайперские группы ВСУ, украинские самолеты СУ-24, пытаясь остановить эту БТГр, сбрасывают бомбы на районы Ворзеля, где проходили и концентрировались десантные колонны. Про потери мирного населения никто не говорил и не вспоминает и поныне, но “радость” жителей Ворзеля от бомб с небес можно примерно вообразить. Для подавления укровских расчетов на крышах домов по выявленным целям начали вести огонь артиллерийские батареи САУ 2С9 и гаубицы Д-30. БМД и танки ведут огонь по зданиям, десантники с крыш других многоэтажных домов отстреливают позиции хохла из ПТУРов, гранатомётов и снайперских винтовок. Небольшие отряды ВСУ, которые размещались на западных окраинах Ирпеня, под давлением превосходящих сил десантной БТГр срочно отступили к центру города и его южной окраине.
В Ирпене к этому времени началась паника среди местные жителей – люди попали в хаос уличных боев и из города началось хаотичное бегство. Люди бросают свой автотранспорт, бегут пешком с соседями, целыми семьями. В возникшем хаосе и известиях о рейдовых группах русских разведчиках хохлы подрывают железнодорожный мост вместе с частью полотна. По ж/д пути на мост как раз направлялся эвакуационный поезд из Киева и он едва не взлетел на воздух вместе с мостом. Невзирая на официальную ложь Киев и западных википидоров, подрыв моста случился в украинском тылу – на восточной окраине Ирпеня в зоне контроля украинских сил. Создав ситуацию безысходности и страданий мирных жителей, украинская сторона намеренно провела эту провокацию. Мэр Ирпеня призвал людей собираться в районе взорванного моста у Романовки для эвакуации. Это был основной маршрут эвакуации из Ирпеня установленный Киевом, новых не открывали и не объявляли. И именно к этому мосту рвались передовые отряды русских десантников по улицам Литературной и Университетской.
Командование хохла осознало всю критичность положения и срочно начало переброску в Ирпень всех имеющихся вблизи сил. Из Бучи вывели имевшуюся лёгкую бронетехнику чтобы поддержать гарнизон Ирпеня, в Ирпень в полном составе поехали натовские наёмники т.н. “Иностранного Легиона*”. И как раз в этот момент 234-й ГвДШП развёл своё наступление по улице Яблонской, вышел к злополучной улице Вокзальной. Но повернул на этот раз уже куда надо – налево, дальше по улице Вокзальной в сторону центра. И очень важный момент: за продвижением российских сил наблюдали как местные жители так и велась съемка с БПЛА и с камер на улицах города. В процессе прохода колонн десантников и боёв с рассеянными штурмовыми ротами ВСУ по ним вели огонь как минометы, так и отдельные группы гранатометчиков. Как раз в этот момент и произошла гибель многих местных жителей и создавался в последующем образ “массового убийства в Буче”. Все “старые” трупы мирных жителей, эксгумация которых показала что они лежали на улице около месяца – жертвы перекрёстного огня и хаотичных обстрелов миномётами. При этом украинская сторона располагает видео о всех событиях в Буче – кадры как с собственных дронов, так и с камер видеонаблюдения запечатлевших продвижения, бои и иные действия русских десантников – но показывать по экранам телевизоров и тиражировать в средствах массовой информации нужно было видео в урезанном виде под нужным им уклоном. Полные кадры не опубликованы до сих пор.
Продвигаясь по улице Вокзальной бойцы 234-го ГвДШП разрезали окружённую группировку ВСУ напополам. В окружении оказался плюс-минус батальон сводных сил укров. Здесь даже хаотичная оборона у них посыпалась. ВСУшники стали разбегаться кто куда, в основном бросали оружие и форму, переодевались в гражданское и старались смешаться с местным население. Боевики фольксштурма тоже побросали оружие, содрали жёлтый скотч и тоже разбежались кто куда смешавшись с мирными жителями. Лишь отдельные небольшие группки укров, сохранивших организацию хотя бы на таком низовом уровне, смогли с оружием и под покровом темноты в течении первых следующих суток выскользнуть из окружения в районе развилки Буча-Ирпень-Гостомель где кольцо контроля ещё не было плотным. Облава на “потеряшек” и “оборотней” по квартирам, домам и подвалам в Буче проходила ещё несколько следующих дней.
Потеря Бучи оказалась очень тяжёлым ударом по боеспособности ВСУ и о дальнейших контратаках уже и мечтать не приходилось. Хохол решил любой ценой удержать Ирпень и не быть выброшенным за одноимённую реку: в город перебрасываются сводные роты, лёгкая бронетехника и несколько танков. В это время десантники 137-го ПДП и 179-го разведбата продвигаются как в центр Ирпеня по основным улицам, так и в сторону Романовки к злополучному мосту. В центре города на пути десантных колонн стали в засады танки, которые подбили несколько БМД и замедлили продвижение десантников. Кроме того активно действовали отдельные отряды с гранатометами и снайперскими винтовками, которые вели огонь как с улица города так и с крыш домов. Вскоре активное продвижение русских замедлилось, но удалось занять несколько важных позиций в центре города и далее бои начнут сводиться к “адресной работе” и штурму здания за зданием.
Десантные части продвигались также и к южной окраине Ирпеня вдоль леса по переулку Глинки и вели бой с небольшими заслонами ВСУ – те же отступали в сторону Романовского моста. А там уже собралась огромная толпа бегущих от боёв мирных жителей, снаряды рвались в опасной близости от моста и толп перепуганного народа. Люди, в отчаянии ища спасения, стали спускаться под мост. Рядовые всушники пытались помогать чем могли, но через ледяную воду реки и обломки по мосткам и обломкам пропускать получалось по одному, максимум по двум людям за раз, а спастись бегством хотела толпа. Киевский же режим и командование на судьбу людей же откровенно наплевали. Пускай погибнут все или какая-то часть – это отличная будет драматичная картинка для западного обывателя и медиа. Самые яркие, с красиво поставленным кадром, самые “душещипательные” и “пронзительные” фото толп беженцев были сделаны как раз тут, у подорванного Романовского моста.
Части десантной БТГр, взяв с боем южную окраину Ирпеня, и потеряв в боях несколько БМД, подтянув группы закрепления повернули вправо, в направлении Стоянки. Пройти к Романовке не представлялось возможным в виду разбитого моста и наличию опорного пункта ВСУ в селе (о наличии там толп мирных жителей которые неизбежно погибнут при подходе к руинам моста русским стало известно чуть позже). От ЖК “Сяйво 2” и “Green Side” передовой сводный БТГр двигался на юг параллельно реке Ирпень, где они даже попали под бомбовый удар украинских СУ-24. Насколько он был успешен – история умалчивает. О его “успешности” наглядно говорит тот факт, что сбивая хаотичные заслоны ТрО и ВСУ десантники во второй половине дня вышли к Стоянке и важному автомобильному мосту на Житомирской трассе. Увы, мост был заранее заминирован и при подходе русских его подорвали. Житомирска трасса оказалась перерезана уже в двух местах и расположившийся у сёл Любимовка и Гуровщина (западнее Стоянки) рубеж обороны ВСУ получил неиллюзорную угрозу выхода к себе в тыл.
По итогам 5-го марта Буча была уже полностью освобождена и взята под полный контроль, став и опорным пунктом, и плацдармом, и “хабом” для развёртывания подразделений ВДВ. В Ирпень заскочили буквально утром и в течении дня заняли половину города – а Ирпень это обширный город с обильной этажной застройкой. К сожалению, полностью выбить хохла оттуда не получилось, но и хохол, невзирая на попытки контратак и подвод резервов из Киева, не смог нас выбить из Ирпеня. Кроме этого за день был совершён большой многокилометровый рывок вдоль реки и перерезана Житомирская трасса в районе Стоянки. В течении дня подтянулись резервы взявшие под контроль сёла Забучье, Дмитровка, Капитановка и часть села Мила. Но на этом направлении наши успехи подошли, собственно, к концу по банальной причине – врага было много. После стало уже очень много. К 6 марта форма борьбы противоборствующих сторон приобрела позиционный характер, наличие большого количества солдат давало преимущество ВСУ в длительном противостоянии с небольшими российскими силами. Бои в Ирпене будут длиться около месяца за каждый дом и улицу вплоть до 31-го марта.
СРАЖЕНИЕ ЗА МОЩУН
Когда второй штурм Ирпеня и Бучи начался 3-го марта и весь фокус внимания вражеского командования сместился туда, командование ВС РФ запланировало вторую операцию с попыткой подойти ближе к Киеву. После предыдущего рейда десантников через реку Ирпень и первых боестолкновений возле села Мощун разведка установила, что после подрыва моста через реку укры не стали усиливать имевшийся гарнизон. Этой оплошностью решили воспользоваться и одну из важных ролей в предстоящей операции помимо десантников предстояло принять морской пехоте. Это были части легендарной 155-й бригады морской пехоты ТОФ, три БТГра 331-го ГвПДП и артиллерия 98-й дивизии ВДВ (где до сих пор служит мой товарищ). 3 марта из Здвижевки БТГры 331-го ГвПДП прошли село Озёра (проход десантников я наблюдал буквально через окно) и обустроили ПВД в глиняном карьере завода “СБК” немного восточнее села, а артиллерия 98-й дивизии ВДВ расположилась на окраинах села Озёра. Артиллеристы уже на второй день начали работать по целям как в самом Мощуне, так и в Горенке, Пуще-Водице и в Ирпене. Десантники пока находились в выжидательной позиции – первыми действовать должны были “тихоокеанцы”.
Морской пехоте необходимо было скрытно занять северо-западную часть села (дачи), закрепиться и обеспечить продвижение основной группировки войск. Для этого нужно было незамеченными форсировать реку Ирпень с которой только что сошел лед. Действовать в этом рейде должна была усиленная рота в составе 1-й штурмовой роты 47-го батальона, взвода разведчиков 215-го батальона, взвода ПТРК и взвода связи частей 155-й ОбрМП. В составе сил усиленной роты также были и бойцы из 40-й ОБрМП. Огневую поддержку им будут оказывать взвод танков Т-80, артиллерийская батарея Д-30 и батарея САУ “Нона-С” из района села Озера. Усиленная рота должна отвлечь ВСУ, а в это время будет наводится понтонная переправа для основных сил двух десантных БТГр.
5 марта, когда бои в Буче подходили к своей кульминации и сражение за Ирпень вспыхнуло ярче некуда, артиллерия 98-й ВДД нанесла сосредоточенный огонь по заранее выявленным позициям укров как в дачном кооперативе Мощуна, так и по ближайшим лесам. Позиции успешно подавили. В ночь с 5 на 6 марта колонна морских пехотинцев выдвинулась через Озёра (автор слышал во тьме выдвижение тяжёлой техники и танков) в Гостомель в полной темноте без фар и иных источников света. Не доехав до реки, за первыми же окраинными дворами Гостомеля морпехи спешились. Техника отошла назад а бойцы выдвинулись к реке. На момент переправы силы РЭБ наглухо положили всю связь в районе и форсирование речки – где вброд, где вплавь – осталось хохлом незамеченным. После пересечения реки морпехи разделились на две группы: одна пошли к северной окраине в обход дачного кооператива, а вторая выдвинулась прямо в центр села.
Сидевшие в Мощуне сводные силы фольксштурма, роты 72-й ОМБр и спецназа ГУР заметили морпехов, но из-за полностью заглушенной связи не смогли связаться со своими резервами. Хохлов также заметили и комбат морпехов Кузьминчук вызвал по выявленным позициям удар артиллерии. После огневого налёта морпехи перешли в атаку и взяли позиции обороняющихся в клещи. Нажим оказался столь решительным и мощным, что сводные силы укров сначала попятились к центру села, а после обратились в бегство на восточную окраину понеся серьёзные потери. Морская пехота убитых не имела – несколько раненых, впрочем, не покинувших поле боя. В течении 6 марта морская пехота заняла половину Мощуна и провела зачистку как подконтрольной части села, так и дачного кооператива.
6 марта из Мощуна начали уходить мирные жители. Русские морпехи никак не препятствовали их исходу. Однако украинское командование, к их чести, быстро осознало весь риск сложившейся ситуации и срочно собирало все имеющиеся свободные силы дабы закрыть образовавшуюся брешь в обороне. Собирали всё что было. К Мощуну в течении 6-7 марта стягивались: батальон 112-й бригады ТрО который занял позиции в лесу юго-западнее Мощуна и держал фланг в направлении Горенки, 2-й батальон 72-й ОМБр с танками и БМП, батальон 1-й БрОН НГУ, различные неонацистские организации в виде ССО “Азов-Киев*”, мелкие отряды фольксштурма и большая группа наёмников “Иностранного Легиона*”. И все были обильно вооружены противотанковыми средствами – пресловутыми NLAW и “Джавелинами” особенно. И уже днём 6 марта Мощун начали яростно обстреливать из артиллерии в основном артиллеристы 72-й ОМБр и 43-й ОАБр. По позициям русских морпехов летело всё что можно: “Грады”, “Ураганы”, “Гвоздики” и “Акации”, миномёты как стационарные, так и кочующие.
Морпехи закрепились в селе имитируя наличие огромных сил и ожидали наведения переправ, по которым они должны были отступить. Под шквалом вражеского огня усиленная рота понесла потери: почти все были ранены, десять морпехов в течении дня погибли от артогня. Но переправу так и не навели. По понтонам хохлы вели не менее плотный огонь. Стараясь спасти ситуацию, артиллерия ВС РФ активно вела контрбатарейную борьбу, а танки из Гостомеля били по выявленным целям вокруг деревни. Один Т-80 был потерян либо в эти дни, либо в последующие.
Лишь ранним утром 7 марта получилось навести переправу возле взорванного 27-го февраля моста. Пока части БТГр 98-й ВДД (331-й ГвПДП) переправлялись на правый берег и в резерве ожидали третья БТГр а также 215-й разведбат этой же дивизии и отряд 45-й бригады СпН ВДВ, морпехи начали эвакуацию тяжелораненых и вели отвлекающие бои. Переправляться приходилось вплавь или по натянутому через реку тросу. С левого берега морпехов прикрывали танки и БМП-3. БМП пробовали вплавь форсировать реку и обеспечить эвакуацию, но несколько машин были поражены украми и их экипажи погибли.
Оставив центральную часть села, под контролем морпехов оставался дачный кооператив. На нём укры сосредоточили весь свой огонь и пробовали контратаковать. У русских все были ранены, но они продолжали держаться и постепенно отходить с боем. Сбросить их окончательно в речку не получилось – стойкое сопротивление и плотный заградительный огонь преграждали им путь.
В это же время основные силы двух БТГров 331-го ГвПДП форсировали реку Ирпень как вплавь на БМД, так и по трём наведённым переправам и с ходу вступили в бой.
По некоторым сведениям постфактум, перед десантниками стояла амбициозная задача: отбросить силы ВСУ и ТрО из Мощуна, овладев всем селом, начать продвижение по лесам Вышгородского района в направлении райцентра и блокировать дорожный узел севернее Киева (Минский проспект и улица Богатырская, “сливающиеся” у Вышгорода в автодорогу на Демидов). Но продвижение дальше Мощуна застопорилось практически сразу. Укры хоть и прозевали удар морпехов, но, обладая подавляющим численным превосходством, наличием множества сухопутных путей подхода, застройкой Киева в качестве логистического узла и множества ПВД, оцепили плацдарм в короткие сроки. Основные силы десантников встретили ожесточённое сопротивление и за Мощун закипели кровавые бои.
А затем хохлы вспомнили про ещё целую дамбу. Предыдущая, у села Козаровичи, подорванная в первые же сутки войны дамба у Демидова затопила все низины вместе с Демидовым, но выше по течению Ирпень ещё не разлился – дамба севернее Мощуна препятствовала разливу. Чтобы остановить переправу и прорыв десантников, укры подорвали последнюю дамбу и “большая вода” пошла разливаться дальше. Очень скоро вода затопила все поля и стала сносить понтоны. Русские старались понтоны восстанавливать и укреплять, но снабжение плацдарма и ротация сил очень сильно затруднились. Дальше прорываться уже не получилось и линия боестолкновений на плацдарме стабилизировалась. До 15 марта русские ещё активно атаковали и прорывались вглубь густых лесов – гибли отряды теробороны, сносились заслоны всушников, удалось даже дойти севернее до села Гута-Межигорская и захватить крупный опорный пункт (защищавшиеся там наёмники “Иностранного Легиона*” и фольксштурм были почти полностью уничтожены) и затрофеить приличное число западного вооружения.
Но на этом попытки наступления русских выдохлись и плацдарм начал сокращаться. Очень много техники оказалось потерянно на смытых переправах, некоторые БМД застряли в полях превратившихся в болота. Десантников начали эвакуировать держа до последнего плацдарм. К 20-му марта все силы ВДВ покинули Мощун и отступили обратно в Гостомель.
Сражение за Мощун показало, что, к сожалению, прорваться ближе к Киеву не получится. У нас нехватка личного состава – ВСУ и вспомогательных сил ТрО было кратно больше. И за счёт Киева они могли очень оперативно скопить крупную группировку на любом участке фронта вдоль реки Ирпень, служившую природным барьером. Само сражение стоило нам ощутимых потерь. Вражеская сторона с улюлюканьем заявляет о потерях “30 единиц бронетехники в деревне”, хотя сюда включают как БМД, так и инженерную технику и грузовики с понтонами и единственный потерянный танк во всём районе Мощуна. Сайт памяти воинов 98-й Свирской ГвВДД сообщает о гибели 33 десантников как из 331-го ГвПДП, так и из 215-го разведбата (что вообще не бьётся с набросом википидоров про «не менее 45 десантников ТОЛЬКО из 331-го ГвПДП»). Потери ВСУ, как вы понимаете, никогда не будут раскрыты и названы, либо же будут “размазаны” по датам и местам событий как произошло с наёмниками “Иностранного Легиона*”. Но с учётом сокрушительного удара по позициям укров 6-го марта и их бегства в восточную часть Мощуна, а также подход остальных сил и плотное огневое воздействие по ним, не менее сотни-двух убитых у ВСУ было. Возможно больше. Но ВСУ спокойно переносили подобные потери и благодаря постоянной ротации запросто могли их себе позволить. Мы же – нет.
ЖИТОМИРСКАЯ ТРАССА И ПАТОВАЯ СИТУАЦИЯ
К тому же у нас продолжал “гореть” Ирпень, где весь оставшийся март также шли ожесточённые бои и передавить численно превосходящего нас хохла мы не могли. Развить успех южнее Стоянки, Капитановки и Милы у нас также не получилось: за Милу враг упёрся рогом и остановил нас в южной части села, в Гореничи нам не удалось пройти дальше окраин и бои за южную часть Стоянки перешли в режим “позиционного стоялова”.
Наибольший успех на Житомирской трассе был достигнут благодаря действиям генерал-лейтенанта Санчика и подчинённым ему подразделениям. Очень большой участок трассы от Заваловки и Калиновки до Бузовой был взят под контроль уже к 1 марта и удалось продолжить продвижение на юг. 28 февраля броском от Житомирской трассы подразделениями 5-й отдельной танковой бригады и 37-й гвардейской мотострелковой бригады взяли крупное село Мотыжин.
Однако положение русских затруднялось местностью: проблемы с логистиской начали проявляться здесь уже в самом начале марта, и до 5 марта ближайшие дороги которые позволяли снабжать БТГры 5-й ОТБр и 37-й ОМСБр и части 29-й и 36-й общевойсковых армий (к которым также принадлежали вышеназванные бригады) шли через Макаров (который уже подвергался пусть и “вялым”, но попыткам контратак противника) и сёла Маковщина и Гавронщина. Однако, когда вектор внимания ВСУ сместился к Ирпеню и был достигнут прорыв к Стоянке и Капитановке, русские смогли опрокинуть заслоны ВСУ и ТрО подле Мотыжина и занять важное крупное село Ясногородка. В течении последующих дней смогли зачистить также окрестные леса и луга вдоль трассы от Калиновки до окраин Бузовой. Кроме этого была прорвана “перемычка” обороны хохла непосредственно по Житомирской трассе – со взятием Любимовки, Бучи (деревня, не путать с уже взятым городом), Гуровщины и западной части Мрии. Но на этом наши успехи здесь застопорились, к огромному сожалению.
Село Бузовую мы долго не могли целиком контролировать и расположенного южнее трассы центра села регулярно набегали группы фольксштурма с противотанковым вооружением. Благодаря их регулярным набегам постоянно под огонь попадали наши позиции вдоль трассы и было сожжено сразу два Т-72Б возле заправки “БРСМ-Нафта” в районе 10 марта. Сами теробороновцы и всушники охотно использовали многоэтажные здания в Бузовой для наблюдения и ведения огня – в ответ летели снаряды из танков и миномётов, естественно повреждая и поджигая дома и угрожая мирным жителям. Местные ждуны и бегающие по лесам южнее трассы укры активно наводили артиллерию на наши позиции и колонны, над солидным участком Житомирской трассы вольготно летали укровские дроны (таким образом была накрыта и сожжена колонна из 5-7 грузовиков у села Берёзовка).
Ясногородка оказалась на передовой и продвинуться восточнее в сторону Музычей и Неграшей у нас нехватило ни сил, ни возможностей. Продвижения штурмовиков были, но они отходили из-за невозможности закрепиться. Командование пыталось продолжать охват Киева с запада с целью его логистической изоляции и предпринимались попытки продвигаться в направлении города Бышев и далее на Фастов. Однако здесь сведения о конкретных боях и взятых населённых пунктах становятся настолько туманными, что установить даже простейшую хронологию боёв становится крайне сложно. Село Фасова находится в паре километров от подконтрольной русским Калиновки, но вообще никаких сведений о боевых действиях там нет до сих пор. Бышев, расположенный южнее город уже Фастовского района, подвергался ударам русской артиллерии и РСЗО, но продвижений ВС РФ к нему не наблюдалось. Работали разведчики и группы ДРГ, противодействовали укровским “коллегам по профессии” но на этом направление намертво встало. Обильная лесистая местность, обилие пустых пространств и почтительных расстояний между сёлами бывшего Макаровского района. Хохол же стягивал как войска, так и большое количество добровольцев из ТрО и мог регулярно досаждать нашим войскам на Житомирской трассе.
А как было ранее обозначено и как установлено картографами – весь участок Житомирской трассы от Стоянки до Бузовой находился почти что на линии фронта. И под регулярные артобстрелы, налёты укров и стрелковые и танковые бои противоборствующих сторон попадали местные жители. К тому же есть случайное признание укроСМИ об использовании трассы боевиками ТрО на гражданских машинах, которые, конечно, уничтожались русскими – но спокойствия русским это не добавляло. И случаи случайного открытия огня по машинам эвакуирующихся или ездящих туда-сюда мирных жителей с нашей стороны, увы, были. Как и случаи таких же хаотичных и случайных расстрелов машин мирных жителей отрядами теробороны.
К концу 10-х чисел марта очень сильно усложнилась обстановка в районе Макарова: хохол подтянул силы с Житомирской области и предпринимал регулярные атаки этого города. Город перешёл в “серую зону” и ни одна сторона его уверенно не контролировала. Дважды укры заходили в самый центр города, снимали красивые видео с “прогулками по освобождённому Макарову” и спешно убирались на западные окраины от нашего огня. Но автодорога Бородянка-Макаров перестала быть безопасной.
Отсутствие сплошной линии фронта делало уязвимыми наши колонны снабжения по которым постоянно велись обстрелы и нападения ДРГ. Лесистая местность и вообще серьёзная ошибка в планировании (проскочить до ключевых точек, не беря под контроль ключевые города и деревни по пути до этих самых точек). И так получилось, что целые БТГры 29-й и 36-й ОВА оказались в оперативном окружении: дорога через Гавронщину не вела в уже полностью зачищенную Бородянку, а шла через огромные густые леса до Клавдиево-Тарасово и “Новой Варшавки”; от самой Бородянки через Липовку в любом случае нужно было доезжать до Макарова даже чтобы свернуть к Гавронщине, с угрозой нападения с запада. Ко всему прочему наши войска оказались на этом обширном участке Житомирской трассы без должного снабжения изначально: из-за недовоза еды солдатам пришлось “потрошить” оставленные в деревнях погреба и дома. Не хватало адекватных средств связи, БПЛА (коптеров не было вообще, в то время как дроны хохла летали очень вольготно и часто по ним даже не вели огонь), тепловизоров и приборов ночного видения.
Один из бойцов 37-й гвардейской мотострелковой бригады отметил тогда: “Мы приехали туда, как будто на Вторую Мировую.”
И тем не менее, почти целый месяц русские войска в таком неудобном и крайне уязвимом положении удерживали этот большой и обширный участок фронта вокруг Житомирской трассы и не сдали его вплоть до дня вывода ГВ “Восток”.
БОРОДЯНКА. ПОСЛЕДНИЕ ПОДВИЖКИ.
Ещё одной попыткой как-то усилить собственные позиции стали бои вокруг Бородянки: уже 2-3 марта в город полноценно зашли бойцы ВС РФ и Росгвардии после нападений местной теробороны. Город зачистили практически полностью и установили над ним уже полноценный контроль. Начали чистить фланги и тылы вокруг “Старой Варшавки”, и в тех же первых числах марта российское командование здраво решает расширить зону контроля вокруг Бородянки.
Полностью было зачищено крупное село Дружня, затем идущие по шоссе на Макаров сёла Вабля, Новая Гребля рядом и Андреевка. Установлен надёжный контроль над Липовкой – в боях за село 3-4 марта были уничтожены три БМП и танк Т-64БВ и определённое количество всушников (предположительно – десяток). Также одним из армейских подразделений были зачищены находившиеся западнее Вабли деревни Дмитровка, Новой Корогод и Озёрщина и уничтожен пытавшийся контратаковать танк Т-64БВ. Но вот сил чтобы продвинуться дальше на запад не хватало физически, чтобы не оголить и без того растянутую условную линию фронта и не привлекать на сторонние задачи столь драгоценные резервы. Расположенное южнее Озёрщина село Королёвка осталось под контролем ВСУ, продвинуться западнее Нового Корогода и Дмитровки мешали обширные пустыри и лесные массивчики, и в дачных посёлках западнее засели разрозненные силы ТрО и ВСУ.
Проблемой оставалось западное направление по Варшавской трассе, ибо буквально в километре от Бородянки отсутствовал сплошной контроль и вскоре начинались позиции ВСУ. Используя Бородянку как опорный пункт, ВС РФ начали продвижение на северо-запад по трассе в направлении Житомирской области: были взяты под контроль маленькие деревеньки Волица и Гай и впереди лежало средних размеров село Загальцы.
Но как в самом селе, так и в его окрестностях успели окопаться укры и за село начались бои. По сведениям местных жителей и серии интервью как укровским, так и иностранным медиа, бои за Загальцы начались 6-7 марта. Причём чтобы “сковырнуть” противника с позиций и домов в селе, русские активно использовали как авиацию, так и вертолёты. В первые же дни боёв на ул.Октябрьской в Загальцах был уничтожен укровский Т-64БВ и русские вошли в село.
В течение последующих дней русские установили контроль над всей восточной частью села – точно заняв улицу Октябрьскую, большую часть улицы Ленина и неизвестную протяжённость улицы Шевченко. Под вопросом так и остались школа и детсад в северной части села и ж/д платформа “Загальцы” южнее. ВСУ постоянно подбрасывали подкрепления со стороны Житомирской области и к середине 10-х чисел марта село оказалось поделено между противоборствующими сторонами. И как укры не могли продвинуться на восток – любые их продвижения встречали танковый огонь и налёты вертолётов, так и русские не могли продвинуться на запад – противник оперативно наводил артиллерию и благодаря численному превосходству на участке трассы мог быстро купировать попытки нашего продвижения в селе. Ну а пострадали от взаимных обстрелов и уличных боёв, как обычно, мирные жители.
Нехватка сил на западном направлении Бородянки вынуждала русских не только наступать на крайне ограниченных участках фронта, ещё и с паузами между атаками, но и активно привлекать для боёв подразделения Росгвардии в помощь изрядно “похудевшим” армейским подразделениям. 19 марта началось продвижение уже северо-западнее Загальцев в попытке как-то выйти из позиционного тупика. Предположительно, русские начали выдвижение со стороны небольшого аэродрома Бородянки и по просёлочным дорогам вышли в село Качалы, расположенное на примыкающей к “Варшавке” автодороге Тальское-Галинка (Качалы). 20 марта село было зачищено силами Смоленского СОБРа и мотострелков при поддержке трёх танков и шести БМП.
Защищавшая село рота ВСУ не выдержала удара и обратилась в бегство, село было взято почти без потерь. Об этом событии на этой фронтовой “глухомани” удалось узнать благодаря фото- и видеорепортажам Александра Коца. В селе установили надёжный контроль, что в купе с контролем восточной части Загальцев позволяет предположить и о занятии расположенного между ними села Галинка.
Оставшиеся дни русские здесь “улучшали позиции” – фактически ведя позиционные бои с украми, ведя охоту на “ждунов” и скрывавшихся среди местных трошников да занимали пустые места. Опять же, нет точных дат и сведений, но версиям карт рисовавшихся военблогером Рыбарем ВС РФ и Росгвардия взяли под контроль расположенные в густой лесистой местности населённые пункты севернее Качал: Старая Буда, крупное село Мирча, Тальское, Великий Лес, деревенька Коблица, хутор Коблицкий Лес и Леоновку. Что происходило в лесах до реки Тетерев – неизвестно, это была огроменная никем не контролируемая “серая зона”. Севернее известно только о действиях к западу от Иванкова вдоль автодороги Иванков-Малин и вплоть до сёл Кухари и Кухарская Слобода, но это уже другое направление которое не подпадает под тему данной статьи. Да и кроме уверенного контроля Качал мы не имеем никаких подтверждений надёжного контроля всей лесной глуши и затерянных среди великих лесов Южного Полесья деревень. Если русские там и были, то контроль обозначался днём подвижными дозорами. А так деревни остались предоставлены сами по себе. Контролировать эту местность было некем и нечем.
К середине двадцатых чисел ухудшилась ситуация в “спорном” Макарове, удерживать который нам становилось всё труднее, и при этом мы испытывали нарастающие проблемы с логистикой и снабжением в этом районе. И это всё на фоне даже не начавшихся переговоров, которые позже прославятся как “Стамбул” и “стамбульские соглашения”, а продолжавшегося накопления сил укров по всей линии фронта. В основном хохол перенаправлял резервы с запада и центра страны непосредственно к Житомирской трассе, к Бышеву, Фастову и в сам Киев. Но постепенно войска начали накапливаться и в Житомирской и области, и в ранее ничейных районах запада и северо-запада Киевской области. И всей это растущей армаде группировка “Восток” могла противопоставить всего около 20000 человек. Которые не только должны были наступать и обороняться, но и глубоко в тылу удерживать нестабильный контроль.
ИТОГИ
Сражение за Бучу и Ирпень показало, что в ту переломную эпоху войны, когда дроны были вспомогательным инструментом а не одним из основных опасных видов вооружения (как случилось в 2024-2025 годах сейчас), что русские умеют воевать и способны бить противника даже численно уступая ему. Хоть, как вы прекрасно понимаете и увидели затем, такое “окно возможностей” всегда кратковременное и “толпою гасят даже льва”. Однако, невзирая на численное превосходство ВСУ, враждебную “окружающую среду” в виде большей части местного населения, “ждунов”, корректировщиков противника и боевиков ТрО, ВС РФ провели целую серию дерзких операций на весьма обширном участке фронта, за три дня разгромив крепкую группировку ВСУ.
Обманным манёвром выманив её часть в город, который изначально оставили, но затем вернулись и полностью заняли Бучу. И одним мощным ударом ворвались в Ирпень и буквально “с наскока” заняли половину этого важного населённого пункта.
Так же как и совершили два дерзких броска на юг (28 февраля-1 марта, а после 5 марта) перерезав на большом участке фронта важную Житомирскую трассу. И, невзирая на переход, в итоге, всего направления в позиционные бои, русские удержали фланги и до последнего дня пребывания в Киевской области даже проводили локальные наступательные действия и даже занимали территории.
Полный вывод будет в дополнении.
Примечания: * - признаны террористической организацией на территории РФ