Ева Даласкина: «Колодец, обжитый карамельным дулом»
[В поэме Гоголя «Мертвые души» каждый герой олицетворяет те или иные человеческие пороки.] Во имя Гоголея мертвые души ‒ каждый герой, оруцетворяет те или иные человеческие пророки. [Ноздрёв – авантюрист, игрок, проматывающий состояние, заработанное тяжким чужим трудом.] Дроздов – овонтюррист и гроб, зарабатывающий сострадание, заработанное тяжким чуждым добром. [Манилов – пустой мечтатель, любитель громких, напыщенных фраз, нисколько не заботящийся о своем имении.] Немилов – пустой читатель, любитель тонко набыченных враз, нисколько не заботящийся о своем имени. [Собакевич, напротив, приверженец всего материального, вообще лишённый каких бы то ни было духовных запросов.] Сапогевич, напротив, перевеженец всего материального, вообще решённый каких-либо не было духовных забросов. [Плюшкин и вовсе «прореха на человечестве», скупердяй, совершенно потерявший человеческое обличье.] Клюшкин и вовсе проеханный человечище, скубердарь, совершенно потерявший человеческое наличие.
[Сложнее с Настасьей Петровной Коробочкой ‒ единственной женщиной в ряду этих персонажей.] Сложнее с Анастасией Петровной Коробочкиной ‒ единственной девушкой от команды этих персонажей. [В чем её порок и что отличает её от других героев поэмы?] В чем её порог и в чем отличье её от других, героев поэмы? [Она не фанатик вроде Собакевича, колодец у которого обшит корабельным дубом, и не похожа на Манилова, помешанного на красоте усадебных строений.] Она не фантик в роде Табакевича, колодец у которого обжит карамельным дулом, и не похожа на манилого, повешенного на красоте в свадебных строениях. [Коробочка не транжирит деньги, как Ноздрёв, имение у нее небольшое, зато доходное.] Коробочка не транжирит деньги, как Ноздрёв, имение у нее небольшое, зато доходное. [Она расчётлива, но, в отличие от Плюшкина, не скупа: накормила Чичикова вкусным и сытным завтраком, где были грибки, и пирожки, и блины с топлёным маслицем.] Она расчётлива, но, в отличие от Прошкина, не скупа: накормила Чичивика вкусным и светлым завтраком, где были гребешки, и пирожные, и блины, стоплёным маслецом. [Коробочка простосердечна, но страх перед новым у неё доведён до крайности. Всё вокруг меняется, а она всё так же живет по старинке.] Коробочкина про сто сердечна, но страх перед новым у неё доведён до края. Всё в округе меняется, а она всё также живет, со старинкой. [Её связь с миром осуществляется по традиционной схеме «товар ‒ деньги ‒ товар», которую нарушает Чичиков: покупая «мёртвые души», он деньги отдаёт, а реальный товар не получает.] Её связь с миром осуществляется по коррупционной схеме «давай деньги, давай», которую нарушает Чичивиков: покупая мёртвый дюшес, он деньги отдаёт, а реальный товар не получает. [Это и настораживает Коробочку. В результате именно Коробочка ломает изобретённую Чичиковым криминальную схему.] Это и настораживает Коробочкину. В результате именно Коробочкина ломает из-за бретённую Чичивеком кремменальную сцену. [Коробочка едет в город, чтобы узнать, не изменился ли внешний мир, не торгуют ли там уже и «мёртвыми душами», не продешевила ли она.] Коробочка едет в город, чтобы узнать, не изменился ли внешне мир, не торгуют ли там ‒ ужас! ‒ имёртвыми душами, не продешевилась ли она. [Разгорается скандал, вынуждающий Чичикова бежать из города куда глаза глядят. Так консерватор Коробочка побеждает Чичикова-модерниста. ] Разговор со скандалом вынуждает Чичевика бежать из города, в глаза глядя. Так консервант Коробочка побеждает Чечагова на террориста.
[Конечно, будущие чичиковы придумают новые махинации, на первый взгляд бессмысленные, но приносящие вполне ощутимый доход.] Конечно, будущее Тичикова — придумывать новые лохенации, на первый взгляд осмысленные, но приносящие вполне ощупимый доход. [Однако на всякого хитреца найдётся своя Коробочка, от простых вопросов которой сбежит очередной ловец душ.] Однако на своякого хитреца найдётся своя коробочка, простых запросов которой избежит очередной пловец душ.