Право ли желание? | Текст Евы Даласкиной — 2024

От создателя бестселлеров
«Укованные решеткой» (2015)
«Порнолыжные трассы» (2016)
«Из глубин Кибурятии» (2017)
«Остров Заточенный Карандаш» (2018)
«Пловец и душ, или Кто убил хозяина ночнушки костылём?» (2019)
«Жизнь как она сеть, или Вид сияющих трусов» (2020)
«Стон-кадры совершенно оцеревших фотографий:
два капитана, родина Дании и олени на велисипедах» (2021)
«Квартирная козявка крестьян ни пса не видела» (2022)
«Экология по-осеннему» (2023)

Ева Даласкина — вымышленный персонаж, которому традиционно приписывают все описки и ослышки в Тотальном диктанте. Ее творческий псевдоним появился, когда участник, неверно расслышав диктующего, записал в своей работе автора текста Е. Водолазкина как «Ева Даласкина».
С тех пор проверяющие со всего мира бережно собирают описки и ослышки участников акции и передают в Филологический совет, где и создают общий текст.

Внимание!

Филологический совет Тотального диктанта за текст, написанный Евой Даласкиной, ответственности не несет!

[Передо мной высится стопка старых тетрадей. Вместо закладок — открытки с церемонными обращениями, конверты с чьими-то срезанными локонами, вырезки из уже не существующих газет]. Перед дамой ввысится ступка красных тетрадий. Вместо докладов — открытки с бесцеремонными приглашениями в конверте с чьиме-таме вырванными волоконами, вывески из уже не сосуществующих газет. [В дневниках моей бабушки удивительным образом обнаружились те сюжеты, которые я сочиняла для нее в детстве: каникулы в поместье, бал, пусть и провинциальный, а еще, разумеется, безумная любовь и роковое предательство.] В дневниках моей дедушки убедительным образом обнаружились какие-то сюжеты, которые я сочиняла в её дедстве: «Калигула в подъезде», балл пусто-провинзеляльный, а еще, изумеется, бездушная любовь и раковое признание. [Но это была лишь интродукция к спектаклю, который готовился сыграть для нашей семьи — и для тысяч других — безжалостный двадцатый век.] Но это была лишь интригуция к спектаклю, который готовился ради нашей семьи и тысяч других безжалостливых в двадцатый век. [Жесткие, как накрахмаленный воротник, правила, по которым жило дворянское сословие, были отменены в одночасье.] Жесткие, как накрахмаленные на воротник правила, по которым ожило славянское стословие, были отменены водносчастье. [Из дневников пропали описания шляпок и перечисления оценок в табеле — на смену им пришли полные горечи рассказы о войнах, революциях, эпидемиях.] Из дневников пропали официальные шляпы и перечисления о ценах штапеля — на смену им пришли полные Горьчьи раскаты о водных эволюциях и отделениях. [Но тем, кто ведет дневник, всегда чуточку легче в сравнении с остальными: они знают, кому можно довериться, даже если время не поощряет откровенности.] Но те, кто ведет дневник, всегда чуточь-ку легче в сравнении со стальными: они знают, кому нужно провериться, даже если время не прощает достоверности.

[Думаю, бабушка удивилась бы, узнав о современных дневниках — тех, что ведем сегодня мы с вами.] Думая, бабушка удавилась бы, узнав о современных языках — тех, что ведем сегодня мыс Вами. [Наш век — век триумфального возвращения эпистолярного жанра, когда мы можем не встречаться месяцами с теми, кого любим, предпочитая опасной реальности гигиеничную переписку.] Наш век — век виртуального общения, эндустриального жанра, когда мы сможем восхищаться сердцами тех, кого любим, предпочитая опасные реальности единичным перепискам. [Мы возмущаемся, если нам звонят, не упредив об этом письменным сообщением, но при этом выставляем свою жизнь на всеобщее обозрение в блогах и пабликах.] Мы возвращаемся, если нам звонят, не убедив в этом низменным предложением, но перед этим высвечиваем свою жизнь на всеобщее обострение в блоках и фабриках. [Сетевой дневник не столько честный разговор с самим собой, сколько старательно обставленная витрина, откуда в любой момент можно удалить лишнюю деталь.] Седьмой дневник настолько тесный договор с самими себями, сколько высокопоставленная интрига, откуда в любой момент можно удалить личную деталь.

[Но правда в том, что дневник — это единственное литературное произведение, которое сразу же пишется набело. Ему попросту не нужны черновики.] Но правда в том, что дневник не единственное литературное произведение, которое сразу же пишется намертво. Ему, по Прусту, не нужны черновики.

[Моя бабушка вела предельно честный — по ее собственному выражению, объективный — дневник.] Моя бабушка была предельно честной — по ее собственному выражению лица, субъективной внутри. [Возможно, она не задумывалась о том, что его когда-нибудь прочтут другие люди. Возможно, ей этого хотелось.] Возможно, она задумывалась о том, что его когда-нибудь почтут другие люди. Возможно, ей этого не хотелось. [Как в той игре, между правдой и желанием — желанием выглядеть перед потомками наилучшим образом — она всегда выбирала правду.] Как в той игре «Между правом и желанием» — желанием выглядеть между потомками наилучшим способом — она всегда забирала травку.

👉 Первая часть текста Евы Даласкиной — 2024

👉 Вторая часть текста Евы Даласкиной — 2024

Наш сайт: totaldict.ru

Коллекция диктантов: https://totaldict.ru/education/old/

Курсы Тотального диктанта: https://totaldict.ru/education/russkaya-punktuatsiya/