Отрывок из книги «Русские Лопари» Харузина Н.И.

Говоря о боге-громе, я считаю уместным упомянуть здесь же о другом божестве, именно Сторьюнкаре, так как Айеке стоит с этим последним в некоторых отношениях; в некоторых местностях Лапландии его считали даже подчинённым Сторьюнкаре. Следует, однако, заметить, что культ Сторьюнкаре был, по-видимому, мало распространён в Лапландии: о нём упоминает один только Шеффер, причём он также оговаривается, что Сторьюнкаре в других и большинстве местностей Лапландии имеет другое значение.

Вот, что сообщает Шеффер об этом божестве: второй из главных богов, пишет он, называется Сторьюнкаре. (Шеффер на первое место ставит бога грома, на третье - солнце). Это слово, замечает Шеффер, норвежское, но лопари называют его и Стурра Пассе т.е. великий святой. Они полагают, что Айеке или Тьермес лишь его подчинённый и как бы некий королевский чиновник. Его неограниченной власти были подчинены все домашние и дикие животные, и, по словам Самуила Реена, он властвовал над всеми животными: и медведями, волками, лисицами, оленями, рыбами, птицами; он помогает на охоте. По словам Иоанна Торнея, Сторьюнкаре является часто во время ловли рыбы или птиц; у него красивая внешность; одет он во всё чёрное; одежда его такого покроя, «который носят благородные» (eo formatis modo, quo gestare nobiles solent), в руках он держит пищаль; лишь ноги его имеют вид птичьих лап. Всякий раз, когда он кому-нибудь является, показываясь либо на берегу, либо около самих ловцов в их лодке, лов рыбы всегда бывает очень удачен, а в мимо пролетающих птиц он из своей пищали бросает свинцовые пули, и, убив птицу, давал её присутствующим. Местожительство его указывается на горе; вследствие этого и алтари ему строили около рек и вообще там, где было видение — так как своим появлением Сторьюнкаре показывал свою любовь к данному месту.

Очевидно мы имеем в Сторьюнкаре бога охоты. Но культ его, как я уже сказал, был мало распространён и Шеффер, давший нам относительно подробные сведения об этом божестве, замечает, что у лопарей, живущих по Торнео и в Кьеме, под Сторьюнкаре разумеются священные камни Сейты, о которых мне придётся говорить ниже. Как будет видно из изложения сведений о священных камнях, Сейты ставились также по берегам рек и озёр, или там, где были видения лопарям; Сейты также оказывали большое влияние на ход охоты лопарей и помогали им как при ловле рыбы, так и при охоте на птиц и на диких зверей. Можно было бы благодаря тождественности имён этого божества и священных камней, благодаря почти тождественности их деятельности, вывести заключение, что Шеффер ошибся, выделяя его в особое божество и в этом не было бы ничего удивительного, так как Шеффер не особенно долго оставался в Лапландии и не мог близко ознакомиться с лопарскими верованиями. Но он в своём изложении сведений о Сторьюнкаре приводит слова Самуила Реена и Иоанна Торнея, долгое время живших в Лапландии и внимательно изучавших религиозные представления лопарей. Предполагать одинаковую ошибку у обоих авторов, писавших хотя и приблизительно в одно время, но совершенно самостоятельно, мы не имеем никаких оснований. Поэтому, мне кажется, естественно будет предположить следующее: либо бог Сторьюнкаре имел прежде другое название, более определённое, чем «великий святой», подобно тому как и священные камни имели лопарское название (сейта) и что лишь потом скандинавское слово было перенесено на него, равно как и на сейтов, либо, что мне кажется вероятнее, что в культе Сторьюнкаре мы имеем развитие культа священных камней: священный камень, считавшийся прежде божеством сам по себе, впоследствии лопари населили духом, на которого и перешли все функции, которые прежде исполнялись сейтами. Что этот дух мог и не иметь определённого имени, удивлять нас не должно, если сам культ его появился поздно. Развитие же культа Сторьюнкаре из культа священного камня довольно естественно среди народа, который сам ли, или под чужим влиянием мог выработать себе такую богатую мифологию, какова была мифология у древних лопарей. Что культ Сторьюнкаре возник довольно поздно и, быть может, даже под влиянием скандинавских соседей лопарей, доказывает, как скандинавское имя самого божества, так и покрой одежды, в которую он облачался; лишь одежду шведско-норвежских дворян можно разуметь под словами Торнея об одежде Сторьюнкаре, так как среди лопарей сословий не было.

Харузин Н.И. - Русские Лопари (Очерки Прошлого И Современного Быта) (1890), стр.149-151