Музыка яркого белого света
Пианист Дмитрий Маслеев подобрал образ для Третьего фортепианного концерта Сергея Прокофьева
24 января 2023 года в 19:00 на сцене Удмуртской филармонии пианист Дмитрий Маслеев и Государственный симфонический оркестр республики под управлением маэстро Николая Роготнева исполнят Третий фортепианный концерт Сергея Прокофьева – музыку светлую, ясную, оптимистически бодрую и радостную. В непростые нынешние времена подобная музыка тоже отзывается созвучием в сердцах и душах думающих меломанов…
Третий как первый лирический
Премьерное исполнение Третьего прокофьевского фортепианного концерта состоялось в американском Чикаго более века назад – в декабре 1921 года, когда за дирижерским пультом Чикагского симфонического оркестра работал Фредерик Сток, а за роялем солировал сам автор.
– Еще в 1911 году, работая над Первым фортепианным концертом, – в собственной «Краткой автобиографии», к слову, увлекательнейшем чтении, сообщал любителям музыки и поклонникам Сергей Прокофьев. – Я задумывал большой и очень пассажистый концерт… В 1913 году я сочинил тему для вариаций, которую затем долго приберегал. В 1916-1917 годах я несколько раз пробовал взяться за Третий концерт, сделал его начало (две темы) и две вариации к теме второй части…»
Отъезд заграницу прервал и отодвинул композиторскую работу и после путешествия по Америке, Европе, Тихому океану на берегу его Атлантического «собрата» во французской Бретани и в местечке Рошле 30-летний Сергей Сергеевич решается собрать воедино все предыдущие отрывки, развить первоначальные мысли, положить на ноты новые свежие переживания, впечатления и написать свой третий по крупному творческому счету, но первый лирический фортепианный концерт.
– Это уверенная в своих огромных силах молодость искусства. Эмоции непосредственны, жизнерадостны, пианизм блистателен и нов. Автор с задором рассыпает перед слушателями поразительные виртуозные эффекты… При этом гротеск, напор и стремительная виртуозность не затмевают широчайшего лирического развития мелодии, – писала в брошюре о Прокофьеве советский музыковед Наталия Савкина.
– Самоцвет лирики! В финале звучит музыка полная энергии и буйства красок, придающих праздничность всему произведению, – в монографии о Прокофьеве из популярной в СССР книжной серии «Жизнь замечательных людей» дополнял коллегу Сергей Морозов.
– Это светлый, оптимистически бодрый, радостный и ясный по основному настроению концерт, – много раньше, печатаясь еще под литературным псевдонимом Игорь Глебов, обобщал авторитетный отечественный музыкальный эксперт Борис Асафьев – в программе к выступлениям Сергея Прокофьева в Москве 24 и 31 января 1927 года, когда автору аккомпанировал столичный Персимфанс – Первый симфонический оркестр без дирижера. – Третий концерт Прокофьева звучит необыкновенно ясно и привольно, по-русски, хотя в нем нет ни народных тем, ни нарочитой стилизации, ни фольклористических тонкостей, ни подлаживания под быт. Это искренне и просто написанное сочинение является глубоко созвучным современности…
Вот только западные «акулы пера» не оценили прокофьевской лиричности и новой простоты, и в газетных репортажах грубо выругали опус, получивший порядковый номер 26.
– В Париже меня довольно настойчиво глодали за дешевый лиризм, а по выражению иных за пошлятину, одним словом, за рахманиновщину, – молодой композитор с усмешкой реагировал на эти острые пикировки и легко отпускал от себя очередное любимое детище в свободную вольную смелую самостоятельную жизнь в искусстве.
Очень «конкурсная» гениальная музыка
Второй половине ХХ века, когда мировое музыкальное пространство стало переполняться различными исключительно престижными и международными конкурсами, Третий фортепианный концерт Прокофьева оказался среди фаворитов в выборе пианистов. Именно в списке произведений к решающему туру.
– Ломая голову над тем, каким образом лучшие из лучших сочинений – это особенно относится к Четвертому и Пятому концертам Бетховена и двум концертам Брамса – могут помешать закрепить успех на конкурсе даже весьма талантливым и самобытным пианистам, я пришел к выводу о том, что есть «конкурсные» концерты, как например, Второй Сен-Санса и Третий Прокофьева. Потому что они более доступны и публике, и дирижерам, и оркестрам, не говоря уже о самих исполнителях-солистах, – эти очень точные рассуждения журналист Удмуртской филармонии обнаружил у известного педагога Московской консерватории и ученика Генриха Нейгауза Льва Наумова.
Меткая цитата из литературного наследия Льва Николаевича – Наумова, не Толстого – сразу освежила в памяти яркий сюжет, когда 30 июня 2015 года в Большом зале Московской консерватории в кульминации XV Международного конкурса имени Чайковского Дмитрий Маслеев вслед за Первым концертом Петра Ильича исполнил именно третье прокофьевское фортепианное полотно и в итоге решение жюри констатировало то, что 27-летний пианист и выпускник Михаила Петухова переиграл всех конкурентов-финалистов – Лукаса Генюшаса, Джорджа Ли, Даниила Харитонова, Сергея Редькина и Люка Дебарга.
– С той самой поры, с момента своего первого обращения к этой музыке, когда я специально готовил сочинение Прокофьева к третьему финальному туру в течение долгих семи лет я не играл Третий концерт! – в новом эксклюзиве для Удмуртской филармонии признался победитель XV конкурса Чайковского и объяснил мотивы возвращения этой музыки в личный репертуар. – После конкурса мне всё как-то не удавалось вернуться к этому замечательному и даже гениальному концерту. Однако нынче я решил-таки возвратить его в свой репертуар и сейчас играю его с огромным удовольствием. За последнее время я сыграл этот концерт в нескольких зарубежных поездках и в Москве в Концертном зале имени Чайковского. Очень надеюсь на то, что совсем скоро – 24 января в 19:00 на сцене Удмуртской филармонии – я впервые сыграю Третий концерт Сергея Сергеевича Прокофьева в Ижевске вместе с Государственным симфоническим оркестром Удмуртии, а чуть позже исполню его в знаменитом концертном зале Musikverein в столице Австрии – в Вене!
До-мажорное олицетворение положительное энергии
Повторимся, что большинство музыкальных критиков называли Третий фортепианный концерт Прокофьева «типично русским». Хотя композиционную разработку, сборку и окончательную отделку это произведение проходило под воздействием многочисленных наднациональных впечатлений впечатлительного Художника звуков. Этого «солнечного богача», как нарек Сергея Сергеевича еще в 1917 году в стихотворении «Ребенку богов, Прокофьеву» наблюдательный Константин Бальмонт:
Ты солнечный богач. Ты пьешь, как мед, закат.
Твое вино - рассвет. Твои созвучья, в хоре,
Торопятся принять, в спешащем разговоре,
Цветов загрезивших невнятный аромат.
Вдруг в золотой поток ты ночь обрушить рад,
Там где-то далеко — рассыпчатые зори,
Как нитка жемчугов, и в световом их споре
Темнеющий растет с угрозным гулом сад.
И ты, забыв себя, но сохранивши светы
Степного ковыля вспоенного весной,
В мерцаниях мечты, все новой, все иной,
С травинкой поиграл в вопросы и ответы
И, в звук свой заронив поющие приметы,
В ночи играешь в мяч с серебряной луной
Между прочим, на стихи счастливо-неслучайного соседа композитора по бретонским уединенным местечкам на побережье Атлантики Прокофьев написал (частично или целиком) несколько опусов для голоса и фортепиано (№7 – «Белый лебедь» и «Волна» – «Не бегает, уходит», №9 – «Есть другие планеты», №23 – «В моем саду», №36 – «Заклинание воды и огня», «Голос птиц», «Бабочка», «Помни меня», «Столбы»), двадцать пьес для фортепиано – №22 «Мимолетности», тоже навеянные поэзий Бальмонта – «В каждой мимолетности вижу я миры,/Полные изменчивой радужной игры…» и №30 – кантату для драматического тенора, смешанного хора и симфонического оркестра «Семеро их». По «Зовам древности – гимнам, песням и замыслам древних», которые композитор иначе называл «Халдейскими заклинаниями».
При этом Третий фортепианный концерт – опус №26, первым слушателем которого очутился как раз именитый русский поэт-символист и резкий острослов на злобу дня – дореволюционных российских, а затем эмигрантских будней, Сергей Прокофьев сделал персональным посвящением поэту.
– А что вы слышите и чувствуете в музыке этого прокофьевского произведения? – задался первым скромным, но закономерным интересом к собеседнику филармонический обозреватель.
– Слышу и чувствую то, что это исключительно прокофьевский концерт и его не спутаешь ни с одним другим фортепианным концертом! – с восклицанием откликнулся Дмитрий Маслеев. – Для меня, прежде всего, это светлая музыка, наполненная положительной энергией. Она несет в себе яркий и теплый белый свет, и даже до-мажорная тональность служит олицетворением этого света. «Значит, еще не вся музыка написана в до-мажоре», – с улыбкой говорил об этом концерте Сергей Сергеевич.
«И в бубен солнца бьет непобедимый скиф»
Надо сказать, что Константин Дмитриевич Бальмонт никогда не оставался в творческом долгу перед Сергеем Сергеевичем Прокофьевым (а вот денежный долг поэта позже резко охладил отношения двух личностей) и на частоту музыкальных обращений «солнечного богача» к его поэтическим текстам ответил знаменитым экспромтным сонетом, написанным почти что во время первого прослушивания Третьего фортепианного концерта летом 1921 года, подготовленным еще вчерне, как говорили композиторы, т.е. не набело, в не отделанном до конца варианте.
Ликующий пожар багряного цветка,
Клавиатуры слов играет огоньками,
Чтоб огненными вдруг запрыгать языками.
Расплавленной руды взметенная река.
Мгновенья пляшут вальс. Ведут гавот века,
Внезапно дикий бык, опутанный врагами,
Все путы разорвал и стал, грозя рогами,
Но снова нежный звук зовет издалека.
Из малых раковин воздвигли замок дети,
Балкон опаловый утончен и красив.
Но, брызнув бешено, все разметал прилив.
Прокофьев! Музыка и молодость в расцвете,
В тебе востосковал оркестр о звонком лете,
И в бубен солнца бьет непобедимый скиф
Стальные мускулы мустанга
Заметим, что чуть раньше Бальмонта один из ведущих московских музыкальных рецензентов Юлий Энгель нашел еще одну метафору для темпераментного композитора: «Это какой-то дикий крепыш, мустанг на подножном корму». Потом это образное сравнение подхватили американские газетчики, кричавшие со страниц своих изданий, что «мускулы Прокофьева сделаны из стали».
– Однажды в отеле негр-лифтер, тронув меня за рукав, не без уважения сказал: «Стальные мускулы» – видимо, возведя меня в боксеры, – в той же краткой автобиографии буквально хохотал Сергей Сергеевич и находил, что в оценке его музыки зарубежная пресса очень часто писала «всякие глупости». «Атака стада мамонтов на азиатском плато» – эту аллегорию надо было относить в адрес Второй сонаты.
Большая композиторская «любовь» друг к другу
Завершая наше обозрение, напомним, что вместе с Третьим фортепианным концертом Сергея Прокофьева 24 января 2023 года в программе большого музыкального вечера в столице Удмуртии прозвучит Первая симфония финского композитора Яна Сибелиуса.
Невольное программное соединение этих композиторов натолкнуло на еще один вопрос для интервью Дмитрия Маслеева.
В номере американской газеты Saint-Louis Star-Times от 29 января 1937 года было опубликовано интервью русского композитора, который гастролировал в продолжительном заокеанском турне и охотно общался с репортерами.
В Сент-Луисе во время приезда Прокофьева в афише выступлений местного симфонического оркестра были включены произведения Сибелиуса, и интервьюер из городской газеты решил узнать мнение гостя о музыке «великого сына финского народа».
– Третьесортный хлам! – быстро и безапелляционно произнес порой избыточно категоричный Сергей Сергеевич. – Как это англичане могут любить его?! В Париже его попросту осмеяли. В России он мало ценится. Но в Англии и Америке, где пьют воду с сиропом, а не из-под крана, – его любят. С точки зрения техники, Сибелиус весьма не зрел. Старые леди любят его за сентиментальные нотки, а также за то, что он в изобилии использует красочный северный фольклор. Полагаю, что мы доживем до того дня, когда мода на Сибелиуса пройдет и лет через восемь о нем вообще забудут.
– Но, как мы видим, Прокофьев здесь ошибся. Замечательную музыку Сибелиуса и его самого в мире не забыли! Более того, на родине Чайковского «примирят» Сергея Сергеевича и Яна, – с долей доброй шутки высказался филармонический журналист.
– Композиторы нередко очень «любили» своих коллег и можно привести множество подобных примеров, когда они не стеснялись в выражениях в отношении друг друга и в адрес их произведений, – произнес ироничный человек Дмитрий Маслеев. – А мне представляется, что в предстоящей программе музыка Прокофьева и Сибелиуса будет очень хорошо сочетаться…
P.S. В одной из январских публикаций Удмуртская филармония уже представила эскизы к портрету Яна Сибелиуса и его музыке (читать).
Интервью провел и подготовил Александр Поскребышев