СТРАННИК МУЗЫКАЛЬНОГО НЕБОСКЛОНА

Певец Сергей Нихаенко о том, как рождается настоящая мужская лирика

В эпоху громких лозунгов и навязанных статусов он выбирает честный разговор о простом человеке. Рубаха-парень, тонкий, душевный, глубокий, отзывчивый и настоящий в своём естестве. Пройдя через горнило фронтовых окопов и разделив сцену с легендами эстрады, он не зазнался, а сумел остаться собой. Как проводник вечных смыслов к сердцам миллионов, он бережно хранит свою простоту и уникальный голос, не переставая совершенствовать мастерство.

В этом откровенном интервью передаче «Устами многих» эстрадный певец, автор-исполнитель, артист лейбла «Таврида.АРТ», участник боевых действий Сергей НИХАЕНКО рассказал о глубинном понимании себя и живой связи с Богом, которая является его главной опорой. О фронтовом опыте без прикрас, профессиональных трансформациях, духовном поиске и о том, какой исцеляющей и преображающей силой обладает музыка. И, конечно, о любви, как о единственном смысле, способном растопить любое сердце и познать жизнь во всей её полноте.

Трансформация личности и выбор пути

— Сергей, ваша жизнь — это невероятный калейдоскоп ролей, которые, казалось бы, должны исключать друг друга. В вас парадоксальным образом уживаются жесткость боксёра, который умеет держать удар, точность инженера, хрупкость поэта и суровая реальность фронтовика. За вами уже прочно закрепились понятные обществу маркеры: доброволец, гранатомётчик, певец, кандидат в мастера спорта. Но если мы сейчас мысленно снимем с вас все эти социальные статусы, регалии, фронтовой позывной и даже саму музыку как род деятельности… Кто вы? Кем вы себя видите и ощущаете без привязки к этим ярлыкам? Если отбросить всё, что вы сделали и как вас назвали другие, что остаётся внутри на самом глубинном уровне?

— Знаете, это настолько обширный вопрос, что односложным предложением на него ответить практически невозможно. Прежде всего я — человек, который пишет о людях.

Главное для меня — оставаться настоящим. Не терять ту простоту, честность и глубину, с которой я рос, и не позволять внешним обстоятельствам, славе или статусам подменить мои внутренние ориентиры. Как сказал кто-то из великих, простота — это то, что труднее всего на свете, это крайний предел опытности и последнее усилие гения. Когда ты уже прошёл через многое, видел разное, но всё равно выбираешь быть собой. Без масок, без позёрства, без попытки казаться кем-то другим. Это постоянный выбор — каждый день, каждый час, на каждой сцене и в каждом разговоре.

Я рад, что моя музыка доходит до слушателя, что она ему понятна и ближе, чем какие-то лозунговые произведения. У меня получилось достучаться до души своего зрителя — рассказать о человеке, невзирая на его статус и положение в обществе. Где бы он ни был, показать его живую душу со своими мечтами и любовью, с тихой грустью и искренней, вопреки всему, радостью. И в этом рассказе — вся правда о нас. О том, что мы все одинаковы в своём стремлении быть любимыми, понятыми, принятыми. Что за любыми внешними различиями скрывается один и тот же человек с одним и тем же сердцем.

Поэтому я считаю себя просто проводником — от своего сердца к сердцам тысяч, миллионов слушателей. Человеком, который идёт своим путём. Но этот путь — не линейное движение из точки А в точку Б. Это постоянное возвращение к себе, к своим корням, к тому, что делает тебя живым. Путь, на котором ты каждый день учишься слышать не только себя, но и других. Понимать, что твоя история — это не только твоя история, а часть чего-то большего, общего для всех нас.

Если моей музыкой получится растопить хотя бы несколько сердец, то я буду счастлив. Потому что растопить сердце — значит дать человеку почувствовать, что он не один. Что его боль, его радость, его сомнения — важны. Что он имеет право быть собой, со всеми своими недостатками и шрамами. И если через мои песни кто-то найдёт в себе силы не сдаваться, не прятаться, а жить открыто и честно — значит, я на своём месте.

Фронтовой опыт и вера

— Далеко не каждому дано осознать подлинную тяжесть фронтовой жизни. Но ваше творчество как человека, прожившего этот опыт, позволяет прочувствовать всю правду с лихвой. Расскажите, как там, «за ленточкой», рождались ваши песни, поднимая дух боевых товарищей? Что было для вас главной внутренней опорой, чтобы не сломаться и сохранить в себе свет и продолжать творить и созидать?

— Поначалу, находясь на фронте, я не мог написать ни строчки, даже когда у меня появилась гитара. Всё-таки я был человеком из гражданской жизни и не сталкивался с этой реальностью, не так её понимал, потому что из окопа правда виднее.

Я долго не мог прийти к тому, о чём хочу сказать через музыку. Мне не хотелось говорить о врагах и преступниках, о величии наших предков, о памяти — обо всём таком. Потому что я понимал: все эти слова — не про то, что происходило в тот момент. Там были реальные люди, у которых жизнь в буквальном смысле висела на волоске. Люди, которые не имели возможности связаться со своими родными. Каждый человек сам себе принадлежал в тот момент. Рядом — только верные товарищи, настоящие братские сердца, которые посчастливилось обрести в тех условиях. Ведь тогда, особенно первые несколько месяцев СВО, было крайне сложно доверять людям, которых ты только узнал.

Поэтому непросто было что-то создавать. Но в какой-то момент отчаяния я просто стал писать о том, что чувствовал сам и переживал не только я, но и все те, кто меня окружали. О своих родных, любимых. Естественно, соприкасаясь с той реальностью, в которой мы тогда находились. И, конечно, эти песни отзывались у ребят.

Для меня музыка была той ниточкой, которая связывала меня с домом. Я всегда мечтал о том, чтобы моё творчество приносило пользу и вдохновение, чтобы я исполнял именно свою музыку, и её услышало как можно больше людей. И эта мечта стала для меня стимулом и целью выжить, несмотря ни на что, и свои песни донести миру. Понимание того, что меня ждут, давало мне силы. Я был уверен, что со мной ничего не произойдёт. Для меня — это то, ради чего стоит жить.

Так появились песни «Травушка-муравушка», «Высота», «Мысли». Музыка и была той самой опорой. Она очень сильно мне помогала и, конечно же, скрашивала наш досуг, когда можно было попеть под гитару, почувствовать себя живым творческим человеком, а не только боевой единицей, которая выполняет задачи в условиях военного времени.

— В одном из интервью вы упоминали, что выжить на фронте и укрепить свой дух вам помогла вера в Бога. Изменилось ли ваше понимание веры, молитвы и разговора с Всевышним за время, которое вы провели на передовой? Поделитесь, пожалуйста, вашими ощущениями от соприкосновения с живым Богом. Как вы продолжаете укреплять свою веру?

— На войне без Бога мне было бы, наверное, невыносимо. Там молитва становится единственным способом по-настоящему дышать и сохранять рассудок посреди хаоса. Разговор с Богом стал прямым и предельно честным.

Я воочию увидел, что за нарушение Божьих заповедей расплата в условиях войны приходит практически незамедлительно — в отличие от обычной жизни. И я тогда поймал себя на мысли: что бы ни происходило, надо всегда оставаться человеком. Оставаться добрым, иметь милосердие — и Господь тебя будет оберегать.

Именно в эти моменты я ощущал то самое соприкосновение с живым Богом. Это глубокое, тихое чувство внутреннего покоя и защищённости, когда всё вокруг рушится. Поэтому, находясь на фронте, я старался жить — насколько это, конечно, позволяли условия, — праведно, жить по-людски. Не терять любовь в своём сердце, не терять человечность. И в этом Бог меня, конечно, оберегал. Да не только меня, но и многих моих братьев.

Без веры там невозможно выжить морально. Хотя были ребята, которые называли себя атеистами, но я уверен, что они в любом случае во что-то верили. Пусть и отрицали, что Бог существует, — вера в их сердцах, в их братской взаимовыручке всё равно была.

Для меня вера — это не только слова в моменте испытаний. Это образ жизни. Я продолжаю молиться, благодарить за каждый новый день, за возможность петь, за то, что мы живы. Моя музыка, мои песни о простом человеке, о любви и милосердии — это тоже моя форма молитвы, мой диалог с Богом и с людьми. Настоящая вера, на мой взгляд, проверяется не в бою, а в том, как ты живешь после него: с благодарностью, с открытым сердцем и с желанием делать этот мир хоть немного светлее.

Бог был рядом тогда. И я знаю, что Он рядом сейчас.

Творчество, сцена и миссия

— Многие сейчас называют вас звездой патриотической песни. Но для вас лично, как человека, прошедшего огонь и знающего цену жизни, что являет собой этот жанр и как вы относитесь к такому определению вас как личности в медийном пространстве? Как вы сами характеризуете свой творческий стиль? О чём ваше творчество сегодня?

— Если честно, мне не очень нравится, когда человека называют звездой, потому что звезда, на мой взгляд, это что-то космическое, библейское. И я точно против того, чтобы меня называли звездой, а тем более патриотической песни. Если песня написана о войне, почему её обязательно называть патриотической? Я никогда этого не понимал.

Для меня патриот в глобальном смысле — это человек, который в том или ином своём направлении деятельности, в своём ремесле приносит пользу своей Родине. Несёт свет, несёт жизнеутверждающие смыслы через свою профессию, через свои поступки. Вот это настоящий патриот.

Но если отвечать конкретно — я не считаю себя патриотическим исполнителем. И вообще никогда не стремился им быть. Песен «за деда», «за победу» у меня нет от слова совсем. Они все у меня о каких-то жизненных историях, основанных преимущественно на личном опыте. Но он отзывается в сердцах других людей — и это не может меня не радовать.

Я не пишу какие-то громкие слова о Родине, о величии нашей истории — в том смысле, в котором сейчас понимают патриотическую песню. Я в этом смысле никогда не писал и не пел. Да, я писал о войне. Но опять же я писал о своих любимых, о своих родных, о доме. Потому что находился в тех условиях. Если бы я, не дай бог, находился где-то в тюрьме — я бы писал о том, как сижу в тюрьме и скучаю по дому. Или где-нибудь на необитаемом острове. Это просто обстоятельства, и ничего другого.

Мои песни говорят о том, что надо любить во имя жизни и жить во имя любви. Если эта музыка способна затронуть хотя бы несколько сердец, то это уже достижение. И если это считается патриотической песней — ну, наверное, так тому и быть.

Но тогда у нас в обществе надо менять стереотип, менять понимание того, что такое патриотизм в принципе. Что такое любовь к Родине, что такое любовь к родителям, уважение к старшим. Патриотизм — это не то, когда ты ходишь в военной форме, с деревянным автоматом в школе маршируешь и поёшь песню о Великой Отечественной войне. Патриотизм — это что-то другое. Это, наверное, о нашей ответственности, о гражданственности в обществе. О том, как мы полезны друг другу.

А если брать конкретно жанр, в котором я создаю, то это поп-рок. Популярная песня, поп-рок, возможно рок-баллады. В основном это рок-направление с популярным звучанием, музыка, рассчитанная на массового слушателя.

— Какой была та музыка, на которой вы выросли в родном Луганске — городе, подарившем миру гения Михаила Матусовского? Какие голоса и мелодии сформировали ваш духовный стержень, внутренний камертон и стали тем самым культурным базисом, благодаря которому вы сегодня так точно пишете о Родине, вере, любви и о человеке? Что пробудило в вас ту самую глубину, которая сегодня так отзывается в сердцах людей и не даёт фальшивить ни в ноте, ни в слове?

— Знаете, музыка в моём доме звучала столько, сколько я себя помню. Первыми песнями, которые я начал слушать уже сам, покупая диски и кассеты, были композиции групп «Руки Вверх!» и «Тату». Также всегда с гордостью рассказываю, что слушал песни Михаила Круга, у меня были все его альбомы. В 2016 году я даже выиграл конкурс памяти артиста, был у него дома, общался с его семьёй. До сих пор общаюсь с его сестрой Ольгой Медведевой — сейчас она выступает под псевдонимом Круг.

Свой творческий путь на сцене я начинал в самодеятельности, в казачьих фольклорных коллективах. Мне очень нравилась казачья донская песня — не стилизованная, не такая, как, например, в эстрадной подаче Кубанского хора, а именно в том аутентичном исполнении, как пели двести-триста лет назад. Эти гармонии и голосоведение меня невероятно вдохновляли и развивали мою музыкальную гибкость.

Но тем не менее, занимаясь подобной музыкой, я взращивал себя как музыканта преимущественно на смысловых песнях. Не любил произведения, в которых нет истории, нет какой-то сути — для меня лично, для человека. Не слушал музыку ради музыки. И сам сейчас не пишу песню ради песни, а лишь тогда, когда есть о чём сказать.

То есть я впитывал много разной музыки, не что-то конкретное. Слушал и западную музыку, формировал свой вкус и на отечественной качественной музыке, на вокалистах с невероятным диапазоном и техникой.

В целом считаю себя многогранным автором-исполнителем, который знает и о джазе, и о рок-н-ролле, и о народной музыке очень много, и о классической. И о плохой музыке, кстати, тоже. Потому что анализировал, интересовался тем, почему люди слушают такой ужас и массово его поглощают. Пытался в этом разбираться как музыкант.

Поэтому всё то, что я вобрал в себя, в той или иной степени приносит мне пользу как творцу.

— Наша редакция наблюдает за вашим творчеством на фестивале молодого искусства «Таврида.АРТ» уже несколько лет. Наслаждались вашими выступлениями как резидента, а в прошлом году общались с вами на пресс-подходе, когда вы приехали уже в статусе хэдлайнера. Символично, что ваш путь на фестивале начался ещё в 2018 году, и вы стали одним из самых первых представителей Луганской Народной Республики на этой сцене. Что сегодня значит для вас это место в плане собственной профессиональной и личностной эволюции? И каких главных творческих высот, по вашему ощущению, удалось достичь именно благодаря этому сообществу, поддержке резидентов и возможностям проекта?

— «Таврида» — это особое место, с которого, наверное, началась моя трансформация как человека творческого. В 2018 году я прибыл туда впервые исключительно на разведку и не мог даже представить себе, что в нашей жизни всё настолько реально. Это место даёт возможность молодому талантливому человеку в той или иной сфере приехать туда, увидеть воочию живых легенд индустрии, пообщаться с ними, спросить мнения, получить совет, да ещё что-то вместе создать. Меня это очень вдохновило. Я понял, что именно через эту площадку есть большой шанс заявить о себе, стать услышанным.

Да, у меня не сразу всё получалось, я пытался штурмовать «Тавриду» несколько раз. Очень ярко себя проявлял, но как-то не складывалось с тем, чтобы попасть в резиденты. То меня не взяли в один музыкальный заезд, то начался период пандемии, когда только формировалось сообщество резидентов, и туда было очень сложно попасть.

Но жизнь внесла свои коррективы, позже «Таврида» стала сама меня привлекать: писать, приглашать в различные проекты. Это был литературно-музыкальный проект «Настоящие», а также открытие Академии творческих индустрий «Меганом», сам фестиваль «Таврида.АРТ» и спектакль «Вера. Надежда. Любовь», где мне удалось показать свои песни, что заинтересовало музыкальное направление арт-кластера, где мне помогали эти песни создать и выпустить в нужном качестве, а впоследствии предложили стать артистом лейбла.

Я очень много трудился, чтобы задержаться там подольше. И каждый год всё выше и выше поднимаю планку. В начале каждого года, когда мы продлеваем сотрудничество в рамках договора с лейблом «Таврида.АРТ», у меня как у артиста всегда появляется страх в глазах: что я сделаю в этом году, как мне добиться ещё больших успехов? Идёт постоянная работа — и не только моя, это работа всей команды.

«Таврида» — это не про продвижение, если кто-то неправильно понимает, а про комьюнити. Это всё-таки сообщество. Хотя оно себя так не позиционирует, но оно формирует сообщества внутри себя. Есть сообщество молодых музыкантов, сообщество художников, кинематографистов. И оно продолжается развиваться и расти. Когда сюда приезжают молодые люди, творцы — они находят единомышленников, обмениваются контактами, что-то вместе создают. А потом уже даже вне рамок арт-кластера начинают помогать друг другу в тех или иных проектах. Это место поистине объединяет людей. Все мои творческие победы и важные знакомства в той или иной степени связаны с «Тавридой».

Поэтому я желаю этому проекту лишь процветания. Такой уникальной площадки нет нигде, только в России. Это очень успешный проект. Хотелось бы, чтобы он процветал дальше. Я горжусь тем, что когда-то, не осознавая того, что может быть, подал заявку, приехал — и был поражён всем тем, что происходит в арт-кластере «Таврида».

— Вам довелось выходить на одну сцену в том числе с легендами эстрады. Чем вы обогатились ещё больше благодаря взаимодействию с ними?

— Да, мне довелось делить сцену со многими выдающимися артистами. То ли это были совместные концерты и мероприятия, то ли полноценные дуэты. Среди них — Олег Газманов, группы Uma2rman и «Смысловые галлюцинации» (солист Сергей Бобунец), Саша ST, Алексей Поддубный (Джанго), группа Burito, Ольга Кормухина и многие другие. С группой «Город 312» у меня в прошлом году вышла совместная песня «Дальше жить».

Знаете, для меня это, без всякого сомнения, огромное достижение — выступать на одной площадке с мастерами, которые давно и прочно заявили о себе. И самое главное — они принимают меня на равных.

Когда выходишь на одну сцену с такими артистами, рождается особый обмен — энергией, опытом, взглядами. Два разных человека, с разным бэкграундом, разным путём, создают что-то новое. И в этом взаимодействии каждый привносит своё: кто-то — школу и мастерство, кто-то — свежий взгляд и энергию. Это всегда диалог, а не монолог.

Честно признаюсь: я не загоняю себя в состояние конкурсанта или ученика, которому нужно что-то объяснять и которого надо учить. Я чувствую себя таким же полноправным артистом, как и они. Исполняю ли я песню известного коллеги или свою собственную, я делаю это так, как чувствую и как вижу. Не пытаюсь заглядывать кому-то в рот или угодить всем подряд.

И я ощущаю эту взаимную энергетику: меня понимают, ко мне относятся как к профессионалу. Для меня это служит колоссальной мотивацией и подтверждением того, что я на своём месте. Я не дилетант и уж точно не выскочка. Думаю, об этом в любом случае переживает каждый молодой исполнитель, у которого только начинает что-то получаться. Но выскочкой я себя не считаю — хотя бы судя по тому, как ко мне относятся большие артисты.

— Трек «Мысли», который вы записали совместно с рэпером ST, стал саундтреком к мини-сериалу «20/22». Расскажите о вашем дуэте с Александром. Как вам удалось найти общий язык с артистом из совершенно другого музыкального направления, да ещё так гармонично звучать?

— Это произошло абсолютно случайно. В 2023 году руководитель проекта «Таврида.АРТ» Сергей Першин объявил у себя в телеграм-канале конкурс: любой молодой музыкант может выступить на сцене фестиваля молодого искусства «Таврида.АРТ» с одним из хэдлайнеров. «Отправляйте свои песни, я выберу трёх лучших», — написал он. Тогда прислали порядка трёх тысяч произведений. Ну и я отправил свою, ужасную на тот момент, демку песни «Мысли» в чат-бот.

Очень переживал, отправлял несколько раз, но даже не рассчитывал, что меня возьмут. И вот пришёл момент, когда мне написали: «Саша ST хочет делать твою песню». Я поначалу растерялся, потому что не представлял Александра в этом произведении. Но когда мы встретились и пообщались буквально десять минут, я понял, что это полностью свой парень. Свой в доску. Он предложил написать рэп-куплет. Я послушал, когда он это сделал, и мне очень понравилось. Всё получилось гармонично. Мы за один день записали песню, сделали аранжировку на студии у Романа Бестселлера — легендарного саунд-продюсера, который работает со многими звёздами.

Мы, кстати, с Ромой Бестселлером работали не только над «Мыслями». Это и трек «Братское сердце», и проект «Время героев» — песню написал Саша, сам предложил поучаствовать, и я согласился. Поэтому с Сашей у нас очень хорошие, дружеские отношения.

Песню «Мысли» мы исполняли вместе очень много раз. Он даже сам признавался, что ни с кем из своих партнёров по дуэту так часто не исполнял ещё ни одну песню. И мы сделаем это ещё, я уверен.

— Ваши песни позволяют прикоснуться к чему-то настоящему, они исцеляют и заставляют переживать катарсис, более осознанно смотреть на свою жизнь. Сцена — это всегда взаимообогащение, что составляет суть живого творческого процесса. Как вы ощущаете этот невидимый обмен и встречу со зрителем на уровне энергии? И как эта энергия меняет вас?

— В этот момент разгара концерта, моего выступления, обмена энергией со зрителем — я чувствую себя поистине самым счастливым человеком на этой земле и понимаю, что мне больше ничего в этой жизни не надо.

Это тот момент, когда организм получает большую дозу дофамина, вырабатывает и выбрасывает, конечно, какими-то порциями свой адреналин. Особенно когда ты получаешь обратную связь от зрителя. Когда он тебя чувствует, когда он тебе отдаёт, когда зал полностью твой, где бы ты ни выступал.

В этот момент я поистине счастлив и понимаю, что нахожусь на своём месте, что я на правильном пути, что нужен людям. Такое происходит довольно часто, и я стараюсь сохранить и закрепить это ощущение счастья и свободы, когда пою на сцене.

Личное, контрасты и будущее

— Сергей, контраст поразительный, почти кинематографичный: ещё недавно, по вашим словам, вы просыпались по шею в ледяной воде сырого блиндажа, а сегодня — свет софитов, федеральные эфиры, концерты на Красной площади и участие в инаугурации президента России Владимира Путина. Как ваша душа справляется с этим колоссальным переходом? Не возникает ли ощущения сюрреализма, когда буквально из окопов попадаешь в мир больших сцен? И что помогает вам не потерять в этой яркой, мирной жизни ту самую выстраданную фронтовую правду и себя настоящего?

— Конечно, тогда сложно было себе представить всё то, что сейчас со мной происходит. Но в каком-то смысле мне это помогло справиться с тем, что сейчас называют посттравматическим синдромом после войны. Я вернулся на сцену и стал через песни говорить о своих переживаниях, об эмоциях, обо всём том, что я выстрадал. И от этого мне стало легче.

Да, у меня иногда закрадывается страх, что я могу потерять вот то самое простое, на чём, собственно, и строится моя музыка, мои смыслы, мой образ как артиста. Хотя я не считаю это образом — это мой стиль жизни и поведения. Я боюсь, чтобы это всё не притупилось, чтобы не переросло в какое-то самолюбование и тщеславие.

Стараюсь всегда заземляться. Так же, как и обычные граждане, передвигаюсь на общественном транспорте — то ли это метро, то ли автобус. Очень часто езжу к себе домой, в Луганскую область, город Лутугино. Хожу в одни и те же супермаркеты, общаюсь с людьми. Стараюсь отвечать практически на все сообщения, которые мне пишут: благодарят за музыку, просят передать видеопривет ребятам на фронт. Одним словом, я не хочу зазвездиться. Поэтому, как я уже сказал, мне не нравится слово «звезда», меня всегда это обижает.

Мне хочется по максимуму сохранить ту простоту, которая, я думаю, во мне присутствует до сих пор. Я хочу ходить ногами по земле и делать свою работу. Вот и всё.

Мне кажется, это очень важно: когда ты сам себе не врёшь, когда сам с собой честен. Вот это самое главное. И музыка моя несёт именно эти смыслы: будь таким, какой ты есть. Не бойся своих недостатков, потому что в них кроется тот настоящий, индивидуальный персонаж, которым ты являешься на самом деле. Таких, как ты, нет. И это — в каждом человеке.

Я всегда всем говорю: не бойтесь делать ошибки. Из ошибок всегда рождается именно то, что вы ищете всю свою жизнь.

— Вы очень бережно относитесь к своей личной жизни, но с особой теплотой и нежностью всегда отзываетесь о родителях. За вашим мужеством на передовой и за теми глубокими смыслами, которые вы вкладываете в свои песни, которые сейчас находят отклик у миллионов, стоит мощная семейная опора. Расскажите, какую роль родители сыграли в становлении вашего характера, внутреннего стержня и взращивании вас как личности? Какие ценности они в вас заложили и чему главному научили, чтобы оставаться человеком в любых обстоятельствах?

— Мои родители — это мой безусловный тыл. Это те люди, которые всегда на моей стороне, будь я прав или не прав. Кем бы я ни стал, они никогда от меня не отвернутся. Они ждали меня с фронта, молились, переживали. И это знание, что дома тебя ждут, что у тебя есть эта крепость, давало мне силы выжить там, «за ленточкой». Они — те, кто всегда со мной рядом, в моём сердце.

Мы не были богатыми, но и бедными, конечно, не были. Не жили роскошно. Но именно благодаря родителям я с детства понял настоящую цену деньгам. Я знал, что за каждой заработанной копейкой стоит непростой, честный труд человека. Они не читали мне нотаций о том, как надо жить, они просто жили так: работали, любили, заботились друг о друге. И этот личный пример стал для меня главным уроком.

Они научили меня главному — не врать самому себе и быть настоящим. Не гнаться за мишурой, а делать своё дело.

Семейные ценности, привитые мне с детства, для меня неизменны. Семья — на первом месте. Я знаю точно: деньги, статусы, материальное — это не самое главное в нашей жизни. Всё это может исчезнуть в один день. Главное — это здоровье, любовь, тепло и благополучие между родными, между любимыми людьми. Уметь прощать, уметь поддерживать, сохранять милосердие и оставаться человеком в любых обстоятельствах — этому невозможно научить словами, это передаётся только через любовь.

Я вырос в полноценной, крепкой семье. Я счастливый ребёнок. И я бесконечно благодарен своим родителям за тот внутренний стержень, за ту опору, которую они мне дали по жизни. Всё, что я делаю сегодня, всё, о чём я пою — это продолжение их любви и их труда.

— До мурашек пробирает припев песни «Память» из вашей дискографии: «Если в новой атаке Земля задрожит, в двух шагах замирая от вечности, то, пока человечество память хранит, память хранит человечество!» Как, на ваш взгляд, человеку в современных реалиях — в этом бесконечном потоке информации, шума и подмены ценностей, когда мир кажется таким хрупким, не потерять эту спасительную нить? И в чём вы видите свою миссию как артиста сегодня, зная истинную цену каждой мирной минуты?

— Да, «Память» — это особенное произведение. Как известно, практически все свои песни я пишу сам. Но к этой песне стихи написала Светлана Карабанова, музыку — Алексей Чинцов. Это действительно профессиональные авторы. И именно эти слова, эти строчки — «пока человечество память хранит, память хранит человечество» — меня по-настоящему зацепили.

Я не люблю песни в лоб, когда тебе говорят прямо и в упор. Но здесь всё настолько красиво написано, в других формах, что песня меня тронула до глубины души. Она не привязана ко времени и всегда будет нести свою актуальность.

Как не потерять эту нить памяти? Возвращаясь к предыдущему вопросу — всё начинается из детства, передаётся от родителей. То, насколько ты правильно воспитан. Насколько ты понимаешь цену жизни, цену деньгам. Насколько ты уважаешь старших людей. Насколько ты у себя выстраиваешь ценности. Что для тебя важнее: достаток или счастье, любовь или дорогие вещи, материальное. Из этого у нас всё и складывается.

Когда у человека на первом месте стоит духовное, его можно назвать и патриотом, и добрым человеком. За такими людьми есть будущее. А деньги, шмотки, материальное — это всё рано или поздно приведёт нас к предательству. Поэтому следует правильно воспитывать своих детей. Рассказывать им, что надо искать не выгодное место под солнцем, а своё. Всё должно быть так, как завещал нам Господь.

Через свою музыку я хочу побудить людей быть добрее друг к другу, уметь слышать других и не стесняться своих недостатков. Главное, чтобы ваши недостатки не мешали жизни других людей, не несли зло и разрушение. Поэтому я за любовь и за жизнь. За жизнь простого человека.

— Вы признавались, что сейчас очень пристально работаете с текстами, чтобы они несли важные смыслы и делали этот мир хоть немного лучше. Ваши песни — это честный разговор о вечных темах бытия. В них звучит очень личная, выстраданная правда. Но скажите: какой главный вопрос вы пытаетесь задать обществу сегодня? И если представить, что через 20 лет кто-то включит ваши треки, какое чувство, какую мысль вы хотите, чтобы он вынес для себя? О чём должны говорить ваши творения с будущим и поколениями, когда уйдёт конкретный историко-культурный контекст, но останется главное? Ведь любая настоящая музыка в итоге выходит за рамки своей эпохи.

— Да, с мелодиями у меня всё гораздо проще — они даются легче. А над текстами, конечно, приходится постараться. Не хочется, чтобы это звучало по-детски. Поэтому очень долго ищу какие-то формы, средства выражения, способы общения со своим слушателем.

Вопрос, который я хотел бы задать… Честно говоря, не задумывался об этом. Но если взять песню «Мысли» — почему нельзя просто так оставаться добрым? Просто так любить, просто так делать хорошие дела, просто так договариваться. Просто так заканчивать войны.

Мне хотелось бы, чтобы в этой жизни всё было гораздо легче для людей. Чтобы мы не строили для себя какие-то преграды. Не прятали себя друг от друга. Если взять мою песню «Человек» — там всё конкретно об этом: люди сами друг от друга строят стены. Поэтому хочется, чтобы мы были открыты. Чтобы любили не за что-то, а просто потому, что эта способность заложена в нас Богом.

Если меня услышат хотя бы два процента населения нашей планеты — я буду счастлив. А если больше, то моя миссия будет перевыполнена (улыбается).

— На чём сейчас сосредоточен ваш творческий и духовный поиск?

— Я продолжаю писать о людях. Как говорил об этом до спецоперации, во время и после моего участия в ней — я всегда пишу о человеческих чувствах, о любви, о переживаниях. И всегда думаю о том, как бы сказать об этом же, но по-другому.

В моих текстах очень много описываются дороги. Потому что я считаю себя странником, путником, который постоянно идёт к какой-то цели. Он доходит до определённого этапа на своём пути — и дальше у него открывается новая цель. И он следует к ней через свою музыку, ибо не должен останавливаться, а идти столько, сколько позволит Господь, столько, сколько придётся, сколько смогут ноги. И обязательно дойти туда, куда ведёт сердце.

— Всё в этом мире строится на любви и во имя. Сергей, поделитесь, что для вас любовь в самом широком смысле этого слова? В чём её суть для вас?

— Любовь — это всё, что меня окружает, всё, чем я живу. Это не конкретная любовь к какому-то объекту или человеку. Я люблю всё, что в моей жизни происходит. Благодарен Богу за то, что Он посылает мне какие-то испытания, какие-то подъёмы, какие-то падения. Всё это происходит от любви Господа ко мне. И я с благодарностью это принимаю.

Поэтому любовь для меня — это смысл жизни. Я считаю, что самое важное, что может сделать человек в своей жизни, — это любить, несмотря ни на что. Даже когда тебе запрещают любить — ты любишь. Любишь ещё сильнее.

Беседовала Виктория ТЮРИНА, член Союза журналистов России.

Фото из личного архива Сергея Нихаенко.

СПРАВКА «УСТАМИ МНОГИХ»

Сергей Нихаенко — российский эстрадный певец, автор песен, участник боевых действий.

Родился 26 ноября 1990 года в городе Лутугино Луганской области. В юности занимался боксом, получил звание кандидата в мастера спорта. Окончил Луганскую академию культуры и искусства им. Матусовского, затем магистратуру Ростовской государственной консерватории им. Рахманинова по специальности «эстрадно-джазовый вокал». Прошёл школу вокала Ольги Кормухиной и Алексея Белова.

В феврале 2022 года добровольцем вступил в Народную милицию ЛНР, служил гранатомётчиком на передовой (Харьковское направление, бои за Балаклею и Чугуев). Получил позывной «Певец» — поднимал боевой дух сослуживцев песнями. Демобилизовавшись, плотно занялся музыкальной карьерой.

Участник фестивалей «Таврида.АРТ» (один из первых представителей ЛНР), «Новая волна» (полуфиналист), концертов на Красной площади, ВДНХ (форум «Россия»). Выступал в рок-опере «Неравнодушные», рок-оратории «Чёрный январь», музыкально-патриотическом спектакле «Вера. Надежда. Любовь». Исполнил дуэтом с Олегом Газмановым песню «Офицеры». Песня «Мысли» (feat. ST) стала саундтреком к мини-сериалу «20/22», трек «Память» вошёл в саундтрек фильма «Отряд светлячков». Приглашён на инаугурацию президента России. Постоянный гость федеральных телеэфиров («Привет, Андрей!», «Сегодня вечером», «Квартирник у Маргулиса»).

В дискографии — более 30 записанных композиций, среди которых «Высота», «Мосты», «Передовая», «Мысли», «Память», «Человек», «Шторм».