Вопросы прохождения военной службы в контексте требований законности (по материалам судебной практики)
Ефимкин Ю.С., полковник юстиции запаса.
Харитонов С.С., полковник юстиции запаса, кандидат юридических наук, профессор.
На примерах судебной практики рассмотрены вопросы, наиболее часто возникающие в военно-административных отношениях при реализации правовых норм в процессе действий командования при реализации требований о прохождении военной службы. Оценка примеров позволяет увидеть детали и частности правовых предписаний, игнорирование которых приводит к нарушению прав военнослужащих.
Пунктом 1 ст. 10 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" установлено, что право на труд реализуется военнослужащими посредством прохождения ими военной службы.
Согласно п. 2 ст. 1 Положения о порядке прохождения военной службы, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 16 сентября 1999 г. N 1237, прохождение военной службы включает в себя назначение на воинскую должность, присвоение воинского звания, аттестацию, увольнение с военной службы, а также другие обстоятельства (события), которыми в соответствии с законодательством определяется служебно-правовое положение военнослужащих.
Соответственно, институт прохождения военной службы можно разделить на ряд институтов: возникновение, изменение и прекращение военно-служебных отношений; аттестация; присвоение и лишение воинских званий; изменение служебно-должностного положения, условий исполнения военной службы и др. <1>.
--------------------------------
<1> Кудашкин А.В. Правовое регулирование военной службы в Российской Федерации: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2003. С. 135.
Сказанное выше позволяет утверждать, что при реализации правовых предписаний в указанной сфере возникает множество разнообразных ситуаций, которые требуют принятия командирами правильных решений, основанных на законе. Это реальность, поскольку говорить об абсолютной определенности и ясности военно-правовых предписаний вряд ли возможно с учетом абстрактности правовых предписаний.
Командиры и подчиненные иногда по-разному трактуют приведенную в Законе норму, что, в свою очередь, ведет к неправильным с точки зрения нормативных установлений действиям как командиров, так и их подчиненных. Но поскольку личность и интересы военнослужащего, так же как и интересы государства в лице командиров (начальников), защищены правовыми средствами, то закономерно обращение указанных лиц в военные суды для установления истины.
В общем-то, тема правоприменения в сфере прохождения военной службы многогранна, подтверждение чему - обращение к этой теме многих военных юристов в диссертациях <2>, практических изданиях <3>, научных статьях <4>. Приведенные далее решения из практики военных судов за прошлый год, выбранные из массива судебного правотворчества, позволяют увидеть те проблемные части правовых предписаний, которые по-разному трактуются субъектами и вызывают споры сторон.
--------------------------------
<2> См., напр.: Кудашкин А.В. Указ. соч.; Фатеев К.В. Организационно-правовые вопросы увольнения с военной службы граждан, проходящих ее по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000; Тюрин А.И. Правовые основы стимулирования исполнения обязанностей военной службы военнослужащими, проходящими военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005.
<3> См., напр.: Корякин В.М. Юридический справочник военнослужащего-контрактника: для солдат, матросов, сержантов и старшин, проходящих военную службу по контракту. М., 2006.
<4> См., напр.: Кириченко Н.С. Военная служба по контракту: новеллы правового регулирования // Право в Вооруженных Силах. 2018. N 1. С. 6 - 9; Корякин В.М., Харитонов В.С. Некоторые вопросы квалификации преступлений за уклонение от прохождения военной службы // Воен. право. 2020. N 4. С. 180 - 184 и др.
Инициирование процедуры увольнения военнослужащего с военной службы по основанию совершения им единожды грубого дисциплинарного проступка возможно только при наличии предусмотренных в ст. 28.2 Федерального закона "О статусе военнослужащего" данных для привлечения его к дисциплинарной ответственности, включая установление вины в совершении такого проступка.
Кассационным военным судом рассмотрена кассационная жалоба начальника высшего военно-учебного заведения (далее - ВВУЗ) на решение гарнизонного военного суда, оставленное без изменения апелляционным определением окружного военного суда, в соответствии с которым удовлетворено административное исковое заявление сержанта запаса В. об оспаривании действий и решений начальника ВВУЗа, заместителя начальника факультета и ученого совета ВВУЗа, а также главнокомандующего ВКС, связанных с порядком применения к административному истцу дисциплинарного взыскания, увольнения его с военной службы и исключения из списков личного состава ВВУЗа.
Гарнизонный военный суд признал незаконными протокол о грубом дисциплинарном проступке в отношении В. от 7 мая 2019 г., определив полагать его недействующим с момента составления, а также решение ученого совета ВВУЗа об отчислении В. из данного образовательного учреждения, приказ главнокомандующего ВКС об увольнении В. с военной службы ввиду указанных обстоятельств и приказ начальника ВВУЗа, в соответствии с которым В. исключен из списков личного состава училища.
Судебным решением на административных ответчиков возложены обязанности, в пределах компетенции каждого, по восстановлению прав В. посредством отмены оспоренных решения коллегиального органа и приказов воинских должностных лиц.
В обоснование кассационной жалобы начальник ВВУЗа, со ссылкой на установленную в законе возможность отчисления курсанта из ВВУЗа в случае совершения им грубого дисциплинарного проступка, отметил, что протокол о совершении именно такого проступка оформлен был по итогам разбирательства, проведенного в связи с докладом В. командованию об утрате документа, удостоверяющего личность военнослужащего. При этом обращено внимание на надлежащее соблюдение командованием процедуры заседания ученого совета ВВУЗа и издания соответствующих приказов должностными лицами в пределах предоставленных каждому из них полномочий.
Не установив оснований для удовлетворения поступившей жалобы, суд кассационной инстанции в соответствующем определении указал, что судебными инстанциями установлено по административному делу и подтверждается его материалами, что сержант В., являвшийся заместителем командира взвода и отлично успевающим курсантом 5-го курса ВВУЗа, зарекомендовавшим себя в основном как дисциплинированный военнослужащий, восемь раз поощрявшийся командованием и неснятых дисциплинарных взысканий не имевший, 1 мая 2019 г. прибыл из увольнения около 21 ч 30 мин.
В 10 ч 30 мин. следующих суток В. доложил ответственному офицеру об отсутствии у него военного билета, жетона для получения секретной литературы, жетона с личным номером и увольнительной записки.
Принятыми мерами не представилось возможным установить местонахождение указанных документов, вследствие утраты которых в отношении В. 6 мая 2019 г. начато, а на следующий день окончено служебное разбирательство.
В ходе разбирательства установлено, что возвращавшийся из увольнения В. при прохождении 1 мая 2019 г. через КПП ВВУЗа предъявил военный билет и увольнительную записку, т.е. утрата указанных документов произошла фактически в период времени с 21 ч 30 мин. 1 мая 2019 г. до 10 ч 30 мин. 2 мая 2019 г., когда В. находился, согласно материалам служебного разбирательства, на территории ВВУЗа. При этом, по пояснениям В., названные документы основную часть этого времени находились в кармане форменного обмундирования, сложенного на стуле возле его кровати как в ночное время суток, так и в дальнейшем - во время нахождения В. на утренней физической зарядке и занятиях по физической подготовке.
Иных сведений об обстоятельствах, связанных с утратой личных документов В., материалы служебного разбирательства не содержат, однако по его итогам составлен протокол о грубом дисциплинарном проступке, где указано, что В. утратил документ, удостоверяющий личность военнослужащего, по небрежности, чем совершил грубый дисциплинарный проступок, предусмотренный приложением N 7 к Дисциплинарному уставу Вооруженных Сил Российской Федерации.
При этом протокол о грубом дисциплинарном проступке лицом, его составившим, не был подписан, однако начальник ВВУЗа указал в нем в качестве принятого решения передачу рассмотрения указанного вопроса на заседание ученого совета.
В., ознакомившийся с данным протоколом, самостоятельно подал заявление о краже у него личных документов неустановленным лицом в правоохранительные органы.
В. отчислен из ВВУЗа, уволен с военной службы согласно подп. "ж" п. 1 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" и исключен из списков личного состава ВВУЗа именно в связи с вышеприведенными обстоятельствами и при отсутствии каких-либо иных к тому оснований.
Признавая по итогам разбирательства по административному исковому заявлению В. указанные действия и решения ответчиков незаконными, нарушившими права заявителя, судебные инстанции обоснованно сослались в обжалуемых судебных актах на нормы подп. "ж" п. 1 ст. 51 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", п. п. 2 и 6 ст. 28.2, п. 4 ст. 28.8 Федерального закона "О статусе военнослужащих", ст. ст. 50, 81 и 100 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации и содержащиеся в Приказе Министра обороны Российской Федерации от 15 сентября 2014 г. N 670 положения, которыми в целом осуществлена регламентация оснований, методики и порядка проведения в отношении военнослужащего разбирательства и отчисления, при наличии установленных в законе оснований, из ВВУЗа такого военнослужащего, являющегося курсантом военной образовательной организации. В решении гарнизонного военного суда и в апелляционном определении подробно и на системной основе приведены анализ и толкование применимых норм материального права, по итогам которых судами сделан не вызывающий сомнения в своей обоснованности вывод о неполноте и необъективности проведенного в отношении В. разбирательства, преждевременности составленного по его итогам заключения при фактическом неустановлении вины последнего в совершении грубого дисциплинарного проступка. Обоснованно судами указано на такие существенные недостатки протокола о грубом дисциплинарном проступке в отношении В., как отсутствие подписи лица, составившего протокол, и неуказание в нем, вопреки требованиям п. 3 ст. 28.5 Федерального закона "О статусе военнослужащих", добровольности сообщения В. об утрате документа командованию как обстоятельства, подлежащего признанию в качестве смягчающего ответственность военнослужащего.
Не опровергают выводы судебных инстанций и не влияют на их правильность доводы кассационной жалобы о соблюдении органами и воинскими должностными лицами в рамках предоставленных им компетенций процедуры, которая установлена для принятия решений об отчислении В. из ВВУЗа и увольнении его с военной службы, поскольку само по себе инициирование такой процедуры возможно лишь при условии установления факта совершения военнослужащим грубого дисциплинарного проступка и установленных в ст. 28.2 Федерального закона "О статусе военнослужащих" оснований для привлечения его к дисциплинарной ответственности, включая наличие вины военнослужащего. Согласно п. 5 указанной статьи дисциплинарный проступок признается совершенным по неосторожности, если военнослужащий или гражданин, призванный на военные сборы, предвидел возможность наступления вредных последствий своего действия (бездействия), но без достаточных на то оснований самонадеянно рассчитывал на предотвращение этих последствий либо не предвидел возможности наступления вредных последствий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия.
Данное условие в отношении В. командованием не соблюдено, а в материалах служебного разбирательства и иных представленных суду документальных данных и доказательствах вовсе не содержится сведений относительно установленного в мае 2019 г. для курсантов порядка обеспечения сохранности документов, удостоверяющих личность, при их хранении в казарменном расположении ВВУЗа в ночное время суток и (или) во время занятий по физической подготовке, равно как и о том, допущено ли В. по небрежности нарушение указанного порядка, и если допущено, то в чем подобное нарушение выразилось.
Оценив вышеизложенное в целом, Кассационный военный суд счел несостоятельными доводы кассационной жалобы начальника ВВУЗа о возможности увольнения при установленных по делу обстоятельствах В. с военной службы по основанию привлечения его к ответственности за совершение дисциплинарного проступка, являющегося по своему характеру грубым <5>.
--------------------------------
<5> Обзор судебной практики Кассационного военного суда по административным и гражданским делам во втором полугодии 2020 г., утвержденный президиумом Кассационного военного суда 3 февраля 2021 г. URL: https://vkas.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=16 (дата обращения: 31.03.2021).
Снятие наложенного дисциплинарного взыскания в виде предупреждения о неполном служебном соответствии не может служить основанием для присвоения очередного воинского звания, если занимаемая воинская должность к этому моменту сокращена.
Капитан Ж., проходивший военную службу по контракту в Рязанском высшем воздушно-десантном командном училище в должности командира роты курсантов, предупрежденный 22 сентября 2017 г. начальником училища о неполном служебном соответствии, не был представлен командованием к присвоению очередного воинского звания "майор" после снятия с него 22 октября 2018 г. вышеуказанного дисциплинарного взыскания, поскольку занимаемая им воинская должность во исполнение указаний Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации от 21 июня 2018 г. была сокращена, а в отношении его с 21 октября 2019 г. начато проведение разбирательства по факту совершения им грубого дисциплинарного проступка.
Указанные действия командования Ж. оспорил в судебном порядке.
Удовлетворяя административный иск, гарнизонный военный суд исходил из того, что поскольку дисциплинарное взыскание в виде предупреждения о неполном служебном соответствии было снято с Ж. в октябре 2018 г., а другие основания для неприсвоения ему очередного воинского звания, предусмотренные ст. 22 Положения о порядке прохождения военной службы, отсутствовали, то при таких обстоятельствах препятствий для присвоения административному истцу очередного воинского звания у командования училища не имелось.
Данный вывод суда судебная коллегия окружного военного суда нашла ошибочным по следующим основаниям.
В соответствии с п. 1 ст. 22 Положения о порядке прохождения военной службы (далее - Положение) очередное воинское звание присваивается военнослужащему в день истечения срока его военной службы в предыдущем воинском звании, если он занимает воинскую должность (должность), для которой штатом предусмотрено воинское звание, равное или более высокое, чем воинское звание, присваиваемое военнослужащему. Согласно п. п. 2 и 5 ст. 22 Положения срок для прохождения военной службы в воинском звании "капитан" установлен в четыре года и данный срок исчисляется со дня присвоения воинского звания.
Вместе с тем в соответствии с подп. "е" п. 1.1 ст. 22 Положения очередное воинское звание не присваивается военнослужащему до истечения срока, в течение которого он считается имеющим дисциплинарное взыскание в виде предупреждения о неполном служебном соответствии.
В силу ст. 96 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации дисциплинарное взыскание - предупреждение о неполном служебном соответствии применяется один раз за время пребывания военнослужащего, проходящего военную службу по контракту, в занимаемой штатной воинской должности. По истечении года после применения этого дисциплинарного взыскания командир (начальник) в срок до 30 суток может принять решение о снятии данного дисциплинарного взыскания.
Из материалов дела следует, что воинское звание "капитан" Ж. присвоено приказом начальника училища от 6 августа 2014 г., следовательно, срок для прохождения военной службы в этом воинском звании у него истек 6 августа 2018 г.
Вместе с тем истечение у административного истца срока прохождения военной службы в воинском звании "капитан" не порождало у командования училища обязанности по представлению его к присвоению очередного воинского звания, поскольку в этот момент он считался имеющим дисциплинарное взыскание в виде предупреждения о неполном служебном соответствии, которое с него снято только 22 октября 2018 г.
Несмотря на то что Ж. с 22 октября 2018 г. считался не имеющим дисциплинарных взысканий и срок его военной службы в предыдущем воинском звании истек, вопреки выводу суда на указанную дату у начальника училища отсутствовали законные основания для представления административного истца к присвоению очередного воинского звания, поскольку другое условие для этого, а именно прохождение военной службы на воинской должности, отсутствовало, так как занимаемая Ж. должность во исполнение указаний Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации от 21 июня 2018 г. на тот момент была сокращена.
С учетом изложенного оснований для удовлетворения административного иска не имелось, а поэтому обжалуемое решение в связи с неправильным определением обстоятельств, имеющих значение для административного дела, и неправильным применением норм материального права судебная коллегия отменила и отказала в удовлетворении требований истца <6>.
--------------------------------
<6> Обзор судебной практики 2-го Западного окружного военного суда по административным и гражданским делам за первое полугодие 2020 года. URL: http://2zovs.msk.sudrf.m/modules.php?name=docum_sud&id=67 (дата обращения: 29.03.2021).
Разрешая требования военнослужащего об оспаривании действий командования, связанных с предоставлением отпусков, суд должен проверить не только факт предоставления отпуска, но и соответствие его продолжительности положениям ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" и ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы.
Неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для административного дела, и неправильное применение норм материального права повлекло отмену решения гарнизонного военного суда по административному делу об оспаривании М. бездействия командира воинской части, выразившегося в непредоставлении основных отпусков.
Установив, что М. в период с 21 декабря 2018 г. по 19 января 2019 г. были предоставлены 30 суток основного отпуска за 2018 г., а в период с 18 марта по 1 апреля 2019 г. - 15 суток основного отпуска за 2019 г., гарнизонный суд сделал вывод, что права М. на предоставление основных отпусков за 2018, 2019 и 2020 гг. командиром воинской части нарушены не были, и на этом основании отказал в удовлетворении административного иска.
При разрешении требований административного истца в части, касающейся предоставления основных отпусков за 2019 и 2020 гг., гарнизонным судом по существу правильно применены положения ст. 11 Федерального закона "О статусе военнослужащих" во взаимосвязи с п. 14 ст. 29 Положения о порядке прохождения военной службы (далее - Положение).
Материалами дела подтверждалось, что оставшаяся часть основного отпуска за 2019 г. М. в этом же календарном году не была предоставлена в силу исключительных обстоятельств, связанных с поддержанием боеготовности воинской части, и возможность использования им этой части отпуска в следующем, 2020-м, календарном году не утрачена, а такой же отпуск за 2020 г. был запланирован командованием к использованию им в ноябре - декабре 2020 г.
Что же касается вывода гарнизонного военного суда об отсутствии нарушения права административного истца на предоставление основного отпуска за 2018 г., то вследствие неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для административного дела, указанный вывод фактическим обстоятельствам дела и приведенным выше нормам материального права, регулирующим спорные правоотношения, не соответствует.
Так, согласно п. 14 ст. 29 Положения военнослужащему предоставляется дополнительное время (следующий календарный год) на использование ежегодного отпуска.
Данная норма предполагает обязанность командира предоставить военнослужащему, проходящему военную службу по контракту, неиспользованный отпуск за истекший год в период следующего календарного года. Если до конца следующего календарного года (31 декабря) командир этого не сделает, то военнослужащий, в соответствии с ч. 1 ст. 218 КАС РФ, вправе оспорить в суде указанное действие (бездействие) должностного лица, если считает, что нарушены его права и свободы.
Согласно материалам дела выслуга лет М. в Вооруженных Силах Российской Федерации в льготном исчислении по состоянию на 30 декабря 2018 г. составляла 16 лет 1 месяц и 20 дней.
Исходя из изложенного в соответствии с п. 5 ст. 11 названного Федерального закона и п. 4 ст. 29 Положения основной отпуск за 2018 г. должен быть предоставлен М. в количестве 40 суток с увеличением его продолжительности за службу в отдаленной местности на 5 суток.
Таким образом, в нарушение указанных норм материального права по состоянию на 31 декабря 2019 г. командиром войсковой части М. не было предоставлено 15 суток основного отпуска за 2018 г.
Так как ошибочный вывод гарнизонного военного суда об отсутствии нарушения права административного истца на использование части основного отпуска за 2018 г. явился результатом неправильного определения обстоятельств, имеющих значение для административного дела, и неправильного применения норм материального права, флотский военный суд отменил решение гарнизонного военного суда в части разрешения требования о предоставлении отпуска за 2018 г. и принял по делу в этой части новое решение - об удовлетворении указанного требования административного истца <7>.
--------------------------------
<7> Обзорная справка о судебной работе гарнизонных военных судов Тихоокеанского флота по рассмотрению административных и гражданских дел в первом полугодии 2020 года, утвержденная президиумом Тихоокеанского флотского военного суда. URL: http://tihookeanskyfvs.prm.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&rid=21 (дата обращения: 30.03.2021).
В связи с изменениями в законодательстве с 31 июля 2020 г. минимальный срок контракта о прохождении военной службы для военнослужащих, имеющих воинское звание прапорщика, мичмана или офицера, составляет три года.
Г. через представителя обратился в суд с административным исковым заявлением, в котором просил признать незаконным отказ начальника военного представительства в заключении с ним контракта о прохождении военной службы сроком на один год и обязать данное должностное лицо заключить с ним такой контракт.
Решением гарнизонного военного суда, оставленным без изменения судебной коллегией окружного военного суда, в удовлетворении заявленных требований истца отказано по следующим основаниям.
Согласно подп. "а" п. 1 ст. 9, подп. "а" п. 6 и подп. "а" п. 7 ст. 9 Положения о порядке прохождения военной службы военнослужащий, проходящий военную службу по контракту и желающий продолжить ее прохождение, заключает новый контракт при окончании срока предыдущего контракта. Новый контракт с военнослужащим, у которого заканчивается срок предыдущего контракта, подписывается его ближайшим прямым начальником в день, следующий за днем окончания срока предыдущего контракта.
В соответствии с подп. "а" п. 5 ст. 38 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" в редакции, действовавшей до 31 июля 2020 г., новый контракт о прохождении военной службы заключается с военнослужащим, являющимся гражданином, за исключением военнослужащего, указанного в подп. "б" или "в" данного пункта, на срок один год, три года, пять лет, десять лет или на неопределенный срок (до наступления предельного возраста пребывания на военной службе).
Федеральным законом от 1 апреля 2020 г. N 80-ФЗ в приведенные выше положения Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" внесены изменения, в соответствии с которыми новый контракт о прохождении военной службы заключается с военнослужащим, являющимся гражданином (за исключением военнослужащего, указанного в подп. "б" или "в" данного пункта), имеющим воинское звание прапорщика, мичмана или офицера, на срок три года, пять лет, десять лет или на неопределенный срок (до наступления предельного возраста пребывания на военной службе). Данные изменения вступили в силу 31 июля 2020 г.
По делу установлено, что Г. проходит военную службу в должности начальника отдела военного представительства на основании контракта, заключенного 8 августа 2015 г. сроком на пять лет.
25 февраля 2020 г. истец обратился к начальнику военного представительства с рапортом о заключении с ним с 8 августа 2020 г. нового контракта сроком на один год.
В ходе проведенной с Г. 16 июня 2020 г. беседы ему разъяснено, что заключение нового контракта сроком на один год приведет к нарушению положений подп. "а" п. 5 ст. 38 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе" с учетом изменений, вступающих в силу 31 июля 2020 г., и предложено заключить контракт сроком на три года. Однако Г. от заключения контракта сроком на три года отказался, настаивая на заключении его сроком на один год.
Аналогичное условие было выдвинуто истцом и в ходе проведенной с ним беседы 17 июня 2020 г. Г. вновь были разъяснены вышеуказанные законоположения и сообщено, что заключение с ним контракта сроком на один год не представляется возможным.
Учитывая изменение законодательства, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что заключение с Г. в августе 2020 г. нового контракта сроком на один год противоречило бы подп. "а" п. 5 ст. 38 Федерального закона "О воинской обязанности и военной службе", в связи с чем обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований <8>.
--------------------------------
<8> Обзорная справка судебной практики рассмотрения военными судами административных, гражданских дел и материалов, а также дел об административных правонарушениях за 2020 год, утвержденная Постановлением президиума Южного окружного военного суда от 1 января 2021 года N 2. URL: http://yovs.ros.sudrf.ru/modules.php?name=sud_community&rid=55 (дата обращения: 30.03.2021).
Время отдыха, компенсирующее участие в мероприятиях, которые проводятся без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени, предоставляется военнослужащему, проходящему военную службу по контракту, как правило, по окончании этих мероприятий с учетом необходимости поддержания боевой готовности подразделения и интересов службы.
Капитаном 3-го ранга В. оспорены действия командира воинской части по применению дисциплинарного взыскания в виде выговора. Решением гарнизонного военного суда отказано в удовлетворении заявленных требований.
Апелляционным определением флотского военного суда решение суда первой инстанции отменено, по делу принято новое решение - об удовлетворении административного искового заявления В.
По административному делу установлено, что В. привлечен к дисциплинарной ответственности за отказ выполнить распоряжение, поступившее в виде команды по цифровому коду оповещения (при проверке боевой готовности), а именно действий по сбору личного состава воинской части. По цифровому сигналу оповещения "сбор" предполагается прибытие в воинскую часть всего личного состава не позже 2,5 часов. В., получивший соответствующее оповещение в 15 часов 38 минут 28 февраля 2020 г., выполнять его отказался, сославшись на то, что он до 10 часов указанных суток исполнял служебные обязанности в составе суточного наряда.
В апелляционном определении флотского военного суда, которым признано незаконным применение к В. дисциплинарного взыскания при вышеуказанных обстоятельствах, обращено внимание на то, что "сбор" по цифровому коду личного состава воинской части являлся по своей сути учебным, а не обусловленным выполнением боевой задачи. В данной связи суд апелляционной инстанции счел, что оповещение по указанному цифровому сигналу В. в тот день, когда состоялась его смена с суточного наряда, противоречит требованиям ст. 265 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации.
Кассационный военный суд признал данный вывод суда апелляционной инстанции не соответствующим обстоятельствам административного дела и состоящим в противоречии с нормами материального права, подлежащими применению при разрешении возникших между сторонами спора правоотношений.
Согласно материалам дела мероприятие по оповещению и сбору всего личного состава воинской части проводилось 28 февраля 2020 г. в соответствии с приказом вышестоящего командования на основании требований директивы командующего флотом о боевой готовности сил флота и подпадает под Перечень мероприятий, которые проводятся без ограничения общей продолжительности еженедельного служебного времени военнослужащих, утвержденный Приказом Министра обороны Российской Федерации от 10 ноября 1998 г. N 492, соответственно не являясь мероприятием из числа указанных в ст. 265 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации занятий и работ, от которых сменившийся состав суточного наряда освобождается в день смены.
Судебными инстанциями при этом установлены подтверждающиеся материалами дела факты как получения В. соответствующей команды по цифровому коду оповещения, так и ее невыполнения.
Согласно ст. 43 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации приказ командира (начальника) должен быть выполнен беспрекословно, точно и в срок. О выполнении полученного приказа военнослужащий обязан доложить начальнику, отдавшему приказ, и своему непосредственному начальнику.
Статьей 19 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации на военнослужащего возложена обязанность по докладу непосредственному начальнику обо всех случаях, которые могут повлиять на исполнение им своих обязанностей.
В силу ст. 39 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации приказ - распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, а приказание - форма доведения командиром (начальником) задач до подчиненных по частным вопросам.
Согласно ст. 28.2 Федерального закона "О статусе военнослужащих" военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности за дисциплинарный проступок, т.е. за противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности. При этом военнослужащий привлекается к дисциплинарной ответственности только за тот дисциплинарный проступок, в отношении которого установлена его вина.
Неисполнение или ненадлежащее исполнение военнослужащим обязанностей военной службы, в том числе отданного ему приказа и (или) приказания, а также поручения и распоряжения, связанных с исполнением военнослужащим общих или специальных обязанностей, относится к таким нарушениям воинской дисциплины, которые могут пониматься как совершение дисциплинарного проступка, за который предусмотрена дисциплинарная ответственность.
В п. 1 ст. 28.2 Федерального закона "О статусе военнослужащих" под дисциплинарным проступком понимается противоправное, виновное действие (бездействие), выражающееся в нарушении воинской дисциплины, которое в соответствии с законодательством Российской Федерации не влечет за собой уголовной или административной ответственности.
Придя к выводу о том, что наличие дисциплинарного проступка и факт совершения его В. установлены материалами дела, в то время как наличие обстоятельств, которые исключили бы дисциплинарную ответственность В., не установлено, Кассационный военный суд удовлетворил кассационную жалобу административного ответчика - командира воинской части <9>.
--------------------------------
<9> Обзор судебной практики Кассационного военного суда по административным и гражданским делам во втором полугодии 2020 г., утвержденный президиумом Кассационного военного суда 3 февраля 2021 г. URL: https://vkas.sudrf.ru/modules.php?name=docum_sud&id=16 (дата обращения: 31.03.2021).
Приведенные примеры судебной практики из разных военных судов еще раз показывают, что организация прохождения военной службы требует не только соответствующего нормативного обеспечения, но и правильного понимания всеми вовлеченными в эту деятельность субъектами правовых предписаний, и в первую очередь - командирами. Как справедливо отметил известный всем военным юристам профессор Лобко Павел Львович в своих "Записках военной администрации для военных и юнкерских училищ", выдержавших в 1875 г. четвертое издание, "...знание законов, определяющих все подробности военной службы, является насущной потребностью для всякого начальника" <10>.
--------------------------------
<10> URL: https://kp.rusneb.ru/item/reader/zapiski-voennoy-administracii-dlya-voennyh-i-yunkerskih-uchilishch-1 (дата обращения: 30.03.2021).
Библиографический список
Кудашкин А.В. Правовое регулирование военной службы в Российской Федерации: дис. ... д-ра юрид. наук. М., 2003.
Фатеев К.В. Организационно-правовые вопросы увольнения с военной службы граждан, проходящих ее по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2000.
Тюрин А.И. Правовые основы стимулирования исполнения обязанностей военной службы военнослужащими, проходящими военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации: дис. ... канд. юрид. наук. М., 2005.
Кириченко Н.С. Военная служба по контракту: новеллы правового регулирования // Право в Вооруженных силах. 2018. N 1. С. 6 - 9.
Корякин В.М. Юридический справочник военнослужащего-контрактника: для солдат, матросов, сержантов и старшин, проходящих военную службу по контракту. М.: За права военнослужащих, 2006.
Корякин В.М., Харитонов В.С. Некоторые вопросы квалификации преступлений за уклонение от прохождения военной службы // Военное право. 2020. N 4 (62). С. 180 - 184.
Подписано в печать 20.04.2021
"Право в Вооруженных Силах", 2021, N 5