Археологи против Голливуда: материальная культура каменного века в популярном кино
Спикер: Иван Семьян – археолог, руководитель центра экспериментальной археологии «Археос», заведующий лабораторий экспериментальной археологии НОЦ Евразийских исследований ЮУрГУ, реконструктор древних технологий. Доклад прозвучал 3 февраля 2018 г. на Форуме «Ученые против мифов-9» (организатор АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ)
Стенограмма: Олексенко Анастасия, волонтер SciTeam
Александр Соколов: Иван, скажи, имеет ли смысл с точки зрения науки обсуждать мультфильм про Флинстоунов?
Иван Семьян: Вопрос интересный, мне кажется. Может быть, с точки зрения строгой науки смысла и немного, но, в то же время, там очень много анахронизмов, то есть перенесения современных стереотипов в древность. На этом построен юмор, и если мы детям не объясним этот принцип, по крайней мере, современным детям будет не понятно. Дети, например, многие уже не знают, как пользоваться тем же дисковым телефоном и, может быть, они подумают, что именно такое было в каменном веке, такое изделие. Поскольку большинство людей черпают свои знания об эпохе из мультиков и кино, что-то разъяснять, по крайней мере, детям и подросткам, я думаю уместно.
Александр Соколов: Прошу.
Иван Семьян: Да, друзья, я очень рад, что вы здесь собрались, я хочу поговорить об очень наболевшей теме для историков, для археологов, а именно о наших сердечных переживаниях, когда мы смотрим историческое кино. Я сразу хочу оговориться, что, конечно же, я не буду критиковать художественную составляющую и художественную ценность этих фильмов. Прежде всего, я поговорю именно о взгляде историка специалиста, какие впечатления вызывают фильмы. Сейчас кино критиковать очень модно, критика вообще – очень плодотворное занятие, но я хочу сказать, слава Богу, что такие фильмы есть, в принципе, потому что они побуждают людей заинтересоваться эпохой и разбираться дальше. Давайте мы с вами об этом поговорим поподробнее.
Я попытался выделить основные причины, по которым фильмы неисторичны. Одна из главных причин, это, безусловно, то, о чем мы сейчас с Александром говорили – это анахронизм, то есть перенесение современных стереотипов о жизни, об обществе, о поведении человека в древность. И когда мы видим современное поведение в исторических фильмах, особенно про каменный век, то это очень портит впечатление, на самом деле, и в целом зачастую нарушает логику всех событий. Это авторский взгляд, когда автору фильма кажется, что его художественные фантазии, если даже они полностью идут вразрез со знаниями об этой эпохе, будут смотреться выигрышно, но часто это смотрится просто глупо. Третье – это прямое пренебрежение консультациями ученых, археологическими находками, когда режиссеру кажется: «В общем, стилизую как-то, можно какую-нибудь одну вещь показать из эпохи, и уже все оправдано будет». И стремление к такой, знаете, кинематографичности, киношной масштабности, зрелищности, зачастую там, где это неуместно, когда речь идет об эпохах, где нет масштабов сражений, конфликтов, а нам пытаются показать какие-то кровавые побоища, – это тоже часто смотрится нелепо. Злободневность очень важна, потому что пытаются опять же современные проблемы – какое-то гендерное-неравенство, борьбу за права, борьбу за свободу личности перенести куда-нибудь в традиционное общество. Это тоже очень забавно выглядит.
Ну и типы исторических фильмов, которые я с некой долей условности, ну, выделил.
Это такое в кавычках «Фэнтези» с историческими мотивами. Почему «Фэнтези»? Потому что авторами создается мир, который вроде сделан на основе исторических мотивов, но с действительностью, не имеет ничего общего, то есть фантастика полнейшая. Это массовое кино, то есть оно рассчитано на то, чтобы изначально понравиться большому количеству людей и, соответственно, получается такой исторический блокбастер уже изначально с допущениями. Это экранизация литературного источника, исторического литературного источника. Часто такие фильмы удачны. Даже если там сделана стилизация по материальной культуре, например, вот недавно был фильм «Макбет», да? Экранизация «Макбета», там материальная культура не соответствует историческим параллелям, но он по атмосфере очень правильный, потому что это просто дословное цитирование Шекспира. Конечно, для каменного века это будет неактуально.
Попытка изобразить реалии прошлого, то есть такая попытка художественной реконструкции. Таких фильмов практически нет, потому что такая попытка предполагает именно научно-популярный формат, и он все-таки отходит от интересов обычной киноиндустрии.
И я хочу на примере более популярной эпохи коротко объяснить принцип, по которому я формировал эту подборку.
Значит, «Фэнтэзи» с историческими мотивами.
Есть очень хорошие примеры таких фильмов, например, фильм «Тринадцатый воин», если здесь мы будем его рассматривать как исторический, конечно, он будет абсолютно бредовым, но на нем очень правильное позиционирование. Уже на постере, на любом издании фильма написано, что это экранизация фантастического романа Майкла Крайтона «Пожиратели трупов». И когда вы читаете: «экранизация романа «Пожиратели трупов», вы там не очень ожидаете увидеть доскональное воспроизведение эпохи викингов. Но сам фильм отличный. Это один из сериалов про викингов, которых сейчас куча.
Это сериал, собственно, «Викинги», ирландско-австралийско-американский, по-моему, совместного производства. Он сейчас крайне популярен, но он прекрасен тем, что по материальной культуре он не имеет просто вообще ничего общего с тем, что происходило. То есть, да, там очень крутая работа дизайнеров. Отличные дорогие, детализированные костюмы, но это не викинги. Это современные люди, воплощенные в этих образах. Это девушки с макияжем, эмансипированные женщины. Это хипстеры, которые изображают викингов, то есть, так дело и обстоит. Конечно, задача режиссера здесь понятна. Он пытался найти в людях отклик, чтобы человек смотрел и себя ассоциировал с этим персонажем. Там все персонажи индивидуалисты, такие карьеристы, знаете, у них вообще никакого общинного мышления нет. На чем там держится власть князей – вообще непонятно, они просто всех беспорядочно режут и постоянно всех обижают. Мне очень нравится там такая сцена, что сначала две женщины, они обе профессиональные воительницы, это нормально, и у них, значит, лесбийские отношения, окей, тоже хорошо, почему нет, может, так и было. Но потом одна из них выходит замуж за короля, беременеет, у нее большой живот, она ему говорит: «Слушай, живот конечно, но в битву я все равно пойду, потому что я же воительница». Он говорит: «Я не могу тебе запрещать, ты как бы личность…» Вот, примерно весь сериал такой.
Сцена из сериала, кадр, ни одного предмета который имеет исторический аналог. Ладно, слишком долго про него говорим.
Пример именно блокбастера – это классический фильм «Викинги» с Кирком Дугласом 57-го года. В этом фильме больше исторических вещей, чем в сериале «Викинги», и в фильме «Викинг», который обычно в среде реконструкторов вслух называть нельзя. Здесь больше исторических вещей. Ну, тут понятно, то есть тут именно вот эта масштабность, показаны какие-то баталии.
Дальше фильм, который я просто рекомендую к просмотру, это фильм «Изгнанник» исландский, он сделан по саге о Гисли, то есть это экранизация именно литературного произведения, ну и, самое главное, что они подключали археологов, специалистов археопарков, снимали в археопарке, одевались вещи из археопарка и поэтому все выглядит крайне аутентично, прекрасно выглядит. Фильм 81-го года, если что.
Фильм классический, культовый для отечественных реконструкторов и любителей викингов «И на камнях растут деревья». И по современным меркам, есть к чему придраться, и очень много к чему.
Я делал это скриншот и думал, может, и не надо его упоминать, может, костюмы сейчас все-таки хромают.
Но потом я посмотрел скриншоты из фильма «Викинг», я увидел эти вещи из Конана-варвара, и все-таки решил, что «И на камнях растут деревья» выглядит очень хорошо даже сейчас, не смотря на то, что это 85-й год.
Казалось бы, фэнтези-фильмов о каменном веке быть не должно. Но они есть, их много.
Началась эта традиция еще с начала 20 века, когда было модно соединять в кадре динозавров и людей. Ну, классно же, динозавры с людьми сражаются! Многие совсем ранние фильмы я сюда включать не стал, но вот культовый фильм 40-го года «Миллион лет до нашей эры» – человек сражается с ящерицей.
Потом у него был ремейк, ещё более культовый, потому что там была Ракель Уэлч. В общем-то, фильм знаковый и, естественно, Ракель Уэлч надолго заложила стереотип этого киногероя или киногероини – прекрасного, атлетичного, красиво одетого человека каменного века, потому что на него приятно смотреть.
Тот фильм 66-й год, в 72-м году выходит фильм «Когда динозавры правили Землей», и у него значит такие вот слоганы, что это громоподобная картина, более великая чем «Миллион лет до нашей эры», я решил что надо посмотреть, надо разобраться, почему она более великая. Знаете почему?
Потому что там в три раза больше девушек, которые в таких костюмах, и там появляется бонус, там и мужчины тоже такие атлетичные, и рождаются эти образы людей именно каменного века – такие здоровяки, все мачо и красотки.
Этот образ будет еще долго эксплуатироваться. Вот современные примеры, например, фильм «10 000 лет до нашей эры», правда, этот фильм честен. Вы смотрите постер: тут мужчина с какой-то космической каркалыгой сражается с каким-то саблезубым, не знаю гомотерий это, или смилодон, а сзади строятся пирамиды. В общем, если сказку хотите посмотреть, то смотрите.
Далее, конечно же, это блокбастеры о каменном веке, и здесь хочу сказать о фильме, который я внес в эту категорию, но он очень выдающийся – это фильм, который по-настоящему попытался воспроизвести реалии прошлого на том уровне знаний, которые были в 81-м году, фильм «Борьба за огонь».
Он не попытался привлечь зрителя какими-то современными отношениями с образами красавцев и красоток, и этим он прекрасен, этой аутентичностью. В то же время там очень много каких-то нереалистичных приключений, поход неандертальцев за огнем через Средиземье и так далее, поэтому фильм относится, конечно, к массовому сегменту, но фильм прекрасный, рекомендую его.
Вот, собственно кадр оттуда, он получил Оскар за грим и считается, что этот грим, даже на сегодняшний день, – один из наиболее удачных гримов неандертальцев.
Дальше идет возрождение идеи Ракель Уэлч. Ее дело продолжается и появляется Дэрил Ханна. Молодая Дэрил Ханна в фильме «Клан пещерного медведя». Здесь фильм с кучей анахронизмов, неандертальское общество показано крайне прогрессивным патриархальным обществом, где есть разделение труда, где женщине нельзя брать оружие, они там очень суровые, а она женщина, которая борется за свои права. Она кроманьонка, эти глупые патриархальные неандертальцы ее воспитали, она среди них живет, там борется за свои права, в итоге побеждает лучшего неандертальского бойца и уходит от них.
Самое главное в этом фильме – это Дэрил Ханна. Если б ее не было, то, наверное, и смотреть не стоило бы.
Фильм «Ао, последний неандерталец».
Относительно свежий французский фильм, там дело в том, что очень неплохо показана материальная культура, есть отсылки к археологическим находкам и, кажется, что вот-вот, вот этот фильм, наконец-то! Но, сюжет опять же слишком фантастичен, он приключенческий – про неандертальца, который родился в Сибири, вернее, жил в Сибири, но пошел на родину в Средиземноморье, чтобы найти свою семью. Самое главное то, что на него переносится образ вечно рефлексирующего дворянина викторианской эпохи. Он всё время задаётся вопросами: «Кто мы есть?», «Что с моим народом происходит, для чего мы пришли сюда?» Белый медведь, значит, убивает его друга, он закалывает белого медведя и говорит: «Зверь, прости меня, я забрал твою жизнь». Потом всё отлично заканчивается, он дружит с кроманьонкой, у кроманьонки рождается ребенок, она почему-то не может его покормить, и он просит: «Лошадь, иди сюда, дикая лошадь». Лошадь приходит, он кормит молоком ребенка, и в этот момент ты понимаешь, что всё-таки это блокбастер. Заканчивается все хэппиэндом – у них с кроманьонкой рождается еще один ребенок, вернее, она беременеет от неандертальца. В общем, фильм хорош как художественный, но рассматривать его как реконструкцию не получается, хотя материальная культура и некоторые сцены очень достойные.
Я бы хотел сказать об основных категориях проблем, которые присутствуют в фильмах про каменный век и которые не позволяют их считать полностью историчными, вот так, в комплексе.
Итак, проблема показа технологий производства, материальной культуры. Она есть, но она не самая главная. Если вы покажете ошибки в этом вопросе, но у вас верно будут отношения показаны в обществе и какие-то ситуации показаны разумно, то зритель точно не обратит на это внимания, а специалист скажет: «Всё равно фильм отличный».
Вторая проблема – это перенесение современных стереотипов, в принципе, фильмы могут быть хорошими даже с современными стереотипами. Но чего я не могу простить и пережить в кино – когда просто отсутствует здравый смысл.
Человек во все эпохи обладал базовыми представлениями о здравом смысле с точки зрения выживания. Меня просили сделать разбор фильма «Альфа». Станислав Дробышевский его отлично разобрал подробно, сделал видео, поэтому я подробно не буду разбирать, но хочу сказать о наиболее наболевших проблемах и рассмотреть сцену, которая прекрасно иллюстрирует здравый смысл в этом фильме. Такая связка сюжетная.
Значит, наш герой проваливается под лёд в озере, его оттуда вытаскивает волк, или собака, или волк-собака, в общем, его друг Мухтар его вытаскивает. Герой прорубает там лёд каменным ножом из-под воды, это ладно, волк-собака его вытаскивает, он заснеженной тундре, весь мокрый. Он разводит огонь, причём костер размером с консервную банку, и ложится вот так, как на слайде, в полуметре от костра, посреди вот этой пурги, голый. В общем, выживает человек, правда, он простыл. И довольно быстро начал кашлять кровью, чтоб зрителю понятно было, что простуда.
Потом, кашляющий кровью, – а ведь, казалось бы, человеку прилечь, отдохнуть, переждать холодное время, – он находит в этой тундре чум из шкур, а перед ним с прямой спиной и с руками без варежек – насмерть замерзший мужчина. Рядом с чумом, но почему-то не в чуме, и почему-то он не скукоженный, в общем, замерз. У него почему-то лук из мезолита, хотя все остальные племена в фильме лука не знают, но у него лук есть. Ну ладно. И что делает наш прекрасный герой?
Он заходит в чум. И становится понятно, почему умер мужчина: чум весь в дырках. Он просто весь в огромных дырах! Вот, то есть видимо он… не смог собрать его правильно, сел, задумался и замерз. Из Икеи чум! [Аплодисменты] Но наш друг не ищет лёгких пустей, он не заделывает эти дыры, не разводит там огонёчек, не зажигает жирник, чтобы согреться. Ему это все не нужно.
Он садится у чума. И без шапки, конечно, он же крутой парень, и рассуждает, как жить дальше.
А дальше он идёт по этой заснеженной степи… там он из лука, который ни разу не видел, с первого выстрела убивает пещерного льва. Мне очень понравилась сцена: они идут по этому бархану, ночь, вьюга, жутко дует ветер, и они с собакой идут. Собака уже устала, а он-то не устал! Он несет собаку на руках, и они ложатся с собакой (показывает на слайд) на вершине вот этой заснеженной горы, в пургу. Они ложатся друг напротив друга, он ему говорит: «Не бойся, всё будет хорошо, мы сейчас с тобой поспим чуть-чуть и дальше пойдем», и всё нормально, с утра встали свежие, отдохнувшие. То есть становится понятно, что человек, который придумал эту сцену, явно живет где-то в Калифорнии, он ни разу не мёрз в своей жизни. Когда готовил презентацию, мы с товарищем – у нас в археопарке, на Урале, были сильные заморозки – мы несли два больших тюка шкур, идем, вьюга, у нас лицо вот так замотано, я говорю: «Влад, я подумал, давай тут полежим, говорю, отдохнем, а потом дальше пойдем». Вот…
И, собственно, на фестивале «Времена и эпохи» прошлым летом, как раз была премьера этого фильма, а мы делали площадку, посвященную каменному веку, бронзовому веку. И я решил флешмоб устроить, с друзьями посоветовались, оделись в шкуры, взяли всю эту одежду, пришли в кинотеатр, всех распугали и смотрели фильм. Естественно, была истерика у всех, но зрители, наверное, подумали, что мы – люди каменного века, что с нас взять. В сети есть небольшой обзорчик, можете, если интересно, посмотреть, там я сказал свое мнение о фильме, хотя повторюсь, для семейного просмотра фильм отличный. Понятно, что такое сделано для того, чтобы подростки ассоциировали себя с персонажем, родители переживали за единственного сына вождя. Понятно, что хотел режиссёр, поэтому подросток заходит в чум и говорит: «Здесь нету еды, что же делать?», хотя он ходит с этой едой на руках, и у него ещё рядом с чумом сидит большой кусок еды.
Всё-таки попытки художественной реконструкции есть. Вот один из наиболее адекватных примеров – это серия чехословацких фильмов 70-х годов «Племя ворона», «На великой реке» и «Зов рода». Фильмы сделаны с консультацией археологов, там даже перед фильмом рассказывается об археологии Чехии, немножко про каменный век, и потом уже начинается сам фильм. Фильм, конечно, устаревший, представление о материальной культуре устаревшее, там нет съемок с квадрокоптера и каких-то компьютерных эффектов, но люди ведут себя адекватно всё приключение, которое с ними происходит, это нормальный сюжет. Так что советую.
Таким фильмом должен был стать «Ледяной человек», вот его я немножко подробнее разберу. Посвященный находке Эци в Эцтальских Альпах в Тироле 91-го года, этот фильм не стал таковым, я объясню, почему.
С археологической точки зрения, кто такой Эци? Это человек, обнаруженный в Альпах, мумия, причём убитый человек. У него уникальная сохранность мягких тканей, органики в вещах, то есть кожа сохранилась, дерево, одежда, понятно, чем он питался и так далее, и так далее. И очень важный момент, что, как вы видите, он не был таким, как Ракель Уэлч, он был на четверть ниже – весил 50 кг и был ростом 165 сантиметров.
У этого фильма были все шансы стать настоящей реконструкцией и, самое главное, режиссёр заявлял: «Мы работаем с археологами, это будет экранизация жизни Эци со всеми деталями», поэтому все и ждали этот фильм. Вот здесь показано (показывает на слайд), как мумия была найдена, в каком положении. Он бежал, ему выстрелили в спину, он упал и так замерз.
Вот его мумия. У него множество татуировок, десятки по всему телу.
Вот – на месте суставов, скорее всего, его лечили от артрита.
У него прекрасные вещи, одежда.
Вот такой вот топорик — на выставке сможете посмотреть реконструкцию вещей Эци.
Лук недоделанный, что говорит в поддержку версии, что он убегал, пытался сделать оружие.
Стрелы.
Колчан.
Рюкзак.
Кинжал.
Вот ретушер для изготовления стрел. В общем, огромное количество вещей.
Это его антропологическая реконструкция.
Реконструкция лица по черепу.
Костюм его в сборе.
Кем же он был?
Было несколько версий, что это просто замерзший странник, что это вождь, шаман, торговец, металлург и так далее. Все эти версии не оправдались, скорее всего, это пастух, потому что он не обладал статусными предметами, никакими – ни ритуальными, ни статусными. В жизни он много ходил по горам. Скорее всего, это пастух, потому что общество неолита – это пастухи и земледельцы.
Причины смерти. Собственно, просто замерз, погиб в битве, похоронен с почестями или убитый беглец. Последнее наиболее вероятно, потому что у него было много ценных вещей и их не забрали, то есть те, кто его убил, не хотели выдать себя. Это были, скорее всего, его же общинники.
Ну и преимущества фильма.
Потенциально – это аутентичные локации, снимали там, где его нашли, это реконструкции материальной культуры, кастинг, потому что актера подобрали даже антропометрически близкого к Эци. Консультировались они, как заявляют, с археологами, фильм поддерживал музей Южного Тироля.
Посмотрите, образ прекрасный, вещи отличные, скорее всего музейные реконструкции. Все было для того, чтобы фильм получился идеальный.
Но режиссер решил, что всё-таки его художественное видение – определяющее. И вот я вставил этот кадр, потому что это у режиссеров какой-то фетиш на дырявые дома. Тоже в Альпах дом, но он с дырами в стенах, как чум.
Значит история такая, в племени Эци почему-то не пастух, видимо, он и вождь, и шаман, видимо археологов слушал режиссер плохо: «Ага, значит, вождь, шаман, ходил по горам, ага…». Он самый старый в племени, и он уходит охотиться почему-то, все остальные остаются. Приходит какая-то группа коммандос из трех человек и уничтожает всю его деревню, убивает всех мужчин, как котят, и ничего не забирают: женщин не берут в плен, не уносят шкуры, не угоняют скот. Скот – это вообще самое ценное для этих обществ. Они берут тенеку. Тенека – это непонятная коробка до конца фильма. Итак, они берут тенеку и убегают. Он прибегает, там остался жить только младенец, он в одну руку берет младенца, в другую козу, чтоб кормить младенца, и гонится за ними, преследует их по горам.
Они убили человек десять мужчин в его деревне, но они убегают от него одного, потому что они убили его семью, ему нечего терять… Там не хватало только такого тренинг-монтажа из 80-х, чтобы он там готовился, снаряжался, тренировался в горах.
Показательная сцена этого фильма о здравом смысле: Эци встречает какого-то деда с луком в горах. Дед целится в него из лука. Что делает Эци? Он не показывает то, что он мирно настроен, что всё нормально. Он со зверским лицом достает лук, целится в деда. Они вот так пристально смотрят друг на друга, потом опускают луки и идут есть мясо. Это как, знаете, если в вас человек из пистолета целится, вы начинаете пистолет доставать, а он не стреляет в вас, то же самое.
В итоге он пришел, всех убил, естественно, выдавил глаза, чтобы хлестало во все стороны. Всех убил и открывает коробку с тенекой, из-за которой и был весь геноцид.
А там кусок какого-то минерала, похоже на отшлифованный обсидиан, но это общество, у которого развитая металлургия, оно занимается скотоводством, земледелием, у него были большие общины, а не два дома в горах. Они из-за камня, который, видимо, отшлифован людьми, потому что иначе он не может быть такой, друг друга убивали. Я почитал отзывы журнал «Шпигель» немецкий, там: «О, это возрождение немецкого кино, туда-сюда». А археологи все сказали, что «Фильм хорошо снят, хороший кастинг, актеры хорошо играли, но друзья, это вообще не про неолит ни в коей мере, просто фантастическая история какая-то».
Всё заканчивается тем, что нашего героя убивают, вообще непонятно кто, кого он не добил. В конце фильма его догнали только для того, чтобы убить, чтоб было понятно, как Эци умер. В общем, посмотрите, я не имею возможности сейчас вам описывать все безумства сюжета. Но что показательно, что режиссер даже не посмотрел, как Эци умер – он же лежал лицом вниз, в фильме же он почему-то лежит на спине, вот так. То есть в оригинале он споткнулся и упал на руку, в фильме он лежит вот так.
Ну, собственно, Эци реальный и вымышленный. Реальный Эци – это пожилой пастух, погиб в неравной схватке, и, возможно, преследовался собственными общинниками. А вымышленный – это клишированный герой боевика. Такой старый коммандос, который пошел и убил всех врагов. Мстя…
Вот, ну и собственно, минусы фильма это: отсутствие здравого смысла, авторское видение, пренебрежение реконструкциями, стремление к масштабности и зрелищности, которое там неуместно.
В завершение я хочу сказать, что всё-таки нам, историкам, археологам надо поберечь нервы наших друзей, наших жен, когда мы смотрим фильмы, и сдерживаться, наслаждаться и получать удовольствие, потому что люди смотрят фильмы именно для удовольствия, но и киноделам хочется пожелать внимательно относиться к источниками. А вам, если интересно, рекомендую почитать следующие публикации про Эци. Спасибо большое.
Александр Соколов: Спасибо, Иван. Вопрос Вам хочет задать наш эксперт. Археолог из Петербурга, кандидат исторических наук Александр Очередной. Покажитесь, Александр. Дайте, пожалуйста, микрофон. Спасибо!
Александр Очередной: Здравствуйте, Иван. Я знаю, что Вы занимаетесь профессионально экспериментальной археологией уже много лет, у Вас замечательные результаты. Скажите, пожалуйста, на ваш взгляд, если снять фильм только по результатам, которые дает нам экспериментальная археология, будет ли это востребовано? Ведь не секрет, что результаты экспериментальной археологии очень сложны для демонстрации. Это совсем не то, что очень легко продемонстрировать в кассовом кино. Да? Как правило. Немножко в сторону. Значит, мы смотрели вчера, перед тем как формулировать этот вопрос «Последнего неандертальца» и сразу же посмотрели фильм «Апокалипто» Мела Гибсона, диаметрально разные кинокартины. И в «Последнем неандертальце» огромное количество, конечно, ошибок, о которых вы сейчас сказали, в «Апокалипто» и на порядок меньше, но я…
Александр Соколов: Просто Вы не специалист по этой эпохе и этому месту.
Александр Очередной: Да! «Апокалипто» тоже критиковали. Скажите, пожалуйста, как Вы думаете, если отталкиваться только от экспериментальной археологии, что делать?
Иван Семьян: Спасибо. Ну, это очень интересный вопрос, правильный, потому что все-таки, я считаю, что если мы: археологическое сообщество, историческое сообщество, если мы хотим чтобы был такой контент, такие фильмы, нам нужно самим предпринимать инициативы для создания, такого иллюстративного, научно-популярного, художественного…
Александр Соколов: Самим снимать?
Иван Семьян: Самим снимать и выступать инициаторами съемок хотя бы.
Александр Соколов: И смотреть самим.
Иван Семьян: Нет, по поводу смотреть я думаю, что, конечно, режиссеры всегда будут ориентироваться на зрителя, но возможно создание такого продукта, чтобы он был аутентичен и интересен, тут разговор о том, что нет правильной, знаете, культуры продажи такого продукта. То есть если бы можно было интересно преподнести, что ценность именно в хардкоре, в аутентичности, смотрите, это не спектакль, это не иллюзия, это именно реконструкция такая, какой она должна быть. Это первозданная дикость, как угодно, какие угодно слоганы и вот может быть такой эксперимент, но он хотя бы нужен, потому что такого рода продукта в принципе и нету. Действительно, это либо какие-то узкокорпоративные вещи археологов для археологов, либо вот абсолютно фэнтезийные вещи. Поэтому эксперимент такой я думаю в будущем, учитывая всякие еще современные VR-технологии, такой медиа контент должен появиться.
Александр Соколов: Так, наш делегат прислал вопрос к Вам, Иван. Какие же орудия были в каменном веке? Копье, рубило – понятно, а ещё какие? И есть ли различия в орудиях в разных местах в одно время?
Иван Семьян: Вопрос этот очень обширный, прямо скажем, каменный век три миллиона лет занимает, конечно же, чего там только не было, и действительно есть различия. В одном Олдувае выделено только более ста видов орудий, ста типов. Конечно, есть общие принципы, типа топоров, копий и так далее. Есть какие-то локальные специализации, например, если это общество, которое занимается рыбалкой, ловят рыбу, логично, что у них разработаны каменные ножи, которые под рыбу специализированы – под чистку, под разделку, есть рыбные ножи каменного века. Здесь принципиально понять следующее – камень для каменного века такой же материал, как металл – для последующих эпох бронзового века, раннего железного века, неважно. То есть это материал, из которого вы конструируете те атрибуты и те инструменты, которые вам нужны под любые задачи: хотите – сверло, хотите – какой-то резец, какой нужно, из него что угодно, в принципе, можно сделать. Поэтому специализация, конечно, была огромной и различия были колоссальные в зависимости от территории и имеющегося материала.
Александр Соколов: Так, пожалуйста, вопросы в зал, вот я вижу руку в третьем ряду кажется. Кажется, да, пожалуйста. Представляйтесь.
Игорь: Здравствуйте, меня зовут Игорь, и у меня следующий вопрос. А возможна ли какая-то близкая реконструкция в кино тогдашних морально-этических ценностей? Внутриплеменные, внутриродовые отношения, скажем так, какая-то непосредственная натура отображения конкретных бытовых объектов. Возможно ли это?
Иван Семьян: Возможно это сделать, скажем так, с какой-то приближенной вероятностью, потому что в этнографической современности и вообще в этнографии есть множество задокументированных свидетельств поведения народов, которые находились в стадии палеолита, мезолита или неолита, и использовать этот опыт нужно. Другое дело, что надо делать это уместно, умно и аккуратно, потому что, например, в случае с фильмом про Эци они решили сделать какой-то древний язык. Передать язык, на котором говорили тогда в Тироле. Это невозможно, так как это было очень давно – почти пять с половиной тысяч лет назад, пять тысяч двести. Они взяли ретийский язык, который остался в этрусских надписях, это конец первого тысячелетия до нашей эры. От него известны отдельные слова, и они их повставляли в этот фильм, добавили какую-то тарабарщину, чтобы создать ощущение, что это какой-то научный подход. По факту это привело к тому, что совершенно непонятно, что происходит, потому что они просто говорят непонятные слова, и мотивация их непонятна, непонятно, почему они враждуют, почему они борются за этот артефакт, почему он важен, и как раз-таки это должно быть сделано с умом. Но, да, если смотреть этнографию народов, как ведут себя охотники, как устроены корпорации воинов в примитивных обществах, корпорации охотников – это все нужно использовать, конечно.
Александр Соколов: Так, пожалуйста, задние ряды. Да, вот. Да, прошу.
Сергей: Добрый день, меня зовут Сергей. Вопрос про другой тип произведений современной культуры, про компьютерные игры. Например, знакомы ли Вам более-менее адекватные реконструкции. Как Вы оцениваете, например, Far Cry Primal или Horizon Zero Dawn, например?
Иван Семьян: Я к стыду своему очень отстал в компьютерных играх, последние игры в которые я играл это год 2008й, 9й, наверное. Поэтому я не очень слежу, но в то же время я знаю, что игроделы они часто обращаются к историкам, как ни странно, вот, например, у меня есть друг из Греции Спирос Бакас, он является руководителем всегреческой экспериментальной археологии. У нас сейчас с ним совместный проект по гранту, мы делаем реконструкцию лука бронзового века, и вот к нему обращались создатели игр серии Total War, посвященные античности, и они действительно для них делали эскизы доспехов, оружия, рассказывали о боевых формациях, поэтому такие примеры существуют, я думаю что зачастую более продуктивнее и внимательнее, чем в киноиндустрии, но, к сожалению, по каменному веку я не готов Вам ответить, потому что я не знаю, что там сейчас, во что играет молодежь.
Александр Соколов: Так, пожалуйста, пожалуйста, давайте. Я вижу девушку в третьем ряду, вот, да, это Вы. Передайте микрофон как-нибудь.
Валерия: Здравствуйте, меня зовут Валерия. Я хотела бы узнать, существовал ли в каменном веке юмор и как он выглядел и проявлялся, это клишированное ударить палкой по голове было или вообще такого не было, можно представить что-то такое, как Вы думаете?
Иван Семьян: Конечно же, юмор был, так же, как и сейчас, у примитивных народов существуют смешные истории, анекдоты. У них, безусловно, существует некий аналог пародирования друг друга. И вот мы сейчас со Станиславом Дробышевским прекрасно обсудили пример про индейцев, которые, когда обижались друг на друга, чтоб помириться, били дубиночками по голове нежно, несильно. И все смеялись, радовались, и всё, в общем, было хорошо. Но это как раз пример такого какого-то грубого юмора.
Александр Соколов: Это юмор. Не зря вы с топориком пришли. Давайте без шуток на сцене.
Иван Семьян: Хорошо. Я затупил его, кстати, перед форумом на всякий случай. Вот, ну я думаю, что не стоит их примитивизировать. Я думаю, они, конечно, шутили примерно так же, как и мы, на актуальные для них темы и вопросы.
Александр Соколов: Так, пожалуйста, пожалуйста, последний вопрос. Вот я там вижу совсем-совсем справа, совсем-совсем вдали кто-то машет рукой. Да, пожалуйста.
Тимофей: Добрый день! Меня зовут Тимофей, и я хотел бы спросить: вы практический реконструктор, меня интересует, как развивался лук и вообще это не тривиальная задача его изобрести. Есть какие-то предтечи этого? Скажите, пожалуйста.
Иван Семьян: Кто развивался? Повторите, пожалуйста.
Тимофей: Лук.
Иван Семьян: Понял. Лук – тема достаточно дискуссионная, потому что большинство исследователей считает, что лук появляется в мезолите, есть находки его для мезолита в торфяниках. В палеолите есть интересные наконечники, которые мелковаты даже для дротиков и похожи на наконечники стрел. Поэтому, возможно, где-то лук был и в палеолите, в позднем палеолите. Также существует огромное количество форм изготовления луков, типов луков, есть очень сложные самобытные луки у народов, которые не соприкасались с общемировыми достижениями военного дела, незнакомы были с гуннскими луками, но они изобрели свои композитные луки. И есть огромная проблема в научной среде – проблема терминологического единства касательно темы лука, потому что в Европе одни термины, в России – другие, в США – третьи, и из-за этого возникают сложности, то есть усиленный лук, когда деревянная основа и укрепляющее навершие, например, из рога. Есть лук составной из частей, есть лук композитный, то есть клееный из слоев. И вот композитные разделяют там, в Европе, на «compound» и «composed», там разные типы, поэтому эта тема сложная, но все равно, конечно, исследователи пытаются проследить общие тенденции эволюции, но подчас выясняется, что разные народы изобретали что-то своё, каждый народ изобретал какие-то свои интересные решения необычные.
Александр Соколов: У нас на экране должен появиться скетч от Юлии Родиной. Вот он. Посмотри. Это ты.
=================================================================
Скетч Юлии Родиной
Организатор форума: АНТРОПОГЕНЕЗ.РУ