БОРЬБА С МОНОПОЛИЕЙ НАУКИ

Часто в своих текстах и выступлениях я подчеркиваю тот факт, что наука имеет монополию в области познания, а научный метод является единственным легальным, но далеко не единственно возможным, методом для исследования физики, биологии, химии и многих других областей. Также научный метод производит экспансию на те сферы, где он традиционно не применялся (социология, психология, философия). Люди, которые поддерживают подобный порядок, то есть выступают за монополию науки в этих (и не только)сферах, называются сциентистами, а люди, критикующие подобную монополию, - антисциентистами. Если следовать из этого понимания, то сциентистами оказываются почти все, но по какой причине? А причин здесь несколько, и с каждой из них следует бороться, если мы хотим в целом иметь свободу выбора мировоззрений и хоть какую-то свободу мышления для масс и специалистов.

Также важно отметить, что:
1. Я не являюсь антипрогрессивистом, а потому борьба с монополией науки у меня проходит не под эгидой примитивизма. Мне хотелось бы сохранить имеющиеся технологии и даже создать такую интеллектуальную систему, в которой технологический прогресс был бы ускорен по сравнению с тем, что мы имеем сейчас.

2. Я ни в коем случае не пропагандирую резкие революционные изменения в структуре образования и интеллектуальной среде. Как мне видится, в каждом шаге крайне важна постепенность, которая подкрепляется всевозможными проверками. Только благодаря подобным проверкам можно претендовать на формирование людей более мыслящих, творческих и готовых к самостоятельному выбору, а если та или иная реформа пойдет во вред по всем возможным параметрам, то благодаря постепенности мы всегда сможем откатить изменения и вернуться к старой системе. Если же в одних областях будут ухудшения, а в других улучшения, то у нас появится возможность обсудить ценность этих изменений и ввести определенные поправки к уже проведённым реформам.
3. Я никогда не выступал за полное истребление научного метода и научного мышления. Для меня наука - это одна из множества философских школ со своей философской методологией. Идеальный познавательный мир для меня - это мир плюрализма, где представители разных философских школ и методов располагают равными для исследования ресурсами, конкурируют друг с другом, критикуют друг друга и взаимно тем самым дополняют учения своих соперников. Это своеобразная интеллектуальная утопия, достижение которой в полной мере невозможно, но это не значит, что мы должны отринуть стремление к её достижению и упереться в противоположную крайность слепого религиозного монизма. Наука - это одно учение среди многих. Я не желаю ни его полного уничтожения, ни его бескомпромиссной и абсолютной власти в интеллектуальной сфере.

Теперь вернемся к причинам научной доминации и перечислим их:

• Мифологизация науки;
• Сакрализация науки;
• Вера в неразрывное единство науки и практики;
• Монополия науки на медиасферу и искусство(ни одна философия и религия так хорошо и однозначно одобрительно не представлена в медиасфере);
• Монополия науки на образование;
• Низкий уровень философского образования в школах и университетах;
• Низкий уровень общественного уважения к философии;
• Отсутствие или низкое качество альтернативных науке исследовательских и образовательных центров.

Вот с какими проблемами необходимо разобраться для того, чтобы преодолеть научный догматизм современности и пошатнуть научную монополию на познание. Теперь перейдём к конкретным шагам.

Демифологизация науки

Наука сама по себе сильно мифологична на нескольких уровнях. Во-первых, она особым образом представлена в сознании обывателей, что заставляет их видеть в науке нечто священное и особенное. Наука создает мир вокруг нас, творит практики, технологии, самолёты летают на великой силе науки по научно-магическим формулам, а истина перетекает в сознание людей благодаря научному методу. Во-вторых, наука особенным образом представлена в сознании самих учёных и образованных людей, где основной областью мифологизации служит методология, в которую приходится безусловно верить. Для обывателя почти каждая известная научная теория является частью научной картины мира, а вот для ученого и образованного человека в этот список входит меньшее количество теорий, но их тоже достаточно. Например, вера в теорию эволюции, Большой взрыв, стандартную модель и так далее. Притом внутри науки отношение к ней может быть довольно разным, но почти всегда неизменно сакральным, потому что представители разных областей часто имею свои взгляды о научности от инструменталистского до объективистского.

Первая задача в нашей борьбе против научной монополи - это критика всех форм научного мифа. То есть мы методично либо опровергаем, либо выказываем сомнение в разных аспектах научной картины мира и научной методологии. Атакам здесь подвергаются фундаментальные и самые признанные теории и содержание тех или иных научных методов. Более того, необходимо критиковать мифологическое отношение к учёным и научному познанию в принципе, развенчивать мифы о самой науке, стремится к четкой структуре определений в дискуссиях о науке, не допускать сакрализации и так далее.

Что для этого делаю и готов сделать я: Это одна из основных категорий моей интеллектуальной работы в области антисциентизма. Я собрал, переработал или создал многочисленные аргументы, направленные на критику научных теорий и методов, что ярко представлено в моих статьях, книгах и выступлениях. Самой яркой работой среди них является, конечно, «Сумма Антисциентизма», но также можно обозначить книги «Критику научного познания», «Многогранную науку», «Систему современного идеализма», «Философию практики» и статьи «Уроки Антисциентизма: 16 причин сомневаться в науке», «Современная инквизиция», «Неформальные ошибки сциентистов», «Монизм и плюрализм», «Наука как культурно-философский феномен», «Наука: истина или всего-то аргумент», «Наука, религия, философия, вера и теория познания», «К вопросу об определении науки», «Соотношение науки и практики», «Философские основания науки», «Зачем философии наука?», «Феномен-факт-опыт», «Пять групп определений науки…», «О невозможности частного знания без общего» и «Основные атрибуты сциентистов и антисциентистов».

Десакрализация науки

И вот она, священная наука: самая лучшая, эффективная, хорошая, точная, милая, замечательная, любимая, объективная, прекрасная, предсказательная, практичная и достоверная - умножать эпитеты можно бесконечно, потому что, если так вдуматься, это нередко пустые слова до тех пор, пока не дано адекватное определение науке. Сциентисты же не особо готовы давать определения, но даже если их дают, то в среднем готовы тут же от них отказаться, либо эти самые определения содержат хвалебные эпитеты, которые сами по себе являются оценочными и подчеркивают статус науки как некоторой святыни.

Науку в принципе нельзя критиковать, потому что её фанатики сразу же начнут иррационально вступаться за это слово, вплоть до того, что тебя начинают оскорблять и принижать твою позицию. И, проблема заключается в том, что у большинства из них нет достаточно стройного понимания того, что они защищают, а потому регулярно даже не самые глупые сциентисты жонглируют определениями науки, свойствами и качествами, но основная цель - защитить это святое слово. Многие испытывают негативные эмоции, когда кто-то критикует «науку», что опять же проистекает из её сакральных свойств. Наука свята и неприкосновенна, а всякий, кто с этим несогласен, мракобес, обскурант и еретик. Очень напоминает религиозный способ мышления.

Чтобы избавиться от этого эффекта, необходимо десакрализиовать науку, а для этого нужно изучать её со стороны, например, с философских или социологических позиций. Неизвестное легко сакрализировать, а вот когда ты понимаешь формальные проблемы тех или иных научных методов, а также заведомо знаешь о существовании достойных альтернатив, то сакрализировать любой тип познания становится крайне сложно. Удивительно, но в деле десакрализации науки, сильно поможет изучение её философских оснований: естественной установки, фальсифицируемости, эмпиризма и рационализма. Критическое отношение ко всем этим элементам поможет покончить с сакрализацией. Более того, важно понимать, что наука - это не единственная возможная форма эмпиризма и рационализма, не только в науке может применяться фальсифицируемость, а также разные аспекты естественной установки могут присутствовать в разных учениях.

Для десакрализации науки людям часто не хватает данных и их анализа, что необходимо предоставить мыслящему населению. Также важно понимать, что математика, статистика и даже сам по себе эмпирический опыт - это не столько собственность науки, сколько достояние многих философских и религиозных учений.

Что для этого делаю и готов сделать я: В тех же статьях и книгах мной проводится тотальная десакрализация науки. Вероятно, именно в демифологизации и десокрализации я достиг достаточно больших высот, но пока что, к сожалению, мне не удалось воплотить многие практические задумки, которые помогут в борьбе с монополией науки в глазах более широкого круга людей. Критика науки, научного метода и научной религии сами по себе могут сработать только на людей, для которых аргументация имеет хоть какое-то значение, но для большинства обывателей, ученых и сциентистов наука всё ещё остается областью, относительно которой невозможно что-либо аргументировать, так как сама наука и является мерой аргументативности и убедительности, что в очередной раз подчеркивает её сакральную функцию.

Разделение науки и практики

Важнейшей причиной доминирования науки в мире является убежденность людей в том, что без неё невозможно будет и дальше развивать технологии и медицину. Проблема нередко заключается в том, что люди под наукой и мнят саму практику, а потому, если пользоваться таким представлением, то без науки (практики) не будет и практики, так как это буквально тавтология. Всё же, когда я говорю о науке, то подразумеваю не практическую деятельность, а теоретическую, ведь только тогда имеет смысл задаваться вопросом о разделении науки и практики. Мой тезис заключается в том, что в чистом виде теория не является необходимой для создания тех или иных практик. Периодически теории могут подстегивать открытия, а иногда сдерживать их, но чаще всего здесь вопрос заключается именно в мотивационной функции теории и в целом научного духа, но эту мотивацию можно воспроизвести во многих философских учениях.

Из чего складывается теория? Объяснительное обобщающее представление о реальности + математическая (или иная) модель + эмпирический опыт, не противоречащий данной теории в формате наблюдений и экспериментов. Что из этого является необходимым свойством теории, а что достаточным? Объяснительное обобщающее представление о реальности - это достаточное свойство теории, потому что именно по этому признаку мы можем определить как научную, так и философскую теорию. Моделирование и сбор эмпирического опыта - вещи, которые не являются собственно теорией, а также модели и эмпирику могут использовать и продуцировать представители других философских направлений и, собственно, сами практики. Именно поэтому вопрос заключается в том, а насколько для создания тех или иных технологий важно объяснительное обобщающее представление о реальности? И здесь ответ, согласно которому оно просто необходимо, становится совершенно неочевидным. Также неочевидно, почему это представление должно быть именно научным, а не магическим. Допустим, мы создадим объяснительную модель на основании магии, но непротиворечиво ко всему этому добавим работоспособную модель и грамотно собранный эмпирический опыт. Что помешает инженерам и медикам с той же степенью эффективности использовать данное представление? И это только один аргумент, среди очень многих.

Разделение науки и практики особенно в глазах обывателей - важнейшая задача в рамках борьбы с монополией науки, потому что связка науки и практики является главным аргументом для большинства сциентистов.

Что для этого делаю и готов сделать я: Книга «Философия практики» и статья «Соотношение науки и практики» достаточно хорошо показывают уязвимые моменты в представлении о единстве науки и технологий. Критику науки и практики я продвигаю довольно давно и, как мне видится, на уровне аргументации это работает достаточно эффективно.

Изменение образа науки в медиа и искусстве

Кто такой учёный в медиа и искусстве? Чаще всего это сверхчеловек, который преисполнился не только в своих теоретических домыслах, но и практических изысканиях. Даже если ученый - сумасшедший, то наука позволяет ему быть могущественным изобретателем. Правда, проблема заключается в том, что в современном мире ученые почти никогда не являются изобретателями, а изобретатели довольно посредственно ознакомлены с наукой. Именно поэтому чаще всего передовой теоретик не то что не сможет ничего изобрести, он даже чайник не починит, а передовой инженер довольно редко сможет сформулировать основания научного метода. Средний работник сферы науки - это обыкновенный офисный планктон, принимающий участие в фабричном производстве «знания». Чаще всего могущество того или иного ученого не превосходит могущество обычного человека, как, впрочем, и могущество изобретателя, потому что, опять же, в современности один человек почти никогда не изобретет что-то значимое целиком из-за узкой специализации разных изобретений.

Образ ученого в медиа и искусстве является копиркой с образа мага, который благодаря обретению тайного знания стал лучше других людей, но ученый не является таковым. Он не маг, он именно офисный работник, выполняющий свои обязанности и работающий по указке системы. В такой более реалистической интерпретации роль учёного не смотрится благородной и высокой. К демифологизации образа учёного в медиа и искусстве необходимо стремиться для того, чтобы побороть монополию науки.

Что для этого делаю и готов сделать я: Я пишу книги и стихи, в которых показываю как более реалистичных ученых, ошибающихся и заблуждающихся, а также не представляющих собой ничего великого, так и карикатурно ничтожных ученых, поражающих своей глупостью, надменностью, мещанством и догматизмом.

Популяризация философии

Главное оружие против научного монизма - это философский плюрализм во всем своем многообразии и мощи, а потому необходимо популяризовать философию. Большинство философских дискурсов антисциентические, а также они располагают серьезной аргументацией в свою пользу, и иногда и против науки. Популяризация философии разнообразит выбор мировоззрения для людей, а потому не будет такого, что человеку доступна только одна обоснованная и легальная точка зрения, которую пропагандируют в школе и университете.

Что для этого делаю и готов сделать я: Я продолжаю популяризовать философию на своих многочисленных ресурсах, а также подчеркиваю её плюралистический характер и стараюсь добавить аргументов более слабым в наши дни позициям, чтобы философская жизнь могла похвастаться разнообразием. Как мне видится, именно такой подход среди всех известных философов в публичном пространстве продвигаю только я, а все остальные пропагандируют через философию собственные взгляды и производят крайне ангажированные оценки, но и такие авторы тоже необходимы, так как они живут своими картинами мира и нередко развивают их. Лишь сбалансировав философскую среду, мы сможем привести к её процветанию, и, как следствие, противостоять науке станет куда проще. Я готов к более тотальной и серьезной популяризации, если у меня будет такой шанс. Проведение лекций, написание статей, публичные выступления, поддержка продуктивной философии, а также помощь людям, которые могут и хотят двигать философию вперед, - вот мои основные задачи, если всё же получится подняться на несколько ступеней выше. У меня немало замечательных знакомых, которые разбираются в разных областях философии, а также философские факультеты полнятся специалистами и изрыгают их в пустоту без какой-либо профессии и гарантии устройства в жизни.

Повышение уровня философского образования в школах и университетах

У меня есть некоторые претензии к профессиональному философскому образованию на философских факультетах, но они меркнут перед почти полным отсутствием философии в школьной программе и очень поверхностным ознакомлением с философией в рамках получения высшего образования. Школа сталкивает человека с наукой напрямую, но философия игнорируется вообще. Человеку свойственно выбирать то, что он увидел раньше в той или иной сфере (синдром утёнка), а потому позднее и при этом крайне поверхностное и плохое ознакомление с философией для большинства людей означает заведомое презрение к ней. В том виде, в каком философия преподается в университете неспециалистам в данной области, её лучше вообще не преподавать, потому что студент приходит со своим научным или религиозным синдромом утёнка в университет, дожидается второго курса, а там какой-нибудь марксистский, религиозный или экзистенциальный дед или бабуля начинают рассказывать о своих любимцах в философии, или же существуют такие преподаватели, которые действуют по программе, и тотально перегружают студента именами и позициями, а потому в среднем студент запоминает, что философия - это марксистский, религиозный или экзистенциальный бред, либо мнения рандомных мужиков из прошлого по разным вопросам. Если человека вообще не учить философии, он хотя бы остаётся в этом вопросе чистым листом, а с чистым листом взаимодействовать несколько легче, чем с убежденным ненавистником, уже составившим свой окончательный и бесповоротный вердикт.

Философию следует вводить постепенно со школы наряду с наукой и искусством (музыкой и литературой), потому что философия - это единственная дисциплина, которая может помочь ребенку глубже и разнообразнее анализировать разные явления, а также позволит лучше разбираться в науке и и искусстве, так как без философии их анализ точно не будет полным. Школьное философское образование должно перетекать в университет постепенно, чтобы школьники и студенты уже могли не только знать некоторые позиции, но и анализировать аргументы философов. Именно это позволит иметь более глубокие представления о философии, а также сформирует возможность выбирать между разными альтернативами, не представленными в современном образовании. Такой подход, как я ожидаю, сделает людей более рассудительными и умными. Как минимум, на это можно рассчитывать и хотя бы попробовать.

Что для этого делаю и готов сделать я: У меня есть статья «Философские дисциплины в школе», в которой я рассказываю, как и зачем преподавать философию с самых ранних лет. Что я готов сделать для данной области? Готов рекомендовать многочисленных специалистов, то есть колоссальный образовательный резерв, покидающий философские факультеты.

Создание и совершенствование альтернативных центров исследования

Наука колоссальна. Она очень большая. Ни одно направление мысли не может сравниться с наукой количественно. Нередко над теми или иными философскими проектами работает несколько десятков человек (если не единиц), то есть несколько десятков активных интеллектуалов, выражающих ту или иную позицию, и эта десятка выступает против сотен тысяч учёных, занимающихся эволюционизмом, астрономией, теоретической физикой и так далее. Каким образом десять человек пусть даже в интеллектуальном противостоянии могут победить сотни тысяч или даже миллионы?

Чтобы побороть этот дисбаланс, необходимо создавать полноценные исследовательские центры для представителей разных философских направлений.

Что для этого делаю и готов сделать я: Я готов создать свой собственный исследовательский центр доксологии, той дисциплины, которую я разрабатываю уже много лет. При грамотном подборе специалистов и последовательной подготовке, как мне кажется, можно получить очень много существенных результатов. Также при наличии достаточного количества финансирования я готов снабжать средствами другие перспективные исследовательские центры.

Создание и совершенствование альтернативных образовательных центров

Не менее важно не только исследовать, но и подготавливать качественные кадры, из которых в последствии и будут отбираться лучшие люди, подходящие для исследовательской работы. В мире уже существуют учебные заведения по психоанализу, соционике, астрологии и магии, но все они могут похвастаться крайне низким качеством, а потому нужно не только создавать новые заведения, но и совершенствовать уже существующие, чтобы конкуренция с наукой становилась всё более и более серьезной.

Что для этого делаю и готов сделать я: Я готов возглавить или стать частью альтернативного образовательного учреждения по философии, в рамках которого будет продвигаться плюралистическая оптика.

ВЫВОД

Монополия науки в области познания - неоспоримый факт. Есть люди, которые рады этому, а есть те, которые негодуют. Негодующим необходимо объединиться и помогать друг другу, а также наращивать свой аргументационный и материальный капиталы, ратуя при этом за постепенную реформацию общества в сторону большего плюрализма. Изменения должны носить постепенный и обратимый характер, потому что сама идея заключается не в том, чтобы любой ценой свергнуть науку, а в том, чтобы показать адекватность других мировоззренческих систем и возможность развивать практику в плюралистическом мире. Если вдруг окажется, что лишь научное мировоззрение эффективно, продуктивно, прекрасно и по всем критериям достойно, а все остальные ему проигрывают, то, конечно, после серьезных вложений и длительных опытов, мы будем вынуждены признать нашу ошибку и обратить все изменения, а у сциентистов будущего будут серьезные основания считать науку безальтернативной. Впрочем, я делаю ставку на то, что среди неограниченного множества учений при их поступательном развитии мы постоянно будем открывать всё более и более конкурентные подходы, некоторые из которых со временем сравняются с наукой, а некоторые, возможно, смогут её превзойти.