Шизофрения и несогласие - будни современного идиота
В современном мире имеется такая тенденция: называть несогласных сумасшедшими. Нередко для этого используется слово «шиз» или нечто похожее. Подход, безусловно, нелепый и бесполезный, но для психологической безопасности носителя он может оказаться достаточно благоприятным, поскольку защищает от ряда интеллектуальных допущений и от необходимости думать над высказываниями несогласных. Перед нами очевиднейший механизм непонимания. Механизмами непонимания называются такие алгоритмы в поведении человека, которые с неизбежностью ведут к непониманию между людьми. Обозвать кого-то сумасшедшим – означает выбросить (хоть и для себя) его из дискурса, ведь еще Аристотель писал о том, что невозможно спорить с безумцем (возможно, Аристотель и был главным носителем данного механизма).
Проблема заключается в том, что чаще всего у так называемых шизов нет никаких психологических заболеваний, а если они и имеются, то это никак не мешает им рассуждать. Таким образом, мы получаем схему, в рамках которой имеется здоровый индивид, называемый сумасшедшим, а также обзывающий, которому необходимо защитить свои взгляды и напрячь как можно меньше извилин в процессе. Обвинение кого-то в сумасшествии – это пример того, как можно выбросить человека из дискурса, не прикладывая огромного количества интеллектуальных усилии. Путь для ленивых, так скажем. Для этого часто не нужно слушать, читать и понимать.
Но недостаточно просто называть кого-то сумасшедшим! Важно, чтобы люди были с тобой в целом согласны, а для этого необходимо найти ту точку во взглядах оппонента, которую неодобряет большая часть общества. Как же хорошо для современных обвинителей, что существует монополистическая и догматическая наука, которую преподают в школах и заставляют всех вокруг относиться к ней с высокой степенью почтения. Ведь высказывание: «ну ты шиз, ведь не веришь в Бога» - могло бы работать только в полностью монотеистическом обществе. В современном мире его заменяет высказывание: «ну ты шиз, ведь отрицаешь науку». Основание найдено. Наука по факту своей популярности и распространенности является эпицентром подобного механизма непонимания и служит средством обвинения своих оппонентов в глупости и безумии. Рассказывать о том, что сама наука сомнительна, я не буду, так как, если вы читаете эту статью, скорее всего, вы читали и остальные. Если нет, то рекомендую ознакомиться с материалами.
Здесь я попытаюсь привести те суждения, за которые меня считают сумасшедшим.
Генов не существует
Наверное, одной из самых продвигаемых сегодня научных тем является генетика. Люди веруют в гены и пытаются приписать генный фактор ко всему, чему угодно. Это имеет смысл, если мы исходим из научной методологии, впрочем, существуют такие подходы, которые позволяют нам усомниться в существовании генов. Допустим, если мир является симуляцией, то все материальные сущности, в том числе, гены, в реальности не существуют. В рамках такого устройства мира гены могут наблюдаться, но подлинно не существовать. Впрочем, существует вероятность того, что ученые неправильно наблюдают за явлениями (так как существует множество способов наблюдать и исследовать), а потому даже в рамках эмпиризма генов может не существовать. Также важно понимать, что «ген» выделяется вполне условно. То есть он не представляет собой неразделимый атом Демокрита, то есть мельчайшую материю, а, соответственно, некую абсолютное мерило бытия. Ген – это способ описания участка ДНК и выделяется он, скорее, условно, чем сущностно. То есть и в этом смысле его, можно сказать, нет, даже если мы полностью принимаем все научные наблюдения и теории. Его нет, как, например, популяции, состоящей из людей, так как существуют только люди, а вот популяция – удобный способ описания некоторых явлений и закономерностей, дающий возможность делать некоторые предсказания.
Пометка: скептик нередко рассуждает из позиции «если… то», потому что он точно не знает, как, например, устроен мир. Нефальсифицируемость его «если» только лишь усиливает сомнение в фальсифицируемых теориях, потому что если некая симуляция является нефальсифицируемой, то все теории, не принимающие симуляцию, оказываются в такой же степени нефальсифицируемыми по критерию того, что нефальсифицируема симуляция. То есть сам факт фальсифицируемости или нефальсифицируемости ничего не значит для скептика, так как не всё, что фальсифицируемо – истинно, и, вероятно, не всё, что нефальсифицируемо – ложно. Не удивительно, что при некоторых «если» никаких генов существовать не может ни в каком смысле. Скептик старается мыслить всеми возможными вариантами, а потому он всегда учитывает больше догматика. И если догматик не способен ниспровернуть все возможные «если», то и сомнение скептика убрать у него не получится.
Теория эволюции ложна
Эволюция, как ни странно, опровергается похожим способом. Давайте попробуем создать несколько «если», в рамках которой не будет никакого естественного процесса изменения организмов. Допустим, мир создал Бог, и он продолжает влиять на изменения этого мира. В таком случае, теория эволюции ложна. Допустим, мир симуляция. В таком случае, сам мир не является реальным и естественным, а длительный процесс развития организмов, кажущийся нам из наблюдаемых фактов, мог быть сфабрикован и запущен в программу лет двести назад. А, может быть, даже и пять минут назад при условии, что мы получили все воспоминания о нашем предыдущем опыте, которого на самом деле не было (парадокс Рассела). Допустим, в мире существует мистическая или магическая сила, которая управляет развитием организмов. В таком случае, эволюция оказывается неестественным процессом, что противоречит содержанию данной теории. Это можно продолжать бесконечно. Придумывать допущения, которые оппоненты не смогут опровергнуть, не так уж и сложно. Жалко, что люди довольно халатно относятся к подобным допущениям и легкомысленно отметают их.
Примечание. Скептик не обязан доказывать свои допущения (хотя при желании может это делать). Для него эти допущения – то же самое, что и позиция оппонента. Он использует эти допущения не для того, чтобы убедиться в них, а для того, чтобы ниспровергнуть убеждение. Он не верит в то, что мир – это симуляция. Он не верит в то, что мир создал Бог. Он может допустить все возможные теории, но не быть ни в одной из них убеждён. И для оппонента – это огромная проблема, потому что он сталкивается с потоком нефальсифицируемых (то есть неопровержимых) предположений, каждое из которых противоречит его позиции. Ему приходится использовать оценочные понятия вместо доказательств («моя теория лучше, потому что она опровергаема» или «моя теория лучше, потому что она самая простая из предложенных»), но это всё жалкая эпистемологическая эстетика. В такой ситуации людям куда удобнее оказывается отступить или броситься оскорблять оппонента, потому что ни доказать свою позицию, ни опровергнуть большую часть допущений они не могут.
Атомов не существует
Трудно себе представить, но можно отстаивать позицию, согласно которой даже атомов и молекул не существует. И, честно говоря, методология здесь ни чем не отличается от того, что мы использовали выше. Атом, как и молекула, - это уже составная часть материи. То есть ни атом, ни молекула не существуют как некое «архэ», как некая абсолютная данность. Это промежуточная форма материи, существование которой фиксируется, опять же, условно. Что говорить о том, что сам постулируемый электрон ведет себя довольно странно, а ядро атома колоссально мало относительно размера атома? Мы вполне можем постулировать его несуществование даже в рамках естественной установки, но если кто-то с нами не согласится, опять же, можно прибегать к многочисленным допущениям от симуляции, глупости учёных, научной традиции и так далее.
Наука сомнительна
Люди, по какой-то таинственной причине, не понимают, что догматизм может быть не только онтологическим, то есть подразумевать веру в то или иной положение дел в мире, но и методологический. Наука – это такое философское учение, которое базируется на определённых методологических догмах, значительная часть из которых сохранилась ещё с начала Нового времени. Все эти догмы сомнительны. Рекомендую по этому поводу внимательно прочитать мою статью по теме «естественная установка». Без естественной установки ни один научный метод не может считаться объективным и достоверным. Даже если какой-то учёный отрицает естественную установку – это говорит лишь о том, что он не понимает научный метод. Естественная установка лежит в основании даже частных научных методов. Каждая из предпосылок естественной установки – это нефальсифицируемые философские абстракции. Соответственно, вся наука оказывается в подлинном смысле нефальсифицируемой, так как абсолютная фальсифицируемость оказывается невозможной. Например, наука опирается на убеждение, что нет никакой сверхъестественной силы, которая вмешивается в законы природы. Это невозможно фальсифицировать (как и то, что такая сила есть). Все научные теории базируются на предустановке естественности. Следовательно, все они в подлинном смысле нефальсифицируемы. Получается, что наука, главным критерием которой является фальсифицируемость теорий, на более высоком уровне оказывается нефальсифицируемой и, соответственно, ненаучной.
Наука – это философская школа
Напоминаю, что я определяю науку через методологический критерий. То есть наука – это вполне конкретная методология, а не социальный институт, или познание в целом, или практика. Научная методология появилась на стыке слияния двух философских школ эмпиризма и рационализма. Из двух философских школ, как мне видится, не может появиться нечто качественно новое. Более того, научная методология имеет мало качественных отличий от своих предшественников. Единственное отличие науки от прочих философских школ – это размеры и организация, которая была позаимствована у христиан. Впрочем, неоплатонизм тоже в свое время разросся, и мы его изучаем не как религию, или не как нечто качественно новое и качественно отличное от платонизма, а как одно из философских течений. Наука появилась из философии и в методологическом смысле осталась философией, но количество сторонников и форма их организации говорят нам о том, что она получила некоторые свойства религии.
Мне печально, что философские дискурсы физики, химии/алхимии, астрономии, биологии, психологии сосредоточились в руках определённой группы узко мыслящих догматиков, поклоняющихся единым методологическим основаниям. Сами области исследования (физика, химия, астрономия, биология) – науками не являются, так как не подразумевают под собой того или иного метода. История показала, что они могут пользоваться ненаучным методом. Проблема же заключается в том, что догматики одной школы захватили эти области и не дают другим их организованно исследовать. Именно поэтому натурфилософия, философская физика, алхимия и даже философская биология погибли за последние несколько веков. Научные фанатики занимаются искоренением идейного плюрализма, захватывая власть над умами людей, так как им такое положение дел выгодно.
ВЫВОД
Основная же проблема заключается в том, что люди принципиально отказываются знакомиться с материалами. Им кажется, что сам тезис говорит за себя. Хотя, порой, они даже и тезис воспроизвести не могут. Людям кажется, что у какого-то «шиза» плохая аргументация, но знакомиться с его высказываниями, текстами и внимательно слушать его, конечно, не нужно. Более того, этого не нужно делать, пока человек не представляет собой какой-то авторитетной силы или его репутация подпорчена в обществе. Куда проще поддерживать некую пустую методологическую установку обвинения, чем замолчать или попытаться понять собеседника. В современном мире люди совершенно игнорируют механизмы понимания и делают все возможное, чтобы умножать непониманием такими вот странными методами, лишь бы ни то не посягал на их священную корову, которой в наши дни, например, является наука.
