Почему никто так и не извинился перед Майклом Джексоном? Подготовка к суду (октябрь-ноябрь 2004 г.).
Автор Джаэль Рукер.
В прошлый раз мы рассмотрели период с августа по сентябрь 2004 года, связанный с обвинениями Арвизо. Напомню два самых важных момента из прошлой статьи: доктор Стэнли Кац был уличен в наглой лжи адвокатом Майкла Брайаном Оксманом во время допроса о связях с Брэдли Миллером, частным детективом, работавшим под началом тогдашнего адвоката Майкла Марка Герагоса. Вопрос заключался в том, знал ли Том Снеддон о связи Миллера с Майклом через доверенное лицо (этим лицом был Герагос) до того, как совершить обыск в его офисе в ноябре 2003 года. Кац изначально пытался вести себя так, будто он совершенно не знал, кто такой Миллер, до встречи в июне 2003 года с Ларри Фельдманом, где Миллер упоминался вскользь, однако Оксман выдал в суде сенсационную новость о том, что Миллер на самом деле был одним из пациентов доктора Каца... то есть Кац знал, кто такой Миллер, задолго до июня 2003 года.
Вторым по важности моментом было признание отчима Гэвина Арвизо при даче показаний в том, что он требовал денег для семьи за защиту Майкла после документального фильма Башира, а также в том, что он уведомил правоохранительные органы округа Санта-Барбара, что Джанет удерживается на ранчо Неверленд под принуждением, не объяснив, почему он так считает. Это довольно странно, потому что обычно, когда сообщают о том, что кто-то содержится «под принуждением», за этим следует, как минимум, проверка здоровья со стороны властей, чтобы убедиться, все ли в порядке. Если полиция не реагирует на подобные заявления, обычно это происходит потому, что они либо не считают заявление обоснованным, либо им все равно, и они не хотят тратить время и ресурсы на фактическую проверку указанного заявления. Еще более странным является тот факт, что в этот самый период полиция Сан-Франциско проводила открытое расследование в отношении Майкла, поэтому «уведомление» от отчима того самого мальчика, в отношении которого велось расследование, должно было побудить полицию к действию.
Но они ничего не сделали…
Сейчас мы достигли периода с октября по ноябрь 2004 года, то есть до начала суда осталось всего два месяца (нет, до самого суда мы еще не добрались).
Октябрь 2004 г.
В начале октября 2004 года судья согласился отложить судебное разбирательство по иску, поданному Майклом и его бывшим адвокатом Марком Герагосом, поскольку оба утверждали, что их снимала на видео компания Xtrajet, чартерная компания, которую Майкл и Герагос использовали для перелета в Санта-Барбару перед задержанием/арестом Майкла.
Минуту…
Давайте вернемся в ноябрь 2003 года. Я ждала этого момента, чтобы рассказать об этом:
25 ноября 2003 года газета Los Angeles Times опубликовала статью, в которой подробно описывалось, как Майкла и Герагоса «тайно записали» во время перелёта в Санта-Барбару. В статье также подтверждалось заявление Xtrajet о том, что после полёта они обнаружили две записи:
Представители компании XtraJet, базирующейся в Санта-Монике, подтвердили, что обнаружили две видеокассеты на борту одного из арендованных самолётов и позже показали их содержимое избранным СМИ, чтобы узнать, можно ли их продать. Представители компании заявили, что на записях не было аудиодорожки.
Кроме того, президент XtraJet Марк Бетеа заявил, что его компания проводит внутреннее расследование, чтобы выяснить, кто сделал эту запись во время полета, и что компания «общалась с Fox News Network, чтобы определить их правовую позицию и варианты относительно возможной публикации записи»:
По данным LA Times, о существовании записей впервые сообщила компания Fox, которая заявила, что ее сотрудники просмотрели запись без звука и что на них видно, что «Джексон выглядел спокойным, часто улыбался и смеялся во время полета». Напомню, что Майкл заявил о жестоком обращении со стороны полиции Санта-Барбары в то время, когда он находился в тюрьме, а не во время полета или поездки туда на машине.
Стюарт Блэкерман, пресс-секретарь Майкла, назвал запись вторжением в частную жизнь, заявив: «Как вы можете испытывать желание лететь на самолете, где вас могут записать?», на что Джеффри Борер, корпоративный служащий XtraJet, заявил, что он связывался с несколькими телевизионными сетями, прося каждую подписать соглашение о конфиденциальности относительно записи:
Борер добавил:
«Все они выразили заинтересованность в покупке записи. Мы сказали им, что запись не продается. Мы никому не назначали цену. Мы не говорили, что возьмём что-либо у кого-либо. Мы просто пытались найти наиболее этичное решение.
…
Мы не принимали никакого решения, потому что заботились об интересах Майкла, как и о интересах любого из наших пассажиров».
Но, несмотря на их сомнительные попытки продать запись, компания все же сделала заявление о Майкле по поводу того, что он якобы действовал нерационально во время полета, это будет важно в дальнейшем:
«Мы летаем с Майклом уже несколько лет, и ни разу он не вёл себя неадекватно, не проявлял волнения, не пытался помешать экипажу выполнять свои обязанности. Нас ни разу не просили изменить пункт назначения, который изначально был запланирован. Он всегда был идеальным пассажиром, и с ним было очень легко общаться».
Однако проблема с видеозаписями на этом не закончилась. На самом деле, это было только началом. В марте 2006 года Борер и другой сотрудник Xtrajet, Арвел Ривз, признались, что именно они тайно записали личные разговоры Майкла и Герагоса, установив два видеорегистратора в самолёте:
Итак, плёнки не были «просто найдены», как утверждала компания в ноябре 2003 года, они были намеренно записаны с целью продать их СМИ. По словам Борера и Ривза, единственной причиной отсутствия звука было то, что они не смогли подключить микрофон к камере:
В конце концов, Майкл и Герагос подали иск против Xtrajet, но Майкл позже отозвал свою часть иска. Герагос, однако, продолжил судебный процесс, заявив в январе 2007 года, что запись была «одним из худших событий в его 24-летней юридической карьере»:
В статье Billboard за январь 2007 года подробно описывалось, как из-за этого инцидента Герагос «был вынужден принять чрезвычайные меры, чтобы гарантировать конфиденциальность разговоров с клиентами»:
Издание также цитирует Герагоса, который сказал:
«Я не могу вспомнить ни одного более огорчительного на профессиональном уровне поступка, чем этот».
Кроме того, в статье подробно описывались некоторые «чрезвычайные меры», которые Герагос принял для защиты конфиденциальности своих клиентов после инцидента, в том числе: встречи с некоторыми клиентами под эстакадами автомагистралей и в гостиничных номерах, а также отправка коллег за границу для обсуждения дел вместо того, чтобы обсуждать их по телефону или электронной почте:
В статье The Modesto Bee за март 2008 года более подробно описывалось, как Герагос получил 18 миллионов долларов (из которых 2 миллиона долларов достались его партнеру, который также был на борту самолета) в результате его иска, а также приводилась некоторая дополнительная информация:
Согласно статье, Герагос узнал о записях от тележурналистов через несколько дней, и ему удалось успешно заблокировать продажу и распространение записи. В статье цитируются слова адвоката Герагоса, Брайана С. Кабатека:
«Когда люди верят, что смогут нажиться на славе и богатстве знаменитостей, приходится платить. Теперь мы знаем, какова эта цена».
Это иронично, учитывая, что Герагос делает с Майклом посмертно (не волнуйтесь, мы скоро об этом расскажем). Далее судья Верховного суда Лос-Анджелеса Суссан Г. Бругера назвала записи «крайне предосудительными» и присудила Герагосу и его коллеге, который также был на борту самолета, Пэту Харрису, 18 миллионов и 2,25 миллиона долларов соответственно. На момент вынесения решения адвокат Герагоса отказался сообщить, почему Майкл отозвал свою часть иска в апреле 2005 года, но в статье говорилось, что «Джексон устал от того, что Герагос делит время между ним и его другим клиентом, Скоттом Петерсоном»:
Кроме того, судья Бругера также процитировала утверждение Герагоса и Харриса о том, что записи с чартерных рейсов самолетов были частично виноваты в увольнении Герагоса:
Харрис дал показания, что он и Герагос действительно стали объектом насмешек в СМИ из-за этого инцидента. Они считают, что этот инцидент отчасти стал причиной того, что г-н Джексон решил уволить их с должности адвоката по одному из крупнейших международных дел того времени.
На момент вынесения решения адвокат Борера заявил, что он подаст апелляцию на присужденную сумму в размере более 20 миллионов долларов, утверждая, что Герагос и Харрис, соответственно, не могли претендовать на компенсацию ущерба в размере 2 миллионов и 250 000 долларов:
Его точная цитата:
«Люди с черепно-мозговыми травмами не получают компенсацию в размере 2 миллионов долларов. Но этот адвокат (Герагос), который ни разу не присутствовал на пресс-конференции, которая ему не понравилась, получил компенсацию в размере 2 миллионов долларов?»
Скриншот для справки:
Перенесёмся в 2012 год: спустя три года после смерти Майкла судебный процесс Герагоса всё ещё длился. Что же произошло, спросите вы? Согласно статье SF Gate за март 2012 года, в 2010 году апелляционный суд отменил решение о компенсации в размере 20 миллионов долларов Герагосу и Харрису, и вместо этого предложил им 750 000 долларов, что они, очевидно, отвергли:
Окончательная сумма, которую им присудили, составила 2,5 миллиона долларов.
А что же получил Майкл, которого арестовали и предъявили обвинение? Ничего, потому что он просто отошёл в сторону в апреле 2005 года, у него были более насущные проблемы (например, выиграть уголовное дело). И не заблуждайтесь, единственная причина, по которой эта запись вообще появилась - это присутствие в том самолете Майкла Джексона, которому пришлось сдаться властям. Иначе эта ситуация не привлекла бы никакого внимания, и уж точно не принесла бы Герагосу первоначальные 18 миллионов долларов, которые он получил в 2008 году.
4 октября 2004 г.
4 октября 2004 года адвокаты Майкла официально подали ходатайство об отстранении окружного прокурора округа Санта-Барбара от дела. Согласно Billboard, ходатайство было подано в закрытом порядке адвокатом Майкла Робертом Сэнгером, поскольку «содержание ходатайства включало ссылки на детали из секретных материалов, включая материалы расследования, протоколы заседаний Большого жюри, отчёты о расследованиях, вещественные доказательства и данные о личностях свидетелей».
В статье также отмечается, что ходатайства об отстранении окружного прокурора от дела часто основываются на заявлениях о личной предвзятости и конфликте интересов, и что подача ходатайства соответствует заявлениям команды Майкла о том, что Снеддон испытывает к нему личную неприязнь:
Для своего репортажа Billboard пригласили адвоката по уголовным делам Стива Крона, который сказал:
«Шансы на успех крайне малы. Будет крайне необычно, если судья отстранит от дела всю прокуратуру».
Профессор права Университета Лойолы Лори Левенсон, от которой мы уже слышали другие подробности дела, добавила:
«Это было естественным решением - подать такое ходатайство. Даже если шансы на успех невелики - стоит попробовать».
Конечно, это ходатайство было отклонено, поскольку Снеддон и прокуратура Санта-Барбары продолжали заниматься данным делом.
8 октября 2004 г.
Хотя ходатайство Майкла в конечном итоге было отклонено (что, опять же, было обычным делом), интересно узнать больше о самом процессе подачи. Через несколько дней после первоначального объявления о ходатайстве в СМИ была опубликована его отредактированная версия. В статье Irish Examiner от 8 октября 2004 года пояснялась часть, раскрытая СМИ:
В публикации говорится следующее :
«Господин Снеддон не скрывал своего гнева из-за того, что ему не удалось предъявить обвинение господину Джексону ранее. Эта неудача лишь подогрела рвение господина Снеддона в данном деле».
В статье также говорилось, что в ходатайстве утверждается, что в июне 2003 года Снеддон «лично провел часть расследования обвинений против Джексона в растлении детей», и что в ноябре 2003 года он «в одиночку отправился из Санта-Барбары в Беверли-Хиллз, чтобы осмотреть и сфотографировать здание частного детектива Брэдли Миллера, работавшего на Герагоса»:
Также упоминается неуместная шутка Снеддона с журналистами на пресс-конференции в ноябре 2003 года, когда он объявлял о выдаче ордера на арест Майкла:
Более того, в ходатайстве утверждалось, что вместо проведения предварительного слушания Снеддон решил созвать тайное заседание Большого жюри, чтобы добиться вынесения обвинительного заключения против Майкла, и продемонстрировал свою предвзятость в ходе заседания Большого жюри, заявив:
«Прокуроры не только умышленно нарушили правила доказывания и этикет работы Большого жюри, но и поощряли свидетелей убеждать присяжных страстными и предвзятыми замечаниями».
Наконец, защита Майкла обвинила Снеддона в том, что он позволил бывшему шерифу Джиму Томасу передать информацию по делу в СМИ:
15 октября 2004 г.
15 октября 2004 года судья Мелвилл официально отклонил ходатайство защиты об отклонении обвинительного заключения против Майкла, заявив, что «обвинители представили достаточно доказательств растления малолетних и попытки заставить замолчать семью предполагаемой жертвы, чтобы дело было продолжено»:
Минуту…
Вы можете задаться вопросом, почему я указываю на все случаи, когда ходатайства Майкла были отклонены. Я делаю это намеренно, поскольку многие хейтеры Майкла любят говорить, что он был оправдан из-за своей славы и власти, но, как вы уже увидели, судья Мелвилл был полон решимости сделать судебный процесс максимально справедливым и сбалансированным (при этом защищая свою репутацию от обвинений в лояльном отношении к Майклу). В то время как защита Майкла представила более чем достаточно аргументов, чтобы отклонить обвинительное заключение или, хотя бы, чтобы полностью отстранить Снеддона и компанию от дела, судья Мелвилл был прекрасно осведомлен о том, какие жалобы последуют на него, если он вынесет решение в пользу Майкла по этому вопросу.
Я всегда буду считать, что это дело не должно было дойти до суда (и если вам это ещё не ясно, то скоро станет ясно), но то, что в итоге вышло, — это явное доказательство невиновности Майкла, и я благодарна за это, потому что факты невозможно отрицать. Публичные судебные протоколы - что происходило, что говорили люди, что они делали и т. д. - это то, что никогда не исчезнет.
Вернемся к постановлению: судья Мелвилл также приказал прокурорам сообщить ответчикам имена конфиденциальных свидетелей по делу:
И хотя судья постановил сохранить имена информаторов в тайне, Снеддон заявил в суде, что одним из таких свидетелей был отчим Гэвина (чьи шокирующие показания мы рассматривали в предыдущей главе):
Вернемся к вопросу об обвинительном заключении: я хочу вновь обратиться к статье, написанной в мае 2004 года адвокатом по уголовным делам Ивонной М. Спилбор, на которую мы уже ссылались ранее. В своей статье Спилбор отметила, что решение Снеддона выдвинуть обвинение было «необычным»:
«Во-первых, давайте рассмотрим решение о вынесении обвинительного заключения Большим жюри. В Калифорнии прокуроры могут возбудить уголовное дело либо путём подачи иска/жалобы, либо путём получения обвинительного заключения Большого жюри. Но подавляющее большинство дел о тяжких преступлениях в Калифорнии рассматривается по жалобе (федеральные суды и многие другие штаты используют практику рассмотрения дел Большим жюри в исключительных случаях). Изначально дело Джексона рассматривалось на основании иска. Но затем окружной прокурор Снеддон изменил тактику. Почему? Вероятно, потому, что, согласно законодательству Калифорнии, после вынесения обвинительного заключения Большого жюри, как в данном случае, обвиняемый теряет право на предварительное слушание».
Далее:
«Согласно статье 859 Уголовного кодекса Калифорнии, после подачи заявления о совершении тяжкого преступления как обвиняемый, так и окружающие имеют право на предварительное расследование… в течение десяти дней с даты предъявления обвинения обвиняемому. Среди тех, кто воспользовался этим правом — О. Джей Симпсон, Роберт Блейк, Скотт Питерсон, Фил Спектер и Кортни Лав. То же самое делают и многие другие обвиняемые, не являющиеся знаменитостями».
Далее Спилбор объяснила, почему предварительные слушания ценны для обвиняемого - они «вынуждают обвинение представить основу своей позиции в протоколе — и, следовательно, позволяют защите лучше подготовиться к судебному разбирательству»:
Что касается того, как могли бы выглядеть предварительные слушания по делу Майкла, Спилбор заявила, что они «вероятно, были бы сосредоточены на оспаривании показаний предполагаемой жертвы», и добавила:
Но теперь Майкл потерял эту возможность из-за подмены, устроенной окружным прокурором. Хотя формально это законно, такая подмена несправедлива. Как отмечалось выше, сразу после подачи иска Майкл получил право на предварительное слушание. Теперь же прокуроры отменили это право, которое сами же и инициировали, — и, по всей видимости, сделали это лишь для того, чтобы поставить подсудимого в тактически невыгодное положение.
Даже если закон позволяет таким образом усидеть на двух стульях, это не значит, что это правильно. Обвинение воспользовалось всей той негативной оглаской, которую повлек их иск. Теперь оно пыталось усилить своё преимущество негативной оглаской, которая последовала за обвинительным заключением. А тем временем единственный реальный шанс Майкла бороться с этой оглаской — на предварительном слушании — был у него отнят.
Я ещё вернусь к статье Спилбор в следующих главах, а сейчас хочу отметить, что Спилбор также подняла вопрос об изменении хронологии событий семьи Арвизо (имейте в виду, что это было написано в мае 2004 года... за несколько месяцев до начала судебного процесса), написав:
«Как ни странно, даты тоже изменились. В иске говорится, что пять из семи «непристойных действий» якобы произошли «в период с 7 февраля 2003 года по 10 марта 2003 года», а все остальные — в период с 20 февраля по 10 марта 2003 года. Но в обвинительном заключении говорится, что все произошло в период с 20 февраля 2003 года по 12 марта 2003 года.
Заметьте, это не просто сужает временной период, но ещё и удлиняет его! Внезапно 12 марта произошло что-то, чего не было в иске. Почему? Либо обвинитель запутался и у него проблемы с памятью, либо обвинение допустило ошибку в иске, либо Большое жюри отказалось предъявить обвинение по одним пунктам и исправило даты по другим — либо всё сразу. Как ни крути, это не говорит в пользу обвинения».
Из статьи Спилбор мы можем понять, что Майкл имел законное право на предварительное слушание, поскольку его дело изначально строилось как рассмотрение иска, но после того, как Снеддон переключился на вынесение обвинительного заключения Большим жюри, Майкл потерял это право, а вместе с ним и право на свою защиту должным образом и возможность противостоять окружному прокурору и семье Арвизо.
Вернемся к хронологии: конец октября завершился тем, что генеральный прокурор Калифорнии Билл Локьер возразил против просьбы защиты Майкла об отстранении прокуратуры округа Санта-Барбара от дела, назвав ее «безосновательной»:
И далее перейдем к ноябрю.
4 ноября 2004 г.
Как и ожидалось, судья Мелвилл отклонил ходатайство защиты Майкла об отстранении Снеддона от дела, поданное 4 ноября 2004 года:
Согласно статье издания Today за ноябрь 2004 года, судья Мелвилл заявил, что единственный способ отстранить Снеддона и его офис — это наличие «конфликта интересов, при котором обвиняемый не мог рассчитывать на справедливое судебное разбирательство», чего судья не увидел в данном случае. Судья Мелвилл также заявил: «Я считаю, что он не проявил чрезмерного рвения и не поставил под угрозу целостность дела до настоящего момента».
Однако в последующем репортаже ABC News отмечалось, что судья также заверил, что будущее поведение Снеддона будет находиться под его пристальным контролем, заявив: «Если во время судебного разбирательства он проявит чрезмерное рвение, я прослежу, чтобы с этим разобрались»:
Более того, статья Lompoc Record подтвердила, что до вынесения решения Мезеро обвинил Снеддона в подстрекательстве Ларри Фельдмана (помните его? - адвокат по гражданским делам, связанный и с Чандлерами и Арвизо) к лжесвидетельству во время дачи показаний на слушании Большого жюри:
Согласно статье, Мезеро сослался на показания Фельдмана о том, что уголовное преследование фактически помешает гражданскому иску против Майкла, так как преуменьшит предполагаемые финансовые мотивы Арвизо. Мезеро назвал это полной ерундой, заявив: «Если вы добьётесь обвинительного приговора, гражданское дело будет выиграно. Единственный вопрос — возмещение ущерба»:
12 ноября 2004 г.
12 ноября 2004 года снова был поднят вопрос о временной шкале Арвизо, на этот раз через публикацию отредактированных документов, которые включали переписку между Герагосом и Уильямом Дикерманом (помните его? - адвокат, который представлял Джанет Арвизо в тот период, когда она заявляла, что ее вещи находятся на хранении у Майкла и она не может их получить). По словам доктора К. К. Арсено, в архивной статье от 19 ноября 2004 года, которую поклонникам Майкла удалось сохранить, письма между Герагосом и Дикерманом были отправлены «сразу после периода, в течение которого Джанет Арвизо якобы удерживалась силой сотрудниками Джексона и опасалась за свою жизнь», но, по словам Арсено, не было «никаких упоминаний о событиях, отдаленно напоминающих обвинения, выдвинутые в обвинительном заключении Большого жюри»:
Ещё интереснее, что Арсено указывает на сходство между обвинениями Джанет в адрес её бывшего мужа Дэвида и её обвинениями в адрес Майкла. Арсено написал:
«Обвинения г-жи Доу против Джексона аналогичны обвинениям, которые она выдвинула против своего теперь уже бывшего мужа в бракоразводном процессе. В полицейском интервью, просочившемся в СМИ в сентябре 2004 года, г-жа Доу заявила, что, по её мнению, «кто-то собирался убить детей и меня. В основном детей». В ходе бракоразводного процесса она обвинила мужа в растлении их дочери, похищении и угрозах её жизни. В кабинете судьи дочь отказалась от своих предыдущих показаний и заявила, что отец не угрожал ей убийством. Рассел Халперн, адвокат отца мальчика, заявил, что, по его мнению, мать написала сценарий для своих детей. Халперн сказал, что отец однажды показал ему сценарий, который его жена якобы написала для их детей, чтобы использовать его во время допроса в гражданском порядке. «Она записала все их показания. Я действительно видел этот сценарий. Я помню, как моя клиентка показывала его мне, приносила мне документы».
Помните, Дэвид Арвизо говорил то же самое частному детективу Майкла Скотту Россу в октябре 2004 года, о котором я писала в начале истории с Арвизо? Арсено продолжил:
«Обвинения против Майкла Джексона — не первый случай, когда г-жа Доу выдвигает обвинения в сексуальном насилии. Это уже третий случай! Помимо обвинений, выдвинутых против её мужа, г-жа Доу также обвинила охранников в сексуальном насилии, которые якобы ласкали её грудь и пах на парковке. Охранники последовали за её сыном и мужем, которых обвинили в краже вещей из магазина. Сообщается, что мальчик вынес из магазина стопку неоплаченной одежды. Г-жа Доу утверждала, что насилие продолжалось семь минут, в то время как её семья беспомощно наблюдала за этим. Как и в случае с Джексоном, обвинения были предъявлены с задержкой в памяти. Г-жа Доу вспомнила о том, что подверглась сексуальному насилию, через два года после инцидента на парковке; эти обвинения были добавлены к её гражданскому иску против JC Penney на три миллиона долларов».
Арсено также выразил несогласие с тем, как изменились обвинения, выдвинутые Снеддоном, заявив:
«Похоже, в этой семье серьёзная проблема с честностью. В первом обвинительном заключении Джексону было предъявлено семь обвинений в растлении малолетних. Во втором обвинительном заключении, выдвинутом Большим жюри под председательством прокурора Санта-Барбары Тома Снеддона, количество случаев растления сократилось с семи до трёх, при этом была зафиксирована одна предполагаемая попытка растления. Куда делись остальные три случая растления? Неужели мальчик, о котором идёт речь, теперь уже взрослый подросток, дал показания о семи случаях растления, а затем вспомнил, что трёх из них не было? Или же, став старше и мудрее, он стал менее склонен к сотрудничеству? По непонятной причине в обвинительное заключение Большого жюри были добавлены обвинения, которых не было в первом обвинительном заключении. Теперь Джексона обвиняют в сговоре с целью совершения двадцати восьми тяжких преступлений, включая сговор с целью похищения ребёнка; незаконное лишение свободы; вымогательство; совершение развратных действий в отношении ребёнка; попытку совершения развратных действий; и введение ребёнку одурманивающего вещества».
А что касается этого странного изменения временной шкалы:
«Временные рамки предполагаемых растлений также изменились. В первом обвинительном заключении даты были указаны с 7 февраля 2003 года по 10 марта 2003 года. В обвинительном заключении Большого жюри эти даты были изменены с 20 февраля на 12 марта. На предварительном слушании 8 ноября 2004 года адвокат Джексона Сьюзан Ю заявила: «Хронология имеет решающее значение для защиты, поскольку даты предполагаемых растлений, указанные в первоначальном иске (в декабре), отличаются от дат, указанных в обвинительном заключении (в апреле)». Ю сказала: «Эти даты отличаются, потому что семья (обвинителя) изменила свою версию событий. А изменили они свою версию событий потому, что не говорят правду».
30 ноября 2004 г.
В какой-то момент в ноябре 2004 года адвокаты Майкла подали ходатайство о проведении психологической экспертизы Гэвина, Стара и Джанет Арвизо, в котором им было отказано судьей Мелвиллом. Это стало очередным отклоненным ходатайством Майкла:
Более того, по данным Los Angeles Times, Мелвилл «не позволил адвокатам оспорить ходатайство на предварительном слушании, обосновав своё решение нюридическими записями, представленными ранее». Это сочли «необычным ходом». По данным Times, пропустив эти устные аргументы, судья Мелвилл «ограничил доступ потенциальных присяжных к одному из ключевых утверждений защиты: что мать мальчика была эмоционально неуравновешенной и хронической лгуньей»:
В статье также поясняется, что обвинение выступило против того, чтобы психологическая история Арвизо была учтена, поскольку, по их мнению, это будет предвзятостью. В то же время команда Майкла утверждала, что это будет не предвзятостью, а справедливостью, поскольку их допрашивал Стэнли Кац, и эти независимые осмотры будут необходимы адвокатам защиты для его перекрестного допроса.
Как вы увидите позже, защите Майкла даже не понадобились те осмотры, которые они запросили в отклоненных ходатайствах, потому что Арвизо, обвинение и их соответствующие свидетели провалились во время дачи показаний самым смехотворным образом (одного из них вы уже видели - Джейсона Франсиа). Но я показываю вам эти вещи для того, чтобы вы знали, сколько ходатайств Майкла и его команды было отклонено до суда (таким образом судья Мелвилл хотел убедиться, что судебное разбирательство будет как можно более справедливым). Тем не менее, хотя запрос на психологическую экспертизу был отклонен, защите разрешили истребовать существующие записи психологических, медицинских и финансовых отчетов о семье Арвизо, против чего обвинение возражало.
В этой статье, написанной Дон Хоббс из New Press, теперь уже архивной и сохраненной MJEOL, данные проблемы рассматриваются более подробно:
Согласно данной статье, и News-Press, и NBC получили доступ к результатам психологического обследования Джанет, Гэвина и Стара, проведённого в 2001 году психиатром, нанятым компанией JC Penney во время их судебного разбирательства с Арвизо. В отчётах Джанет описывалась как страдающая бредом и утверждалось, что она «выдумала обвинения в том, что охранник компании JC Penney напал на неё и её детей, а затем совершил сексуальное насилие» (в чём Джанет в конце концов призналась сама).
И хотя запрос защиты на предоставление гинекологических записей Джанет мог показаться излишним, запрос был сделан по конкретной причине: как заявил адвокат защиты Роберт Сэнгер,
«… я не хочу критиковать пустые слова о гинекологических записях, но есть очень веские причины, по которым я не хочу сейчас вдаваться в подробности».
Вы спрашиваете, в чём же причина? Документы, полученные News-Press и NBC, были составлены доктором Джоном Хохманом, который в то время был доцентом кафедры психиатрии и неврологии Калифорнийского университета в Лос-Анджелесе. Именно доктор Хохман обследовал Джанет во время судебного процесса по делу JC Penney, и, по словам Хокмана, Джанет обратилась к гинекологу после инцидента в JC Penney «из-за нарушений менструального цикла», которые стали причиной травмы её тела и «выброса гормонов в её организме»:
Имя доктора Хохмана ещё всплывёт, как только начнётся судебный процесс, но следует отметить, что в статье News-Press за ноябрь 2004 года было заявлено, что «нет никаких доказательств, подтверждающих показания Джанет том, что ей пришлось приводить в порядок гормональный фон из-за инцидента в торговом центре». В статье также говорилось, что Арвизо жаловалась Хохману на головные боли и кошмары после инцидента в JC Penney, а дети Арвизо заявили, что они боятся, что «плохие люди из JC Penney» придут к ним домой и навредят им:
Однако самой важной частью отчета Хохмана было вот что: он отметил, что, по его мнению, беседы с Гэвином и Старом были отрепетированы, а также сослался на «сомнительные аспекты» показаний семьи, в том числе на то, что «невозможно», чтобы все члены семьи имели «идентичные истории годы спустя»:
Далее мы перейдем к декабрю 2004 года и январю 2005 года.
Продолжение следует...