Профсоюз в Липецке пресек попытку незаконного увольнения

Липецкая первичная профсоюзная организация действует на предприятии «РВК-Липецк» и была создана работниками в 2022 году на фоне изменений условий труда и системы оплаты. Профсоюз объединяет сотрудников предприятия и входит в структуру Межрегионального профсоюза «Рабочая ассоциация» (МПРА).

Председателем профсоюзной организации является Владимир Леонидович Рыдлевич — работник предприятия, избранный коллективом. С момента создания профсоюз последовательно отстаивает соблюдение трудового законодательства, уделяя внимание вопросам оплаты труда, условий работы и процедур взаимодействия с работодателем.

Сегодня у нас необоснованная попытка увольнения работника предприятия после закрытия больничного. Работодателю оказался неугоден сотрудник, который перенёс плановое хирургическое вмешательство, восстановительный период после которого составил менее 6 месяцев. В статье разбирается конкретный пример из опыта председателя ППО. Какие шаги были предприняты, чтобы работника не уволены и уроки, которые можно почерпнуть будущим (начинающим) профсоюзникам.

Рыдлевич В.Л.: Однажды был такой случай.
Я пришёл в контору по делам профсоюза. Случайно встретил своего старого знакомого в коридоре возле кабинета кадров. Он не был членом профсоюза, но выглядел очень потерянным. Я остановился, поговорил с ним и уточнил причину, почему он там стоит.

Он объяснил, что был на больничном, перенёс операцию, вышел после больничного. Его мастер приказным тоном сказал: «Ты нам не подходишь, иди в кадры и пиши заявление на увольнение по собственному желанию».

И вот он стоит у дверей отдела кадров. А кадровички вместо того, чтобы пообщаться с человеком и выяснить ситуацию, кадровики просто держали его под дверью — по привычке.

Я начал уточнять детали. Оказалось, что больничный у него был закрыт, в листке было написано: «приступить к работе». Никаких ограничений не стояло. Но кадровики решили иначе: им хотелось, чтобы он написал заявление «по собственному желанию», чтобы не заниматься его дальнейшим оформлением.

Мы пошли по кабинетам. В кадрах его отправили в охрану труда. В охране труда уточнили, в чём дело, и выяснили, что он не должен увольняться. И если даже увольняться — точно не по собственному желанию.

Мы созвонились с мастером. Он ничего толком сказать не смог. В итоге работник вернулся на работу и работает до сих пор. Теперь он ещё и член профсоюза.

Это пример того, как правовая неграмотность работников позволяет творить на местах настоящий беспредел. Люди закрепощены, боятся сказать или сделать что-то в свою пользу, не знают своих прав — поэтому ими легко манипулировать.

Корреспондент Факела: Давайте остановимся на этом примере. Потом можно будет перейти к следующему.

Чем работодатель объяснял необходимость увольнения? Как они это видели со своей стороны?

Рыдлевич В.Л.: Со стороны работодателя, конкретно мастера, всё выглядело так: он заявил работнику, что тот «не подходит по состоянию здоровья». Предложил просто уволиться по собственному желанию. Хотя у работника был закрытый больничный лист, разрешение приступить к работе без ограничений — всё на руках.

Это было просто личное решение мастера: так он посчитал нужным.
В кадрах была такая же позиция. Начальник отдела кадров сказала: «Он был на больничном. Мы не хотим его оставлять. Не хотим с ним возиться».

И только в охране труда, когда стало понятно, что без оформления бумаг дело не обойдётся и что потом будут спрашивать именно с них, они наконец начали разбираться.

Они начали разбираться и пришли к выводу, что требование уволиться по собственному желанию было неправомерным.

Корреспондент Факела: Какой способ был выбран решения проблемы?

Рыдлевич В.Л.: Я взял его и сразу повёл в отдел охраны труда. Мы не стали слушать формальные объяснения работодателя — пошли туда, где обязаны разбираться по закону. В охране труда увидели серьёзность ситуации, не захотели «возиться» и подтвердили, что увольнение по собственному желанию в данном случае незаконно.

Если быть точным, я буквально взял работника за руку — он стоял потерянный, его выгнали с рабочего места в рабочее время, заставили идти в кадры и упрашивать, чтобы его уволили по собственному желанию. Он чувствовал себя выброшенным.

Мы пошли в кадры. Я спросил кадровиков:

— Почему вы издеваетесь над человеком? Почему держите его под дверью? На каком основании считаете, что его нужно увольнять?

Начальница отдела кадров сказала фразу, которую я до сих пор помню:
«Откуда вы взялись на нашу голову? Опять скандал…»

Я ответил:

— Ладно, скандал — это отдельный вопрос. Объясните, почему вы считаете, что человек должен увольняться по собственному желанию? Если он вам не подходит — ищите основания для увольнения по инициативе работодателя. Но зачем заставлять человека писать заявление?

Кадровичка ничего не смогла ответить и предложила идти в охрану труда. Мы вместе — я, работник и кадровик — пошли туда.

В охране труда сразу поняли, в чём дело, попросили больничный. В нём было чётко написано: «Приступить к работе с такого-то числа».

Они спросили кадровичку:

— На каком основании мы должны его не допускать?

Она молчала. Созвонились с мастером:

— Почему вы отправили его увольняться? Кто вам разрешил?

Мастер тоже ничего не ответил. Тогда сказали:

— Пускай возвращается на работу.

Именно так всё и должно было начаться.

В итоге работник вернулся на своё место и работает до сих пор. Более того, он вступил в профсоюз.

Результат получился такой: человек, не будучи членом профсоюза, благодаря этой ситуации стал им.

На вопрос, повторялись ли такие случаи — отвечу: нет, больше такого произвола не было. Они не решались повторять подобное.

Ремарка, которая не относится к теме статьи
Но позднее был похожий случай уже по отношению ко мне. Меня восстановили по суду после увольнения, и новая начальница охраны труда совместно с другой начальницей кадров попытались навязать мне внеочередной медосмотр. Основанием они называли то, что полгода назад я был на больничном.

Однако есть официальное письмо Минздрава, которое они попытались перекрутить под свои цели. Нормативка не позволяла делать такие выводы.

Я сразу написал заявление в трудовую инспекцию и прокуратуру и сделал рассылку ночью, сразу же подал заявления в трудовую инспекцию и прокуратуру — и всё это мгновенно прекратилось. Дождались очередного планового медосмотра, и вопрос больше не поднимали.

Вывод простой: нужно давать «обратку» сразу — отвечать юридически грамотно, опираясь на нормы закона. На любые претензии и давление должна быть аргументированная реакция. Если работодатель не может доказать правомерность своих требований, работнику ни в коем случае нельзя писать заявление по собственному желанию. Пусть увольняют по своей инициативе, если найдут основания.

На вопрос о главном уроке — я бы сказал так: нужно постоянно повышать свою юридическую грамотность. Без этого — никак. Профсоюзные курсы, которые мы проходили в Питере, — идеальный вариант. Всегда можно связаться с товарищами, получить совет. Самому невозможно знать всё, мы не профессиональные юристы.

Я раньше всё делал вслепую, интуитивно находил нужные решения. Но если бы не обучение и поддержка, нас бы просто «раздавили». Тем более, что попытки приватизации профсоюзной организации были.

Корреспондент Факела: То есть важно повышать юридическую грамотность и выбирать не «жёлтые» профсоюзы, а реальные боевые организации, которые готовы помогать?

Рыдлевич В.Л.: На нашем примере: когда мы только организовывались, вступили в ФНПРовский профсоюз, который оказался настолько «жёлтым», что даже неудобно произносить оттенок цвета. Мы чуть не оказались приватизированы работодателем — просто захвачены. Нас спасло лишь то, что я благодаря партийной организации КПРФ учился на курсах и узнал, что кроме ФНПР существуют и другие профсоюзы.

Я написал в общий чат профсоюзной школы, и мы нашли выход. Иначе всё бы закончилось плохо — местные ФНПРовцы нас попросту продали. Когда топ-менеджмент убедился, что нас не согнуть, не сломать и не купить, они пошли к нашему областному профсоюзному начальнику и договорились с ним о созыве внеочередного пленума, на котором меня выгонят, своей властью примут в ППО больше сотни конторских, назначат своего ставленника председателем и будет ещё одним хозяйским профсоюзом больше. А рабочие сделают вывод о силе Закона и законе силы. Они подумали, что у нас нет выхода, как при облавной охоте, решили, что без всякого риска выгонят нас на номера и сделают по своему.

Мы, в свою очередь, не остались в долгу, и устроили сюрприз, который удался! За полчаса до назначенного судилища я сообщил нашему профсоюзному "боссу" о ликвидации ППО в его "жёлтом" обкоме, а через день принёс в контору уведомление о ликвидации ППО и... об учреждении ППО в составе МПРА! В заключении хотел бы выразить своё сожаление, что мало кто видел лица этих небожителей, это зрелище было неописуемо