Значение и место родного языка в обучении иностранному языку (на примере татарского и китайского языков)
Потребность в изучении языков сохранялась на протяжении всей истории человечества. Люди издавна стремились изучать иностранные языки, знакомиться с другими культурами. Естественно, данной темой интересуется и наша кафедра – кафедра общего языкознания и тюркологии.
В современных общественных условиях обучение детей нескольким языкам становится все более актуальным. В последние годы все больше внимания уделяется китайскому. В связи с этим при обучении китайскому языку возникает проблема опоры на родной язык ребенка – татарский.
В процессе обучения иностранному языку и родному языку есть огромные различия. Известно, что язык в нашей жизни является важнейшим средством познания окружающего мира. С помощью языка люди общаются между собой, происходит их взаимовлияние друг на друга. И именно в процессе общения происходит развитие личности ребёнка, его умственное, речевое и нравственное развитие. Таким образом, роль языка в жизни общества определяет и основную цель обучения учеников родному и иностранному языку. И это является первым различием в изучении этих двух языков. Цель обучения родному языку – развитие речи. Цель обучения иностранному языку – коммуникативная компетенция. Во-вторых, существует разница в процессах и механизмах овладения языком. Дети, начиная изучать татарский язык в школе, уже умеют говорить на родном разговорном языке. Иностранный же язык ребёнок начинает изучать с нуля. Процессы и механизмы овладения родным и иностранным языками очень сложны, изучены недостаточно. Третье отличие в овладении иностранным и родным языками в том, что родной язык изучается практически неосознанно, а затем идет осознание и совершенствование, а иностранный – сначала осознание новых речевых явлений, а затем реализация в речевой практике. В-четвертых, следующее отличие было отмечено И.А. Зимней как «незначительная плотность общения на иностранном языке». Именно поэтому коммуникативный метод стал главным в обучении иностранному языку. А изучение «языковых средств (лексики, грамматики и фонетики) ради самих этих средств не отвечает актуальным познавательным и коммуникативным потребностям школьников».
Наша кафедра относится к Высшей школе национальной культуры и образования имени Габдуллы Тукая, поэтому естественно, что мы разбирали и анализировали татарский язык. А со стороны актуальности языка, места Китая, и особенно, китайских студентов в нашем институте параллельно взяли китайский язык.
В работе мы рассматривали разные аспекты данных языков. Анализировали фонетику, грамматику. В настоящее время занимаемся сравнением лексики в области блюд китайского и тюркских народов, а через нее сопоставляем и их культуру. Китайский и тюркские народы во многом отличаются. Они расположены на разных территориях,
исповедуют разные религии,
придерживаются разных политических режимов, у них разные взгляды на мир и разный быт, даже их языки относятся к разным семействам.
Но, несмотря на это, у них есть и много общего. Рассмотрим некоторые из них. Самым интересным моментом в фонетике китайского и татарского языков является наличие схожих «особенных» гласных и согласных звуков. Например, гласные [ү], [ө] есть в обоих языках, а придыхательность китайских согласных [t] и [p] похоже на произношение татарских согласных [къ], [гъ]. Если в татарском языке принято считать, что есть 12 гласных звуков, то шесть из них такие же, как в китайском.
Схожее произношение показанных чуть выше гласных звуков можно понять на примере слов:
[ә] – [a] (тән – kàn (看));
[и] – [i] (дин – qíng (晴));
[ы] – [i] (тын – chī(吃));
[ү] – [u] (күз – qù (去));
[у] – [u] (кунак – zhù (祝));
[ө] – [ü] (көл – lǜ (绿));
[ы] – [e] (кыр – chē (车));
[ә] – [e] (фән – rén (人)) һ.б.
В части морфологии самым сложным, но и интересным являются глаголы. Занятным является то, что в китайском языке есть результативные глаголы и глаголы направления. Они не являются основными, идут только как дополнение к основному и дают какой-либо оттенок действию. Например, добавляем к глаголу «吃» (кушать) + «完» (глагол, выражающий окончание действия) получаем «吃完» (закончил кушать). Если же к этому же глаголу добавить другой результативный глагол как «了», то выходит, что человек просто покушал « 吃了», неизвестно закончил он кушать или нет и так далее (рис. 2). В татарском языке есть похожий признак у глагола, который называется «фигыль дәрәҗәсе» (степень действия). Он так же показывает, насколько совершено то или иное действие. Например, возьмем то же самое слово «ашарга». Можно сказать, «ашап бетерде», где «ашап» - основной глагол, а «бетерде» - показатель окончания действия, то получается, что данное сочетание глаголов значит, что человек «полностью съел» либо «закончил кушать».
Перейдем к теме лексики китайского и тюркских народов. Хотя различий у данных народов огромное количество, тематика еды имеет много схожестей. Во-первых, нужно отметить само отношение к ней. У тюркских народов естественным считается спросил ли человек про то, поел ли еще другой человек, когда они узнают о делах друг друга. Особенно, это относится к общению между старшим и младшим поколением. Бабушки-дедушки, папы-мамы всегда спрашивают своих детей именно об этом. У китайцев же сама конструкция предложения «Как ты?», «Как дела?» переводится как «Ты еще покушал?» - «你吃饭了吗?» (пьинин – Nǐ chīfàn le ma?).
Рассмотрим сами блюдам. У этих национальностей часто встречаются блюда со схожими названиями, схожим внешним видом, схожим вкусом. Например, известные в Таджикистане, Казахстане, Узбекистане, Башкортостане, Татарстане «манты» идентичны китайским 馒头 (пьинин – mán tou).
В данном случаи речь идет не только о схожем названии, но даже о схожих вкусе и способе приготовления. Слово 馒头 отдельно по иероглифам значит «наполненная голова», то есть «блюдо в форме головы, заполненная различной начинкой». И у тюркских, и у китайского народов они одинаковой формы, они готовятся на пару, только наполнение этих блюд немного отличается. У тюркских обычно используется мясо и картофель, у китайцев же часто встречается сладкая начинка (персик, сакура варенье из роз и т.п.), но можно найти и с соленой (грибы, доуфу, капуста). Мясо и картофель в данном блюде не встречается вообще. Есть еще много других блюд, схожих по внешнему виду, по названию или же наполнением.
Сегодня в век глобализации важно знать два и более языка. Это объединяет людей, разрушает границы между ними, приводит различные народы к пониманию друг друга. Обучение на полилингвальной основе способствует совершенствованию общей языковой подготовки и владения иностранными языками в специальных научных целях, углублению предметной и межкультурной сферы обучения, а также повышению мотивации к изучению иностранного языка. При обучении детей второму языку необходимо также знакомить их с культурой и историей этого народа. Есть огромные различия в обучении родному языку и иностранному, поэтому важно учитывать каждый момент. Несмотря на то, что татарский и китайский не являются родственными языками, в области фонетики и грамматики этих двух языков обнаруживаются значительные сходства. Если в фонетике присутствуют звуки, характерные для обоих языков, то в грамматике можно заметить сходство групп слов, частей предложения и порядка слов в предложении. В лексике же (особенно, если речь про блюда) много общего, как и в наименовании, так и в способах и методах готовки.
Используя наравне два языка или используя родной (татарский) язык, школьники могут проводить интересные уроки, внеклассные мероприятия на иностранном (китайском) языке. Поскольку у этих двух языков есть много общего, это может помочь ученикам как овладеть языками в совершенстве, так и замотивировать самих себя на изучение таким путем других языков.
ЛИТЕРАТУРА
1) Выготский Л.С. Проблемы общей психологии / Л.С. Выготский. – М.: Педагогика, 1982. – 503 с.
2) Зимняя И.А. Психология обучения иностранным языкам в школе / И.А. Зимняя. – М.: Просвещение, 1991. – 222 с.
3) Татар грамматикасы: өч томда. Тулыландырылган 2 нче басма. – Казан: ТӘһСИ, 2015. – Т. 1: Фонетика. – 512 б.
4) Татар грамматикасы: өч томда. Тулыландырылган 2 нче басма. – Казан: ТӘһСИ, 2015. – Т. 2: Морфология. – 431 б.
5) Чжао Юньпин Сопоставительная грамматика русского и китайского языков / Юньпин Чжан – М.: Прогресс, 2020. – 455 с.
Материал подготовила магистрант 2 курса кафедры общего языкознания и тюркологии А.Ф. Мухаметшина