Коммунизм как завершающая стадия созревания общества.

Коммунизм в широком смысле слова есть зрелость человечества, в отличие от всей предшествующей истории человечества как незрелого человеческого общества.

Зрелое общество, предварительно, а потому очень кратко и огрубленно, мы можем определить как такое общество, в котором социальные, исторически возникшие, отношения преобразовали отношения естественно возникшие, в общем и целом завершили это преобразование. Установлено безраздельное господство специфически человеческих отношений. Специфически человеческие отношения людей есть отношения людей преимущественно как личностей.

Коммунизм представляет собой собственно историю человечества, в отличие от всех предшествующих стадий развития незрелого общества, предыстории. В предисловии “К критике политической экономии” Маркс квалифицировал классово-антагонистические формации именно как предысторию, подчеркивая антагонистический характер: “Буржуазные произ­водственные отношения являются последней антагони­стической формой общественного процесса производ­ства, антагонистической не в смысле индивидуального антагонизма, а в смысле антагонизма, вырастающего из общественных условий жизни индивидуумов; но разви­вающиеся в недрах буржуазного общества производи­тельные силы создают вместе с тем материальные усло­вия для разрешения этого антагонизма. Поэтому бур­жуазной общественной формацией завершается предыс­тория человеческого общества”[1, т. 13, с. 7—8]. Ф. Эн­гельс также отличает коммунизм как подлинно челове­ческую историю от всей предшествующей истории чело­вечества. Животные, рассуждает Ф. Энгельс, являются «пассивными объектами… истории» «своего происхож­дения и постепенного развития до своего теперешнего состояния», «а поскольку они сами принимают в ней участие, это происходит без их ведома и желания. Лю­ди же, наоборот, чем больше они удаляются от живот­ных в узком смысле слова, тем в большей мере они де­лают свою историю сами, сознательно, и тем меньше становится влияние на эту историю непредвиденных по­следствий, неконтролируемых сил, и тем точнее соот­ветствует исторический результат установленной зара­нее цели. Но если мы подойдем с этим масштабом к человеческой истории, даже к истории самых развитых народов современности, то мы найдем, что здесь все еще существует огромное несоответствие между постав­ленными себе целями и достигнутыми результатами, что продолжают преобладать непредвиденные последствия, что неконтролируемые силы гораздо могущественнее, чем силы, приводимые в движение планомерно. И это не может быть иначе до тех пор, пока самая существенная историческая деятельность людей, та деятель­ность, которая подняла их от животного состояния до человеческого, которая образует материальную основу всех прочих видов их деятельности, — производство, направленное на удовлетворение жизненных потребностей людей, т. е. в наше время общественное производ­ство, — особенно подчинена слепой игре не входивших в их намерения воздействий неконтролируемых сил и пока желаемая цель осуществляется здесь лишь в виде исключения, гораздо же чаще осуществляются прямо противоположные ей результаты… Дарвин не подозре­вал, какую горькую сатиру он написал на людей… ког­да он доказал, что свободная конкуренция, борьба за существование, прославляемая экономистами как вели­чайшее историческое достижение, является нормальным состоянием мира животных. Лишь сознательная органи­зация общественного производства с планомерным про­изводством и планомерным распределением может под­нять людей над прочими животными в общественном отношении точно так же, как их в специфически биоло­гическом отношении подняло производство вообще» [1, т. 20, с. 358—359]. Совершенно ясно, что Маркс не относил первобытнообщинный строй к числу тех периодов развития общества, которые представляют собой предысторию развития человечества. Это обусловлено тем, что на момент середины XIX-го века первобытная эпоха не была исследована в достаточной мере. Позже Фридрих Энгельс включил первобытное общество в число тех обществ, которые не способны учитывать отдаленные социальные последствия своих действий, направленных на производство; иными словами, в предысторию был включен и доклассовый период. Данное развитие теории стало возможным, в свою очередь, благодаря развитию археологии и антропологии (в частности, мы можем упомянуть работу Л. Моргана “Древнее общество”).

Итак, Маркс и Энгельс рассматривали коммунизм в сравнении с классово-антагонистическим периодом развития человеческого общества, и в сравнении со всей историей человечества, предшествующей коммунизму. Вместе с тем, главным образом исследовался капитализм, и исследование диктовалось потребностями эпохи. Помимо возможностей устранения капитализма, в число научных задач “Капитала” входило выявление предпосылок нового общественного развития, гораздо более высокого, обоснование исторически преходящего характера капиталистического способа производства. С точки зрения современной эпохи еще более важным оказывается научное исследование всей истории (предыстории) человеческого общества. Чем это обусловлено? Хотя капитализм и становится мировой системой, однако он не может по своей сути устранить неравномерность развития (это особенно явно видно при империализме, при рассмотрении нашей современности) различных стран, полностью преодолеть наличие пережиточных укладов, наследие исчезнувших более примитивных способов производства. Поэтому сравнительное изучение коммунизма и антагонистических обществ, коммунизма и всей предшествующей истории человечества, в том числе первобытного строя, имеет не только теоретичес­кое, но и огромное практическое значение: коммунизм об­разуется в процессе устранения неравномерности разви­тия разных регионов и т. п., в процессе преобразования не только капиталистических, но и докапиталистических общественных отношений. И эта задача становится особенно важной в наше время, когда слабыми звенья­ми мировой системы капитализма являются слаборазви­тые и зависимые страны, в которых подчас значитель­ную роль играют докапиталистические отношения.

Коммунизм можно рассматривать по отношению к некоммунистическим формациям и некоммунистическим типам развития. Тут термин «коммунизм» фигурирует преимущественно в широком смысле слова. Но комму­нистическое общество, взятое во всемирно-историческом масштабе, само имеет следующие различные стадии:

1. Образование исторических предпосылок коммунисти­ческого общества. Ближайшим образом эти предпосыл­ки образуются в недрах капитализма.

2. Первоначаль­ное возникновение коммунизма — социалистическая ре­волюция и период перехода от капитализма к социа­лизму.

3. Формирование коммунистического общества— социализм. Здесь, как и во всяком процессе формиро­вания, выделяются три периода. Первый, начальный период формирования — существование коммунизма на унаследованной технической основе. Второй период — начало создания адекватной материально-техничес­кой основы коммунизма. Третий период — завершение создания адекватной материально-техниче­ской основы коммунизма. Это период преимущественно перерастания социализма в высшую фазу коммунизма.

4. Зрелое коммунистическое общество, т. е. высшая фаза коммунизма. В узком смысле термин «коммунизм» и обозначает развитый, зрелый коммунизм.

Стадии развития коммунизма

Исторические предпосылки

Образование исторических предпосылок коммунистического общества совершается в недрах капитализма. Когда созревают объективные условия его упразднения — решающую роль в производстве начинает играть машинное производство, причем машины в основном стали производиться машинами. Тем самым в принципе открылась возможность создания постоянного изобилия материальных благ, превратился в техническую необходимость общественный характер труда, сами произведенные средства труда приобрели необходимо общественный характер, т. е. общественный характер, обусловленный необходимой природой произведенных средств труда. По мере развития машинного производства, его укрупнения развивался и общественный характер труда, росло обобществление производства, а так же образовался и современный рабочий класс, класс производителей, приученных к дисциплине труда, объединенных на крупных предприятиях, достаточно культурных для обращения с машинами. К непосредственным историческим предпосылкам коммунистического общества, возникающим в недрах капитализма, следует отнести и мораль, искусство, философию, политику, научную идеологию рабочего класса.

Но все это остается лишь историческими предпосылками коммунизма, ибо господствуют капиталистические производственные отношения, капиталистическая собственность на средства производства и на этой основе во всех остальных областях жизни общества сохраняется господство класса капиталистов.

Первоначальное возникновение

Первоначальное возникновение коммунизма — это стадия совершения социалистической революции, завоевания рабочим классом политической власти и установления общественной собственности на те средства производства, при использовании которых общественный характер труда является технической необходимостью.

Вообще следует особо подчеркнуть, что установление общественной собственности на средства производства должно ориентироваться на степень развития общественного характера труда, иначе говоря, установление общественной собственности целесообразно в той мере, в какой развился общественный характер труда. Иначе происходит либо забегание вперед, либо отставание. То и другое приводят к значительным отрицательным последствиям. (В качестве примера полезно будет рассмотреть историю СССР 20 — 30-х годов в ключе развития промышленности и колхозов).

При наличии крупной промышленности земледелие не является определяющим видом производства, определяющую роль играет крупная промышленность. Поэтому установления общественной собственности на средства крупного промышленного производства уже достаточно для первоначального возникновения коммунизма, для решающего воздействия на всю производственную жизнь общества.

Стадия формирования и её основное противоречие

Стадия формирования коммунистического общества — социализм. Каково основное противоречие этой стадии? На наш взгляд, это противоречие между общественной собственностью на средства производства и незрелостью общественного характера производства[1]. Сопоставление этой формулировки с общепринятым определением основного противоречия капитализма как противоречия между частной собственностью на средства производства и общественным характером производства может вызвать недоумение: выходит, что для устранения капиталистической собственности общественный характер производства с утверждением решающей роли в производстве машинного производства созрел, а для общественной собственности он не созрел. Это недоразумение разрешается, если принять во внимание следующее. Противоречия капитализма и условия для социалистической революции созревают тогда, когда общественный характер производства становится технической необходимостью, т. е. с переходом к машинному производству. Но с началом перехода к машинному производству общественный, или, точнее, собственно общественный характер производства только возникает. Формирование, созревание общественного характера производства происходят с дальнейшим развитием машинного производства и достигают зрелости на высшей стадии машинного производства — комплексно автоматизированном народном хозяйстве (автоматизированном не только на уровне линий, участков, цехов, заводов, но и отраслей и совокупности отраслей).

На стадии незрелости, созревания общественного характера производства могут существовать как социалистические, так и капиталистические производственные отношения.

Поскольку общественный характер производства возник и развился, постольку между ним и капиталистическими производственными отношениями имеется противоречие, несоответствие их этому характеру производства. Поскольку же общественный характер производства не вполне созрел, постольку капиталистические производственные отношения сохраняют возможности для своего дальнейшего существования.

С появлением общественного характера производства создаются реальная возможность и историческая правомерность установления господства общественной собственности на средства производства, совершения социалистической революции. С установлением общественной собственности на средства производства между нею и общественным характером производства, поскольку он возник и развился, устанавливается соответствие, поскольку же общественный характер производства еще не вполне развился, не созрел, имеет место его несоответствие с общественной собственностью и постольку общественная собственность еще формальна.

Социализм как низшая фаза коммунизма имеет своей основой общественную собственность на средства производства, существующую во взаимодействии с уже возникшим, но еще не вполне развившимся общественным характером производства.

Первый период — развитие на унаследованной основе

Длительность этого периода развития социализма — при прочих равных условиях — зависит от исходного уровня развития машинного производства.

Унаследованная от капитализма техническая основа — машинное производство. Машинное производство распадается на отдельные, пусть и крупные, внешне связанные производственные процессы. На ступени машинного производства общественный характер производства уже стал технической необходимостью, но для отдельных машин или систем машин, не объединенных в масштабах страны (и тем более всего человечества) в единую систему машин. Поэтому машинное производство, с одной стороны, порождает потребность в единых общественных действиях, в единой общественной производственной деятельности членов общества, порождает потребность в общественной собственности; а с другой — общественная собственность, опирающаяся на машинное производство, не может быть вполне зрелой: отсутствие единой системы машин в масштабах всей страны (и человечества) обусловливает необходимость непроизводственной связи в узком смысле слова, а тем самым хозяйственную обособленность, необходимость товарно-денежных отношений. При решающей роли общественной собственности последние низводятся на положение подчиненного момента, момента, существующего в снятом, преобразованном виде.

Коммунизм, пока он существует на основе собственно машинного производства, развивается не на основе, созданной собственным развитием, а на неадекватной основе. При машинном производстве, в отличие от ручного производства, становится, как мы отметили выше, существенно важным изменение, совершенствование машин; а их применение постепенно оттесняется по своему значению для производства продукции на задний план. Однако хотя решающая роль в росте количества и улучшении качества продукции принадлежит совершенствованию машин, тем не менее труд по их применению количественно преобладает над трудом по их совершенствованию, и такое положение сохраняется на протяжении всего периода господства в производстве неавтоматизированного машинного производства. Машина — по преимуществу механическое средство труда, а потому в машинном производстве преобладает механический труд, труд монотонный, однообразный и т. п. Суть человека как человека и даже просто природа человека как живого существа не соответствуют природе механического труда. Преобладание механического труда вызывает неудовлетворенность человека трудом, а значит, при таких условиях невозможно преобладание потребности к труду.

Весьма важным фактором совершенствования машин является их совершенствование работниками, применяющими машины. Этот фактор приводится в действие в том случае, если работники заинтересованы в совершенствовании процесса труда[2]. Именно общественная собственность на средства производства создает благоприятные возможности для массовой заинтересованности в совершенствовании процесса труда непосредственными производителями. Причем, конечно, сами собой, стихийно эти возможности могут и не реализоваться в достаточной мере. Однако самым важным фактором совершенствования, развития машинного производства служат наука и внедрение ее достижений в производство. Ведь создание новых (а тем более принципиально новых) машин необходимо требует знания закономерностей, сущности процессов, явлений. Наука как раз и вызвана к жизни потребностью в познании закономерностей, сущности процессов и явлений. Социалистические производственные отношения, в противоположность капиталистическим, открывают максимальную возможность сосредоточения сил и средств на главнейших направлениях развития науки, их централизованного финансирования, широкого внедрения в практику и т. д., ибо при общественной собственности на средства производства имеется возможность использования всех сил и средств как единого целого в нужных направлениях. Так как открытия в науке предсказывать трудно, а подчас невозможно и так как чем более фундаментальны открытия, тем меньше шансов их предсказать, то огромное значение имеют создание возможностей для проведения фундаментальных исследований, которые, как кажется на первый взгляд, не имеют практической ценности, а также гибкое маневрирование силами и средствами при обнаружении новых перспективных направлений в науке.

Неавтоматизированное машинное производство, впервые в истории открывая перспективу создания изобилия материальных благ, позволяет лишь, так сказать, непосредственно подойти к созданию их постоянного изобилия, ибо развитие производства все же сдерживается ограниченными возможностями человека по применению машин. Если при ручных орудиях труда количество и качество продукции в основном зависели от усилий непосредственного производителя, то в неавтоматизированном машинном производстве количество и качество продукции уже в основном определяются количеством и качеством машин, однако вместе с тем количество и качество продукции все же еще существенно зависят от труда по применению машин. Пока такое положение вещей имеет место быть, не может стать принципиально устойчивым производство постоянного изобилия материальных благ. Переход к устойчивому производству постоянного изобилия материальных благ, разумеется, не представляет собой резкого кратковременного скачка, это скачок, совершающийся продолжительно.

Если капиталистические производственные отношения на стадии машинного производства в основном тормозят развитие общественного характера производства, то социалистические производственные отношения для этого представляют собой самую совершенную — для стадии неавтоматизированного машинного производства — систему производственных отношений. Степень развития общественной собственности на средства производства при социализме определяется в конечном счете степенью развития общественного характера машинного производства. И задача заключается в том, чтобы всемерно способствовать приведению в наибольшее соответствие степени развития общественной собственности со степенью развития общественного характера производства. Как отставание в этом деле, так и забегание вперед сдерживают развитие социализма.

При социализме не может стать преобладающим труд по потребности, но уже становится ведущим труд ради общественной необходимости, общественной полезности, общественной ценности труда. Общественная необходимость труда может осознаваться индивидом как непосредственно и служить непосредственно осознаваемым стимулом деятельности, так и опосредствованно, например через систему установившейся в обществе шкалы ценностей, когда тот или иной вид труда представляется общественно более или менее ценным, более или менее престижным, и человек предпочитает менее высокооплачиваемую, но более ценимую в обществе, более престижную работу. Престижность, общественная ценность труда приобретают особое значение, когда труд просто ради поддержания биологического существования уже перестал или перестает быть главным, а труд ради потребности в труде еще не стал главным. Отсюда во всех проявлениях общественной и личной жизни индивида на первый план выходит вопрос о престижности. Труд ради общественной необходимости, ради общественной ценности труда принципиально выше труда лишь главным образом ради поддержания биологического существования. Но все-таки пока этот труд не совершается ради главным образом потребности в труде, он остается еще в известной мере внешней необходимостью для человека, еще в некоторой степени чуждым человеку, еще не является в основном внутренней необходимостью для него. Уже только сам по себе такой труд неизбежно порождает общественную необходимость в принуждении к труду.

При неавтоматизированном машинном производстве количественно преобладает труд по применению (а не совершенствованию, развитию) машин и, следовательно, не исчезает в основном почва для существенных различий между физическим и умственным трудом.

На наш взгляд, правомерно также утверждать, что при преобладании машинного производства земледелие играет подчиненную роль и по мере развития машинного производства все более низводится на положение отрасли промышленности. Тем не менее, как бы сельское хозяйство ни насыщалось машинами, основными характерными средствами производства в нем остаются земля и скот, т. е. в общем и целом естественно возникшие средства производства. Но пока они сохраняют это свое положение, по нашему мнению, невозможно полное устранение существенных различий между сельским хозяйством и промышленностью, между деревней и городом.

На рассматриваемой стадии общественный характер труда, производства не является зрелым. Сохраняется обособленность труда, производства, а значит, сохраняются и товарно-денежные отношения. Поскольку созревает общественный характер производства, постольку вытесняются товарно-денежные отношения.

Второй период — формирование адекватной основы

Второй период развития социализма как второй период формирования коммунистического общества — это начальная стадия образования адекватной материально-технической основы зрелого коммунизма.

Начавшийся примерно во второй половине 50-х — 60-х годах в СССР этот период был квалифицирован как развитый социализм. Адекватная материально-техническая база коммунизма — автоматизированное машинное производство, которое состоит из этапов: неразвитое и развитое, зрелое.

Развитое автоматизированное производство есть комплексно автоматизированное производство. Неразвитая автоматизация есть автоматизация на уровне машин-автоматов, отдельных автоматических линий, участков и т. д. Неразвитая автоматизация относится к первой стадии создания адекватной материально-технической базы коммунизма. На этой стадии в конечном итоге происходят резкое сокращение неквалифицированного труда, удельного веса физических усилий, ручных операций, возрастание квалификации и общей культуры работников.

Автоматизации непосредственно предшествуют, если брать процесс в чистом виде, высшая степень механизации, комплексная механизация. Неразвитая автоматизация необходимо сосуществует с механизацией и имеет ее своей широкой основой. Поэтому главным встаёт вопрос о комплексном развитии хозяйства. Высшая ступень механизации и переход к автоматизации означают техническую возможность непосредственного приближения к созданию постоянного изобилия материальных благ. Постепенно начинает создаваться обеспечивающее изобилие достаточное количество тех или иных отдельных видов продукции, и на первый план выходит уже не количественный рост продукции, а улучшение качества продукции (конечно, при продолжении ее количественного роста).

Интенсивное развитие становится характерным для этой стадии.

Высшая степень механизации и переход к автоматизации производства обусловливают развитие общественного характера производства в сельском хозяйстве, развитие обобществления в сельском хозяйстве (укрупнение производства, рост специализации и кооперации). Происходит постепенное сближение двух форм собственности. Высшая степень механизации и в конечном счете также автоматизации[3] обусловливают необходимость повышения уровня общего образования (в социалистических странах на этой стадии развития было введено всеобщее среднее образование), ведут к увеличению удельного веса элементов умственного труда в физическом труде. Интенсивно идет процесс сближения социальных классов и групп, наций и национальных групп, укрепляется социально-политическое и моральное единство общества, развивается социалистическая демократия, участие масс в управлении, совершенствуется управление обществом, оно становится во все большей мере комплексным, совершающимся на все более глубокой и полной научной основе.

Социализм по своей социальной природе есть незрелый, формирующийся коммунизм. Унаследованная основа преобразуется по мере формирования нового общества, но не до конца. Социализм есть переход к зрелому коммунизму. Черты, стороны собственно коммунистические, еще существуют вместе (и в той или иной степени в единстве) с докоммунистическими и отличаются от последних.

Так, при социализме необходимо имеются планомерность развития и товарно-денежные отношения. Планомерность развития играет решающую роль, а товарно-денежные отношения преобразуются и с положения господствующих низводятся в подчинённые.

Обе стороны едины и вместе с тем противоположны. Каждая из этих сторон, если ее так рассматривать, специфична и необходима для социализма. Однако планомерность — та сторона развития коммунистического общества, за которой будущее, она внутренне основана на общественном характере труда, производства, а товарно-денежные отношения — та необходимая сторона социализма, которая представляет собой главным образом то, что еще не до конца преобразовано коммунизмом. Товарно-денежные отношения не есть нечто внешнее «природе» социализма, но необходимая сторона этой «природы», сохраняющаяся в более или менее преобразованном виде от старого общества при незрелости общественного характера труда, производства. Если смотреть с точки зрения коммунизма, то товарно-денежные отношения — необходимое при социализме «зло». Это отнюдь не равнозначно представлению о том, что при социализме следует всеми мерами глушить эти отношения.

Преувеличение степени зрелости планомерности, общественного характера производства ведет к чрезмерной централизации и всех связанных с этим «прелестей» (разбуханию управленческого аппарата, преувеличению значения административных способов управления и т. д. и т. п.). Преувеличение же роли товарно-денежных отношений является настоящим отступлением, прямым движением вспять.

Мера соотношения этих противоречивых сторон (планомерности и товарно-денежных отношений) должна соответствовать степени развития производительных сил и прежде всего и главным образом степени развития общественного характера труда, производства.

Третий период — перерастание социализма в коммунизм

Третий период формирования коммунизма — это период постепенного перерастания социализма в высшую фазу коммунизма. В этот период происходит переход от неразвитой к развитой автоматизации, постепенное распространение развитой формы автоматизации, завершается превращение сельского хозяйства в непрерывное, бесперебойное, высокопроизводительное, не зависящее от погодных условий производство. Для такого сельского производства, чтобы оно стало отраслью промышленности, могло работать круглый год, требуется использование колоссального расхода энергии, и вместо необходимости использовать энергию воды и пара, необходимы новые мощные источники энергии. такой энергией является атомная энергетика, и нужно ожидать в дальнейшем превращение электростанций термоядерного синтеза в рядовых снабженцев энергией.

Зрелость коммунистического общества

Зрелое коммунистическое общество — это общество, для материально-технической базы которого характерна комплексная автоматизация, производство автоматов автоматами. Ступень комплексной автоматизации производства автоматов автоматами предполагает возможность гибкой перестройки с про­изводства одного вида продукции на другой, способно­сти к производству количества продукции, намного пре­вышающие таковые способности неавтоматизированного производства.

Именно ступень развитой автоматизации служит не­обходимой основой для постоянного обеспечения коли­чественного и качественного изобилия материальных благ.

Границей, за которой начинается изобилие, служит возможность обеспечения оптимума для поддержания биологического существования индивидов. Когда социа­листическое общество достигает такого уровня разви­тия, при котором оно оказывается в состоянии обеспечить каждому члену общества количественный и качест­венный оптимум жизненных средств, тогда качественно изменяется характер дальнейшего общественного раз­вития. Кроме того, ступень развитой автоматизации резко изменяет характер труда. В условиях неавтома­тизированного машинного производства и даже на не­развитой ступени автоматизации преобладает труд по применению машин, в общем и целом преимущественно механический труд. На ступени зрелой автоматизации объем механического труда резко сокращается. Доля труда по совершенствованию, развитию автоматов в не­обходимом труде общества значительно увеличивается и становится преобладающей. Количество, продолжи­тельность необходимого труда по применению готовых произведенных средств производства становятся сравни­тельно незначительными. Именно на основе зрелой ав­томатизации становится возможным резкое сокращение продолжительности рабочего дня.

Труд по совершенствованию, развитию автоматизи­рованного производства есть труд по преимуществу творческий, требующий глубоких научных знаний. На ступени зрелой автоматизации творческий труд оказы­вается преобладающим. Только тогда полностью исче­зают существенные различия между физическим и ум­ственным трудом.

Необходимый труд на общество останется всегда, до тех пор пока существует человечество и труд, но на ступени зрелой автоматизации, как вытекает из сказан­ного выше, существенно изменяется прежде всего и главным образом характер необходимого труда — необ­ходимый труд из преимущественно механического пре­вращается в преимущественно творческий. Поэтому из­меняется и взаимоотношение необходимого и всего ос­тального труда человека: резко очерченная граница, выделяющая необходимый труд из остального труда, постепенно все больше и больше теряет значение, ибо и необходимый труд, как и весь труд, становится внут­ренней потребностью. Граница между трудом и отдыхом от труда в таком случае проводится главным образом способностью человека к оптимальному труду.

На стадии механизации происходит постепенно все большее освобождение человека от необходимости при­лагать физические усилия.

Для поддержания оптимального биологического существования индивидов становится необходимой физи­ческая культура — приложение физических усилий ради сохранения и совершенствования здоровья. Подлинной физической культурой такое приложение физических усилий является только тогда, когда они осуществля­ются как удовлетворение потребности организма. Приложение физических усилий превращается во внутрен­нюю потребность человека.

На стадии автоматизации человек все больше осво­бождается от механического умственного труда. Зрелая автоматизация, видимо, принесет с собой сокращение потребности общества в «объеме» умственного труда. Поэтому, на наш взгляд, автоматизация в конечном счете порождает потребность в умственной культуре (аналогичной потребности в физической культуре). И она становится подлинной культурой лишь как внут­ренняя потребность человека в приложении своих умст­венных сил.

Пока не будет достигнута абсолютная автоматиза­ция — а реальные перспективы ее осуществления, по крайней мере, в обозримом будущем отсутствуют, — до тех пор будет сохраняться нужда общества в труде (в узком смысле) и в том числе в необходимом труде. Но на стадии зрелой автоматизации преобладающим станет не необходимое, а свободное время.

Сама физическая культура именно как культура предполагает умственное, вообще духовное развитие и воздействует на него в свою очередь. Само собой разу­меется, что даже сугубо необходимый труд такой чело­век будет выполнять с большей отдачей.

Деятельность в области физической и духовной культуры есть, по сво­ему происхождению, труд в широком смысле слова, труд по преимуществу как самоцель. Однако труд как самоцель, труд, совершаемый ради удовлетворения внутренней физической и духовной потребности, по за­конам истины, добра и красоты уже и не есть труд, а есть культура в ее всестороннем действии, жизнь культуры в ее основных проявлениях, всесторонняя культурная деятельность.

Основной целью человечества на высшей фазе ком­мунизма в полной мере становится всестороннее разви­тие каждого как самоцель, внутренняя потребность и как необходимое условие всестороннего развития всех.

Полный курс лекций: https://vk.cc/c77XTv