«Яма» Куприна
О проституции и не только
«Знаю, что многие найдут эту повесть безнравственной и неприличной, тем не менее от всего сердца посвящаю ее матерям и юношеству».
А.И. Куприн
Тема проституции во все времена привлекала и волновала внимание общественности. По сей день она остается не менее острой и провокационной. И литература как наиболее яркий выразитель общественного мнения, конечно же, не могла обойти такую тему стороной. Отечественные авторы в своих произведениях не раз поднимали вопрос о нравственном и физическом состоянии «падших женщин». Здесь можно вспомнить и «Невский проспект» Гоголя, и «Воскресение» Толстого, и «Припадок» Чехова, и, конечно же, «Преступление и наказание» Достоевского с его Сонечкой Мармеладовой. Но во всех перечисленных произведениях тема проституции и продажной любви затрагивалась лишь вскользь. Самое откровенное освещение темы со всеми её жестокими, омерзительными и во многом бесчеловечными деталями дал в начале ХХ века писатель Александр Куприн в своей повести «Яма».
Повесть начинается с истории о Ямской улице, занятой сплошь домами терпимости на любой вкус и кошелёк. В центре внимания оказывается жизнь обитательниц одного из заведений средней руки, где круглый год, всякий вечер вплоть до самого утра сотни и тысячи молодых и старых, красивых и уродливых, богатых и бедных, больных и здоровых мужчин поднимаются и спускаются по лестницам борделя, получая за уплаченные деньги свой «особый» товар.
Автор описывает ужасающую повседневность проституток. Каждый их день похож на предыдущий, будни сменяют друг друга, проходя за пустыми разговорами, играми в карты и приготовлениями к новой рабочей смене. У каждой из девушек своя трагичная история: кого-то продала родная мать, кого-то завлекли обманным путем, а кто-то пошёл сюда добровольно, боясь остаться без всяких средств к существованию. Несмотря на то, что все девушки очень разные, одно, безусловно, роднит их – все они в итоге оказались здесь, в публичном доме, где потеряли свои права, свои принципы, своё здоровье, свою молодость и даже собственное имя. Жизнь их сера и уродлива, она не имеет развития и лишена всякого смысла. Многолетний разврат сделал их глупыми, ленивыми существами, способными лишь ублажать клиентов заученными профессиональными движениями, своей ненастоящей, поддельной любовью удовлетворять самые жестокие и извращённые желания всех, кто уплатит назначенную сумму.
Куприн стал одним из первых писателей, кто так детально и прямолинейно осмелился описать тему продажной любви. В начале ХХ века проституция не считалась противозаконной, в отношении домов терпимости были установлены специальная система регламентаций и врачебно-полицейский надзор. Всё это делало проституцию не более чем просто выгодным бизнесом, хозяева которого могли обеспечить себе сытое, беспечное существование. Однако обратной стороной такого прибыльного дела выступают тысячи сломанных жизней тех девушек, которых «...судьба толкнула на проституцию, и с тех пор они живут в какой-то странной, феерической, игрушечной жизни, не развиваясь, не обогащаясь опытом, наивные, доверчивые, капризные, не знающие, что скажут и что сделают через полчаса – совсем как дети...»
Важно понимать, что проституция – это лишь следствие реалий существовавшего и, самое печальное, существующего ныне общественно-экономического строя, где господствующие товарно-денежные отношения, отсутствие доступа большинства населения к элементарным социальным благам, к свободному труду и его достойной оплате лишают человека возможности жить настоящей, полноценной, творческой, созидательной жизнью. И то, что ежедневно творится в «Яме» – это только одно из многочисленных порочных проявлений именно того экономического базиса, где властвует эксплуатация человека человеком. В условиях тотального неравенства, где процент нищих не сопоставим с процентом богатых, где не удовлетворены базовые потребности человека и мысли большинства людей занимает лишь поиск куска хлеба, где не остаётся сил на умственное, физическое и нравственное развитие – вот в таких условиях люди не только могут превратиться, но и превращаются в животных, не способных думать, анализировать и действовать. А самое тяжкое бремя ложится на плечи тех, кто всё же понял и осознал весь ужас и безысходность своего положения. Так, например, говорит одна из обитательниц дома Женька:
«...таки это чувствую только я. Я, может быть, одна из всех, которая чувствует ужас своего положения, эту чёрную, вонючую, грязную яму. Но ведь все девушки, с которыми я встречалась и с которыми вот теперь живу, – поймите, Платонов, поймите меня! – ведь они ничего не сознают!.. Говорящие, ходящие куски мяса! И это ещё хуже, чем моя злоба!..»
Куприн впервые так открыто заговорил о низком, пошлом и запрещённом, вскрывая ещё одну сторону жизни общества, на которую не принято обращать внимания. Без прикрас и романтизации описаны самые сокровенные и одновременно страшные подробности быта героинь и их «профессии». Автор показывает всю фальшь, ненависть и обиду, которой пронизаны отношения между проститутками и их «посетителями». Это отношения, в которых напрочь уничтожены остатки всего человеческого, где люди не видят друг в друге равноправных личностей, где женщина воспринимается не как друг и товарищ, а как товар, который можно купить и воспользоваться для удовлетворения собственной похоти, а потом запросто отказаться и, подобно ненужному хламу, выкинуть.
Своё отношение к проституции и её причинам автор выразил через одного из главных героев повести – репортёра местной газеты Платонова. Через него автор разоблачает всё то, что так осуждает сам: и поведение проституток, и их клиентов, и хозяйку дома, и чиновничество, которое спускает с рук творящийся произвол, словом всё то, что уже давно вошло в обычный порядок вещей и воспринимается как нечто обыденное и рутинное.
«...Нет, ужасны будничные, привычные мелочи, эти деловые, дневные, коммерческие расчеты, эта тысячелетняя наука любовного обхождения, этот прозаический обиход, устоявшийся веками. В этих незаметных пустяках совершенно растворяются такие чувства, как обида, унижение, стыд. Остаётся сухая профессия, контракт, договор, почти что честная торговлишка, ни хуже, ни лучше какой-нибудь бакалейной торговли. Понимаете ли, господа, в этом-то весь и ужас, что нет никакого ужаса! Мещанские будни – и только...»
По ходу прочтения сам собой встаёт вопрос: каким же способом уничтожить эту язву на теле общества? Автор не дает ответов и не предлагает вариантов решения проблемы, делая лишь робкие предположения устами своего героя:
«...Когда она прекратится – никто тебе не скажет. Может быть, тогда, когда осуществятся прекрасные утопии социалистов и анархистов, когда земля станет общей и ничьей, когда любовь будет абсолютно свободна и подчинена только своим неограниченным желаниям, а человечество сольется в одну счастливую семью, где пропадёт различие между твоим и моим, и наступит рай на земле, и человек опять станет нагим, блаженным и безгрешным. Вот разве тогда...»
Важным моментом повести становится эпизод, когда на одном из вечеров молодой студент Лихонин из интеллигентской среды заявил о своём желании произвести социальный эксперимент по спасению одной из девушек, живущих в «Яме». Вместе со своими товарищами Лихонин знакомил проститутку Любку с научными, культурными и хозяйственными достижениями человечества, и это обучение даже начало давать свои плоды. Но в конце концов, не справившись с собственной похотью, студент выгоняет девушку, бросая на произвол судьбы и обрекая на возвращение туда, откуда с таким рвением и пафосом он её забирал.
В самом конце повести подводятся итоги жизни каждой из девушек. Трагически складывается судьба многих из них: в сумасшедший дом попадает Паша, кончает самоубийством Женя, принимает смерть от руки возлюбленного Верка, в пьяной драке умирает Манька, попадает в тюрьму Тамара. Подводится символичный итог и самой «Ямы», история которой заканчивается её погромом и разграблением. Такой трагический исход – это открытое, гневное обличение преступного мироустройства, где обо всех низостях и произволе, которые творятся тайно и негласно, не расскажут в СМИ и не напишут в популярных журналах.
Безусловно, проституция – одно из самых гнусных порождений человечества. К этой теме Куприн подошел как художник-гуманист, глубоко сочувствующий девушкам, оказавшимся на самом социальном дне, стремившийся в ожесточённой душе найти светлое, человеческое начало. Автор указывает читателю на парадокс, состоящий в том, что такими их сделало общество, которое, открестившись от них и всячески осуждая, продолжает активно пользоваться их услугами. Однако нужно ли нам такое общество? Очевидно, нет. И все, кто готов бороться за новое, здоровое, свободное общество, должен понимать, что бороться нужно не с самим обществом, а с причинами, которые сделали его таким. А причины, как правило, кроются в противоречиях господствующего капиталистического строя, в его базисе. И лишь в том обществе, где не будет места экономическому, социальному и политическому неравенству, эксплуатации меньшинством большинства, классового и гендерного угнетения, не будет места и проституции, и множеству других общественных пороков.