История одного изобретения
50 лет назад в метрополитене появилась уникальная снегоуборочная машина. Идею её создания подал Михаил Гавричев, которому в августе исполняется 90 лет.
В июне 1971 года меня назначили начальником отдела механизации Службы пути. Я составил перечень первостепенных задач в новой должности. Одним из самых сложных и трудоёмких в этом списке был вопрос об улучшении процесса уборки снега с парковых путей депо. Я погрузился в эту тему, хотя шло лето.
Я не раз видел, как в депо счищают снег совковыми лопатами и грузят
на платформы, чтобы вывезти за территорию. Иногда в ход шли роторные машины. Я заинтересовался ими, и возникла идея создать такой вагон,
который бы забирал снег с путей на себя и мог вывезти, по моим прикидкам, около 40 кубометров. С этим я обратился к коллеге из Управления Владимиру Васильевичу Малееву, и мы вместе начали продвигать идею.
Сегодня эта техника зовется СММ – снегоуборочная машина метрополитена. Но это не совсем верно. Должно быть ССММ. В названии потерялась важная характеристика – самоходная. Изначально мне предложили пойти по простому пути – приспособить для расчистки путей мотовоз, но я категорически настаивал: машина должна быть самоходной. Я видел её как специальный вагон, который наилучшим образом приспособлен для своей цели. В итоге
руководство согласилось, мы с Малеевым разработали техническое задание, и оно попало на стол заместителя министра Министерства транспортного строительства. Он попросил неделю-две на размышление. Мы с нетерпением ждали решения.
Ответ пришел положительный. И сразу возник новый вопрос: где собирать образец? У метрополитена таких возможностей нет. Есть подходящий
завод в Энгельсе, где делают спецтехнику для железных дорог, но возьмутся
ли они? Замминистра обнадёжил: «Поручим!» Всё закрутилось-завертелось! Из ПКБ Главстроймеханизации прислали опытного конструктора. Он собрал
рабочую группу. Я, как инициатор идеи, часто включался в их процесс. Когда проект был готов и настала пора ехать на завод, это дело поручили мне.
Замминистра написал сопроводительное письмо с просьбой внимательно
рассмотреть документацию, которую представит начальник отдела механизации Московского метрополитена, пропустив слова «Служба пути» –
для веса. Я приехал в Энгельс в разгар лета. Жара стояла страшная. Меня встретило руководство, позвали конструкторский отдел. Все в лёгких футболках,
сандалиях, а я в чёрном костюме, белой рубашке, мокрый от духоты и ответственности. Мой доклад внимательно выслушали и говорят: «Да, Михаил
Васильевич, ловко вы нас обули с этой своей снегоуборочной машиной.
У нас же шаблоны заготовлены под совсем иные габариты вагонов, чем
в метро». «И что тут такого, – ответил я, – столько грамотных конструкторов
в деле, найдётся решение». Весь день мы общались, и завод включил наше
изобретение в план.
В 1974 году машину собрали и пригнали в метрополитен. Там, на Волге, её
не опробовали в снегу, и главное испытание должно было состояться зимой
на площадке депо «Северное». Собралось много зрителей. Пришёл наш главный конструктор. Вагон двинулся, стал черпать в себя сугробы и вдруг загудел.
Оказалось, что путейцы при ремонте оставили старые подкладки, и машина
зачерпнула их со снегом. «Капут накопителю», – огорчился конструктор.
Вагон забрали на ремонт, а мы удалились искать выход. И нашли: подняли забирающие снег элементы на оптимальную высоту – достаточную для очистки, но без риска зачерпнуть лишнее.
Дальнейшие испытания проходили в депо «Фили». Машина показала себя
хорошо. Я к тому времени перешёл на общественную работу и отдалился
от производственных дел. Но через время неожиданно получил приглашение презентовать наше изобретение перед комиссией, приехавшей с Выставки достижений народного хозяйства. За участие в разработке документации, изготовлении и испытании снегоуборочной машины метрополитена Главный комитет ВДНХ наградил меня двумя медалями и Знаком «Изобретатель СССР».
Ольга Посадская