Узнал себя на путевой стене

История Михаила Зотова, чьё фото можно увидеть на станции «Сокольники» Большой кольцевой линии

Я как в той песне из фильма «Путёвка в жизнь»: «Мустафа дорогу строил, Мустафа по ней ходил» (интерпретация Михаила, в оригинальной версии эта строка звучит немного иначе. – Прим. ред.). После запуска очередного участка Большой кольцевой линии поехал смотреть, что же там понастроили. Внимательно изучил рыб на Нагатинском затоне и отправился на «Сокольники». Я знал, что она посвящена Метрострою, но когда увидел там нашу фотографию, обалдел. В 1980 году снимок печатали в газете «Метростроевец», поэтому я обратился в редакцию с просьбой подарить копию. Узнав мою историю, они охотно выполнили эту просьбу.

Часть I. Моряк

Родители у меня военные. Папа после военно-морского училища на Балтике попал по распределению на Черноморский флот, так что родился я в Севастополе. Там же окончил школу и судостроительный техникум, был призван в армию. Вообще, я планировал делать карьеру на флоте. С техническим образованием меня могли переаттестовать на мичмана в средине срока службы, но жизнь сложилась иначе.

Это было время масштабных строек вроде БАМа. К нам на Черноморский флот приехали агитаторы и по всем кораблям кинули клич: «После демобилизации – на Всесоюзную ударную комсомольскую стройку». Я решил попробовать. Нас даже демобилизовали чуть раньше и отправили на Метрострой. Кстати, из той компании на фото работать остались только двое. Все остальные разбежались, как только получили военный билет.

Часть II. Метростроитель

В Техшколе Метростроя я получил специальность проходчика. Там это основная профессия, как в метрополитене – машинист. Обучение заняло месяца три, точно уже не помню. После курсов попал на «Шаболовскую», её как раз готовили к открытию. Занимался сборкой платформ и подплатформенных сооружений. Затем участвовал в строительстве перегона между станциями «Тульская» и «Нагатинская» Серпуховского радиуса, а также «Боровицкой» и «Полянкой» Серпуховско-Тимирязевской линии.

К концу 80-х в той же Техшколе я получил профессию взрывника. Мне нравилась эта работа, планировал уходить на пенсию из Метростроя. Но тогда шла перестройка, и вскоре распался СССР. Зарплату не платили месяцами, надо было что-то с этим делать.

Часть III. Машинист

Мой сосед тогда работал машинистом и на задержки зарплаты не жаловался совсем. Говорю ему: «Володь, что-то у меня совсем всё плохо. Есть вариант в метро попасть?» А он в ответ: «Даже не знаю, мы помоложе любим, у тебя возраст уже не тот». Мне было тогда чуть за 30, для метро это и правда считается многовато: во-первых, сложнее пройти медкомиссию, а во-вторых, подстроиться под специфику предприятия, принять правила игры в зрелом возрасте довольно непросто. Но, как и в случае с комсомольской стройкой, я решил попробовать. В «Свиблово» тогда только-только назначили нового заместителя начальника по эксплуатации. Он меня выслушал и говорит: «Давай медкомиссию пройдёшь, тогда и посмотрим». Я не особо рассчитывал на успех, даже удивился, когда получил допуск к работе.

Следующий этап – обучение. А вы знаете, каков процент отчисления? Известно, что не каждый может стать космонавтом, вот и с машинистом та же история. Должна быть тяга к этому делу, призвание. Освоить программу вполне реально, только нужно приложить усилие. Кто-то ленится, кому-то не даётся – в конечном счёте отсеиваются 70%.

Не могу сказать, что обучение далось мне легко, но я пришёл в УПЦ не штаны просиживать. Мне нужно было семью кормить, поэтому к учёбе я относился очень серьёзно. Жену предупредил, что семь месяцев надо как-то перекрутиться. Жить на стипендию было тяжеловато, зато её никогда не задерживали, как и зарплату, даже на один день.

Забавно, что меня взяли в электродепо «Свиблово» и я попал на Калужско-Рижскую линию, с которой начинал в Метрострое. Особенно запомнился день, когда впервые поехал без наставника. Смотрю налево, смотрю направо – никого нет. Через какое-то время понимаешь, что одному работать даже лучше. Если ты хорошо подготовлен, то ничего не боишься и едешь спокойно.

Я уже дорос до машиниста второго класса, когда инструктора нашего депо перевели в «Фили» на должность заместителя начальника по эксплуатации. Там как раз обновляли подвижной состав, машинисты боялись пересаживаться со старых «Ежей» на новые «Русичи», да и с дисциплиной в депо были проблемы. Начальникам нужно было исправлять ситуацию, и они решили набрать новых инструкторов. Так в 2008 году я попал на Филёвскую линию.

Часть IV. Машинист-инструктор

Чтобы стать машинистом-инструктором в электродепо «Фили», мне нужно было изучить новый подвижной состав, так что месяц или два я поработал машинистом, а уже потом вступил в новую должность.

Работу я уже понимал, но не до конца. Случай был небольшой, начальник вызывает и говорит: «Ты поступил правильно как машинист, но не как машинист-инструктор. Кругозор у тебя ещё машинистский». С этой проблемой на первых порах сталкиваются многие, сложно переключиться. По моим наблюдениям, нужно года три, чтобы вышел первоклассный машинист-инструктор.

Я был строгий, но справедливый. Инструкций много, и каждый день становится всё больше, конечно, можно где-то и накосячить. Многих машинистов я отвёл от неприятностей, но некоторым досталось от меня. Многое зависит от личностных качеств подчинённого. Одному достаточно пальцем погрозить, чтобы он больше никогда не допустил ошибку, а второй начнёт пререкаться, хамить. Соответственно, и отношение администрации, которой является машинист-инструктор, уже другое.

Часть V. Работник УПЦ

Преподавать я стал потому, что начались проблемы со здоровьем. Чувствовал, что в какой-то момент просто не пройду медкомиссию. Работа всё равно связана с движением поездов, в любой момент ты можешь оказаться за контроллером и при необходимости отработать смену как рядовой машинист, поэтому к машинистам-инструкторам тоже довольно высокие требования.

Связи в метрополитене у меня уже были хорошие. Поговорил с коллегами, они посоветовали обратиться к Вячеславу Николаевичу Гаранину, начальнику Службы профориентации, обучения и развития персонала. И вот буквально за пару дней до медкомиссии меня пригласили на собеседование. С тех пор я работал инструктором по подготовке рабочих массовых профессий.

Новая работа сильно отличалась от предыдущей. С теми, кто уже прошёл обучение, сдал все экзамены, разговор короткий. А тех, кто только пришёл к нам с улицы, надо ещё заинтересовать, всё им объяснить, замотивировать. В этом главное отличие машинистов-инструкторов в депо и инструкторов, работающих в УПЦ – теперь Корпоративном университете Транспортного комплекса.

Когда только устроился в метро, женщины-машинисты работали на манёврах в «Измайлово» и «Соколе». В «Северном» ещё трудилась легендарная Наталья Корниенко. Ей дали доработать до пенсии, она ездила «в одно лицо». К сожалению, лично не удалось познакомиться. Зато меня учила Юлия Ткаченко – одна из первых женщин-инструкторов. Она прекрасно знала свой предмет и характером была сильна. Про таких обычно говорят: может и стакан водки выпить, и в морду дать. В общем, молодец!

Если говорить про моих учениц… Александра Шмидт – очень молчаливая девчонка, но как вызову её к доске, отвечает на пятёрки. На лекции как-то заикнулся о биноме Ньютона, так Саша сразу вызвалась рассказать. Она вроде бы училась в Московском физико-техническом институте, пыталась в Краснодарское высшее авиационное училище лётчиков поступить, но не сложилось. В итоге пришла к нам и была очень замотивирована. Я её парням в пример ставил. Теперь она машинист в электродепо «Фили».

Ещё была лётчица, работала в чартерной авиакомпании вторым пилотом на Boeing 737. Период в авиации был непростой, из-за малого налёта она попала под сокращение и пошла учиться на машиниста скорее от безысходности. Я, когда анкету открыл, обалдел. Она просила никому не говорить, стеснялась очень. Оставалось совсем немного до экзамена, и ей позвонили из Аэрофлота. Она приехала ко мне, говорит: вы ругаться будете. Но я, напротив, обрадовался, ведь это была её мечта.

Дальше если про себя рассказывать… Работал в УПЦ, был прикреплён к электродепо «Владыкино», занимался там предподготовкой. Это как грубое сито: людей две недели вводят в курс дела, показывают депо, машины и готовят к уже более серьёзному обучению. Кто-то отсеивается уже на этом этапе. Из 15 потенциальных студентов у меня могли остаться только пять, зато их шансы на успех были очень велики. Я знал, что их ждёт в метрополитене и каковы ожидания у тех, кто будет принимать их на работу, поэтому не мог пойти на сделку с совестью. Никого не пугал, но говорил правду. Объяснял, как устроена система, как у нас важна субординация, просил смотреть на погоны. Мне даже бывшие военные говорили, что метрополитен в некоторых вещах даже круче, чем войска. И это правильно.

После 10 лет работы в УПЦ и Корпоративном университете мне предложили перейти в Трамвайное управление заместителем начальника отдела эксплуатации. Я сгоряча предложение принял, а уже на месте понял, что поторопился. У трамваев своя специфика. Во-первых, люди там ещё привыкают к строгим требованиям метрополитена. А во-вторых, это всё-таки наземный транспорт. Как ни старайся, из-за других участников дорожного движения случаются ДТП. На выходных или среди ночи могут позвонить – ноги в руки и едешь на место. Чтобы выдержать такой ритм, надо быть молодым, а у меня сразу вернулась гипертония. Решил доработать до конца года и уйти на пенсию. Через месяц состояние стабилизировалось. Скучно, правда, дома сидеть. Езжу в Питер, там у меня дочка живёт. Она замужем за машинистом. Нам всегда есть о чём поговорить.

Эпилог

Работая в метрополитене, удалось объехать полмира. Увеличенный отпуск и зарплата позволяли. Обязательной программой путешествия была поездка на метро. От сравнений уйти невозможно – больше всего поразил Миланский метрополитен. Могут забастовать или пропустить подряд три резервных поезда без пассажиров. Для нас такое, конечно, неприемлемо. Про архитектуру даже говорить нечего. А беспилотное метро видели? Моя первая мысль была: с кого же премию снимают? :)

Редакция благодарит Дмитрия Николаева, машиниста и молодёжного лидера электродепо «Владыкино», который посоветовал героя