Бергман и партнёры. Анализ фильма «Ритуал» Ингмара Бергмана

Суть ритуала — в таинстве проведения. Только соблюдение тайны позволяет получить индивидуальный опыт встречи с божеством, посему происходящее закрыто от всех, кроме участвующих. Ритуал есть материализация экстаза. Оформление субстанции, не предполагающей какой-либо формы. Пристанище сакрального ужаса, соскучившегося по собственному присутствию. Ритуал прославляет иррациональное, поэтому находится вне категорий морали и вступает в конфликт с обыденностью. Ингмар Бергман демонстрирует, к каким последствиям приводит ритуал, произведённый в мире, отвыкшем от дионисийства.

Every peed.

Ритуал является попыткой Бергмана экранизировать постановку греческого театра, что само по себе имеет прямое отношение к мистерии.

Я узнал о ритуале подношения чаши, штудируя "Вакханок", и даже обсуждал
с Ларсом Леви Лаэстадиусом возможность постановки этой драмы на большой сцене с Гертруд Фрид в роли Диониса и Максом фон Сюдовом в роли Пенфея. Мы начали планировать работу, но тут нас одолели сомнения. Перед Городским театром Мальме стояла, в сущности, единственная задача — привлечь в театр зрителей. Поэтому, взвесив все "за" и "против", мы без особых эмоций поставили на этом проекте крест. Ведь театр боролся за свое существование, а задуманное нами предприятие было чересчур масштабно и явно рассчитано на слишком узкий круг людей.

Уже на этапе замысла Ритуал столкнулся с профанным миром.

Ритуал" — фильм довольно мрачный, неприкрыто агрессивный — привел в
ужас как редакцию телетеатра, так и критиков. Уйдя с поста руководителя "Драматена", я кипел тяжким гневом: мы вдохнули жизнь в этот замок спящей красавицы, выявив лучшее, что в нем было. Мы максимально использовали возможности театра. Вместо благодарности нам, мне намылили шею. У меня не было случая излить свой гнев. Он выплеснулся в "Ритуале".

Фильм описывает особенности существования художника в среде бюрократической праздности и, безусловно, выражает отношение режиссёра к меркантильной трусости индустрии.

Фильм — огонь.

Включая священника, в фильме занято всего пять актеров. Однако, полноценная антропоморфная роль отведена порождаемому ими напряжению. Пространство картины пронизано атмосферой трагедии и постепенно подступающего ужаса.

Каждая из сцен наделена нарастающей динамикой, благодаря блестящей игре актёров, способных резко изменять направление диалогов и действий. Каждая сцена снабжена пожирающим кислород пламенем напряжения. Подобно тому как Себастьян сжигает единственное жилое пространство, флегматично перенося это. Огонь не превосходит температуры напряжения и является лишь регулярным закаливанием, становится естественным параметром, средством достижения катарсиса.

Триединство.

По ряду причин, герои стали заложниками созданной ими самими замкнутой системы. Каждый из них немощен в одиночном предстоянии перед жизнью в виду наличия характерного поражения.

Страдание Ганса — его сверхответственность. В его ведомстве находится структуризация и организация жизни своих экстравагантных партнёров. Его тяготит расширенная версия отношений с Теей, в то же время, он осознаёт их органичность и неизбежность. Экзистенциальной усталости добавляет ему регулярная озадаченность жизнью собственного ребёнка от первого союза.

Талант Себастьяна, пораждающий его эпатажность и сумасбродность также не способствует его социализации. Взаимодействие с этим человеком специфично и может развернуться только в принимающей среде Ганса и Теи.

Теа, до юродивости блаженная, нуждается в регулярном наличии каркаса, обеспечивающего её (даже не знающую своего возраста) пребывание в материальном мире. В данном случае он образован Гансом и Себастьяном. Перспектива личного общения с судьёй вызывает её истерику. Она абсолютно не приспособлена к жизни вне союза.

Так актёры образуют единое тело по принципу Тримурти, в некотором роде, даже сочетая, созидательный, сохраняющий и разрушающий аспекты.

Изображение с коробка спичек «Союз», одной из которых герой Андерса Эка поджигает комнату, вторят концепции пламенеющего триединства.

У Бергмана с героями фильма существуют личные психические отношения:

Эти трое нерасторжимо связаны между собой, они не в состоянии
освободиться друг от друга, но и составить пары тоже не могут. Лишь
напряжение, возникающее между тремя вершинами треугольника, способно вызвать какие-то действия. То были честолюбивые потуги, разъяв самого себя, выявить движущие силы моего «я».

Имена героев наделены религиозными значениями и имеют германское, римское и английское происхождения: Ганс — милость Бога, Теа — подарок Бога, Себастиан — священный. «Сын Авраама» Абрахамсон, представляющий иудейское начало, оказывается в смертельно опасном меньшинстве. Вершится суд над судьёй.

Пан и профан.

Развернувшийся в полицейском участке перформанс воспроизвёл противостояние Дионисийства и абраамических религий, среди которых католичествово выступает в роли самой жалкой формы. Дионисийство извечно и беспощадно. Судья жалок в своей предсмертной исповеди. В роли священника, кстати, явился сам Бергман.

Радиус поражения.

Особенности операторской работы и цветовой гаммы фильма продиктованы выходом Ритуала в телевизионный эфир. Крупные планы сменяются крупными, а в интерьерах преобладает нейтральная цветовая гамма, также позволяющая (или требующая) сконцентрироваться на действиях и диалогах героев. Работа подготовлена для домашнего просмотра.

Но… Cам факт трансляции фильма по телевидению феноменален.

Фактически, число зрителей приобщившихся к мистическому действу исчисляется миллионами.

Так в 1969 году н.э. состоялся самый массовый Ритуал в истории человечества.