Отец Георгий Кальчу: Послание к молодежи

Death to the World, 28/05/2018

Перевод: Записная книжка христианина

«Впрочем мы, по обетованию Его, ожидаем нового неба и новой земли, на которых обитает правда» (2 Петра 3:13).

Юноша, сегодня я вновь обращаюсь к тебе. Я избрал именно тебя потому, что ты наиболее восприимчив к Слову Христа. Ты благороден и чист. Атеистическому образованию еще не удалось омрачить небеса, которые содержатся внутри вас. Ты все еще смотришь ввысь и слышишь звуки горнего мира. Желание небес по-прежнему существует внутри тебя. Дух материализма не поработил тебя…

Сегодня мы поговорим о небе и земле. Я не буду пугать тебя красочными описаниями конца света. Мы стоим на пороге смерти ежедневно. Ее присутствие удушающе, она явнее самой жизни. Смерть – это наш кошмар и днем, и ночью. Смерть – это реальность, мой друг, и все же ты не привык к ее присутствию, потому что ты живой и настоящий, гораздо более живой и настоящий, чем тебе кажется.

Небеса и земля – эти понятия напоминают мне стихотворение, которое декламировал один поэт по телевизору. Он поднял правую руку вверх, когда приступил к чтению. На его лице читалось натужное вдохновение, а голос звучал монотонно. Он пытался ввести слушателя в состояние транса, заворожить его. Каждая строка поддерживалась детским хором: «Вы можете сосчитать нас, небеса: раз-два-три…и т.д». Это было проклятие, брошенное в небеса. Стих говорил о том, что небеса могут сосчитать всех и каждого, но они не сильнее поэта. В этом вся суть. Он был атеистом, чьи слова соответствовали материалистической идеологии.

Но к каким небесам он обращался? К последовательным слоям атмосферы? Если так, то его монолог был бессмысленным. Но очевидно, что поэт обращался к тому, кто мог его услышать. Это, по крайней мере, можно предположить из той убежденности, с которой он произносил свои стихи. Как странно!

И дело здесь не в том, как было подано стихотворение, а в том, что поэт действительно верил в глубину своей сущности, он обращался с целью быть услышанным, и его призыв был чем-то вроде акта героизма. Его мучило метафизическое небо, которое мучило его, которое противилось его утверждению. Именно об этом небе я хочу поговорить с тобой, мой друг.

В начале Бог сотворил небо и землю (Бытие 1:1). Он создал небо и землю непреходящими, жизнь не знала времени. С момента творения до настоящего дня мы сохраняем в себе тоску по своей причастности к Божьему небу. Мы не забыли о том, что и нам потенциально уготовано место не небе, небо есть и внутри нас, к которому мы и стремимся.

Скажи мне, молодой друг, насколько верно утверждение, которое до исступления навязывают в школе, по радио, по телевидению, в газетах, даже на молодежных встречах, о том, что мы произошли от обезьян и спустились с деревьев? И как это утверждение отозвалось в твоем сердце?! Ноам Хомский как-то сказал, что самые глупые люди могут научиться говорить, но даже самая умная обезьяна не была бы способна на это.

Ты – небо и земля; тьма и свет; грех и благодать. Я знаю, друг мой, что тебя мучают вопросы о смысле жизни и смысле мира в целом. Готов ли ты принять авторитарные ответы на свои вопросы: небо – это вымысел, материя – это всё?..

Я призываю вас к куда более высокому взлету, к полной самоотверженности, к акту отваги, бросающему вызов здравому смыслу. Я зову вас к Богу, к Тому, Кто превосходит мир, чтобы вы смогли познать бесконечный рай духовной радости, который вы ищете ощупью в вашем личном аду и который вы ищете даже в состоянии ненамеренного бунта.

Это небо с его Божественной иерархией, его Божественным светом постепенно спускается вниз только для того, чтобы вернуть человека к своему источнику, который есть Бог. Оно не рассчитывает тебя на: «раз-два-три…девять-десять». Ты не находишься в объятиях бездушной машины, которая тебя крутит; в глазах неба ты – душа, цельное существо, которое свободно в своих действиях, ты столь бесценен, что Второе Лицо Пресвятой Троицы пришло в мир, чтобы спасти тебя и всех нас.

Как же смешно то проклятие поэта. Он так не верил в небеса, что спрятался за детишками из хора. Как за щитом. Не верь всесильной природе материи. Эта земля конечна… Отрицать существование неба - значит отрицать все то существующее, что не входит в орбиту моих чувств. Это означает, что в те моменты, когда я закрываю глаза или уши, мир перестает существовать.

И теперь я хотел бы рассказать самый прекрасный из всех существовавших на земле стих: «В начале было Слово, и Слово было у Бога, и Слово было Бог. Оно было в начале у Бога. Все чрез Него начало быть, и без Него ничто не начало быть, что начало быть. В Нем была жизнь, и жизнь была свет человеков. И свет во тьме светит, и тьма не объяла его». (от Иоанна 1:1-5)

Как тьма может ограничить свет? Как материя может ограничить дух? Как может атеизм разрушить веру и ограничить свободу? На небесах все вы посчитаны, каждый из вас, людей, — неповторимое и уникальное творение.

*При использовании материала ссылка на источник обязательна

Отец Георгий родился 23 ноября 1925 года в местечке Махмудия, жудец Тулча, Румыния, в семье Стефана и Иляны.

Закончив начальное образование в родном краю, он отправился в Бухарест, где с 1946 года учился на медицинском факультете, но в 1948 году был схвачен и заточен коммунистическими властями за его твердую приверженность к Православию.

Будучи отправлен в тюрьму Питешть Георгий подвергся ужасу экспериментальной программы "переучение" - метод использованный коммунистами в целях полного уничтожения личности и искоренения Христианства из среды Румынской молодежи. Пережившие годы этих кошмаров вспоминали о будущем отце Георгии с удивлением и уважением. Словами Развана Кодреску: "Потому что есть случай Георгия Кальчу, можно сказать что Питештинский эксперимент провалился". Заключение отбывал также в подземной тюрьме Жилава. Оставался в тюрьме до 1964 года, когда был освобожден на волне общей амнистии.

После выхода из тюрьмы, Георгий поступил на факультет литературы и философии, где заработал диплом по французскому языку, после чего приступил к работе над докторской диссертацией. Однако, во время заключения отец Георгий дал обет Богу что, если выживет ужасы тюрьмы, то посвятит себя всецело служению Всевышнему. Поэтому он в параллель приступил к изучению богословия и, в январе 1973 года, был рукоположен во иерея.

О. Георгий сделался неумолкающим голосом критики атеистических властей и их приспешников, бесстрашно проповедуя истинную веру и христианские ценности. Особенно он привлекал к себе молодежь. Он преподавал французский язык и Новый Завет в Бухарестской богословской семинарии до тех пор пока он не был смещен 23 мая 1978 года за гласную защиту религиозной свободы и прав человека и переведен на административную должность.

В 1979 году отец Георгий снова подвергся аресту и был осужден на десять лет тюремного заключения. Снова последовали жестокости и почти полная изоляция от родных. Когда матушка наконец смогла посетить его, она нашла его в критическом состоянии. Отец Георгий сам описывал побои которые он получал даже в госпитале Жилавской тюрьмы.

Однако, 20 августа 1984 года о. Георгий был досрочно освобожден, в первую очередь под давлением сильных протестов в странах Запада.

Отца Георгия в годы земной жизни знали по всему миру за его страдальчество и стойкость в вере перед лицом лютых гонений - в общей сложности он прожил 21 год в тюремном заключении. Он написал несколько книг и множество статей, произнес огромное количество лекций и проповедей. Своим примером он вдохновлял бесчисленных последователей, особенно среди молодежи, возрождая в них решимость служить Христу и Его Церкви.

по материалам открытой православной энциклопедии «Древо»