О консайентизации и не только. Рецензия на книгу П. Фрейре «Педагогика угнетённых»

Давно у нас не было книжных рецензий, дорогие читатели. Пожалуй, стоит возродить эту рубрику, и сегодня у нас вполне достойная этого книга — «Педагогика угнетённых».

О консайентизации и не только. Рецензия на книгу П. Фрейре «Педагогика угнетённых», image #1

У этой книги огромный плюс — она продаётся и издаётся довольно активно, это одна из немногих марксистских книг (вместе с Фроммом), которые можно регулярно встретить на прилавках книжных магазинов. А если с тем учесть куда более радикальную, нежели у Фромма, риторику...

Но — обо всём по порядку. Сперва пару слов об авторе. Паулу Фрейре родился на северо-востоке Бразилии в 1921 году, в семье среднего достатка, которая, впрочем, после начала Великой Депрессии разорилась и детство Паулу прошло в нищете. Однако в 1943-ем ему удалось поступить в университет, выучиться на юриста (хотя он также активно изучал философию) и после окончания пойти работать учителем португальского в среднюю школу.

В 1959 году он в докторской впервые излагает свои взгляды на методику образования, а уже через два года, с приходом к власти Бразильской Рабочей Партии (лейбористского типа) назначается директором Департамента культурного развития в Университете Ресифи.

На этой должности он начинает практическую деятельность, и, создав «культурный кружок» обучает 300 неграмотных работников сахарных плантаций читать и писать за 45 дней. После этого такие кружки появляются по всей стране при поддержке правительства. Однако в 1964 году происходит военный переворот, и Паулу Фрейре, по убеждениям — христианский социалист, был арестован на 70 дней как «предатель», после чего уезжает сперва в Боливию, а потом — в Чили, где и начинает писать книги. Объект нашей рецензии был написан в знаменательном 1968 году.

После Чили Фрейре работал в США, Швейцарии, консультировал левые правительства бывших колоний Португалии. В Бразилию он вернулся лишь в 1980, после чего вступил в Партию Трудящихся, вскоре пришедшую к власти и до сих пор имеющую серьёзную популярность в Бразилии. Умер Фрейре в 1997 году, в Сан-Паулу, где работал с 1988 года.

Символ Партии Трудящихся
Символ Партии Трудящихся

Теперь, собственно, перейдём к книге. В российском издании она, помимо вступления и предисловий, состоит из четырёх глав, послесловия и интервью с современными учёными (в том числе со знаменитым Ноамом Хомским).

Перед кратким описанием системы, которую выстраивает автор, необходимо сказать, что автор использует несколько нетипичную для марксистских текстов риторику и термины. Так, центральными понятиями являются «угнетённый» и «угнетатель», «гуманизация» и «консайентизация».

Последний термин принадлежит самому Фрейре, и понять его на первых порах довольно сложно. В переводе с португальского он значит «осознание», но переводчик поясняет: «Консайентизация — приобретение способности воспринимать социальные, политические и экономические противоречие и предпринимать действия, нацеленные на искоренение существующих элементов угнетения» — собственно, в отечественной традиции часто в этом значении упоминается «классовое сознание».

Говоря о системе взглядов, изложенных в книге, нужно понимать, что автор относится к революции как к во многом образовательному процессу, и поэтому то, что он говорит об общении учителя и ученика во многом справедливо и для общения революционера с народом. Собственно, именно такие параллели и проводит автор, обращая своё введение (которое мы выложим в приложении к статье) к политическим деятелям, а не к прямом коллегам — педагогам. К слову, крайне актуальное вступление, которое даже без самой книги несёт большой смысл.

Пусть читателя не смущает формулировка «угнетённый» — речь идёт о наёмных работниках и беднейших крестьянах. Фрейре рассуждает во многом в духе Франкфурской школы (больше всего он ссылается на Эриха Фромма), однако не теряет в отличии от её некоторых представителей веры в эксплуатируемые классы. Собственно, в первой главе книги рассматривается специфика взаимоотношений угнетённых и угнетателей — Фрейре пишет о прямом угнетении Третьего Мира, однако это применимо и к странам Первого, и уж тем более Второго Мира. Так, к примеру, по Фрейре внутри угнетённого «живёт» сам угнетённый и его угнетатель, который через культурное влияние (которое Грамши называл гегемонией) воздействует на угнетённого и препятствует консайентизации. Особенностью отношения угнетённого к угнетателю является его антидиалогичность, в них право голоса есть только у угнетателя. В противоположность этому, революционер не может действовать так по определению. Задача революционера — не освободить народ, но быть освобождённым вместе с ним, из этого следует, что только путём равноправного диалога он может действительно помочь людям избавиться от угнетателя внутри и начать действовать практически.

Собственно, об этом говорил ещё Че.
Собственно, об этом говорил ещё Че.

Во второй же главе речь содержится радикальная критика текущей системы образования, которую Фрейре называет «банковской», поскольку в учащихся «загружают» знания, которые впоследствии должны окупиться (именно поэтому «реформаторы» любят говорить об инвестициях). Стоит ли говорить, что такое образование — важнейшая часть аппарата угнетения? Думаю, что нет.

Банковской системе противопоставляется диалоговая — в которой учитель сам обучается, а ученик чему-то учит, т. е. типичные роли размываются, главной методикой становится методика постановки проблем — необходимо выяснить, почему, а не просто запомнить набор фактов.

Обучение, основанное на постановке проблем, не обслуживает и не может обслуживать интересы угнетателей. Никакой основанный на угнетении порядок не может позволить угнетённым задать вопрос: почему? Несмотря на то, что лишь революционное общество способно систематически внедрить такую систему образования, революционные лидеры могут начать пользоваться этой методикой ещё до того, как им удастся взять полностью взять власть в свои руки. Во время революционного процесса лидеры не могут использовать «банковскую» систему обучения в качестве временной меры, оправдывая это целесообразностью и намереваясь позднее начать действовать поистине революционно. Они должны вести себя революционно — то есть диалогически — с самого начала.

Поистине, важный и актуальный тезис.

Третья глава посвящена углубленному описанию методики диалоговой формы обучения, и особенно изобилует примерами из практики Фрейре и его ассистентов, работавших в бразильской глубинке. Мы не станем подробно разбирать эти методы здесь, поскольку они порой довольно сложны для усвоения и изложить их вкратце трудно.

Четвёртая глава рассматривает диалогизм и антидиалогизм в социальном разрезе, как последний помогает поддерживать угнетение и в каких формах — к примеру, т.н. «культурная интервенция», заключающаяся в навязывании группе своего мировоззрения и культуры, при полном пренебрежении к старым. После этого чётко прорабатываются принципы диалогизма — сотрудничество, единство, организация и культурный синтез.

Эта книга помогает понять, что информационная работа для левых — куда более тонкое и сложное дело, чем могло бы показаться, и относится к ней нужно со всей серьёзностью. При принятии описаного подхода практически исключается сектантство, а аудитория из потребителей (что сейчас очень распространено в нашей среде) постепенно становится критически мыслящими, живыми марксистами, действительными носителями революционной теории.

Несмотря на то, что в своей книге Паулу Фрейре обращается к революционерам Южной Америки, условия в которой в конце 60-х, разумеется, заметно отличаются от современных (а тем более на постсоветском пространстве), его анализ форм образования и «политического общения» настолько глубок, что актуален для, казалось бы, полной противоположности задавленным нищетой крестьянам — общества потребления. Так что большая удача, что эта радикальная, вполне марксистская книга издаётся массовыми тиражами и легко доступна. Крайне рекомендуем к прочтению.

766 views·22 shares