Эрик Кандел о З. Фрейде и нейропсихологии.
Современные представления о бессознательных эмоциональных процессах и сознательных чувствах во многом основаны на работах Фрейда. Он утверждал, что эмоции глубоко вплетены в ткань нашего внутреннего мира, а способность их регулировать позволяет избегать эмоциональных срывов. Даже при самых благоприятных обстоятельствах успешная регуляция вызывающих стресс эмоций поддерживает нас в состоянии легкого стресса. В самых неблагоприятных обстоятельствах система регуляции может не справляться с эмоциями, и это приводит в том числе к психическим расстройствам.
В какой степени взгляды Фрейда соответствуют выводам новой науки о человеческой психике? Нейропсихолог Марк Солмс попытался разобраться в этом, обратив особое внимание на бессознательные психические процессы. Есть все основания полагать, что Фрейд был прав и в том, что не все бессознательные процессы равнозначны. Одни мы без труда осознаем, концентрируя внимание (предсознательное бессознательное по Фрейду), а дру-гие обычно остаются вне досягаемости сознания (процедурное и динамическое, оно же инстинктивное, бессознательное).
Фрейд утверждал, что некоторые бессознательные процессы, например динамическое бессознательное, могут вытесняться. Солмс пишет, что у нас есть доказательства реальности некоторых форм вытеснения. Некоторые люди с повреждениями теменной доли правого полушария упорно отрицают, что у них парализована правая рука. Они не обращают на нее внимания и могут даже пытаться сбросить с кровати, заявляя, что она принадлежит кому-то другому. Фрейд полагал, что языком, на котором говорит вытесненное бессознательное, управляет принцип удовольствия — бессознательное стремление к удовольствию и избеганию страданий. В случае Финеаса Гейджа повреждение префронтальной коры привело к тому, что человек стал всецело руководствоваться этим принципом, пренебрегая социальными нормами.
Солмс также рассмотрел в свете данных современной ней-робиологии структурную модель человеческой психики, разработанную Фрейдом в 1933 году и включающую три основных компонента: Я, Оно и Сверх-Я (рис. 22-8). Согласно Фрейду (рис. 22-8а), Оно порождает инстинктивные влечения, подавляемые Сверх-Я, не дающим влечениям мешать рациональному мышлению.
Поскольку большинство рациональных процессов (которые порождает Я) осуществляются автоматически и бессознательно, лишь малой части нашего "я" (выступ в верхней части схемы) достается управление сознательным опытом, тесно связанным с восприятием. Сверх-Я служит посредником в непрекращающейся борьбе Я и Оно за главенство.
Солмс утверждает, что результаты картирования работы мозга (рис. 22-8) согласуются с концепцией Фрейда, пусть в самых общих чертах. Избирательно подавляющие активность миндалевидного тела сигналы вентромедиального отдела префронтальной коры, исследованиями которых занимались Ханна и Анто-нью Дамазью, в первом приближении играют ту же роль, что фрейдовское Сверх-Я. Работа дорсолатерального отдела префронтальной коры, управляющая самосознанием, и задней части сенсорной коры, представляющей окружающий мир, в первом приближении соответствует Я. Из этого Солмс делает вывод, что динамическая модель Фрейда, судя по всему, справедлива: примитивные, инстинктивные эмоциональные системы психики действительно регулируются и подавляются высшими исполнительными системами, связанными с префронтальной корой.
Однако для современной науки о психике главное даже не то, прав ли был Фрейд. Важен его вклад в психологию: применение наблюдений для описания когнитивных процессов, связанных с восприятием и эмоциями. Результаты таких наблюдений могут служить основой нейробиологических исследований. Именно этот аспект особенно ценен для эмпирических исследований, ведущих к становлению новой науки о человеческой психике.