Вещи есть мера всех людей
"Тоска по величию человеческому
есть начало любой философии"
Человек соответствует. Своему окружению, своей одежде, своим книгам и своим проектам. И наоборот его вещи соответствуют его жизни. Четки монаха или золотые часы коммерсанта манифестируют претензию человеческую. И тогда встает всегда личный вопрос: каковы мои вещи? И это не предельный вопрос о ценностях и целях, где все для человека либо примитивно неразличимо, либо туманно абстрактно, либо философски претенциозно. Это вопрос оглядывания и разглядывания. Что же тебя окружает сейчас? В какие цвета раскрашены твоя жизнь и твои одежды? Какие вещи у тебя в карманах? Какие мысли сегодня достойны есть?
Заполненность данными экзистенциями должна привести к вопросам о полноте существования и что интересно более - о его пустоте. Наполнять (наполняться) или опустошаться (опустошать)? Вот в чем вопрос.
Как возможность иного ответа особняком здесь стоит линия великих замыслов и великих реализаций. Наполнение и опустошение человеческого объема тускнеет перед превосхождением его. Поставьте себе высокую нерешаемую задачу, организуйте свои вещи под эту цель и вы увидите как начнете вырастать из себя и над собой. Превзойти себя будет значить превзойти свои прежние цели, свои средства и значит свои вещи. И тогда явится свобода от своих прежних вещей как побочный эффект превосхождения (никогда не как цель). Правда в вечном вещном круговороте на их смену придут новые вещи, которые также будут притязать на текст об обладателе. И не надо примитивных спекуляций о непривязанностях или дистанциях. Вещи находят своих хозяев простым подобием, всегда сохраняя свою функцию текста о человеке.
Все эти размышления навеяны тоской по величию человеческому и стремлениям к великим симфониям. Где нам найти вещь (проект, движение), которое расскажет нам о величии задуманного и его начальников? Когда в мире наполнения появится проект великого опустошения и Великой пустоты существования?
Ответы на эти вопросы находятся среди ваших вещей, дорогие читатели.
А нам остается среди отсутствия величий самим рождать симфонии.
Председатель