Психологические функции жизненных сценариев
Эмоционально и психологически наполненные реакции выживания; пресимволические и скрытые опытные выводы о себе, других и качестве жизни; и даже скрытые сценарные решения, все это порождает определенные паттерны связей, которые поддерживаются некоторыми психологическими функциями (Erskine, Moursund, & Trautmann, 1999).
Жизненные сценарии – это креативные стратегии управления стрессом, или даже шоком, от повторяющихся проблемных отношений, независимо от того, были ли это отношения с родителями в раннем детском возрасте, реакции на учителей или опекунов, взаимодействия с другими детьми или подростками, а иногда и сотрудничество во взрослом возрасте, в браке, на работе или в социальной ситуации.
Эти креативные стратегии являются не только защитой против кого-то или чего-то, но и отчаянной попыткой саморегуляции, компенсации, самозащиты, установок или гарантий против дополнительного стресса, психологического шока или разрыва отношений.
Еще одной функцией жизненного сценария является поддержание чувства целостности – продолжающейся борьбы за защиту собственной ценности в различных отношениях. Эти шесть примеров психологических функций жизненного сценария отражают попытку индивида создать и поддержать чувство психологического равновесия, следующего за эмоционально ошеломляющими разрывами в важных отношениях. Это стратегии поддержания гомеостаза, которые обеспечивают предсказуемость, принадлежность, постоянство и устойчивость (см. главу 10).
Шесть сфер психологических функций, рассмотренных в этой главе, часто присутствуют в психотерапии в части, объясняющей, почему жизненный сценарий является отчаянным «креативным приспособлением» (Perls, Hefferline, & Goodman, 1951) для совладения с болью и страхом. Эти психологические функции также объясняют, как жизненный сценарий поддерживается с течением времени – часто на протяжении всей жизни – до того момента, пока не установятся важные межличностные связи, или не произойдут важные жизненные события, или пока человек по своему желанию не вступит на путь изменений через глубинную психотерапию с искусным психотерапевтом.
Психологическая функция саморегуляции – это биологически определенный процесс коррекции. Гипоталамо-гипофизарно-надпочечниковая система человеческого мозга участвует в поддержании гомеостатического эмоционального и физиологического процесса самостабилизации, самоуспокоения и внутренней регуляции (Cozolino, 2006, p. 60). Умение успокоить себя и совладать с собой начинает проявляться в раннем младенчестве (Beebe, 2005) и в значительной степени усиливается и укрепляется в ответ на травму, отсутствие необходимого межличностного контакта, неудовлетворение потребностей, или при разрыве и утрате первичных отношений.
Саморегуляция включает уменьшение интенсивности аффекта, смягчение чрезмерной психологической реакции на неудовлетворенную потребность в контакте со значимым другим. Она включает рестабилизацию и успокоение организма, часто через физическое воздействие, отказ от внешних стимулов, повторяющихся паттернов поведения, подтверждающих фантазию, и через когнитивное замещение, которое ведет к формированию сценарных убеждений (Erskine, 1980; Erskine & Moursund, 1988). Например, сценарное убеждение «со мной что-то не так» отражает как объясняющее когнитивное замещение в ответ на унижение, так и отказ от эмоций и потребностей. Это сценарное убеждение – пример попытки справиться с разрывом в отношениях, успокоиться и отвлечься от гнева на того, кто унижает. Это сценарное убеждение является формой саморегуляции, усиливающей отказ от боли из-за отсутствия принятия «таким, какой я есть» и страха отвержения того, «какой я есть на самом деле» (Erskine, 1994).
Другой психологической функцией жизненного сценария является компенсация потребностей в отношениях, систематически не удовлетворенных в значимых первичных отношениях. Потребности в отношениях могут быть удовлетворены только через контактные отношения. Жизненный сценарий является попыткой скомпенсировать недостаток межличностных контактов и неудовлетворенные потребности либо через игнорирование потребности, либо через попытку восполнить их самостоятельно. Однако, так как эти потребности являются потребностями именно в отношениях, они не могут быть полноценно удовлетворены самостоятельно одним человеком. Многие опытные заключения и сценарные решения выливаются в убеждения «мне ничего ни от кого не нужно» или «я не важен», как способ компенсировать разрыв значимых отношений через когнитивное замещение. Часто эти убеждения, как форма компенсации, сопровождаются фантазиями о независимости или о том, что другие получают больше признания.
Третья психологическая функция – установление и поддержание самозащиты от болезненных воспоминаний, страха ошибок в отношениях или потери межличностных связей. Сценарные убеждения — это мысленные попытки отвлечься и отдалиться от боли и страха путем когнитивного замещения, которое снижает интенсивность эмоциональной реакции или создает видимость такой интенсивной эмоциональной реакции, как менее важной (Erskine & Zalcman, 1979). Такое отрицание эмоции строит разочаровывающие, эмоционально болезненные и полные страха отношения, с которыми можно справиться лишь вытеснением страха, боли и гнева из памяти. «В этом нет никакого толку», «Ничто не имеет значения» — вот два возможных примера того, как сценарные убеждения и защитные стратегии, игнорирующие аффект, снижают физическую чувствительность и когнитивное осознание боли, страха, напряжения от постоянных ошибок в отношениях, отказа или даже жестокости. Вместо того, чтобы снова вспоминать и чувствовать боль и страх в процессе осознания отличий текущей ситуации от предыдущих разрушительных отношений, человек будет искать способы поддержания и укрепления сценарных убеждений, и, следовательно, иметь иллюзию защиты от боли и страха.
Эти сценарные убеждения являются серьезной помехой для осознания и удовлетворения текущих потребностей в текущих отношениях. Различные аффекты, фантазии, напряжения в теле или повторяющееся поведение также могут использоваться для самозащиты. Так как они отражают предыдущий опыт, в котором защиты были необходимы, они создают преграды контактам здесь и сейчас и препятствуют удовлетворению текущих физических потребностей и потребностей в отношениях. Эти защитные аффекты, фантазии, напряжения в теле или повторяющееся поведение мешают контактам на внутреннем, внешнем или обоих уровнях. Помеха контактам – важнейший элемент подтверждения сценария.
Четвертой психологической функцией жизненного сценария, часто рассматриваемой в клинической практике, является установка в отношениях с другими. Сценарные убеждения «Никто не придет мне на помощь» и/или «Мне все приходится делать самому» — это примеры установок индивида на отношения с другими. Это главные убеждения, которые оправдывают избегающий стиль привязанности и дают установки текущим и будущим отношениям. Как мы психологически привязаны к другим, где наше место, как мы адаптируемся к другим, - все это элементы, биологически необходимые, чтобы построить отношения. Зеркальные и резонансные системы внутри нейронных связей средней орбитофронтальной коры мозга и миндалевидного тела дают людям возможность считывать поведение, намерения и скрытые эмоции других, а также строить эмоциональные связи, паттерны парных отношений и социальные установки (Nelson & Panksepp, 1998).
Когда систематически не удовлетворяются потребности в отношениях, являющиеся для ребенка биологически необходимыми для развития физической и эмоциональной привязанности, голод по отношениям может стать слишком сильным, и могут быть сформированы устойчивые привязанности и паттерны поведения в ответ на проявления привязанности, поведения и паттернов отношений значимых других (Erskine, 1997b).
Жизненный сценарий гарантирует защиту от возможного шока потенциального разрыва и потери отношений. Пятая психологическая функция – это структурирование ожиданий и предвкушений, как поддержка против будущих разочарований и шока от возможных неудач в отношениях. «Я буду всегда проигрывать», «Людям нельзя доверять» и «Жизнь полна страданий» — вот три примера из числа предсказуемых сценарных убеждений и гарантий, что никаких шокирующих сюрпризов уже не произойдет. Ретроспективный взгляд искусно превращается в предвидение во избежание повторения болезненного опыта межличностных отношений в будущем.
Сохранение целостности – еще одна функция жизненного сценария. Самоидентификация и возможность влиять на других являются важными и необходимыми потребностями в отношениях на протяжении всей жизни. Чувство целостности – это отражение того, как другие отвечают этим ключевым потребностям. «Я не имею ценности» или «Мои потребности не будут удовлетворены» - два примера чрезмерно структурированной и устойчивой самоидентификации. Из-за биологической необходимости человека создавать структуру, он вынужден постоянно поддерживать, укреплять и даже защищать ту самоидентификацию, которая была сформирована на этапе раннего развития – неактуальную и архаичную целостность. Эти неактуальные объяснения или самоидентификации были когда-то когнитивными замещениями, которые отвлекали от интенсивного стресса разрыва первичных отношений. Из-за того, что они были однажды очень эффективными в замещении осознания и игнорировании аффекта, они использовались постоянно, пока не сформировали единственную самоидентификацию.
Для эффективной психотерапии часто необходимо, чтобы психотерапевт объяснял психологические функции саморегуляции, компенсации, самозащиты, установок, гарантий и устаревшей целостности, чтобы понять, что жизненный сценарий является креативной стратегией приспособления к болезненным и пугающим разрывам важных отношений. Важно обращаться к каждой из этих психологических функций в клиентской психотерапии. Возможно, потребуется исследование каждой психологической функции в отдельности, а также их понимание и ценность для клиента и терапевта, т.к. в психотерапии разбираются новые мысли и привязанности, новое поведение и физические проявления.
Такое изучение включает значительное феноменологическое и историческое исследование, так же, как и вникание в детали всех клиентских способов приспосабливаться и управлять собой. Чтобы эффективно посодействовать выходу из сценария, такое исследование должно происходить в ходе качественных терапевтических отношений, которые подтвердят и признают феноменологический опыт клиента; нормализуют процесс креативного регулирования, психологических функций и формирования сценария; и предоставят включенного и понимающего другого, который привнесет как свои профессиональные навыки, так и всего себя в эти отношения.