Сила в нашем процессе
перевод статьи Adrienne Lee «The Power Is in Our Process»
подготовил Ломыкин Дмитрий специально для паблика «Транзактный анализ в России»
АННОТАЦИЯ
Данная статья представляет собой адаптированную стенограмму ключевой речи, произнесенной 9 августа во время Международной конференции по транзактному анализу 2007 года в Сан-Франциско. Конференция была посвящена теме "Сотрудничество и власть: Отношения, выбор и изменения". и это выступление связывает тему с "процессуальным анализом", используя базовую модель привязанности, полученную Джорджем Кольризером, которая связана с диалектической теорией Гегеля и Лакановскими теориями развития селф. Диалектика тезиса, антитезиса и синтеза становится моделью для описания опыта физиса и объединения в нашем со-творческом процессе.
Спасибо, что пригласили меня выступить перед вами и за вступительную молитву коренных американцев, и церемонию. Не так часто мне удается получить священное пространство, подготовленное для меня! Это большая честь и видеть здесь так много дорогих друзей, представляющих наше сообщество транзактного анализа из разных уголков мира. Итак, что я могу сказать вам? Что происходит прямо сейчас? Что происходит, когда я поднимаюсь на эту платформу, чтобы говорить с вами, и что происходит "- с вами, когда вы принимаете или не принимаете то, что я говорю? Здесь происходит нечто важное, и это и есть тема моей речи.
Я хочу поговорить с вами о сотрудничестве, я хочу поговорить с вами о сотрудничестве, я хочу поговорить с вами о власти, и я хочу сделать это через опыт "здесь и сейчас". процесса того, что я здесь и говорю с вами. И я хочу связать это с некоторыми идеями о смысле, взаимоотношениях и сообществах, которые мы создаем через наш интерактивный процесс. Я думаю, что понимание некоторых аспектов этого процесса помогает мне понять больше о сообществе трансакционного анализа, чему я научилась, когда я была президентом Европейской ассоциации транзактного анализа (ЕАТА). Этот созданный в соавторстве интерактивный процесс помогает мне понять мои личные обязательства перед семьей, то, что происходит со мной как с матерью. происходит для меня как матери в отношениях с сыном и дочерью, а также в моих отношениях с мужем; он помогает мне понять мои отношения с моей культурой как 60-летней еврейская женщина, живущая в Соединенном Королевстве, а также мои идеи и ценности. Это помогает мне понять мои отношения с вами, с собой и не только.
ВСЕ ДЕЛО В ПРОЦЕССЕ. Я научилась этому в первую очередь у моего дорогого учителя и друга Эмили Рупперт (Ruppert & Ziff, 1994), и она стала центральным в моей профессиональной работе и моей жизни. Спасибо тебе, Эмили. Заключительные слова моего выступления: "Сила в нашем процессе", так что вы теперь знаете, куда я к чему я веду.
Давайте посмотрим, куда мы идем. Модель, на которую я хочу опираться, чтобы поддержать эти идеи - это модель, которую я преподаю в разных формах почти на каждой сессии, которую я предлагаю. Она взята из модели, которой Джордж Кольризер (1980, 2006) научил меня более 25 лет назад (см. рис. 1). Конечно, это базовая модель привязанности, которую я адаптировал, но я хочу использовать ее, чтобы связать теорию привязанности с диалектической теорией Гегеля и с теориями Лакана о развитии самости - с которыми я впервые столкнулся благодаря вдохновляющей презентации и статьях Пола Келлетта (2006, 2007} и с некоторыми теориями унификации, которые я узнал от Кена Меллора (1985). Я надеюсь показать, как все это имеет отношение к теме нашей конференции и к нашему сообществу транзактного анализа.
ВО-ПЕРВЫХ, давайте посмотрим, как работает модель привязанности работает. Изначально, и просто, "Я" - это я. маленький ребенок, а другой - это "я-другой". к которому я тянусь. Важно отметить, что процесс привязанности необходим для моего выживания. Я стремлюсь к формированию целостности с ней, потому что так было в моем начале - в утробе матери и даже раньше, и это то, что я стремлюсь восстановить.
Поэтому я создаю запахи, улыбки и звуки, которые, надеюсь, приведут ее ко мне и сделают меня тем, кого Лакан называет "объектом ее желания" или "воображаемым фаллосом" (цитируется по Homer, 2005, p. 55), чтобы мы смогли быть единым целым. Конечно, это никогда не работает идеально, потому что, как говорит Лакан, у нее есть другие желания вне наших отношений и она будет стремиться к завершению от другого. Лакан называет это "функцией отца" (см. в Kellett, 2006, p. 27). Эта функция не обязательно быть биологическим отцом, мужчиной или даже реальным человеком; она представляет собой все, что прерывает или запрещает ребенку исполнять желание "я-другой". Лакан называет это "nom du pere", т.е. имя отца (стр. 27), но оно также звучит, как и становится "NON du pere", "НЕТ" (ограничением) отца.
У ребенка нет выбора кроме как принять разрыв идеальной первичной любви и контакта (Homer, 2005; Kellett, 2006) (см. рис. 2).
Мать тянется к чему-то или кому-то потустороннему, чтобы восполнить свой "недостаток" или свое желание. В этом стремлении и протягивании руки мы знаем, что происходит нечто важное, начинается процесс, процесс привязанности, который о власти и сотрудничестве. Я думаю, что этот процесс очень похож на синтез, о котором говорит Гегель. Он также связан со стремлением к единству и "бытию", о котором говорят духовные мастера. Используя модель привязанности, показанную на рис. I, "Я" - это я, а "другой" - это ты в данный момент.
Я стремлюсь выступить с программной речью, которая будет значимой для вас. Мое желание сделать эту речь идеальной программной речью подобно желанию ребенка к идеальному союзу. Но я также знаю - и ребенок тоже ребенок тоже приходит к этому пониманию - что чтобы я не сделала, только моего вклада будет недостаточно для целостности этого союза. Некоторые люди могут увидеть недостатки в моей аргументации с его плохими ссылками на Лакана или Гегеля, или им будет скучно, или моя презентация в PowerPoint может раздражать их, и они могут испытать отказ от участия в процессе. Так что это желание привязанности к вам сейчас связано с моей фантазии о силе в этой ситуации и вашей актуализированной властью присоединиться к тому, что я говорю, или не присоединиться или сотрудничать, имея другую мысль, или фантазии, или собственный процесс.
Ваш выбор - вступать или не вступать со мной в контакт сейчас - это свидетельство вашей естественной силы. Конечно, знаю это и даже осматриваю ваши лица прямо сейчас, чтобы понять, достаточно ли я сильна, чтобы вовлечь вас в этот момент, или я должна пережить нарушение нашего контакта и принять, что ваш выбор, ваше желание или ваше собственное стремление к отдельной личности или власти заберет тебя от меня в этот момент. (О, какой это тонкий опыт! Кто имеет власть?) И, конечно, я говорю не только говорю о ребенке и его "я-другой" или о вас и мне, я говорю о себе и обо всем том к чему мы привязываемся, внутри и вне себя, поиск признания, поглаживания, контакта и отношений; это относится к нашим семьям, нашим сценариям, нашей культуре, и это относится к ЕАТА и ITAA, к нашим духовным поискам. и ко всему.
В процессе развития мы скоро узнаем, что мы не можем поддерживать совершенное целое или совершенное удовлетворение.
Мы должны отказаться от нарциссического контроля и заменить его чем-то более похожим на сотрудничество чтобы удержать "другого" рядом.
Ведь что случится, если "они" нас бросят! Мы будем адаптироваться как для выживания, так и для того, чтобы избежать "ЧЕТЫРЕХ ПЕРВИЧНЫХ РАН" - брошенности, поглощенности, насилия и отсутствия отношений (Lee, 1998, .93).
Процесс привязанности связан с властью и сотрудничество, а также общением.
Клод Штайнер (1974) подчеркивает это в своей работе о власти.
Когда я преподаю эту часть модели привязанности и рассматриваю ее как процесс системы коммуникации, то становится ясно, что
существует четыре различных места, где привязанность может быть актуализирована или разрушиться (рис. 3).
Если привязанность разрушается в любой из этих точек, мы испытываем потерю контакта и потерю энергии.
Если она ломается в первой точке (1), то я, каким-то образом не инициирую то, что мне нужно, я не достаточной мощно даю стимул или неадекватно. Поскольку мне нужно привязаться, мое обращение к вам является одновременно способ осуществления моей власти, а также способом наделения вас властью принимать (или не принимать) мою инициативу. Может быть, вы, или "другой", не способен, по какой-либо причине, принять то, что я предлагаю. Тогда привязанность разрушается в точке (2). Если в отношениях я протягиваю руку к своему мужу, чтобы погладить его колено, я могу ожидать, что он что он примет мое прикосновение и ответит, но если он занят просмотром футбольного матча, он может не захотеть принять это поглаживание прямо сейчас. Таким образом, коммуникация обрывается на втором месте (2). Он может принять мое поглаживание, но не ответить мне; теперь мы находимся в точке (3).
Точно также вы можете ответить мне прямо сейчас, так же, как мой друг в аудитории сейчас кивает мне и улыбается. Она привязывается ко мне в данный момент в точке (3); это замечательно, но она может кивать и улыбаться мне так, как будто завтра не наступит, и если я не вижу ее или не впускаю это не видеть ее или не впускать это, то связь разрушается в точке (4). Если я могу принять ее поглаживания в свой адрес, тогда цикл мгновенно завершается, и мы чувствуем кратковременное удовлетворение от завершения.
В моих отношениях с моим мужем, он может (в моих мечтах) выключить телевизор, согреться от моих поглаживаний и потянется, чтобы погладить меня (в этот раз мы получаем галочку в цифре 3), и если! сможет принять это (в цифре 4), то у нас начинается интересный процесс!
То же самое происходит во всех наших взаимоотношениях, в рабочей среде, в наших организациях и культурах. Процесс сотворчества. Власть, следовательно, делится поровну.
Гегель говорит о диалектике между двумя идеями, взаимосвязанности явлений и единстве противоположностей (Houlgate, 1998). Я отображаю это на модель привязанности, как показано на Рисунок 4.
Существование одной идеи порождает ее противоположность;
НАПРИМЕР, идея контакта порождает идею отсутствия контакта, свобода порождает идею рабства, желание простоты порождает желание сложности, и так далее. A тезис порождает свой антитезис. Самость, или идея, не может, согласно диалектическим мыслителям, существовать в изоляции. Она тянется к полярности антитезису. Это почти как симбиотическое приглашение и приглашение к игре: Жертва приглашает приглашает Спасателя, Преследователь приглашает Жертву (Karpman, 1968). Мы неразрывно связаны друг с другом; эта динамика является сотворческой. Идея связана со своей противоположностью; на самом деле, идея фактически порождает свою противоположность. Порождение противоположности, или антитеза, также может лежать в основе теории тупика (Goulding & Goulding, 1979/1997). Например, запрет "Не будь важным порождает свой антитезис интрапсихически - "Я важен! важный! Я хочу, чтобы меня признали!" – тупик переживается и может стать удобным и может быть комфортно скрыт загрязнением или отчуждением.
Но если он переживается, он не остается на месте, он изменяется, и не всегда посредством повторного решения работы. Гегель значительно продолжает говорить о слиянии этих двух противоположностей, единстве двух противоположностей, которое порождает новый уровень понимания в том, что он называет "синтезом" (как цит. по Homer, 2005, p. 23). В тупике синтез приходит сначала через переживание интенсивности диалектики, а затем стремление вырасти за пределы ограничений нашего сценария, стремление возможно, стремление physis, где тупик переплавляется в синтез. В диаграмме привязанности (рис.I), те самые стрелки, которые связывают "Я" с "другим", становятся, как мне кажется, воплощением синтеза, и создается нечто новое. Я помещаю это в центр данной модели, как показано на Рисунок 5.
В цикле привязанности, между "Я" (тезис) и "другим" (антитезис), это становится "МЫ" (a + b = c) - синтез вас и меня в этот момент. Это требует от нас взаимной силы, чтобы протянуть руку, а также принять, чтобы это произошло.
Сотрудничество? Сотворенное единство? Мы не можем сделать это в одиночку, хотя мы также можем понять, что межличностный процесс, который я описываю, может также быть отражением интрапсихического процесса между одной частью "я и другой, возможно, диалог эго-состояний. Содействие интеграции или синтезу интрапсихических полярностей часто является целительной работой многих подходов в психотерапии транзактного анализа.
Это также актуальный процесс для наших ассоциации транзактного анализа. Между ITAA, EATA, WPATA (Западно-Тихоокеанская Ассоциация транзактного анализа) и новыми многонациональными ассоциациями, нам, возможно, придется участвовать в процесс присоединения, чтобы генерировать новую энергии и обеспечить нашу глобальную эволюцию. Это со-творчество. Мы можем это сделать, но мы должны осознавать, что то, что мы получаем, это не просто привязанность и не просто сотрудничество. Мы получаем синтез. Мы получаем слияние двух полярностей в "мы", и это может быть чудесным, или угрожающим и поглощающим, как у младенцев, матерей и история наших ассоциаций транзактного анализа наций и культур постоянно свидетельствует об этом.
Хотим ли мы этого слияния, этого синтеза, этого объединения? ДА! Мы удовлетворяем какое-то глубокое желание или тоску. Мюриэл Джеймс (1981) назвала это "пробуждением внутреннего ядра" (стр. 60). Мы также знаем, что это объединение, вероятно снова породит свою антитезу; его полярность может и мы испытаем отказ, разочарование, поглощение и отсутствие контакта. Я думаю, что это относится к предложенному Кольризером (1980, 2006) циклу привязанности и разлуки. Шизоидная пустота, когда мы больше не протягиваем руку помощи, не всегда является жизнеспособным вариантом (хотя некоторые из нас действительно выбрали его).
Поэтому мы неизменно тянемся снова, либо к чему-то другому, либо к какому-то другому недостижимому или достижимому Лакановскому "фаллосу", который может быть в марке одеколона (который обещает дать нам желание нашего сердца), в другой квалификации в трансакционном анализе (которая обещает, что мы будем наконец-то нас примут и будут уважать), другая теория самости, которую мы можем подтянуть к канону трансакционного канон транзактного анализа, новая национальная ассоциацию транзактного анализа, новое желание или цель. И, конечно, этого тоже будет не хватать, если верить Лакану.
Люди, стремящиеся к власти, стремятся занять позицию "фаллоса", символическую позицию, которая обещает завершение и удовлетворение наших желаний. Мы знаем, к чему это приведет куда это нас приведет! Так куда же нам идти дальше? Никуда!
Вот так. Это так хорошо, как только может быть. В этом процессе, я думаю, и заключается истинная сила быть и быть жизненно важным. Речь идет о силе актуализировать этот момент. "Мы", которое мы создаем в синтезе "ты" и "я", сформирует другой тезис, который породит свою полярность или антитезу - следующего "другого" или следующий "фаллос". с которым мы стремимся соединиться, быть или иметь. А это, в свою очередь, породит другой синтез, другую сотворённую мысль, стремление, цель, теорию, что угодно. Это обеспечивает наш рост, наше творчество, и наше потомство, как показано на Рисунке 6.
Итак, если вы остались достаточно привязаны к моим аргументам здесь (а некоторые будут, а некоторые я полагаю, что нет!), я предлагаю, что из этой привязанности, или интеграции противоположностей, что-то новое возникает в бесконечном процессе интеграции и трансформации: "а" становится тезисом который развивает "b", его антитезу, и вместе они образуют синтез, который становится "с", после чего после чего "с" превращается в новый тезис, приглашающий "d", новый антитезис, которые вместе порождают новый синтез, и так далее (см. рисунок 7).
Здесь и сейчас мы можем использовать нашу силу, чтобы инициировать процесс, который может привести к созданию единства, удовлетворительного единства, которое в конечном итоге приведет к появлению недостатка, потере удовлетворения, что побудит нас снова протянуть руку помощи. И каждый раз что-то возможно, удивительно новое. Возможно, это будут новые отношения, или новый этап в наши нынешние отношения, возможно, новая работа, новая идея, новое, удивительно новое, дополнение к нашей теории, например, к реляционному трансакционному анализу.
Я думаю, что одним из блестящих вкладов реляционного транзактного анализа является включение эго-состояния процесса, эго-состояния синтеза, A0, части "мы", которая содержит привязанность ребенка, привязанность и нарушение контакта с другим.
"Это А0 чувство себя вырастает из взаимодействия между потенциалом ребенка и избирательными реакциями родителей" (Hargaden& Sills, 2002, p. 18).
Я думаю, что наша задача как отдельных людей, как транзакционных аналитиков , как организации ТА, и как нации - продолжать искать объединение и синтеза, ибо это плодородная почва для роста и изменений, творчества и трансформации.
Мне также говорят, что это путь к Просветлению. Кен Меллор, наряду с другими, утверждает. что все находится в состоянии единения или Бытия, и это побуждает нас к объединению, подражать этому состоянию во всем в нашей жизни. Если мы доверяем процессу синтеза, мы будем продолжать расти, меняться и достигать следующего выбора. Берн (1972) назвал стремление к росту и переменам стрелой стремления, или physis (фасисом, физисом): "Стрела жизни" (стр. 56) (см. рис. 8).
Я предпочитаю исключить physis из матрицы сценария модели (Берн, 1972; Кларксон, 1992) и поместить его в модель здоровой привязанности (см. рис. 9) и даже пойти дальше и связать его с Лаканом и развитием идей Гегеля, когда он говорит так глубокомысленно: "Каждый человек находится в бытии другого" (Lacan, 1978/1988, p. 72).
Таким образом, моя "сила" находится в твоей "силе", и обе они едины. И поскольку моя и твоя сила неизбежно будут отсутствовать, мое бессилие заключается в твоем бессилии. И мы можем испытать это интенсивно, принять это и создать синтез между нами, который может породить новую идею и новую жизненную трансформацию. Сам процесс является реляционным, объединяющим и преобразующим.