Мауна и Муни. Психика йогина превосходит психику тренированного космонавта

Даже обычный садху (йогин) прошедший не долгие ритриты – обладает способностями психики, которые превосходят способности психики тех тренированных космонавтов, которых учат подолгу находиться в беззвучном вакуумном пространстве.

Обычному человеку очень сложно соблюдать мауну (молчание) долгое время.
И, даже в лабораторной звукоизоляционной комнате («безэховой камере») обычный человек не может находиться более 15 минут (рекорд: 48 минут). У обычного человека через несколько минут могут начаться приступы сильнейшей клаустрофобии, тошноты, панические атаки, галлюцинации – но этот опыт покажет, как сильно эго-ум обычного человека «теряет себя» (того, с кем\чем себя отождествлял), поэтому такой нетренированный человек может испытать сильнейший страх смерти («личности в теле»), ведь привычные объекты отождествления начинают теряться. Именно так в момент смерти, обычное существо, когда теряет своё физическое тело, привычные чувства и восприятие, не контролирует себя – испытывает страх (неприятие) от сильнейших видений и громкого звука, ведь у него нет самоосознавания в тонком плане (в посмертном состоянии бардо, перед следующей реинкарнацией).

В лабораторной звукоизоляционной комнате человек испытает ровно тоже самое, что испытал бы на ранней стадии в глубокой практике самоисследования (например, в практике «атма-вичара»). Но, йогины идут в своём самоисследовании ещё глубже: они выходят за рамки своего кармического видения, которое есть обыденное ограниченное восприятие существ в мирах сансары. Они выходят за пределы «кармического ума» (омрачённого отождествляющегося ума), в пространство чистого видения, просветлённого восприятия – прямого постижения истинной реальности «как она есть».

Человек, попав в лабораторную звукоизоляционную комнату и начав терять ощущение тела, может подумать:

Я не чувствую тела, но я есть – значит я не тело… А кто я?
Я не слышу своего голоса, но я есть – значит речь, тоже не есть я…
Но кто же я?

— И далее, вы либо выпадаете обратно в обычное восприятие и хотите убежать к привычным отождествлениям, которые составляют вашу личность (эго), либо… вы начинаете практиковать методы просветлённых садху-йогов и божеств (святых-джняни, сиддхов, будд, божеств др.). Эти методы присутствуют в дхармовых учениях Санатана Дхармы, Буддизма, Бона, Джайнизма. Поэтому, нет никакой необходимости идти в лабораторную звукоизоляционную комнату, ведь наш ум-эго-сознание – всегда с нами, мы можем работать с ним прямо здесь и сейчас.

С чем обычный человек сильно отождествляет себя?
С органами чувств (зрение, слух, осязание, обоняние, вкус), с физическим телом, с мыслями-мышлением-речью и личностью (эго)… со всем тем, что образует наши ментальные отпечатки (самскары прошлых реинкарнаций), подсознательные импульсы (васаны с прошлых реинкарнаций), и огрублённую плотную энергию-материю-оболочки (коши, таттвы и др.). Мы отождествляем себя с антахкараной – которая есть «внутренний инструмент» нашей дживы (души-сознания-эго-ума, оболочек плотных и тонких тел). Это багаж нашей кармы, который мы считаем «собой». Но разотождествиться со своей кармой не просто и не быстро, но можно, и этот духовный Путь проходят все святые-мастера достигшие просветления (чистого и прямого видения реальности). Этому они учат и своих учеников, открывая им йогические методы духовной практики.

Но какие практики у йогинов являются началом для тренировки психики, углублению самоосознания, развитие различающей мудрости для разотождествления с тем, чем мы не являемся? Таких методов духовных практик много в дхармовых учениях. В Санатана Дхарме, это, например, методы: «мауна», «атма-вичара» и другие.
Сначала йогин умолкает (молчание), успокаивает энергию в теле, успокаивает движения ума (мысли, мышление), затем переходит к практике аналитической медитации (развитие отрешения в практике «4 осознанности» и др.). Эти методы подготовят к практике методов самоисследования, с которых начинается углубление осознавания, раскрытие «сверхчеловеческой» божественной истинной Природы Я.
Сейчас эти методы каждый может получить у своего Гуру и Ламы, начав выполнять базовые духовные практики. Если вы ещё не нашли своего духовного Учителя – то ищите скорее! Учитель должен принадлежать к древней духовной йогической-дхармической традиции просветлённых Учителей – тогда, это будет не «учитель-самоучка» и не псевдо-учитель, а истинный Учитель получивший многие благословения от своей линии приемственности (Парампаре) просветлённых Учителей. Такой истинный Учитель сможет транслировать просветлённое состояние и благословения, которые реально начнут пробуждать вас, если вы точно следуете его наставлениям и верно выполняете данные вам методы.
В наше время раскрыть просветление можно опираясь на глубокую связь с просветлёнными, обрести с ними Гуру-йогу в сакральной духовной связи (самайе). Учителя готовы передавать просветляющие учения Дхармы, которые пробуждают спящие души. Но, готовы ли мы взять эти благословения и практиковать?

Мауна

Ма́уна (mauna) – аскетическая техника медитации, обет молчания (священное молчание) в дхармических религиях и йоге; состояние отсутствия мысли во время интенсивного пребывания человека в собственном внутреннем самоисследовании (атма-вичара).

Принцип мауны в общении:
Принцип мауны в общении (дисскусиях, риторике) заключается в контроле речи, устранении пустых и «праздных разговоров» и необдуманных слов (пустословие).

Различные виды мауны:

• Ванг-мауна – контроль речи.
• Каштха-мауна – полный отказ человека от физических действий.
• Сушупти-мауна – является равенством между проницательностью и молчанием ума совместно с идеей того, что вся Вселенная не что иное как Брахман, после твёрдой уверенности в иллюзорности этого мира.
• Маха-мауна – ментальное молчание (Брахман является воплощением безмолвия).

Муни

Му́ни (санскр. मुनि, muni) – «святой молчальник», практикующий обет молчания (мауна) в дхармических религиях и йоге. Для муни было не характерно транслировать свой трансцендентный опыт широкому кругу людей. Они широко не проповедовали, практиковали уход из социума – т. е. «хранили тишину», были «не слышны».

Этимология слова «муни»
Термин «муни» развивался из санскритского корня «man» – означающего «думать, размышлять, созерцать, медитировать» (действия, которые осуществляются беззвучно).

Среди известных духовных подвижников практиковавших мауну — был Махатма Ганди, он еженедельно практиковал однодневную мауну. День молчания он посвящал чтению, размышлению, письменному изложению мыслей.

Виды муни:

• Муни – как философ, великий мыслитель, образованный учёный; человек глубокомысленный, серьёзный (или молчаливый), твёрдо следующий своим обетам.
• Муни – как мудрец, аскетичный отшельник и святой, пребывающий в молчании и покое; тот, кто говорит крайне редко и стремится к неподвижности ума (самадхи).
• Муни – как бессмертный провидец, в духовной силе уступающий только риши (саптариши). Иногда этим термином называют одних и тех же святых, например, Агастья Муни или Нараду. Но если делать акцент на отличиях, то муни больше связаны с аскетизмом и образом жизни отшельников, тогда как риши были, как правило, грихастхами.

Духовная традиция муни

Традиция риши и традиция муни не исключали друг друга полностью. Упоминания муни, хотя и немногочисленные, встречаются в древнейших ведических писаниях, а единственный посвященный им полностью ведический гимн «Кеши-сукта», описывает молчащих аскетов с уважением и явной симпатией.
Муни, в отличие от брахманов и риши, практически не занимались карма-кандой, включающей в себя проведение огненных ритуалов. Их практике была больше свойственна джняна-канда (например: дхарана и дхьяна). От муни и произошли санньяси (садху в санньясе), авадхуты, сиддхи, натхи, чья практика в большей степени соответствовала ниргуна-бхакти.
Если говорить о связи риши и муни с йогической традицией натхов, то среди почитаемых натхами чаураси-сиддхов (84 известных йогинов и Гуру) встречаются такие, как: мудрец Яджнявалькья (Яджнявалькьянатх); Нарада (которого почитают как Нараднатха). А с именем Капилы-муни, автором основных принципов философской системы санкхья, связывают Капилани-пантха.