Рассмотрена кассационная жалоба по делу о защите чести, достоинства и деловой репутации

Из материалов дела следует, что в сети Интернет были опубликованы видеоролики, содержащие дискредитирующую сотрудников полиции информацию. Автор данных роликов также неоднократно обращался в полицию (в дежурную часть) по телефону с заявлениями о том, что сотрудники ДПС находятся в состоянии алкогольного опьянения.

Сотрудники ДПС, о которых говорилось в видеороликах, обратились в суд с требованием признать распространенные сведения не соответствующими действительности, порочащими честь, достоинство и деловую репутацию; обязать удалить видеоролики из сети Интернет и опубликовать опровержение в тех же источниках; взыскать денежную компенсацию морального вреда.

Суд первой инстанции, установив, что обращения в полицию и опубликованные в роликах сведения не имели под собой никаких оснований, были продиктованы не намерением исполнить гражданский долг, а являлись злоупотреблением правом (что подтверждено результатами служебных проверок и актами медицинского освидетельствования), частично удовлетворил требования истцов. Суд апелляционной инстанции оставил решение без изменения.

Кассационный суд, проверив материалы дела, признал выводы нижестоящих судов обоснованными, основанными на правильном применении норм материального и процессуального права.

Вопреки доводам жалобы, привлечение к участию в деле в качестве соответчика администратора интернет-ресурсов, на которых были опубликованы видеоролики, является законным и обоснованным. Как следует из пункта 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 февраля 2005 года № 3 «О судебной практике по делам о защите чести и достоинства граждан, а также деловой репутации граждан и юридических лиц», надлежащими ответчиками по искам о защите чести, достоинства и деловой репутации являются как авторы не соответствующих действительности порочащих сведений, так и лица, их распространившие.

Судебная коллегия по гражданским делам также признала несостоятельным довод о правомерности обнародования изображений истцов ввиду того, что съёмка проводилась в общественном месте, а истцы — публичные фигуры. Установлено, что истцы являлись основным объектом видеосъёмки, а видеозаписи не были связаны с публичным мероприятием или обстоятельствами, представляющими общественный интерес. Целью публикации видеороликов было формирование негативного отношения к деятельности сотрудников полиции и причинение вреда их репутации. Доказательств наличия публичных интересов, оправдывающих обнародование изображений без согласия истцов, ответчиками не представлено.