Аня Форджер — антипод Донована Десмонда
У меня в черновиках висит пост с мыслями о том, как Эндо обыгрывает тему масок и социальных ролей на протяжении всей «Семьи Шпиона», подводя всё к сопоставлению Ани и Донована. Однако кое-что заставило меня не торопиться с публикацией, и, кажется, я нащупала причину: на самом деле мы чертовски мало знаем о прошлом Ани и её истинных чувствах.
Нам раскрывают предыстории далеко не всех персонажей, но даже когда Аня не читает их мысли, автор всё равно во всех деталях показывает нам чувства и переживания остальных героев. Мы не раз видели Сумрака и Йор в эти тихие, переломные моменты осознания, когда их глубокие внутренние монологи буквально раскладывают по полочкам всё, что у них на душе. Взять хотя бы момент, когда у Йор открывается второе дыхание на круизном лайнере:
Или момент, когда Сумрак, вернувшись домой, наконец чувствует облегчение и позволяет себе быть уязвимым:
Подобное мы постоянно наблюдаем как у них, так и у других персонажей. Когда Сумрак в 1-й главе вспоминает, почему вообще стал шпионом; когда Йор в 119-й главе осознаёт, чего она на самом деле хочет от Лойда; когда Юрий понимает, что Йор теперь кажется такой далёкой, потому что в его собственной работе слишком много тайн, которыми он не может с ней поделиться; когда Сильвия вспоминает мужа и дочь, погибших до войны, — все эти моменты раскрывают суть героев и то, что творится у них в голове.
У Фионы могут быть детальные фантазии о том, как они сбегут с Сумраком в закат, но мы также прекрасно понимаем, за какие именно качества она искренне им восхищается. «Тайны детсадовского прошлого» Дамиана забавны, но они также показывают, насколько призрачным было присутствие его родителей и брата в его жизни, резко контрастируя с его по-настоящему тёплыми воспоминаниями о времени, проведённом с собакой. У Марты есть флешбэки о том, какой была Бекки до встречи с Аней, и как дружба изменила девочку к лучшему. Мысли этих персонажей — это целый поток откровений (они умеют выдать знатный монолог!), а главное, они раскрывают детали того, как жизненный опыт сформировал их личности.
Но вот с Аней всё совсем иначе. Да, она вовсю выражает восторг от захватывающих приключений и радуется, когда ей удаётся кому-то помочь прямо здесь и сейчас. Мы знаем её главный страх — что её секрет раскроется и её снова бросят. Но она практически не анализирует и не озвучивает свои чувства глубже этого поверхностного уровня. За последнее время у неё было несколько важнейших моментов, которые с её стороны прошли на удивление тихо:
За всё время мы видели лишь два флешбэка из прошлого Ани: в 1-й главе, когда Сумрак только забирает её из приюта, и она напоминает себе, почему нельзя говорить ему о своей способности, и в 111-й главе — вскоре после того, как Аня узнаёт, что Донован тоже может читать мысли, но это конкретно сон, а не осознанное воспоминание. По вполне понятным причинам она редко возвращается к этим мыслям, а когда это всё же случается, создаётся впечатление, что даже она сама до конца во всём не уверена. Всю остальную информацию о проекте «Яблоко» мы получаем от третьих лиц, и ни одна из этих деталей толком не объясняет, через что конкретно пришлось пройти Ане.
Думаю, именно поэтому в фандоме не так уж много фанфиков или артов, которые бы глубоко копались в её психологии (как это делают с другими персонажами), а те редкие работы, что появляются, строятся на чистых догадках — авторам попросту не за что зацепиться из-за нехватки каноничных деталей. Чаще всего в фан-каноне её изображают забавным гремлином, ищущим приключений, или сводницей для Лойда и Йор. В более серьёзных работах на первый план выходит её страх остаться брошенной, который в финале благополучно разрешается принятием со стороны родителей и/или романтической линией с Дамианом.
И я не утверждаю, что эти темы не заслуживают внимания. Всё это — неотъемлемая часть характера Ани: она действительно обожает авантюры, искренне хочет, чтобы Лойд и Йор стали настоящей парой, и у неё действительно есть травма покинутого ребёнка, которая, скорее всего, закроется одним из этих способов.
Но то, что именно сделало её такой, висит невидимым призраком над всем сюжетом. Это белое пятно в её истории бросается в глаза, оставаясь такой же неразрешимой загадкой для самой Ани, как и для читателей. Учитывая крупицы намёков от Эндо то, насколько глубоко прописаны все остальные персонажи, я просто отказываюсь верить, что сюжетная линия Ани окажется такой уж простой на их фоне.
И именно эта деталь делает её безумно интересным антиподом Донована Десмонда: мы ведь точно так же понятия не имеем, что творится в его голове. Отдельные крупицы его портрета мы можем собрать благодаря Мелинде или Хендерсону, но огромный пласт информации о нём по-прежнему скрыт от нас.
Однако меня заставляет задуматься вот что: когда мы впервые сталкиваемся с Донованом лицом к лицу, он предстаёт невероятно закрытым, параноидальным и недоверчивым — но при этом он не кажется лжецом. Точно так же и Аня: да, она врёт, чтобы сохранить в тайне свою способность читать мысли (причём врёт по-детски наивно), но её истинные цели, мотивы и убеждения поразительно искренни и чисты.
И как же иронично, что в той самой главе, где Лойд жалуется, что частенько вообще не понимает Аню, он тут же называет Донована «самым непостижимым человеком из всех, кого я когда-либо встречал».