БПМ. Часть 4

Они ушли далеко по коридору и завернули за угол. Их противные голоса всё ещё доносились до Джимми, когда он вскочил, наспех нашёл свою куртку и, натягивая её по дороге, помчался к выходу.

— Что там за шум?! — раздалось за спиной.

— Смотри, мальчишка!

Сердце Джимми рухнуло, но вместе с ним будто груз свалился — он пулей долетел до высоких дубовых дверей. Сила Соломона проснулась в нём, и он даже не почувствовал, как открыл её и буквально скатился по каменным ступенькам. В ушах стучала кровь, за спиной громыхала погоня. Джимми рванул к воротам, дёрнул ручку калитки… Заперто!

Он дёрнул ещё. И ещё. И ещё — пока надежда не испарилась совсем. Тогда он оглянулся и увидел их. Двое стояли на крыльце. Один — тощий, с неестественно длинным лицом и таким же длинным носом, долговязый и нескладный, будто червь, укутанный в облепившее его блёклое потёртое тряпьё. Второй — громадный, в дутой жёлто-синей куртке и маске рыжего волосатого быка, смотрящей в никуда. Джимми вжался в кованые ворота.

— Пойдём, — кивнул мужик в маске быка, видимо, главный. — Пусть мальчишка бежит.

Дверь за ними закрылась, а Джимми крутанулся и попробовал на ворота залезть. Ботинки скользили по прутьям. Руки без перчаток замерзали и обжигались о ледяное железо.

Скользкая подошва слетела с оледенелого кованого завитка, и Джимми полетел на землю. Ворота оказались громадной непобедимой горой. Чёрное небо обрамляли тоненькие ветки, на которых горели рождественские огоньки. Из уснувшей школы всё ещё доносились праздничные мелодии, а Джимми лежал, пялился в небо, и мысли его были пусты.

А потом он задумался: он всё равно не может выйти, а внутри осталось множество детей, их учителя, его друг спит в спортзале! А спит он потому… Джимми сел и нахмурился. Те два бугая говорили что-то про порошок и пунш. Тот самый, в котором судя по вкусу зомби купались. А почему же он, Джимми, не уснул? Потому что он человек? А те двое?..

Они сказали, что теперь им нельзя пить!

Джимми хмыкнул. Если это так, то стоит дать бандитам водички! А потом добраться до телефона и вызвать полицию. Пригнувшись и стараясь не топать, Джимми взбежал вверх по лестнице, попробовал открыть дверь, но та теперь была заперта.

— А чё, не дураки, да? — фыркнул Джимми и стал думать.

На улице оставаться не хотелось: холодно. С территории не выйти, в школу не войти… Наверняка, подумал Джимми, задрав голову, в школе есть другой ход. Во всех школах он есть.

***

— Думаешь, — спросил Боб пугливым шёпотом, — мальчишка тут был один?

— Чёрт знает.

Кресент сплюнул.

— Почему он не уснул?

— Чёрт знает. Может, не пил ничего?

— Я видел его у фонтанчика.

— Странно тогда… — Кресент задумался, сканируя взглядом все стены и углы, но не снимая бычьей маски. — Наверно, он… человек?

— Человек?! В школе нечисти!?

— Да чёрт знает. Сейчас главное — найти кристалл. Потом разберёмся с дурацким мальчишкой. Он наверняка уже сбежал куда подальше. Пойдём! — махнул он рукой, сворачивая на широкую лестницу.

Боб, воровато оглядываясь, последовал за Кресентом на второй этаж.